Русская линия
Радонеж Сергей Кара-Мурза06.08.2005 

Глобализация: вызов культуре

Глобализация — это мировая контркультурная революция. Это реванш Тьмы. В этом ее отличие от империализма начала ХХ века, который велся под знаменем «белого человека» как носителя идеалов Просвещения и либеральных ценностей. Разработка доктрины глобализации велась в тех же организациях, теми же людьми и теми же методологическими средствами, что и разработка стратегического плана последней большой кампании холодной войны против СССР. Можно даже считать обе стратегические концепции частями единого плана нового мироустройства. Понимание того, что произошло в СССР за два последних десятилетия, является важным условием для понимания сути глобализации и прогнозирования ее результатов.

В Российской Федерации, доктрина неолиберализма и глобализации проявляется наиболее откровенно — Россия обладает большими природными богатствами, но слишком велика, чтобы ее можно было интегрировать в периферию Запада. Поэтому для ее разрушения и превращения в бесструктурную зону глобального «пространства» прилагаются особенно жесткие политические и культурные технологии. Россия — полигон, здесь и надо изучать.

Глобализация не «выросла» из индустриального капитализма, на арену вырвались его парии — авантюрный спекулятивный капитал. Мы видим не просто страсть к наживе, а и страсть социального реванша со стороны предельно асоциальных групп-изгоев, которые целую историческую эпоху ощущали себя униженными и маргинальными. Мы втягиваемся в мировую революцию отщепенцев. Ставшая возможной благодаря важным прорывам в технологии, эта революция регрессивна, это революция гуннов.

Для глобалистов нет своих стран и культур, а есть они — всемирное племя-каста — и всемирные туземцы, которых надо обирать. Произошел их разрыв со всеми правовыми и нравственными нормами, на которых держалось прежнее мироустройство. Человек парализован той наглостью и последовательностью, с которой глобалисты ведут демонтаж всего здания культуры и морали. Мы переживаем общечеловеческую культурную катастрофу. В революциях отщепенцев возникает духовный и политический союз изгоев с двух полюсов общества — с вершины социальной пирамиды и с ее дна. Смута поднимает с дна антисоциальные силы, — воров и садистов, авантюристов и изуверов. Но они оказываются востребованы париями правящей верхушки, которые в условиях Смуты получают шанс произвести экспроприацию общества.

Молодежная мода необуржуазии имитирует модели криминального общества. Девушки делают на груди татуировки, модные среди проституток, парни ходят с серьгами, подражая конокрадам и пиратам. Кумирами стали певцы и поэты, имитирующие уголовный фольклор. Это — лишь неосознаваемый симптом духовного родства, которое реализуется в экономических и политических структурах и функциях.

Там, где союз «гуннов верха» и «гуннов дна» локально побеждает, речь идет не о частных ухудшениях жизни — здесь создаются условия, несовместимые с воспроизводством жизни. Общество может лишь временно их пережить, с большими страданиями и потерями, но оно не может к ним приспособиться на стабильной основе. Сегодня каждая страна, каждая культура и каждая личность стоят перед выбором, от которого уже нельзя уклониться. Те, кто выберет сопротивление и борьбу, вынуждены будут отказаться от многих иллюзий и догм и собраться для выработки нового языка и нового мышления, адекватного природе и структуре угрозы. Универсализм Просвещения, как в версии либерализма, так и в версии марксизма, не дает основы для такого языка и мышления

http://www.radonezh.ru/analytic/articles/?ID=1274&forprint


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru