Русская линия
Золотое кольцо (Ярославль) Лариса Фабричникова05.07.2005 

В Бабайках и покой, и святость

Николо-Бабаевский монастырь находится на правом берегу Волги при впадении в нее реки Солоницы, недалеко от поселка Некрасовское. В народе этот место испокон веков называют Бабайки. Столь необычно именовали люди весла, использующиеся вместо руля при лесосплаве.

ПО ОДНОЙ из легенд, на веслах, сложенных сплавщиками в устье Солоницы, явилась икона святителя Николая Чудотворца. По другой легенде, икона приплыла на весле. Благочестивые люди построили сначала для иконы часовню. А затем пришедший из Сергиевой обители инок Иоанн построил храм и основал в XY веке обитель. Есть предания, рассказывающие о том, что монастырь был основан здесь не в XV, а в XIV веке, причем в 1375 году храм в честь святителя Николая освятил сам преподобный Сергий Радонежский.

К концу XIX века обитель достигла своего полного благоустройства. Здесь было четыре храма- двухэтажный собор Иверской Божией Матери, храм Николая Чудотворца, церковь во имя Иоанна Златоуста и Преподобного Сергия Радонежского и храм Успения Божией Матери. До нынешнего времени сохранился лишь храм Иоанна Златоуста и Преподобного Сергия Радонежского, который восстановили нынешние насельники обители. На месте взорванных вандалами храмов — памятные кресты.

Николо-Бабаевский монастырь был закрыт в 1920 году, при этом все святыни монастыря, все чудотворные иконы исчезли, остались только мощи святителя Игнатия Брянчанинова.

В обители располагались различные учреждения — в годы войны госпиталь, затем дом престарелых, детский дом, колония для малолетних преступников, детский туберкулезный санаторий. Когда лечебное учреждение выселили, здания стали быстро разрушаться.

В 1998 году монастырь передали православной церкви. И началось его возрождение. Восстанавливаются не только старинные стены, но и сам уклад монастырской жизни.

Пока в храме только два инока — это сам игумен отец Борис и благочинный отец Серафим. Помогают им немногочисленные послушники и паломники.

В монастыре на покое живут архиепископ Михей, возглавлявший Ярославскую епархию с 1993 по 2002 год и митрополит Рязанский и Касимовский Симон, тридцать лет управлявший Рязанской епархией. Оба почитаемые верующими старца избрали именно этот монастырь. Ведь в Николо-Бабаевской обители жил известный русский богослов и аскетический писатель XIX века святитель Игнатий Брянчанинов. И само это место — Бабайки располагает к уединению и покою.

СВЯТИТЕЛЬ ИГНАТИЙ

Впервые Игнатий Брянчанинов посетил это место в 1847 году, когда еще, будучи архимандритом и настоятелем Сергиевой пустыни под Петербургом, он был освобожден от управления пустынью и для поправления здоровья приехал тогда в этот удаленный и малопосещаемый монастырь. Святителю Игнатию полюбилась обитель и по причине климата, благотворно повлиявшего на его здоровье, и по причине уединенности монастыря. Летом 1861 года святитель Игнатий, уже будучи епископом Кавказским, подал прошение об увольнении на покой по причине плохого здоровья и попросил настоятельство в Николо-Бабаевском монастыре. Просьба его была удовлетворена. 13 октября 1861 года Игнатий Брянчанинов приехал в Бабайки с группой учеников и нашел монастырское хозяйство в упадке. С приездом Игнатия Брянчанинова началось возрождение обители.

Здесь, в Бабаевском монастыре, были написаны Игнатием Брянчаниновым многие из удивительных по глубине духовного содержания писем, адресованных инокам и мирянам, знаменитое «Приношение современному монашеству», «Отечник» — сборник изречений и фрагментов из жизнеописаний подвижников первых веков христианства. В Бабайках были подготовлены к печати три тома «Аскетических опытов» и сборник «Аскетическая проповедь». Ученики называли Игнатия Брянчанинова новым Златоустом. 30 апреля 1867 года святитель Игнатий ушел из жизни и был похоронен в храме Иоанна Златоуста и преподобного Сергия Радонежского. В 80-х годах прошлого века, когда лечебницу из монастыря выселили, мощи святителя Игнатия были перенесены в Свято-Введенский Толгский монастырь.

Сохранилась до нынешнего времени келья, в которой жил святитель Игнатий. Ее показала мне матушка Леонида, регент монастырского хора, приехавшая в Бабайки вместе с митрополитом Симоном из Рязани.

ВЕЩИЙ АВЕЛЬ

Некоторое время иноком Николо-Бабаевского монастыря был монах Авель, которого в народе называли вещий Авель. Иностранцы нарекли этого инока русским Нострадамусом. Будущий монах Авель, крестьянин Василий Васильев, родился в Алексинском уезде Тульской губернии. С юных лет он начал странствовать по монастырям, а в 1785 году принял постриг в Валаамском монастыре. Но жил в разных обителях и пустынях. На некоторое время он задержался в Николо-Бабаевском монастыре.

Здесь он сочинил так называемую «Книгу мудрую и премудрую», в которой содержались различные пророчества, в ней он предсказал смерть императрицы Екатерины II. Последняя, узнав о предсказании, повелела заключить инока Авеля в Шлиссельбургскую крепость. И ровно через десять месяцев и десять дней Екатерина II умерла, точно в тот день, что предсказывал монах Авель. Затем премудрая книга попалась на глаза князю Куракину. Он передал ее императору Павлу I. Вскоре вещий Авель сочинил еще одну книгу, в которой предрек скорую гибель Павла I. Авеля на этот раз заключают в Петропавловскую крепость. Через десять месяцев и десять дней пророчество сбылось. Павла не стало. В новом сочинении Авель предсказывает взятие Москвы французами. Эта рукопись дошла до императора, на троне в то время был уже Александр I. Он повелел заключить монаха Авеля в тюрьму на Соловках. И вновь пророчество сбылось. Через десять лет и десять месяцев. Тогда, в сентябре 1812 года, Александр I распорядился написать князю Голицыну от своего имени письмо на Соловки, повелевая монаха Авеля исключить из числа колодников и включить в число монахов. Летом 1813 года вещий Авель явился к князю Голицыну и рассказал ему о грядущих судьбах России, где предрекал падение династии Романовых. Князь поостерегся допускать Авеля к государю и отпустил его восвояси. В царствование Николая I вещий Авель был помещен в Спасо-Евфимьевский монастырь в Суздале, где и скончался на 84 году жизни.

Все порочества монаха Авеля сбылись. Но за свой дар он поплатился 20 годами тюремного заточения.

СИЛА БОЖИЯ В НЕМОЩИ СОВЕРШАЕТСЯ

Когда мы приехали в Бабайки, в монастыре кипела работа. Каждый выполнял свое послушание. Трудились иноки, паломники. Удивительно красивое место со старинными липами, дубами, березами на самом берегу Волги, освященное пребыванием здесь русских подвижников, очень притягательно для верующего человека. Здесь хочется задержаться надолго.

В центре обители два добротных деревянных дома, очень похожих и по величине, и по стилю, построенных в старинных традициях, украшенных резными наличниками. Это дома архиепископа Михея и митрополита Симона. Митрополит Симон оказался дома, встретил гостей очень радушно и согласился поговорить с корреспондентом «Золотого кольца».

В келье владыки Симона обстановка очень аскетична. Книги, иконы, на столе рукописи. Предметов домашнего обихода минимум, только самое необходимое. Митрополит Симон — наш земляк, поэтому первый вопрос, конечно же, о родине.

— Владыка Симон, расскажите, пожалуйста, о вашей семье?

— Родился я в деревне Жолнино Даниловского района в 1928 году в крестьянской семье. Затем наша семья переехала в деревню Кишаново, которую мы ласково называем Кишанки.

— Владыка Симон, говорят, вы восстановили храм на своей родине?

— Помогал восстановить храм Воскресения Словущего, примерно в двух километрах от Кишанова в Николо-Отводном. Здесь, у этого храма, похоронены мои родители, Михаил и Анна Новиковы.

Храм был разрушен, на крыше березки росли. Местные жители очень стремились восстановить церковь, каждый вносил посильную лепту. Когда церковь открыли — это была большая отрада для них.

— Вы ведь много раз служили в этом храме.

— Служил. В этом храме служил и владыка Платон, вдадыка Михей много раз приезжал. И нынешний владыка Кирилл тоже служил в нашем храме.

— Я знаю, что вы часто приезжали и в село Вятское, почему именно сюда?

— Село Вятское тоже для меня родное. Я в нем учился в 5 — 7 классах. С сестрой Ниной ходили в церковь, пели на клиросе.

— Владыка Симон, вы получили хорошее духовное образование, закончили Московскую семинарию, затем академию. А как складывался ваш путь в юности?

— Мои родители были верующими людьми, и я с детства ходил в храм. Сверстники даже прозвали меня монахом.

После школы я закончил химико-механический техникум в Ярославле и работал на заводе, на «Резинотехнике», жил в общежитии. Не забывал о молитве и в это время. Я посещал Смоленский храм села Федоровского, он находится недалеко от завода, на котором я работал. Бывало ранней весной иду в валенках, а кругом слякоть. Сниму валенки и босиком бегу в храм. Так душа моя стремилась к вере.

В то время, когда в Смоленском не было вечерних богослужений, посещал храм Михаила Архангела в Норском. Молился в храме в Толгоболе. В церковь ходили и в войну, мы с сестрой Ниной пели на клиросе.

Моя жизнь изменилась, когда в Смоленский храм в селе Федоровском приехал отец Авель из Рязани. Батюшка, заметив, вероятно, мои устремления, написал мне характеристику для поступления в семинарию. И я благодарен отцу Авелю, наставившему меня на этот путь. В 1950 году я поступил в Московскую семинарию, было мне тогда 22 года. В семинарии учеба давалась легко, душа стремилась к этим знаниям. В семинарии никогда не было такого, чтобы кто-то взял что-нибудь чужое. Все вещи лежали окрыто. А когда я учился в техникуме во время войны, был такой случай — нам дали стирать окровавленные гимнастерки военных и кусок мыла. А у меня этот кусок мыла украли. В то время я жил на квартире, и хозяева выручили, выстирали эти военные гимнастерки.

— А как родители отнеслись к вашему выбору?

— Конечно же, с пониманием, ведь они были верующими людьми. Мне вспоминаются письма отца. Когда я уже был инспектором духовной академии, папа в письме спрашивал, что за должность такая. А я ему отвечал, вот в колхозе председатель, а у нас в академии ректор. А инспектор в академии — это все равно что в колхозе бригадир.

— Владыка Симон, вас с архиепископом Ярославским и Ростовским Михеем много лет связывает теплая дружба, вы часто приезжали в Ярославль, служили вместе с нашим владыкой. И теперь ваши дома по соседству в Николо-Бабаевском монастыре. А как вы познакомились с владыкой Михеем?

— Когда я работал в духовной академии, меня благословили служить в храме в патриаршей резиденции в Переделкине. Красивейшее там место — прекрасный сад, озеро. Однажды я ехал в Переделкино на машине, а со мной рядом какой-то батюшка. Это был отец Михей, он ехал к патриарху, чтобы взять благословение посетить Афон. Тогда в пути мы и познакомились.

— Владыка Симон, почему вы выбрали именно Николо-Бабаевский монастырь для своего пребывания на покое?

— Здесь, в Николо-Бабаевском монастыре, жил на покое святитель Игнатий Брянчанинов, которого я глубоко почитаю. Этот монастырь я выбрал еще и потому, что он близко находится к моим родным местам. Меня всегда тянуло на родину. Когда я учился в семинарии, ребята на каникулах стремились поездить по монастырям, а я всегда посещал родные Кишанки, Вятское.

— А этот прекрасный дом кто для вас построил?

— Построили дом рязанцы с большой заботой и любовью. Украсил его резными наличниками Дмитрий из Рязани, сын матушки Леониды.

Сначала, когда я приехал в Николо-Бабаевский монастырь, жить здесь было негде. А у меня целая машина с книгами. Тогда я отправился на родину, в Кишаново, в монастырь приезжал только на праздничные службы. Потом дали мне келью, где игумен Борис жил, затем более просторное помещение. Сейчас в нем живет отец Владимир Кучерявый, профессор духовной академии. Недавно он принял монашеский постриг. Когда отец Владимир узнал, что я здесь в Бабайках на покое, он тоже попросился сюда. Отец Владимир поет в хоре вместе с матушкой Леонидой, они очень одаренные люди.

— Владыка Симон, на покое вы ведь продолжаете работать, служите?

— Читаю, служу по праздникам. Много писем приходит из Рязани, отвечать надо. В гости в монастырь приезжают рязанцы, по 20 — 30 человек.

Недавно владыка Евлогий пригласил приехать во Владимир на праздник в честь 850-летия явления иконы Божией Матери Андрею Боголюбскому. Собираюсь поехать, надо готовиться, ведь нужно будет выступать на торжествах.

На прощание владыка Симон подарил несколько книг со своими трудами и проповедями и рассказал такую притчу: «Приходит послушник к старцу и спрашивает его: „Отче, я все делаю, что вы говорите, стараюсь исполнять все заповеди. А как узнать, что спасаюсь?“ Тогда старец сказал ему: спасешься, если будешь считать себя хуже других — они спасутся, а я нет».

Владыка Симон и Владыка Михей молятся о восстановлении Николо-Бабаевского монастыря. Пока он почти весь в руинах. Разрушенные келейные корпуса. Разрушенные до основания храмы. Надвратный храм Успения Божией Матери в плачевном состоянии.

Но радуют, казалось бы, не очень яркие приметы возрождения обители. Цветы на клумбах, скворечники, развешанные весной. Птахи даже боролись за право жить в этих домиках.

Насельники монастыря говорили: как хорошо, если бы была вновь открыта пристань, которая когда-то здесь существовала. Неплохо, если бы ходил сюда автобус. Пока маршрута до Бабаек нет. Из Некрасовского люди приезжают на службы на велосипедах.

Есть намерение открыть в Николо-Бабаевском монастыре филиал новой духовной академии, недавно основанной. Но где ей расположиться? Старинное здание, называемое архиерейским домом, в руинах. А кто-то еще говорил, что, возможно, в Бабайках будет даже патриаршия резиденция. На это матушка Леонида улыбнулась. Может быть, и будет когда-нибудь. У Бога все возможно.

http://www.goldring.ru/podrobno.php?id_rub=18 132&id_Art=18 703&day=2&month=7&year=2005


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru