Русская линия
Lenta.ru Борислав Козловский07.07.2005 

Иные, лучшие нам дороги права

Протоиерей Всеволод Чаплин, замглавы Отдела внешних церковных связей РПЦ, произнес во вторник то, что более высокопоставленные чиновники произнести, видимо, стеснялись. Однако мысль, витающая в воздухе, не может не быть озвучена, и отец Всеволод за несколько минут обрисовал план переустройства правозащитного движения. Ведущие новостные агентства поспешили сообщить, что «представитель Русской православной церкви призвал правозащитников к сотрудничеству в социальной сфере», но такая формулировка не вполне верно передает содержание реплики отца Всеволода.
Священнослужитель сообщил, что современные российские правозащитники «пропитаны чужими ценностями» и предпочитают ходатайства в защиту «богатых, известных и влиятельных» заботе об «инвалидах, людях, находящихся в домах престарелых в чудовищных условиях». Посему задача церкви — взять под контроль эту малоуправляемую сферу общественной жизни. Впрочем, проблема шире, чем просто пренебрежение настоящими униженными и оскорбленными: заниматься делом мешает излишняя сосредоточенность на правах человека. Важность этого понятия необходимо пересмотреть. Предметы, защитой которых займутся под руководством РПЦ — «ценности Отечества, ценности нации и безопасность ближнего».

Точка зрения, высказанная отцом Всеволодом, вполне соответствовала времени и месту — его речь прозвучала на круглом столе «Религиозное возрождение в России, терроризм и права человека», где незадолго до этого замгенпрокурора РФ Владимир Колесников рассказал собравшимся, что «правоохранительная система возрождается». Вероятно, близкое звучание терминов и было той причиной, по которой представитель РПЦ упрекнул правозащитников в невыполнении правоохранительных функций: пресечь «произвол работодателей» или «деятельность сект и культов» они оказались неспособны.

Это неприятное обстоятельство успели заметить и другие: участники известного православного форума уже предлагали борцам за права предотвратить вырубку деревьев, от которой «страдают простые граждане», или «решительным заявлением» осудить вылазку террористов.

У конфликта правозащитников и Московской патриархии — долгая история, которая вряд ли могла бы закончиться компромиссом. Но до недавнего времени высказывания руководства РПЦ все-таки отличались от реплик «простых православных патриотов» вынужденной деликатностью. Хотя все претензии уже были сформулированы, их мишенью были абстрактные «некоторые силы». Именно они «пытались раскачать межрелигиозную ситуацию в стране» и «организовать волнения верующих». Причем разговоры о недопустимости экстремизма ничуть не мешали церковному начальству откровенно сочувствовать «волнениям», если они были направлены против «секулярных вольностей».

Самый известный случай — выставка «Осторожно, религия», организованная в Сахаровском центре группой художников и разгромленная «православными гражданами». События, однако, развивались так, что никакой терминологической путаницы не возникло: суд установил, что экстремисты — именно художники и примкнувшие к ним правозащитники.


Тогда же, когда прокуратура не могла помочь РПЦ с определением экстремизма, приходилось обходиться своими силами. Получалось вот что: «Сегодня Россия вынуждена проходить между Сциллой и Харибдой: между ужасом исламского терроризма и не менее страшной силой тех, кто пытается воплотить в жизнь тотальную американскую гегемонию» — так отозвался о событиях 11 сентября 2001 года Тихон Шевкунов, духовник нынешнего президента. После этого априорная вина правозащитных организаций, не живущих на средства российского бюджета, должна была стать понятна всем.

Проходя между Сциллой и Харибдой, удержать равновесие было трудно. Незадолго до начала войны в Ираке, по поводу которой мнения самих правозащитников разделились, РПЦ заняла четкую и недвусмысленную позицию. Делегация во главе с митрополитом Смоленским Кириллом посетила «с визитом солидарности» Ирак, где вручила послание патриарха президенту страны Саддаму Хусейну. Находясь там, митрополит призвал к «немедленному снятию санкций и экономической блокады». Позже, когда были опубликованы списки организаций, участвовавших в незаконной торговле нефтью с Ираком, протоиерей Всеволод Чаплин уточнил: «Солидарность нашей Церкви с народом Ирака, которая проявлялась в форме заявлений церковного священноначалия и визитов наших делегаций в эту страну, конечно, никак не связана с какими-либо меркантильными интересами».


В осуждении войны РПЦ была, возможно, даже выразительнее борющихся за права человека мирян. «Горят города, гибнут мирные жители, страдают невинные дети, женщины и старики. Лишены крова и нормальных бытовых условий миллионы людей. Потоки беженцев уже исчисляются тысячами. Ракетно-бомбовые удары затронули соседние с Ираком страны. Подвергаются опасности уничтожения многие исторические памятники. Для всего мира стало очевидным, что на Ближнем Востоке разрастается настоящая гуманитарная катастрофа и с каждым днем ее границы только расширяются» — писал патриарх Московский и всея Руси Алексий Второй генеральному секретарю ООН.

Впрочем, иногда война бывает оправдана: «Сбросив все маски, терроризм явил свое сатанинское лицо: поправ все святое, Бога не боясь и людей не стыдясь, так называемые „борцы за свободу“ подняли свои обагренные невинной кровью руки на детей». Это тоже написано патриархом, но о Чечне. И в этом контексте напоминания общества «Мемориал» и «примкнувших» о мирных жителях, гибнущих во время военных действий, куда менее уместны.

Если же речь не шла о пролитии крови и порче икон, правозащитная деятельность представлялась РПЦ «сотрясанием воздуха» — по крайней мере, ее старались не замечать. Патриархия предпочитала оставаться в тени, когда обсуждалось «письмо пятисот» про «сионистский заговор», опубликованное в православной газете и подписанное православными священниками. Правда, на прямые обвинения в ксенофобии иногда все-таки реагировала.

«Основы православной культуры» авторства Аллы Бородиной, рекомендованные для использования в школах, стали поводом для обращения в суд движения «За права человека». Податели иска утверждали, что учебник, богатый сомнительными формулировками, далек от изложения фактов и проповедует нетерпимость к другим религиям. «Подросткам внушают такие не соответствующие евангельскому тексту представления, как-то, что „иудеи распяли Христа“, а также учат различать „сектантов“, „сатанистов“ и „еретиков“ и сообщают, какие народы ведут себя более благородно на русской земле, а какие — менее» — говорилось в открытом письме. Книгой были недовольны и в РПЦ: по словам Чаплина, «такой общий курс может быть только минимумом». Иск, разумеется, отклонили.

Естественно предположить, что бывшие правозащитники, переключившиеся на улучшение условий в домах престарелых, были бы более приятны церкви. Но пока рассчитывать на диалог с ними (или хотя бы на вежливое молчание) не приходится, остается возлагать надежды на прокуратуру — самого эффективного арбитра в споре защитников веры с защитниками прав.

http://lenta.ru/articles/2005/07/06/rpc/_Printed.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru