Русская линия
RBC daily Антон Попов22.02.2005 

Кого бережет российская милиция?
Правоохранительными органами недовольно и население, и власть. Но для изменения ситуации нужно перестроить всю систему силовых структур

Начало года выдалось для правоохранительных органов — особенно МВД — непростым. Силовики не успели толком оправиться от прошлогодних событий в Беслане, как через несколько месяцев им уже пришлось извиняться за бесчинства милиции в Благовещенске. Затем на МВД обрушился гнев генпрокурора Владимира Устинова и премьера Михаила Фрадкова. Оба обвинили «органы» в коррупции и самоуправстве. С одной стороны, столь резкие выступления чуткого к веяниям «в верхах» Устинова можно считать признаком грядущих перемен. Впрочем, никаких более ясных свидетельств тому, что МВД могут ждать кадровые «рокировки», пока нет. Одни эксперты полагают, что нерешительность властей в отношении проблем милиции объясняется нежеланием трогать и без того неустойчивую систему, поскольку ситуация в стране далека от стабильной. Другие отмечают, что необходимость «чистки рядов» давно назрела и перезрела — однако для того, чтобы изменить положение дел, необходимо менять всю систему силовых органов. В частности, они полагают, что во главе таких ведомств должны стоять гражданские министры. А сами министерства должны выполнять функции политического управления, а не быть придатком силовых структур.

На прошлой неделе МВД оказалось под плотным перекрестным огнем критики. Спикер Госдумы Борис Грызлов пообещал, что ожидаемый в скором времени судебный процесс над «оборотнями в погонах» (пятью сотрудниками МУРа и генерал-лейтенантом МЧС) будет «показательным и результативным». Неутешительную статистику обнародовал прокурор Москвы Анатолий Зуев. По его данным, в одной только Москве были привлечены к уголовной ответственности 292 сотрудника милиции — в основном сотрудники среднего звена. Прокурор выразил недоумение в связи с тем, что среди привлеченных к ответственности нет представителей руководства. «А где же руководители?» — посетовал он. Риторический вопрос прокурора повис в воздухе. По данным МВД, в целом по России за прошлый год к различным видам ответственности было привлечено около 15,6 тыс. сотрудников органов внутренних дел и военнослужащих внутренних войск, из них к уголовной ответственности привлечено 2,6 тыс. человек. По словам Владимира Устинова, с 2001 по 2004 г. количество совершенных милиционерами преступлений выросло в несколько раз. Среди них — убийства, вымогательство, похищения людей, изнасилования, превышение полномочий, взяточничество и торговля наркотиками.

«Реальное положение дел очень хорошо знают и чувствуют на себе простые граждане. Это они видят, как „стражи порядка“ шастают по ларькам, набивая карманы рублями и бутылками», — заявил генпрокурор. Апофеозом критики в адрес МВД стало выступление Михаила Фрадкова на отчетной коллегии министерства. Премьер заявил, что ни о какой целенаправленной борьбе с коррупцией говорить не приходится. В связи с этим он подчеркнул необходимость «очищения самой правоохранительной системы от мздоимцев и нечистоплотных сотрудников, которые превращают свою службу в разновидность бизнеса, весьма доходную». Кроме того, Фрадков указал на то, что органы МВД «не должны позволять втягивать себя в корпоративные конфликты и споры хозяйствующих субъектов». Наконец, в тот же день прокуратура Башкирии предъявила обвинение в превышении служебных полномочий начальнику Благовещенского отдела милиции Ильдару Рамазанову. Он привлекается к ответственности в рамках уголовного дела о так называемой «профилактической операции», которая проводилась в Благовещенске с 10 по 14 декабря и в результате которой потерпевшими были признаны 72 жителя города. Кстати, по некоторым оценкам, в результате бесчинств милиции в Благовещенске пострадали до тысячи человек.

Впрочем, пока высшее руководство ограничивается лишь словесной «поркой» МВД. Единственная мера по изменению ситуации в МВД была озвучена Михаилом Фрадковым. Она заключается в увеличении финансирования ведомства в этом году на 17% по сравнению с 2004. Эксперты отмечают, что власти не торопятся идти на масштабные кадровые перестановки, опасаясь дестабилизации правоохранительной системы на фоне роста протестных настроений. «Из последних совещаний я не увидел, что грядут какие-то серьезные изменения, — сказал RBC daily главный эксперт Института национальной безопасности и стратегических исследований Сергей Казеннов. — Объективно нет необходимости будоражить общество такими изменениями. Ведь любой такой шаг „подверстают“ к монетизации льгот, демонстрациям и прочему. Не хватало еще, чтобы меняли „коней в погонах“ на переправе. Это вызвало бы очень серьезные сомнения, слухи о закручивании гаек — сейчас это не нужно ни обществу, ни властным структурам».

Вопрос кадровых перемен в МВД возникает не впервые. Судя по всему, обжегшись на прошлых «рокировках», власти очень не хотят принимать такие решения снова. Известно, что с приходом в МВД гражданского чиновника Бориса Грызлова на ключевые посты «второго эшелона» пришли питерские чекисты. Сейчас присутствие выходцев из КГБ-ФСБ в министерстве еще более очевидно. Так, нынешний министр внутренних дел Рашид Нургалиев в прошлом был заместителем директора ФСБ. Заместитель Нургалиева по кадрам Евгений Соловьев также в своем время занимал пост замдиректора ФСБ. На аналогичной должности курировал контрразведку и Константин Ромодановский, который сейчас занимает пост начальника главного управления собственной безопасности МВД. В приватных беседах представители МВД часто отмечали, что приход в это ведомство выходцев из органов госбезопасности всегда воспринимался «в штыки». Милицейская среда отказывалась принимать «чужаков» — в итоге всегда страдала общая управляемость системы. «Точно так же, как и армию, МВД нужно создавать заново, с нуля. Структура настолько коррумпирована, что, в общем, всем все и так ясно, — сказал RBC daily эксперт Института стратегического и военного анализа Александр Храмчихин. — После этого говорить о борьбе с преступностью и терроризмом бессмысленно».

Однако, по мнению г-на Храмчихина, изменить что-либо без изменения общей системы госвласти невозможно. Он полагает, что властям необходимо изменить саму суть силовых ведомств — они должны быть в первую очередь гражданскими и «политическими». «Необходимость перемен назрела и перезрела. Но вся политическая система — особенно это усилилось в последние два-три года — построена на коррупции, — отмечает он. — Поэтому я не представляю, что там можно изменить». В демократических странах принято, что министры силовых ведомств — гражданские люди, которые проводят политику высшего руководства. «Там все министерства построены как органы политического управления, а не просто как верхушка силовых структур. У нас же „гражданских силовых министерств“ нет, — говорит Александр Храмчихин. — И оттого, что во главе Минобороны и МВД поставили чекистов, гражданские министерства не появились». Поэтому, отмечает эксперт, для руководителя наших «неполитических» силовых структур важен вопрос компетенции, а назначение чекистов в МВД или Минобороны — это, по сути, назначение неспециалистов. «Но самое страшное, что это именно чекисты. С давних, еще советских времен в армии не любили чекистов — они воспринимались как надзиратели, — говорит г-н Храмчихин. — Если бы министры были действительно гражданскими — все было бы гораздо спокойнее. А в нашей системе на некомпетентность накладывается еще и психологическое неприятие руководителей».

21.02.2005


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru