Русская линия
Русский домПротоиерей Александр Шаргунов27.06.2005 

Свет Петрова поста
27 июня — 11 июля — Петров пост

В Православной Церкви издревле существуют четыре поста. Два посвящены Господу — Рождественский и Великий. Они готовят нас к принятию новой жизни Воплотившегося и Распятого Христа. И два — Успенский и Петров — показывают, какой плод дело Христово принесло в «начатках нового творения» — Божией Матери и первоверховным апостолам. Посреди всех молитв и всех постов Церкви — Крест Христов, Христова и наша победа над смертью.

После праздника Пятидесятницы и Всех святых мы вступаем в Петров пост, чтобы дано нам было благодатно узнать, что мы принадлежим святой соборной и апостольской Церкви. И можем приобщиться крестной любви Христовой, взирая на подвиг апостолов Петра и Павла. «Подражайте мне, как я Христу», — говорит нам апостол Павел. Постараемся в течение этого времени взять на себя труд, кто сколько может вместить, — прочитать с молитвою два Соборных Послания апостола Петра и четырнадцать Посланий апостола Павла. Так, в течение Великого Поста благочестивые христиане стараются прочитать всю Библию. Чтобы ум просветился, как говорит преподобный Серафим, разумением Божественных Таин. А на Страстной Седмице по уставу Церкви за богослужением читается все Четвероевангелие.

Церкви дано всё, что имеет Христос, но она должна пройти через всё то, что Христос прошёл, и прежде исповедать Его Богом. Когда Пётр первый произнес эти слова, которые не перестают звучать на земле: «Ты еси Христос, Сын Бога Живаго» — каждый из нас перед причастием произносит их, — Господь открывает ему блаженство принять этот свет не от плоти и крови, но от Отца. Но то, что Спаситель не говорит, то, что Петр ещё не может в это время вместить — от Его Плоти и Крови, от Плоти и Крови Христовой Отец даёт этот Дух, без которого Пётр не сможет, не стыдясь, исповедать Его перед людьми.

Как быть свидетелем Божиим, не будучи крещённым огнем? Верою и любовью с самого начала оставил он лодку и сеть с богатым уловом, и родительский дом, и пошёл за Христом. И за любовь его и веру дано ему было откровение от Отца и радость на горе Преображения. Верою и любовью решился он идти ко Христу по водам, но, увидев сильные волны, испугался и стал тонуть, и Господь сказал ему: «Что устрашился, маловере?» В следовании его за Господом всё время открываются новые глубины жизни и смерти, чередуются поражения и победы. Когда Спаситель говорит о жертве, о жертвенном пути, о превосходящем всякое разумение таинстве спасения, многие из учеников Его восклицают: «Как может Он дать есть Свою Плоть, какие странные слова, кто может это слушать?» (Ин.6,52). Никто не хочет крестного страдания, и поэтому многие из учеников отошли от Него, как сказано в Евангелии. И когда Господь, видя смятение всех, и даже самых близких учеников, спрашивает: «Не хотите ли и вы отойти?» — верою и любовью Пётр побеждает малодушие: «Господи! к кому нам идти? Ты имеешь глаголы жизни вечной» (Ин. 6,68). Однако он должен узнать любовь до конца, и до конца узнать несовершенство своей любви. Человеческая любовь может быть прямой противоположностью истинной любви, даже если она обращена ко Христу. Когда Пётр узнаёт о предстоящих Крестных страданиях Господа, он, исполнившись сострадания ко Христу, умоляет: «Да не будет этого с Тобою, милосердный Господи!» — и слышит в ответ: «Отойди от Меня, сатана, ты Мне соблазн, ибо ты думаешь не о Божием, но о человеческом» (Мф 16,23). Теми же словами Христос отверг ранее диавола, когда тот, искушая Его, предлагал Ему властью и чудом, а не любовью всех привлечь к себе.

Человеческая любовь, как бы она ни была горяча, может обернуться внезапно нелюбовью, предательством, отречением от любимого. В троекратном отречении от Христа, когда бьют Его и плюют на Него, и ведут от допроса к допросу, и Пётр говорит: «Не знаю этого человека», мы видим всю страшную реальность этого события. Разве не говорил он от всего сердца недавно: «Если и все отвергнутся от Тебя, я никогда не отвергнусь»? И когда по Воскресении Господь спрашивает Петра: «Симон Ионин, любишь ли Меня больше сих?» — Пётр уже не сравнивает себя ни с кем, он просто отвечает: «Ты знаешь, что я люблю Тебя». Трижды отрёкся он от своего Господа, и трижды даёт ему Господь возможность утвердить свою любовь. «Если любишь Меня, — говорит Господь, — если ты узнал, как на самом деле достигается любовь, паси овцы и агнцы Моего стада» (Ин 21,15−17). Только любовью к другим, за которых Христос жизнь Свою положил, мы можем доказать, что любим Христа. Но эта трижды возвещаемая на озере Тивериадском любовь ещё не есть любовь до конца. Господь возвещает ему, что придёт день, когда прострёт Пётр руки свои, и другой его препояшет, и поведёт, куда он не хочет, знаменуя, какою смертью Пётр прославит Бога. Это произойдёт потому, что Пётр узнает, наконец, тайну любви. Когда Дух Святой в день Пятидесятницы сойдёт на апостолов, Пётр примет совершенно новую любовь — ту, которая есть у Самого Христа. Любовь, которая позволит ему отдать свою жизнь за Того, Кого он любит. Он в этой любви и не самый больший, но он тоже пойдёт на крест, и он попросит пригвоздить его вниз головой, потому что он недостоин умирать так же, как Господь. Так Пётр воздаст славу Агнцу, и агнцы узнают, что не одними словами написал им их Пастырь: «Но как вы участвуете в Христовых страданиях, радуйтесь». Дать Духу Святому открыть через его пролитую кровь великолепие непорочного Агнца Божия, закланного прежде создания мира. Таким будет его блаженство — первого человека на земле, который исповедал Христа Сыном Божиим, и услышал: «Блажен ты, Симон сын Ионин, потому что не плоть и кровь открыли это тебе, но Отец Мой, сущий на небесах» (Мф 16,17). И Пётр, трижды отвергшийся Христа во время Его страданий, осмелится сказать: «Я свидетель страданий Христа и славы, которая должна явиться» (1 Пётр 5,1).

У апостола Павла было другое призвание. Он прошёл другой путь к тайне креста и любви. Мы не в состоянии себе представить, что пережил он при встрече с воскресшим Христом, когда он, ревнитель по Богу и славе Божией, увидел себя разоблачённым как враг Божий, как противник Мессии, как гонитель Церкви Божией. Среди ослепительного сияния он услышал: «Что ты гонишь Меня?» — и навеки узнал, что всё, что он делает этим невинным людям, влача их на казнь, относится ко Христу. Путь, который прошёл апостол Пётр к любви, раскрывается у апостола Павла в его покаянии. По дару любви из распинателя Христа он стал благодатным причастником Тела и Крови Христовых. Так что это его исповедание стало исповеданием каждого православного христианина перед причастием: «От них же (грешников) первый аз есмь», и столь же свято оно, как исповедание апостола Петра: «Ты еси Христос, Сын Бога Живаго». Всею жизнью своей, телом и кровью своей приобщается он тайне, которая открылась ему по дороге в Дамаск, чтобы до всех донести её, до тех, кто ничего не знает и не понимает, что значит жизнь человеческая. Сами по себе страдания и труды не имеют никакого значения: «Если я раздам все, что имею, — пишет он в своем Послании, — и отдам тело мое на сожжение, а любви не имею, нет мне в этом никакой пользы"(1 Кор 13,3). И потому гимн любви и гимн Кресту сливаются в его благовестии в одно звучание. Крест, которым ему мир распялся и он — миру, включает в себя немощи его, и когда говорит апостол, я немощен, тогда силён, ибо сила Христова в немощи совершается, и любовь Божия изливается в сердца наши Духом Святым.

На кресте умирает Пётр, а апостол Павел принимает смерть от усекновения мечом, но каждый человек, даже если к нему смерть приходит дома, умирает на кресте, если умирает с Господом. Ключи Царства даёт Господь Петру — власть открывать дверь в жизнь. Но эта власть, как говорит блаженный Августин, принадлежит не одному Петру и не одному Павлу, а всем апостолам, всем пастырям, всей Церкви, потому что только Христос отворит, и никто не может затворить. Имя его — Пётр, что значит «камень». Он первый узнал, Кто есть Христос, и потому он — первый камень в здании Церкви. Но только Христос — «камень, который отвергли строители, и который был во главе угла» (Мф 21,42). И врата адовы не одолеют Церковь, как они не могли удержать Христа. Через века звучит ко всем христианам обращённый голос Христов: «Вы свет мира» (Мф 5,14). Он, Который Сам говорит о Себе: «Я — свет миру» (Мф 8,12). И мы, несмотря на наши немощи и маловерие, призваны быть этим светом. Миллионы и миллиарды людей привели ко Господу святые первоверховные апостолы Пётр и Павел своими Посланиями, потому что это — слово крестное, и это слово любви. Каждый из нас, кто бы он ни был, должен быть причастником Тайнам Христовым, Кресту и любви. И только в той мере и степени, в какой мы этим тайнам причастны, спасаемся мы сами и можем других привести ко Господу.

http://www.russdom.ru/2005/20 0506i/20 050 617.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru