Русская линия
Фонд «Русская Цивилизация» Елена Альшанская01.07.2005 

История с реституцией

Реституция — это неблагозвучное иностранное слово уже более десяти лет является камнем преткновения в отношениях России и стран-участниц Второй Мировой войны.
Речь идет о возвращении культурных ценностей, вывезенных Советским Союзом во время войны. Основные претензии к России, в довольно бескомпромиссном тоне, уже много лет выдвигает Германия. Надо заметить, что международные правовые акты о реституции, которые принимались после окончания войны предусматривали возвращение культурных ценностей вывезенных именно в Германию с оккупированных гитлеровским режимом территорий. Но современный мир настолько изменился с тех далеких времен, что острие международного права развернулось на 180 градусов и, словно избушка Бабы-Яги, стоит к нам тем самым местом, которым после капитуляции рейха, оно было повернуто к Германии.
Буквально на днях ведущий специалист по реституции Анатолий Вилков произнес фразу, взрывная волна реакций от которой пока отзывается лишь в кабинетах искусствоведов и музейных работников. На своей пресс-конференции заместитель руководителя Федеральной службы по надзору за соблюдением законодательства в сфере массовых коммуникаций и охране культурного наследия Анатолий Вилков заявил, что Россия возвращает культурные ценности, вывезенные в Советский Союз и уже частично удовлетворила претензии восьми иностранных государств.
За этой небольшой фразой может стоять переход к совершенно новому этапу в «истории с реституцией».
После окончания войны странами антигитлеровской коалиции было принято несколько документов, регулирующих взаимные имущественные отношения. К примеру закон от 20 декабря 1945 г «О наказании лиц, виновных в военных преступлениях, преступлениях против мира и против человечности» предполагал реституцию культурных ценностей странам, которые пострадали от гитлеровской оккупации, а так же конфискацию имущества у проигравшей войну Германии. Советское командование вывозило трофеи следуя этим же правовым нормам. Мы изначально воспринимали вывоз трофеев как законную компенсацию за причиненный СССР ущерб. В результате войны было разграблено 427 наших музеев, разрушено около 1800 церквей, синагог и мечетей, украдено 180 миллионов книг и утрачено 564 тысячи художественных произведений.
Наличие «трофейного искусства» никогда особо не афишировалось. Советский Союз сам решал что и кому вернуть. Поэтому и официальных претензий со стороны других государств быть не могло. Однако, стоит напомнить, что в 60-х годах советское правительство вернуло 1 830 000 произведений искусства, а также архивы и книги тогдашнему ГДР.
Небольшое отступление — недавно берлинская академия сообщила, что более миллиона предметов искусства было вывезено во время Второй Мировой войны из Германии в Россию. Как видно из цифр вернули мы чуть ли не больше, чем было вывезено. Откуда же такое активное требование возврата перемещенных ценностей сегодня? Традиционная немецкая дотошность?
Возвращение ценностей в советский период всегда происходило на основе либо компенсации, либо взаимного обмена. В то время как сегодняшние акты возвращения ценностей происходят на безвозмездной основе. Щедрой рукой раздаются коллекции, которые уже стали незыблемой частью музейных собраний, стоимость каждой из которых в денежном выражении равняется годовому бюджету небольшой страны, а культурное значение вообще оценке не поддается. Верится в эту безвозмездную щедрость с трудом. Возникает ощущение, что отсутствие официальной компенсации предполагает компенсацию на совсем другом уровне, и увы, ни до нас с вами, простых посетителей музеев, ни до тех, кто все эти годы хранил и берег эти ценности, она конечно же не дойдет.
Вопрос о перемещенных культурных ценностях набрал полный голос только после распада Союза. Именно тогда возникла необходимость в дополнительных правовых актах, регулирующих эту ситуацию. Возвращение вывезенных ценностей оказалось и удобным популистским ходом, подтверждающим наши «дружественные намерения» в отношении западных стран, и неплохим бизнесом.
Можно представить, что осталось бы в наших музеях, если бы закон «О культурных ценностях, перемещенных в СССР в результате второй мировой войны» так и не удалось бы принять (а отклонял его Совет Федерации трижды) Достаточно вспомнить эпизод с библией Иогана Гутенберга, которую Борис Николаевич чуть было не подарил канцлеру Гельмуту Колю в знак дружбы между нашими народами. Экспертам удалось убедить президента, что дарить книгу, ценность которой превышает 20 миллионов долларов, а количество подобных книг в мире не превышает нескольких экземпляров, все-таки не стоит, как бы дорога ни казалась дружба между братскими народами. Сегодня вопрос о передаче библии в Германию вновь озвучен. Как заметил в своей речи Анатолий Вилков :"с возвращением в Германию Библии Гутенберга есть некоторые сложности". Очень интересно, насколько преодолимыми окажутся «некоторые сложности» на этот раз.
Показательна история так называемой «балдинской» коллекции. Это 362 рисунка и 2 картины. Среди них произведения Тициана, Рембрандта, Дюрера, Рубенса, Делакруа, Буше, Ван Гога, Тулуз-Лотрека. В 1945 году капитан Виктор Балдин обнаружил в подвалах одного из бранденбургских замков альбом рисунков, частично уже растасканный его солдатами. Балдин спас эту коллекцию, тайно вывезя ее в Союз среди своих личных вещей. Сам он ратовал за возвращение коллекции немецкому народу. Несколько раз, совершенно безрезультатно, он пытался уговорить руководство страны вернуть рисунки в Германию. Позднее, став директором Музея архитектуры, он передал свою коллекцию в музей. С 1993 года коллекция является предметом несмолкающих споров. В 1994 году госкомиссия по реституции культурных ценностей постановила «считать возможным возвращение балдинской части коллекции бременского Кунстхалле правительству ФРГ». Однако вопрос этот затормозился до принятия в 1999 году закона о реституции. Тогдашний министр культуры Николай Губенко был противником вывоза любых перемещенных ценностей. Однако сменивший его на этом посту Михаил Швыдкой тут же заявил, что передача коллекции, причем на безвозмездной основе, вот-вот должна состояться. Рисунки чуть было тайно не переправили в Германию в 2003 году. Но в дело вмешался Совет Федерации и передача коллекции была временно приостановлена. Министр Швыдкой не раз вызывался прокуратурой для объяснений по этому поводу. И только в этом году к вопросу о «балдинской» коллекции вернулись, и, похоже, решили вопрос окончательно. Возвращение коллекции на родину уже не обсуждается. Она будет полностью перевезена в Германию во второй половине 2005 года. Основанием для такого решения стало то, что коллекция была вывезена из Германии тайно без соответствующего юридического оформления и, значит, под действие закона о реституции эта коллекция не попадает.
Казалось бы, о чем еще говорить? Коллекция была вывезена нелегально и вернуться на родину должна. Решение было сложным, но соответствующим всем правовым нормам. Все так. Смущает только одно: именно это решение предшествовало громкому заявлению Вилкова о возвращении перемещенных ценностей. История с коллекцией «Балдина» очень похожа на показательный процесс. Общество долго готовили к принятию того, что мы должны расстаться с этими рисунками. Именно с этими. Выставка «балдинских» рисунков, которая в конце концов состоялась, была сделана на скорую руку и должна была создать впечатление, что рисунки эти — в основном наброски, ценность которых видна лишь специалисту. И именно тогда, когда решение о том, что эта коллекция будет передана в Германию, наконец было принято, зам. руководителя Росохранкультуры А. Вилков заявляет, что мы удовлетворяем (пусть пока частично) претензии еще восьми стран, по которым никаких громких общественных дебатов не было.
Помимо традиционных заявлений Германии, свои претензии к России предъявили Нидерланды, Венгрия, Австрия, Бельгия, Греция и Люксембург и Украина. Среди этих удовлетворенных «претензий», подробности о которых известны в основном узким специалистам, есть одна, вызывающая массу вопросов. Речь идет о претензии правительства Нидерландов по 22 фондам архивных документов, а также коллекции гравюр и живописи западноевропейских мастеров. Архивные фонды мы вернули Нидерландам еще в 2001 году. А вот речь о коллекции гравюр и живописи зазвучала впервые. Коллекция — это 307 графических работ величайших западноевропейских мастеров Дюрера, Рембрандта, Ван-Дейка, Веронезе, Тинторетто, которая хранится в Пушкинском музее и стоимость превосходит полмиллиарда долларов. Коллекция рисунков, на которую претендуют Нидерланды была вывезена из Германии в качестве компенсации российских потерь художественных произведений во время войны и по закону является федеральной собственностью Утрата этой коллекции будет намного очевиднее и значительней, чем утрата «балдинских» архивов. Так почему же факт возвращения этой коллекции Нидерландам сообщается между делом, «через запятую», словно речь идет о чем-то незначительном и давно решенном?
Ведь если подумать, речь идет не о том, что каждая страна обязана вернуть вывезенное во время Второй мировой войны. Кто считал, сколько и куда было вывезено ценностей из России? Речь идет прежде всего о том, что мы теряем достаточно устойчивое место в мировом культурном пространстве, не говоря уже о пространстве политическом. Щедрость, конечно, очень хорошее качество. Но безоглядная щедрость на государственном уровне кажется как минимум непродуманной, если не преступной.

http://www.rustrana.ru/article.php?nid=10 362


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru