Русская линия
Православие.Ru14.07.2005 

Святитель Иоанн Златоуст. Слава Богу за всё

Ты оживил меня и привел в восторг тем, что, сообщая печальные известия, присоединил к ним изречение, которое надобно прилагать ко всем случайностям в жизни, — сказавши: слава Богу за всё. Это изречение — роковой удар диаволу. Кто его употребляет, для того оно величайший залог неприкосновенности и радости среди всякого рода опасностей. Как только произнесешь его, мгновенно разгоняются облака печали. Не переставай же повторять его всегда и учи других употреблять его
во всех случаях…

«НИКАКОГО ДОГОВОРА С АДОМ»

Вселенский учитель и святитель Иоанн Златоуст воссиял на духовном небосклоне в IV веке по Рождестве Христовом. Церковь уже пережила эпоху страшных гонений, на престоле римских императоров воссели ее сыны, однако в народах еще происходило великое смятение духа. Одни чувствовали спасительность христианства и шли за него на страдания. Другие были отравлены ядом язычества, с его гибельными суевериями и растлением нравов. Но особую опасность представляли собою ереси, самой опасной и распространенной из которых было арианство.

В это время Господь даровал Церкви величайших богословов и борцов за христианское учение. Среди них наиболее прославлены святители Афанасий Великий, Василий Великий, Григорий Богослов и, конечно, Иоанн Златоуст. «Умный истолкователь таин Божиих, око Церкви византийской и всех Церквей» — так говорил о нем преподобный Исидор Пелусиот. Блаженный Феодорит называл Златоуста великим светом мира, сохранившим апостольское предание веры.

Вдохновенный святитель, окруженный славой мученика, оставил после себя огромное множество творений, и не все из которых, к сожалению, дошли до нас. Их живительный свет уже более полутора тысяч лет освещает путь ко спасению.

Родился святитель около 347 года в Антиохии, в богатой семье военачальника. Рано лишившись отца, он остался на руках у юной тогда матери. Вдова Анфуса всецело отдалась воспитанию сына. Ее благочестие восхищало христиан и поражало язычников. Знаменитый ритор Ливаний, у которого учился Иоанн, в восторге говорил об Анфусе: «Ах, какие у христиан есть женщины!»

Получив всестороннее образование и христианское воспитание, Иоанн поступает на службу в звании адвоката, однако вскоре решает всецело отдаться служению одному Богу и принять монашество. Уже в своем доме он начинает вести суровую воздержную жизнь. Вместе с друзьями — Максимом, Феодором (будущий епископ Мопсуестский) и Василием (будущий епископ Рафанский) — Иоанн углубленно изучает Священное Писание в богословской школе Диодора Тарсийского.

В 370 году святителем Мелетием Антиохийским Иоанн был назначен чтецом. Около 375 года, узнав, что за блестящие дарования его хотят поставить во епископы, он скрывается в монастыре, где в свое оправдание пишет знаменитые беседы о священстве как надмирном чине, посреднике между небом и землей. Четыре года он проводит в монашеских подвигах, а затем еще два года предается аскезе и богомыслию в уединенной пещере. В своих сочинениях к враждующим против монашества Иоанн со всем пылом боголюбивого сердца воспевает пустынное житие, в котором очищенная душа сладостно собеседует с Творцом. Сохранились свидетельства, что в это время у него открылся дар целительства и чудотворений. Но он все же вынужден был вернуться в Антиохию из-за болезни: чрезмерные подвиги изнурили его плоть.

В начале 381 года Иоанна рукополагают в диаконы. В этом сане он пребывает пять лет, будучи помощником епископа и занимаясь делами нищелюбия и благотворительности. Пишет сочинения, среди которых — «Три слова к подвижнику Стагирию», укрепляющие в вере в спасительный Промысл Божий и в терпении скорбей.

В 386 году его посвящают в сан священника. Предание сообщает, что во время рукоположения в храм влетел белый голубь и на глазах у всех сел на главу Иоанна — как символ Святого Духа и чистоты души. Смирившись пред божественными судьбами, в первой своей проповеди будущий святитель, однако, не переставал сокрушаться, как это он, «низкий и презренный юноша (в 39 лет!), возведен на такую высоту достоинства».

Двенадцать лет его священства в Антиохии явились истинно проповедническим служением. Не менее раза в неделю проповедовал он слово Божие, объясняя Священное Писание. Но и забота о бедных, о вдовицах, о странниках и заключенных оставалась любимым его занятием. Уже через несколько лет при Антиохийской Церкви питались около трех тысяч вдов и дев.

Слава об Иоанне как о дивном пастыре, духоносном проповеднике, подвижнике и нищелюбце скоро разнеслась по всем пределам империи. Послушать его приходили не только православные, но и ариане, иудеи и язычники. Слово его, приправленное любовью, трогало любую душу и сердце. Проповеди дышали силой и жизнью, ибо поучал он, как и жил сам, и толковал божественное учение через известные и понятные каждому предметы.

За необыкновенное красноречие Иоанна прозвали Златоустом. Именно в это время он преподал пастве глубочайшие толкования на книгу Бытия, Евангелие от Матфея и Иоанна, на послания апостола Павла, Псалмы, книгу пророка Исаии… Он направлял свое пламенное слово против губительных ересей, обличал иудеев, иудействующих христиан и раскольников; разил язычников с их демонскими плясками, комедиями и разными бесчинствами.

Во время ужасного мятежа антиохийцев против императора весь свой ораторский и миротворческий дар Златоуст направил на собственную нерадивую паству.

Иоанн вооружался против роскоши надменных и скупых богачей, святотатственно окрадывающих Бога, против их безнравственности и жестокости, негодовал о пустом женском тщеславии и щегольстве, призывал к покаянию, милосердию и целомудрию.

Златоуст горел отеческой любовью о спасении ближних и этой любовью вел к раскаянию самых закоренелых грешников. «Если ты тысячу раз впал в грех: иди ко мне и будешь исцелен», — взывал он.

Пастырь бичевал грех, а не грешника; тем же, кто уязвлялся, он говорил: «Хоть бы шестьсот раз ты бранил меня, от чистого сердца, чистым помыслом говорю тебе: мир — и не могу сказать худого, ибо любовь отца во мне… Тем более буду любить вас, чем более любя, менее любим буду. Ибо многое соединяет нас: одна Трапеза предложена, один у нас Отец».

Часто проповедовал о любви к врагам, часто и своею жизнью доказывал эту любовь и благородное снисхождение к своим гонителям.

Антиохийцы видели в Златоусте апостола любви и покаяния. Его постоянно сравнивали с Крестителем Господним Иоанном Предтечей и с апостолом Иоанном Богословом.

Город не представлял себя без Златоуста. Во время его проповедей все бросали работу и бежали в переполненный храм; когда же он был вынужден отлучиться, жизнь горожан замирала, словно во время несчастья. Сам он также не мог и дня прожить без возлюбленной паствы и был уверен, что никогда не покинет Антиохию.

Но в 397 году умер Константинопольский патриарх Нектарий и было решено избрать на его место знаменитого антиохийского проповедника Иоанна Златоуста. Пастыря хитростью заманили за город и насильно увезли в столицу. Как ни отказывался он от почести, пришлось покориться императорской воле. Горю его и антиохийцев не было предела. На троне Восточной Римской империи сидел тогда уже сын Феодосия Великого Аркадий с сумасбродной супругой Евдоксией. Двор его утопал в роскоши и разврате.

20 февраля 398 года Иоанн Златоуст был посвящен в сан архиепископа Константинопольского. Хиротония состоялась в великой церкви Святой Софии. Рукополагал святителя Феофил, патриарх Александрийский, которому не удалось провести на кафедру другого епископа, и он не скрывал враждебного отношения к новому архиепископу.

Во вступительной проповеди святитель Иоанн Златоуст обещал идти по стопам Василия Великого, «не пренебрегать никаким трудом и не бояться пользоваться никаким смиренным словом и делом»: «В Константинополе есть еще язычники: я постараюсь привести их к Церкви, представляя им пример христианской жизни… В Константинополе много ариан и других еретиков: я не употреблю против них иного оружия, кроме меча Святого Духа, который есть слово Божие… Я при помощи Божией буду смело обличать пороки; я не буду входить ни в какие соглашения, не буду заключать никакого договора с адом».

Эта проповедь сразу расположила к святителю сердца православных жителей Константинополя. Вскоре каждая проповедь Златоуста стала восприниматься в столице, как раньше в Антиохии, важнейшим событием, а сердце святителя по-апостольски вместило обширную новую паству.

Душой его поступков оставалась любовь. Архипастырь по-прежнему бичевал пороки, призывал грешников к покаянию, но, говоря о грядущем Судии, напоминал и о Его милосердии, о любви Беспредельного.

И богодухновенными проповедями, и собственной христианской жизнью святитель указывал примеры спасительного узкого пути. По приезде в столицу он продал богатую обстановку дома, принадлежавшего бывшему патриарху, перешел жить в одну комнату, где поставил только самую необходимую и простую мебель, а деньги направил на церковные нужды. Его покои всегда были открыты для просителей любого сословия, особенно для бедняков. В Константинополе милостивый святитель строил больницы, странноприимницы, посещал и утешал заключенных, оказывал помощь скорбящим, гонимым и нуждающимся, призывал богачей к милостыне.

Нашлись знатные и богатые люди, которые вняли его боголюбезному слову и стали помогать от имений. Таковыми стали знатные вдовы, которые все свое состояние отдали на служение Церкви и поступили в должность диаконисс. В их обязанности входила подготовка к крещению женщин и детей и дальнейшее наставление в христианском благочестии. Среди них славно сияют имена святых жен: диаконисс Пентадии, Сальвины, Ампруклы и особенно Олимпиады — верной помощницы святителя, которой он впоследствии посылал из ссылки самые обширные и душеполезные письма.

Как обычно, сам Златоуст вел воздержную молитвенную жизнь, со скудной трапезой, без торжественных приемов и пиров. Истинных христиан это восхищало и назидало. Однако для многих знатных горожан и нечестивой части духовенства скромность архипастыря являлась укором их роскошной и изнеженной жизни, казалась вызывающей и странной, — особенно после прежнего патриарха, любившего богатство, обильные обеды, торжественные выезды и приемы в императорском дворе. Александрийский патриарх Феофил, например, посчитал простую трапезу, предложенную ему Златоустом, оскорбительной для своего сана.

В то время многие столичные священники, вслед за знатью, пред которой заискивали, вели предосудительную жизнь и небрежно относились к церковным делам, без стеснения пользовались достоянием Церкви, сборами для бедных. Процветали симония и неприличное сожительство епископов с девственницами — своими воспитанницами. Видя это и скорбя душою, архиепископ Иоанн Златоуст занялся воспитанием духовенства и благоустроением церковной жизни. Он собрал у себя представителей духовенства и обратился к ним с обличением; устранил от служения тех, кто запятнал звание священника; преобразовал монастыри, оставив там только достойных иноков; упразднил сомнительные обители и очистил Церковь от праздношатающихся монахов, предложив либо поступить в монастырь, либо заняться ремеслом. Им были написаны слова-осуждения: «К жившим вместе с девственницами» и «К девственницам, жившим с мужчинами».

Златоуст заботился о привлечении православной паствы к церковному богослужению: упростил чин Божественной литургии, устроил всенощные бдения с антифонным пением, ночные крестные ходы — в противовес бесчинным процессиям ариан. Святитель восстал против желания влиятельного военачальника Гайны предоставить арианам церковь в Константинополе и таким своим бесстрашием заслужил его уважение.

Особой заслугой архипастыря стало попечение о распространении православия среди готов, скифов, финикийцев и других язычников. Он сам подготавливал миссионеров, рукополагал священников и епископов, следил за ходом их апостольского служения, помогал в строительстве храмов. Готам были поставлены священники и чтецы из их народа. Благодаря ревностному усердию святителя, даже в варварской Скифии «суровые воины, не сходившие с коней, преклонились пред Крестом распятого Христа».

Но святая жизнь Златоуста по евангельским заповедям, его пламенные обличения пороков, стремление восстановить в пастве чистоту нравов и укрепить в истинном православии вызвали бурю недовольства у большинства людей, служащих своим похотям. Возмущение зрело и у обиженного духовенства, и в императорском дворце. Особенно неистовствовала императрица Евдоксия, которую Златоуст обличал в тщеславии и сравнивал с ненасытной и завистливой Иезавелью, когда она попыталась захватить виноградник у бедной вдовы и сирот.

В 402 году на святого архипастыря Константинопольского начались гонения, воздвигнутые Феофилом, который был возмущен его заступничеством за четырех братьев — нитрийских отшельников, обвинявших Феофила в страшных пороках. Хотя Златоуст всегда великодушно прощал интриги александрийца, тот в 403 году созвал против святителя так называемый собор в Дубе, на вилле, предоставленной императором.

Святитель Константинопольский не счел каноничным явиться на это сборище, которое клеветнически обвиняло его в ереси оригенизма, в выдуманных бесчинствах, в резком обличении духовенства. Он приглашал Феофила к себе, чтобы мирно решить вопросы и испросить прощение, если в чем согрешил. Однако Феофил отверг приглашение и склонил на свою сторону знать. По наущению Евдоксии, слабовольный император Аркадий утвердил постановление лжесобора об изгнании Златоуста.

Народ, узнав об этом, собрался для охраны своего возлюбленного пастыря, требуя созыва Вселенского Собора. Однако святитель Иоанн Златоуст, не желая стать виновником мятежа, добровольно пошел в изгнание, а Феофил из опасения за жизнь сбежал. В следующую же ночь в столице началось сильнейшее землетрясение, поколебавшее императорские покои. Испуганная мятежом и стихией, императрица Евдоксия спешно написала изгнаннику письмо, умоляя вернуться в Константинополь. Вначале святитель не хотел возвращаться без созыва Собора, но народ почти силой привез его, сопровождая факельным шествием и пением. В храме все опустились на колени под благословение возлюбленного архипастыря, который со слезами на глазах славословил Господа. Вскоре новый Собор, состоявшийся в Константинополе, отменил постановления в Дубе.

Однако, Божиим попущением, справедливость вновь была поругана. Теперь святителю предстояло сполна испить чашу страданий и до конца пройти свой крестный путь. Уже через два месяца после землетрясения в Константинополе начались бесчинства, связанные с постановкой статуи Евдоксии рядом с Софийским собором. Празднество совершалось во время богослужения и сопровождалось языческими плясками, песнями и рукоплесканиями. Святитель вынужден был сказать проповедь «Против зрелищ»: «Опять беснуется Иродиада, опять пляшет, опять требует головы Иоанна!». Разгневанная Евдоксия и низложенное духовенство вновь приступили к императору, прося изгнать Иоанна Златоуста, и император согласие дал.

В самый день Святой Пасхи отряд вооруженных воинов ворвался в церковь, где служил Златоуст, и произвел страшное кровопролитие, разгоняя множество крещающихся там людей. Когда те попытались ночью продолжить Таинство в ином месте, то и там была нещадно пролита кровь.

Под давлением этих событий, а также нескольких попыток его убить, святитель вновь вынужден был добровольно отдаться властям, и 20 июня 404 года его доставили в Никею. В этот же день в Константинополе разразилась буря с грозой, обратившей в пепел Софийский собор, сенат и многие здания. Враги Златоуста поспешили обвинить в поджоге города его соратников, которые сразу были подвергнуты арестам, унизительным судам, заключениям и ссылкам. Многих замучили до смерти.

Сам страдалец со всяческими притеснениями был направлен в ссылку в Малую Армению, в Кукуз. Неправедно гонимый архипастырь попытался обратиться за защитой к Западной Римской Церкви, однако ходатайство за него папы Иннокентия, других епископов и императора Гонория ни к чему не привело. Осталось безответным и письмо преподобного Нила Синайского. В нем он пишет императору Аркадию: «Как же желаешь увидеть Константинополь избавленным от частых землетрясений и запалений небесным огнем… когда изгнан из него столп Церкви, свет истины, труба Христова, блаженнейший епископ Иоанн?»

Около трех лет провел святитель в захолустном Кукузе, мучимый болезнями и подвергаясь опасности от нападения дикарей. Огромным утешением для него были друзья и пасомые, особенно антиохийцы, которые навещали святого изгнанника и писали ему письма.

Сам архипастырь даже в заточении не переставал заботиться о спасении своей паствы. Сохранилось более двухсот его писем из изгнания. Все они проникнуты неподдельной евангельской любовью и к верным, и к малодушным чадам, и к врагам (как, например, письмо епископу Анкирскому Леонтию, который замышлял его убить). Самыми известными письмами являются два письма к папе Иннокентию и семнадцать к диакониссе Олимпиаде. Они дают и много назидательных сведений о жизни святителя-изгнанника.

Каждое письмо Златоуста свидетельствует о его величайшей вере в Божие Провидение, о несгибаемой силе духа. Святитель учит терпеливо переносить скорби ради будущих венцов и быть благодарным Господу за посланные испытания. Изгнанник не перестает выражать свое восхищение соратникам, заключенным в темницу за благочестие, и наставляет их нести крест как Божие благословение, с радостью. Он благодарит западных епископов и священников, вставших на его защиту и предпринявших для этого опасное путешествие. С апостольской ревностью Златоуст продолжает воодушевлять миссионеров, посланных им в Скифию, к готам и в Финикию. Узнав, что они подверглись жесточайшим гонениям, помогает снарядить новую миссию и достать средства на постройку храмов.

Небольшое селение Кукуз вскоре по прибытии туда святителя Иоанна Златоуста стало знаменитым и оживленным. Сюда потянулось много паломников. Это не могло не обеспокоить его врагов, поэтому относительное спокойствие изгнанника было недолгим. К тому же из-за набегов диких исаврян он вынужден был переходить с места на место. В начале 406 года пять западных епископов, посланных ходатайствовать о святителе, были заключены в темницу, а сам Златоуст отправлен в далекий Питиунт (нынешняя Абхазия). Три месяца тяжелейшего пути окончательно подорвали и без того слабое здоровье страдальца. Во время остановки в Комане изнуренному святителю явился святой Василиск, замученный здесь при Максимине, и сказал: «Мужайся, брат Иоанн, завтра мы будем вместе». На следующий день святитель Иоанн Златоуст скончался после приобщения Святых Таин. Последними его словами были: «Слава Богу за всё!». Это произошло 14 сентября 407 года.

В 437 году, когда на престоле уже восседал сын Аркадия, Феодосий Второй, по требованию константинопольской паствы и патриарха Прокла святые мощи Златоуста были с почестями перенесены в Константинополь.

Сохранилось предание, что еще в Комане гроб не могли сдвинуть с места. Тогда сам император написал святителю как бы живому письмо, в котором испрашивал прощение своим родителям. Как только письмо положили на перси святителя, гроб с легкостью был поднят, и торжественная процессия отправилась в путь. В Константинополе гробницу святителя поставили в церкви Святых апостолов на патриаршее место. Император Феодосий снял с себя знаки царского достоинства и покрыл гробницу своей порфирой. Народ воскликнул «Святейший отец! Займи опять свой прежний престол!» Уста Иоанна Златоуста открылись и произнесли: «Мир вам!»

http://www.pravoslavie.ru/cgi-bin/print.cgi?item=6r1450r050713122007


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru