Русская линия
Комсомольская правда21.01.2005 

Льготный бунт: кто виноват?
Первая попытка Путина реформировать социальную систему страны обернулась демонстрациями ветеранов. Как исправить ситуацию? Как она скажется на политическом будущем? Об этом — ведущие политологи

Михаил ЛЕОНТЬЕВ: Чего хотели-то? Деньги украсть или Путина свергнуть?

— Михаил, смотрите, какой на Путина холодный душ вылился: и Украина, и протесты против монетизации льгот…

— Давайте фильтровать. Монетизация не вылилась на Путина, я берусь утверждать, что ее на Путина вылили!

— Тот, кто придумал монетизацию?

— Да, кто придумал и сделал. Они просто дали президенту в лицо. И мне очень хочется, чтобы этим людям был хотя бы нанесен ответный удар. Не из-за населения даже, которое пострадало. От населения откупятся. Деньги у страны есть. Но есть и люди, которые в лучшем случае, чтобы эти деньги украсть, а в худшем — с целью свергнуть власть, устроили провокацию.

— Назвать фамилии слабо?

— Кудрин, Греф, Зурабов. Под монетизацией их подписи, отпечатки пальцев. На пустом же месте устроили стране проблему! Сама по себе монетизация — нормальная вещь. Но как это сделано, дает право думать, что эти люди в принципе не собирались ничего монетизировать. У них были другие задачи. И было бы интересно узнать, какие? Ну чего хотели-то, а? Наворовать или свергнуть?

— В любом случае рейтинг Путина, на котором держится вся наша власть, поколеблен.

— Да не на рейтинге она держится. А на том, что население России отказалось похоронить свою страну. И появился политик, который разделяет это чувство. До выборов на Украине казалось, что мы можем выжить, сохраняя интеллигентные отношения с остальным миром. Теперь понятно, что нет. Потому что в тот момент, когда мы отказались как страна погибать, проект «Россия» решением наших западных союзников закрыт. Мы оказались недрессируемыми! Не встали по команде на колени.

Украина же — наша страна! Наши люди в ней полегли. Одесса и Севастополь — американцев там нет. Не лежит их в земле там. И не их собачье дело — определять, кто и как будет властвовать в этой стране. А наше.

— И какие выводы нам теперь делать?

— Из Украины один — ни шагу назад. Помните, когда появился приказ Сталина «Ни шагу назад!»? Когда Харьков сдали в 1942 году и немец подошел к Волге. На Волге НАТО еще нет. В Харькове, считай, уже есть.

А монетизация — это техническая проблема. Повод обнаружить предателей.

— Конкретно, что делать-то?

—  Ну у страны должна быть экономическая политика хотя бы. Очень странно, когда нет никакой политики. Зато есть люди, которые говорят, что ее и быть не должно. Главная проблема России — не Ющенко и Буш и даже не Басаев с Зурабовым, а Греф. Который считает, что Россия — такая специфическая страна, которая не способна к экономическому росту. Вот в принципе. И этот человек — главный у нас по экономике.

Или Кудрин, который считает, что, если Россия перестанет вывозить из страны заработанные ею доллары, начнутся инфляция и экономический кошмар. Поэтому надо немедленно все деньги вывезти в США. Или он так хочет насолить США, чтобы устроить там инфляцию? Сотни миллиардов уже вывезли, а инфляции там все нет. Может, мы что-то не то делаем, а?


— Так что, менять правительство?

— Давайте. А на кого?

— На умных, честных?

— Откуда? Назовите фамилии. Нам же всем, и Путину тоже, досталась власть, единственный способ управления которой — коррупция. «Бабло» не запихнешь в эту машинку — она не зафурычит. Кричат: коррупция у нас все проела! Да не проела. Просто, кроме нее, у нас вообще ничего нет! Вот что с этим делать?

— Расправляться.

— Во! О чем я и говорю. Очень руки чешутся. А кого душить наймем? Тех же? Из той же машинки? Им «бабло» засунуть, а они за «бабло» будут расправляться? Вот это интересно будет — борьба с коррупцией за «бабло».

Ребята, давайте выпьем лучше водички холодненькой и осмотримся. С горячей головой мы уже много чего натворили.

Андрей СЕДОВ.




Политолог Станислав БЕЛКОВСКИЙ: Домонетизировались…

В ушедшем 2004 году мне не раз приходилось общаться с отдельными кремлевскими чиновниками и вельможными депутатами по поводу монетизации льгот. Ответ мне был один: это быдло никогда не выйдет на улицы, с ним (быдлом) можно делать вообще все что угодно. Помнишь Сталина: русскому народу присуще безграничное терпение…

Сталина помню, кто ж его не помнит. Только вы, уважаемые господа, так и не поняли простого смысла мрачной русской истории. Народ наш действительно готов проявлять чудеса смирения и самопожертвования. Но лишь при выполнении трех непременных условий:

1. Присутствия великой надличностной цели (будь то построение коммунизма в одной отдельно взятой стране или же спасение этой самой страны от врагов-интервентов).

2. Наличия Государства, которое одновременно есть суровый, но справедливый Отец и нежная, заботливая Мать.

3. Ощущения идеи священной, богоданной Власти.

Сегодня всего этого у русского народа нет.

Проблема монетизации не в том, что пятьсот бумажных рублей больше деревянных двухсот, или наоборот. А в том, что государство демонстративно отказалось отвечать за своих чад. А это, с точки зрения непутевых чад, непростительно и нетерпимо. Потому они и выходят на улицы.

Спикер Госдумы Грызлов, отвлекшись от сладостных мыслей о том, быть или не быть ему преемником Путина, дрожащим голосом призывает найти злокозненных организаторов беспорядков. Не надо нервничать, Борис Вячеславович! И идеологи, и организаторы волнений сидят в Кремле, в Доме правительства и во фракции «Единая Россия». К одним вы, уважаемый спикер, ходите на поклон, других вызываете на ковер. Но всех или почти всех знаете в лицо.

Другое дело, что региональные власти, по горло сытые самодовольным кремлевским самодурством, втайне поддерживают митингующих. Но разве Кремль, когда решил взять на себя ответственность за все потрясения и затеял антифедеративную реформу, не был предупрежден о неизбежности такого развития событий?

Одно большое счастье: кажется, СПС и «Комитет-2008» временно увяли и умолкли. Кризисный либерализм закваски девяностых подошел наконец-то к точке краха.

Теперь у Кремля есть такие возможные решения:

Упорствовать в монетизационном заблуждении, делая вид, что народных волнений просто не существует.

Подобным образом администрация Президента России действовала в Карачаево-Черкесии. Закрыв чахлой накрахмаленной грудью от народного гнева вконец осрамившегося президента Мустафу Батдыева, кремлевские бюрократы перевели все негодование с регионального уровня на федеральный. Не было заботы, так подай. Если что-то подобное случится сейчас со льготами, государство окажется у черты распада куда стремительнее, чем думают видавшие виды кремлевские астрологи.

Или признать ошибки исполнительной власти и дать задний ход. Это значит отказаться от тотальной монетизации и отправить в отставку бессмысленный Кабинет Михаила Фрадкова. Сформировать новое правительство, которое будет понимать, что, как и когда нужно этому растревоженному народу.

По-моему, это единственно правильный путь. Есть еще небольшая надежда, что Кремль, измученный подпорченными абхазскими мандаринами и диоксиновым украинским нарзаном, на этот раз не промахнется.




МНЕНИЕ СО СТОРОНЫ

Политолог Александр РАР (Германия): Вашего президента могут снять, как Хрущева

—  Александр, как видится с Запада, куда Путин ведет Россию?

— Тут есть политики вроде Шредера, Берлускони и Буша, которые считают, что Путин делает очень много правильного. И альтернативы его политике нет. Но на Западе есть очень влиятельные интеллектуальные круги, которые говорят, что Россия сползает к диктатуре.

— Это из-за событий на Украине и проблемы с монетизацией льгот?

— Монетизация Западу неинтересна. Запад с завистью смотрит, как много денег в российской казне. И потому тут считают, что, пока у Путина есть деньги, социальные реформы из-под его контроля не выйдут. Если понадобится, он бросит на поддержку реформ любые суммы.

А вот во время выборов на Украине у Запада сложилось впечатление, будто Россия пыталась ее опять оккупировать, возродить империю. Потому Запад сделал все, чтобы перетянуть эту страну на свою сторону.

— Упал ли после этого рейтинг Путина на Западе?

— Если судить по западным газетам, он падает уже с 2002 года. С начала войны в Ираке, которую Россия не поддержала. С подавления теракта на «Норд-Осте», которое воспринято в России как борьба с боевиками, а на Западе — как неуступчивость России в отношении независимой Чечни. Потом в Европейский союз вступили новые восточно-европейские страны, которые принесли с собой резкие антироссийские настроения. Теперь в этом хоре наверняка будет петь и Украина.

— Что же России надо сделать, чтобы Запад ее полюбил? Объявить независимость Чечни? Сдать Севастополь? Извиниться перед Прибалтикой?

— Если банально ответить, то именно так. Запад считает, что Россия проиграла «холодную войну», как Германия свою войну в 1945-м. И поэтому Россия должна перед всеми извиняться и каяться.

— Значит, Европе не нужна сильная Россия?

— С точки зрения Запада, чем сильнее Россия, тем в ней меньше демократии. Когда Россия — империя, Запад дрожит. Когда Россия — не империя, с Россией можно сотрудничать.

— А как видит Запад дальнейшую судьбу Путина?

— Многие тут считают, что Путин — самый либеральный в Кремле. Вроде голубя мира. А его окружают ястребы — люди, еще более консервативные и жесткие. Здесь всерьез говорят, что Путина может свергнуть его же окружение, как это было с Хрущевым.

Андрей СЕДОВ.




ВЗГЛЯД С 6-го ЭТАЖА

Сергей ЧУГАЕВ, политический обозреватель «КП»: Не пора ли «медведям» вылезать из берлог?

В истории путинских реформ обращает на себя внимание одна любопытная деталь: чем больше наш президент сосредотачивал в своих руках власти, тем труднее шли преобразования. В первые годы своего правления ему удалось без труда провести такие радикальные реформы, как налоговая, земельная. Произошла либерализация валютного законодательства. А вот далее начались проблемы. Забуксовала военная реформа, с огромным трудом и с еще неизвестными результатами прошла реформа административная. Наконец, первая из пакета важнейших и остро необходимых социальных реформ — льготная — на первых порах дала очевидный сбой.

Объективная закономерность или случайное совпадение?

Бесспорно одно: взяв на себя всю полноту власти в стране и, следовательно, ответственности, Путин сделал себя заложником собственного рейтинга. Вопрос вот в чем: а хватит ли на то даже невиданного путинского рейтинга? Мало того, образовалась и обратная связь — в зависимость от президентского рейтинга попала система государственной власти, что представляет собой угрозу по крайней мере для высших слоев российской бюрократии. А это уже может быть опасно для самого главы государства.



Многие ожидали, что Путин свернет с избранного пути после сбоя с льготной реформой и переложит ответственность на правительство. Однако этого не случилось. И, надо признать, здесь Путин был совершенно прав. Такая уловка была бы бесполезна. Да и что рейтинг — солить его, что ли? Он и нужен для реформ, для укрепления России, на это и спалить его не жалко.

В последнее время в политкругах все активнее обсуждается версия о том, что-то самое правительство парламентского большинства, которое предполагалось сформировать после следующих парламентских выборов, может появиться на свет значительно раньше. Например, после вступления в феврале в силу Закона «О государственной гражданской службе». Поговаривают даже, что премьером такого правительства вполне может стать спикер Госдумы Борис Грызлов (а его место займет близкий Путину другой видный «единоросс» Валерий Богомолов). Такое «партийное» правительство (при том, что подавляющее большинство региональных начальников — тоже члены «Единой России») и будет способно стать той «медвежьей» силой, которая возьмет на себя часть груза президентской ответственности. Плюс верные губернаторы-назначенцы подтянутся, которые не делят стариков-льготников на «федералов» и «регионалов"…

Верна ли версия — покажет время. Но то, что Путина необходимо «разгрузить», сомнений не вызывает.

Андрей СЕДОВ
Сергей ЧУГАЕВ

19.01.2005


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru