Русская линия
Литературная газета Борис Руденко24.02.2005 

Не отнять, а вернуть
Но только по закону!

У нас появился исторический шанс разом решить все наболевшие проблемы. Ну если не все, то главные. Мы можем стать страной с самым молодым населением. Как? Элементарно: брошенные государством беспомощные старички вымрут быстро, так как с подъёмом цен и тарифов им не хватит денег на еду, способную поддерживать жизнь.

Мы можем превратиться в страну с самым здоровым населением — больные вымрут вслед за старичками, потому что даже операция аппендицита придётся не каждому по карману, не говоря об операциях более сложных, а на аспирине бесполезные Отечеству индивидуумы долго не протянут.
Наконец, у нас есть шанс навсегда остановить «утечку мозгов», поскольку их производство практически прекратится. И в один прекрасный день беспристрастная статистика покажет, что по этим показателям мы достигли уровня Европы или даже превзошли таковой, в чём призваны помочь, помимо состоявшихся пенсионной и льготной реформ, грядущие реформы медицины и образования. Мы знаем и верим, что эти реформы жизненно необходимы, они проводятся потому, что у государства мало денег. Денег не хватает ни на достойные человека пенсии, ни на зарплаты врачам и педагогам, ни на образование и науку, ни на содержание боеспособной армии, ни на защиту граждан на больших дорогах и в узких переулках от бандитов, а также голодных работников милиции.
С огромным трудом удалось заполнить лишь стабилизационный фонд, разбухший до небывалых размеров. Но он, говорят, неприкосновенен, а больше денег в России взять неоткуда.
Но когда это слышат жители Аляски, они смеются так громко, что слышно на другом берегу Берингова пролива. Их смех подхватывают японцы на островах Хоккайдо и Хонсю, затем жители Кореи, приграничных нам районов Китая, потом Турции, бывших братских социалистических стран и бывших союзных прибалтийских республик. Попадая в резонанс, общий смех вызывает колебания земной коры, сопровождающиеся разрушительными цунами.
Но только простодушные аборигены Аляски смеются радостно, полагая, что слышат анекдот. Они не верят, что на родине нефти и газа нет денег. В громком смехе остальных звучит сочувствие.

Чтобы продолжать спасать детей, Московскому институту педиатрии и детской хирургии (главному по специализации в стране) для обновления аппаратуры и закупки необходимых медикаментов нужно не очень много — 6 — 8 млн. долларов. Ровно в 2 раза меньше, чем ежегодно тратит на косметику (по сообщениям прессы) жена олигарха Абрамовича. Ровно в 200 раз меньше, чем он сам потратил на покупку футбольной команды и личного дворца в окрестностях британской столицы. Этот институт я взял для примера совершенно произвольно. В других — та же самая ситуация.
В Иране времён шаха Мохаммеда Реза Пехлеви, на Филиппинах времён президента Маркоса, на Гаити времён Папы и Беби Дока (перечень можно продолжать долго) детишки мёрли тысячами сами по себе, и мировую общественность практически не волновало, что одновременно личные счета указанных руководителей исчислялись в десятках миллиардов долларов.
Потом, когда тираны были свергнуты, общественность с громкими криками помогала вернуть народам украденное. Справки о том, что состояние диктаторов возникало именно как результат властного воровства, мировая общественность не требовала. Ну откуда, в самом деле, Маркосу, который в жизни грядки не вскопал, взять свои миллиарды? Не вспоминали о презумпции невиновности, отобрали всё что могли, не пощадив его вдову Имельду.
Такова была фактическая ситуация.
Наша российская ситуация такова, что мы умираем. Мы — граждане погибающего государства с вымирающим населением, это не эмоции, а всё та же статистика. Чтобы выжить, нужны деньги. Где их взять? Неужели действительно негде? Давайте попробуем поискать вместе. Начнём с малого.
В Уголовном кодексе РФ есть статья 256 «Незаконная добыча водных животных и растений». По оценке МВД России, доходы организованных преступных группировок, занятых преступным промыслом морских животных на Дальнем Востоке, составляют сотни миллионов долларов. Лично капитану судна-браконьера по закону максимально грозит 6 месяцев ареста (это не тюрьма, успокойтесь, арест отбывать можно и в любимом отделении милиции), владельцу — от 200 до 500 минимальных размеров оплаты труда. Примерно столько, сколько он, владелец, за вечер оставляет в казино.
Ситуация странная. Представьте, что за каждый килограмм чистого героина с его хозяина берут по пять рублей штрафа. Ну ещё снимают с наркотрассы водителя фуры. И какие проблемы? Нанял нового — и вези себе дальше.
Конечно, пример — определённая натяжка. Дальневосточные крабы-гребешки и героин — товар разной номенклатуры. Но уровень доходности примерно одинаков, если к тому же сравнивать коммерческий риск вкупе с административно-уголовными санкциями.
Отчего бы для начала немного не изменить добрый к браконьерам Уголовный кодекс в пользу зарплаты для учителей начальных школ? Например, суда браконьеров конфисковывать, продавать их на аукционах, штрафы владельцам (руководителям ОПГ) увеличить хотя бы раз в сто. Может, и в тюрьму кого посадить полезно. Кстати, в странах, где с браконьерством действительно борются, поступают именно так, конфискуют и сажают. Во всяком случае, там не ОПГ заведуют рыбным бизнесом. А сам рыбный бизнес приносит казне неплохие доходы, а гражданам — легальную продукцию, которую мы давно забыли на вкус.
То же по поводу незаконной вырубки лесов, принявшей размеры бедствия. Санкции по статье 260 УК не менее милосердны: от 50 минимальных до 6 месяцев ареста, — и хищников, занятых в этом сверхприбыльном бизнесе, не останавливают. Чтобы следить за лесами, обещают начать космический мониторинг. Это, конечно, можно, теперь мы будем в любую минуту точно знать, сколько деревьев ценных пород у нас убыло. А можно ещё принять закон о конфискации у порубщиков орудий труда и автотранспорта. Хотя бы попробовать задушить хищников экономически в пользу добросовестных коммерсантов. Что сработает эффективней? Давайте, подискутируем!

Теперь пойдём немного дальше. Вспомним о благородных индейцах Аляски. Они живут хорошо, поскольку получают дивиденды с каждого добытого из-под их ног барреля нефти. Таков американский закон. Нашим чукчам тоже немного повезло — на доходы от нефти им купили хорошую футбольную команду, а портрет жены губернатора теперь осветит любую ярангу. Правда, эта нефть добыта не на Чукотке.
Миллиардер Абрамович, подобно бывшему диктатору Филиппин Маркосу, тоже ни разу не был замечен на грядке. Они одинаково быстро (хоть и в разное время) стали миллиардерами без очевидных на то причин. Абрамович, Невзлин, Ходорковский и т. д. сделались в одночасье обладателями гигантской части страны со всеми её материальными и людскими ресурсами. На что они всё это купили? Вопрос не завистника, а обыкновенного изумлённого. Точно известно, что перечисленные бывшие комсомольские работники и научные сотрудники к началу перемен обладали примерно равным с каждым из нас стартовым капиталом. Также совершенно точно известно, что среди их предков не было пиратов, поэтому речь о семейных кладах не идёт.
На эти естественные вопросы нынче отвечают так: приватизация, превратившая одних в олигархов, а других в нищих, была проведена в полном соответствии с действовавшими тогда законами. Полагаю, не надо убеждать, что законы были несовершенные — об этом уже и так много сказано. Они позволили ворам стать богатыми, они не защитили честных, они сделали половину населения страны бедными и с каждым годом делают ещё беднее. Однако закон суров, но это закон, и ежели мы хотим, чтобы Европа не вычеркнула нас окончательно из списка демократий, обязаны его соблюдать. Потому что, говорят, среди настоящих демократов закон обратной силы не имеет.
Только это полная неправда! Дурные законы отменялись повсеместно, когда их ничтожность и вредность становилась очевидной. Но тут обязательно добавим: как только появлялась властная возможность их отменить. Например, законы Третьего рейха о расовой чистоте. Или «сухой закон» Соединённых Американских Штатов, фактически положивший начало созданию мафии.
Можно заглянуть в историю и поглубже. В Римской империи — «закон о харчевнях», переменчивый как хамелеон в зависимости от политической обстановки в стране: дабы не создавать потенциальные очаги возмущения в харчевнях запрещали подавать вначале горячее, затем вино, затем задерживаться после определённого часа, затем вообще собираться больше двух. Потом всё это отменяли, а спустя короткое время всё начиналось сначала.
Вернёмся в настоящее. Законы о запрете абортов (они не только в СССР были приняты), унесшие тысячи жизней криминальных рожениц, о «частнопредпринимательской деятельности с использованием государственных форм"… В общем, много чего было. И везде.
Германия утратила расистские законы в результате полного военного поражения. Америка — антиалкогольные — после поражения правового и экономического в борьбе со своими гражданами. Кстати, нелишне напомнить, что, когда началась Вторая мировая война, всех японцев, а чуть позже и немцев, обнаруженных в пределах США, интернировали. Посадили на пять лет в специальные концентрационные лагеря без права апелляции к статьям великой Конституции и Декларации прав человека. Конечно, это был не Освенцим и не Бухенвальд, интернированные там не голодали, на ежедневном рытье котлованов с последующей их засыпкой не надрывались и даже успевали обзавестись семьями.

Отметим главное: очень часто отменяли (или вводили) особо важные законы в силу непреодолимых обстоятельств. И прежде всего когда государство находилось в состоянии войны или её ожидании.
А мы-то сейчас в каком состоянии, не замечаете? И даже не о Чечне речь, в которой каждый год продолжаются боевые потери. Но в остальной-то, ни с кем не воюющей армии мы теряем по 2000 человек в год! Полный полк юношей без единого выстрела со стороны противника ежегодно уходит в небеса. А в общей сложности каждый год население нашей страны уменьшается на миллион. Это ли не главный признак?
Мы давно находимся в состоянии войны и терпим тяжкие поражения, что легко поймёт всякий беспристрастный сторонний наблюдатель, ознакомившись с ежедневными «сводками с фронтов».
Состояние войны предполагает отмену вредных законов и принятие насущно необходимых. Главное — выжить. Дурные законы, превратившие нашу страну в развалины на фоне личных нефтяных вышек, конечно же, нужно отменять. Только не по привычной схеме: ты богатый, я бедный, потому — отдай немедленно! Лично мне от Абрамовича ничего не надо. Принцип должен быть другой: украл — верни украденное!
Только не надо упоминать презумпцию невиновности. Эта достойная уважения юридическая норма никакого отношения к данному случаю не имеет. Лучше сам докажи, что за пять лет честно скопил миллиард долларов, на которые купил природные ресурсы России. По 548 тысяч каждый божий день откладывал под подушку, чтобы выйти на аукцион и купить «Сибнефть»? Так покажи хотя бы ту подушку! Может, в цифрах я слегка путаюсь: «Сибнефть» стоит дешевле, ЮКОС малость дороже. Или наоборот. Но всё равно подушка не маленькая.
Между прочим, юридическое слово «реституция», опороченное в общественном сознании настойчивым стремлением бывшего министра культуры поскорее вернуть Германии все наши военные трофеи, означает, кроме того, восстановление имущественного права стороны, потерпевшей ущерб в результате неправедного, нечестного действия.
«Закон обратной силы не имеет» — это определение относится к случаям, когда вновь принимаемый закон хуже прежнего. А если лучше — не возбраняется распространить его действие назад по времени, хоть до Рождества Христова.
Если государственный чиновник в США или Европе не сумел объяснить источника своего внезапно возросшего благосостояния, в лучшем случае его ждёт увольнение. В худшем — тюрьма.
Если начальник районного отдела милиции любого региона России с зарплатой 300 — 400 у.е. в месяц построил себе дом стоимостью 1,5 млн. долларов, об этом иногда изумлённо пишет местная пресса, но те газеты не идут даже на растопку: в таких домах иная система отопления.
Скоро вступит в силу закон, по которому у неплательщиков коммунальных услуг в счёт компенсации будут забирать квартиры. Ясно, что первыми жертвами новых правил станут те, кому действительно нечем покрывать взвившиеся до небес тарифы. В перспективе — образование рынка конфискованного жилья, а также новый бум массового строительства бараков для неимущей бедноты.
Зато конфискация имущества осуждённых, нажитого преступным путём в счёт возмещения ущерба, нанесённого обществу и государству, по большинству статей Уголовного кодекса не так давно была отменена. Потому даже чудом попавший за решётку жулик или взяточник никогда не лишится наворованного, и это будет сладко греть его душу тот недолгий срок, что он проведёт на нарах.

Лозунг «отнять и поделить!» вновь стал популярным. Его поднимают КПРФ, лимоновцы, некоторые другие партии и отдельные политики. Но вливаться в их колонны мне не хочется, и я бы никогда не стал писать того, что пишу, если бы не сообщение о фактически первом властном действии нового президента Украины: Виктор Ющенко своим распоряжением заморозил 92,5% акций металлургического гиганта «Криворожсталь». Потому что этот завод превратили в личную собственность нечестно, хотя и с соблюдением формальностей тогдашнего закона. Закона, который Ющенко даже не успел отменить. И его грузинский коллега Михаил Саакашвили тоже помаленьку возвращает в госказну то, что по неправедным прежним законам умыкнули оттуда бывшие начальники Грузии. Притом Европа и США им лишь восторженно рукоплещут и обещают немереные кредиты!
Так отчего же мы продолжаем скромничать? Почему тоже не желаем найти деньги на поддержку стариков и больных, медиков и педагогов, предпринимателей и фермеров, которые производят товар, растят зерно, снабжают нас пищей, а также, конечно же, милиционеров, которые будут их (и всех остальных) защищать от бандитов и взяточников?
Нет, отнимать не надо. Уже один раз отняли, и ни к чему хорошему в исторической перспективе это не привело. Но вот вернуть — надо обязательно. Без такого шага ни на что хорошее нам тоже надеяться нечего.
Непременно по закону. И по совести.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru