Русская линия
Русский вестник Владимир Довгань15.01.2005 

Музыка — следствие жизни

В 2005 году русская общественность будет отмечать знаменательные события в истории русской культуры ХХ века: юбилейные даты жизни выдающихся русских композиторов — 90-летие со дня рождения Г. В. Свиридова и 80-летие со дня рождения Б. А. Чайковского, а также 75-летие Большого симфонического оркестра имени П. И. Чайковского. В этой связи предлагаем читателям размышления композитора и пианиста Владимира Довганя.

— Вы входите в состав жюри конкурса «Музыка — следствие жизни». Не могли бы Вы рассказать, как и в связи с чем проводится этот конкурс?

— К 90-летию со дня рождения Г. В. Свиридова и 75-летию БСО намечается проведение конкурса композиторов, инициатором которого выступил наш замечательный дирижер В.И. Федосеев. Мне кажется, что этот конкурс особенно ценен для молодых композиторов. Студентам, аспирантам, молодым преподавателям Московской консерватории и Российской Академии музыки им. Гнесиных открывается возможность представить свои новые работы для симфонического оркестра, и победители смогут услышать свои произведения в исполнении великолепного коллектива, который возглавляет В.И. Федосеев. Считаю, что это настоящий подарок для молодых композиторов, потому что нет ничего лучше для художника, творца, как услышать свое сочинение в настоящем звучании. Пока музыкальное произведение не исполнено, оно еще не обрело жизнь, и только ждет своего исполнителя. Очень многое зависит от того, в чьи руки оно попадает и как будет исполнено.
Очень важно, что конкурс посвящен 90-летию со дня рождения Г. В. Свиридова, продолжателя классических традиций русской музыки. Задача нынешних композиторов и следующих поколений — не потерять то ценное, что было в нашей традиции, не дать ей раствориться, уйти в небытие, так как она является одной из величайших мировых традиций. Русская музыка опирается на православную культуру, и именно это позволило русским композиторам в 19-м — начале 20-го века дать миру множество шедевров, которые, на мой взгляд, украсили человечество своей духовностью, своими качествами добра, любви и красоты. Эти непреходящие ценности не позволяют нам, композиторам, относиться небрежно и безответственно к делу, которому мы служим. В наше противоречивое, сложное время надо пробиваться сквозь путаницу идей к свету и добру. Своеобразным маяком на этом пути является творчество наших великих композиторов.

— В каком положении находятся сейчас композиторы в нашей стране?

— Положение художника, который работает в области серьезного искусства, всегда было непростым. Мы знаем множество примеров, когда выдающиеся творцы жили в тяжелейших условиях и несмотря на это создавали шедевры. Наше время не отличается в лучшую сторону, и я бы сказал даже, что мы многое потеряли из того, что имели. Финансовые трудности сказываются во всем. Исполнить крупное симфоническое произведение сейчас очень сложно. Это дорого. Дорогая аренда зала, очень дорого пригласить оркестр. Правда, существуют еще фестивали, которые позволяют привлечь внимание публики к композиторам, есть какая-то поддержка со стороны государства, Союз композиторов оказывает посильную помощь. Недавно прошедший фестиваль «Московская осень» показал, что определенная работа в этом направлении ведется. Но с каждым годом становится все труднее проводить концерты, фестивали, все труднее находить средства.
В то же время, мне кажется, что все люди, которые посвящают свою жизнь высокой музыке, не должны гоняться за комфортом, а служить всецело тому делу, к которому они призваны. А оно требует отдачи не только всех сил, но и всей жизни.

— Трудно сейчас утверждать классическую традицию в нашей стране, когда существуют разные музыкальные течения?

— Когда я говорю о классической традиции, не имею в виду какой-то конкретный стиль, так как в классической традиции существовали разные музыкальные стили. Сравнивая творчество великих русских композиторов разных времен — Глинки, П.И. Чайковского, Рахманинова, Скрябина, Прокофьева, Свиридова, Стравинского, Мясковского, Шостаковича и других — мы видим разные стили и разные композиторские техники. Что их объединяет? Служение высокому искусству, значительность темы, высота помыслов, высокие духовные ориентиры, и в большинстве случаев лучшее, что имеет эта музыка, — это служение добру, красоте, божественному началу. Это то, что я считаю классической традицией. Она должна развиваться, и мы ждем от молодежи нового слова, свежего звучания и свежего взгляда на музыку. В то же время не будем скрывать, что увлечение новизной техники в ХХ веке привело к своеобразному индивидуализму композиторов. Желание показать себя, удивить слушателя, «самовыразиться» (понятие, на мой взгляд, спорное) привело у многих к потере духовных, нравственных ориентиров. Появилось много музыкальных произведений, построенных на философии абсурда, внушающей, что Бога нет и нет добра и зла. Фактически это приводит к утверждению, что в мире царит зло. Мне даже приходилось наблюдать, как у некоторых композиторов не хватает вдохновения, когда они хотят обратиться к светлым образам, но появляются какие-то краски, когда они изображают зло. Назвать последнее вдохновением нельзя, потому что вдохновение — свыше, а в данном случае идет своеобразное подпитывание какими-то темными силами, которые приводят к самообольщению композитора и к обману и обольщению слушателей. Это опасная, тупиковая тенденция, которая проявлялась в музыке ХХ века, но надеюсь, что она будет изжита в 21-м веке. Сейчас есть тенденция вернуться к основным, базовым понятиям в искусстве. Человек не хочет жить в хаосе, не хочет чувствовать себя потерянным, он ищет Бога. Мне довелось участвовать недавно в фестивале, посвященном творчеству Б. А. Чайковского в Бельгии. Я познакомился с несколькими бельгийскими и голландскими композиторами и увидел, что и в этих странах, наряду с прежним увлечением направлениями музыки, которые основываются на философии абсурда, появляется горячее стремление вернуть в музыку красоту и добро.
Наряду с большими трудностями и проблемами в музыкальной жизни России происходит благодатный процесс: возвращение целых пластов отечественной культуры. Мы возрождаем то, что было или потеряно, или забыто. В первую очередь это касается русской духовной музыки. Сейчас у нас проходят фестивали духовной православной музыки. Мне кажется, назрела необходимость проводить наряду с ними и фестивали светской музыки, также освященной великой православной традицией. Еще не знаю, как точно его назвать, но по аналогии с известным кинофестивалем «Золотой Витязь» его можно было бы определить как фестиваль музыки православных композиторов и композиторов славянских стран. Такой фестиваль, на мой взгляд, нужен потому, что широкая публика часто даже не знает, что и сейчас рождается музыка, продолжаются высокие этические и эстетические православные традиции. Есть настоящие энтузиасты и среди композиторов, и среди исполнителей. Но все-таки без, хотя бы небольшой, помощи истинных меценатов искусства нам не обойтись. Ждем и надеемся на поддержку православного искусства.
На таком фестивале, как мне представляется, будут исполняться сочинения не только сейчас написаные, но и прошлых лет, а также классические.

— Недавно мне довелось услышать Ваше сочинение «Музыка для контрабаса, фортепиано и хора», посвященное памяти архиепископа Новосибирского и Бердского Сергия (Соколова), которое мне и остальным слушателям очень понравилось. Какое место занимает оно в Вашем творчестве?

— Это сочинение прозвучало 24 ноября в Рахманиновском зале в рамках фестиваля «Московская осень». Оно дорого мне, потому что в моей жизни решающую роль сыграли встреча и общение с представителями рода Соколовых. Мой духовный отец протоиерей Николай Соколов — настоятель храма Святителя Николая в Толмачах (хор этого храма и исполнял мое произведение). Он был также духовным отцом Б.А. Чайковского. Семья Соколовых — очень известная семья, о ней написаны книги. Сочинение, которое было представлено на фестивале, посвящено памяти брата моего духовного отца. Необычность замысла в том, что владыка Сергий в юности был, как и о. Николай, музыкантом, контрабасистом, и ему пророчили необыкновенное исполнительское будущее. В своей книге он признается, что одной из причин, почему он избрал путь монаха, было то, что он почувствовал, что мир соблазняет его именно тем, что пророчит большую славу. И он порвал с музыкой, несмотря на любовь к ней. Это был духовный подвиг, преодоление самого себя. Конечно, я не мог в одном произведении выразить все переживания и события в жизни этого замечательного человека, но мне хотелось скупыми музыкальными средствами передать хотя бы часть тех трудностей преодоления, которые выпадают на долю наших священников-подвижников. Борьбу со страстями, противоречиями, с искушениями, которые преследуют их на их жизненном пути, я выразил инструментальной музыкой через любимый инструмент владыки — контрабас, а его дух, кредо, его духовный путь — через звучание хора. Хоровая музыка основана на канонических текстах, она, как мне кажется, достаточно строго придерживается традиции.
Мой путь к духовной музыке, основанной на православной традиции, был долгим, сложным, и одна из первых музыкальных тем, непосредственно связанных с духовной тематикой, родилась у меня 25 лет тому назад. Особенно важным представляется мне написание третьей симфонии, которая называется «Михаил Черниговский». Писал ее в 1991—1992 гг., премьера состоялась в октябре 1992 г. в Большом зале консерватории. Исполнял Большой симфонический оркестр, а дирижировал Александр Ведерников. Последние 14 лет пытаюсь писать музыку духовную, хоровую, хотя считаю себя в этой области учеником. И сколько мне времени будет дано Богом, столько времени буду этим заниматься. Мне было приятно, что мои скромные труды были отмечены премией на Всероссийском конкурсе хоровой музыки, посвященной 700-летию со дня преставления святого благоверного великого князя Даниила Московского.
Для меня большое значение имеет общение с молодежью. Много лет работаю в Свято-Тихоновском богословском университете доцентом кафедры фортепиано. Мои ученики — регенты или будущие регенты — не только с интересом занимаются фортепианной музыкой, но и впитывают каждое слово о музыке. Они стремятся овладеть большой музыкальной культурой, чтобы стать настоящими регентами православного храма. Я у них тоже учусь. Хотя это молодые люди, но они уже обладают достаточно солидным опытом и в области церковно-хоровой практики, и в области богословских знаний. С этого года мне предложено вести новый факультативный курс в Российской Академии музыки им. Гнесиных, который посвящен практическим основам написания русской духовно-православной музыки. Со студентами-композиторами мы знакомимся с историей, теорией и практикой русского богослужебного пения, и надеюсь, что в результате этого краткого годичного курса появятся новые сочинения.

Беседу вел А. С. ВАСИЛЕНКО.

11.01.2005 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru