Русская линия
Luther.Ru21.12.2004 

«Колокол»: святочная история

Отец Дмитрий был в печали. Визит в Патриархию закончился ничем — то есть вроде бы и не отказали, но и дали понять, что надо самому искать спонсоров: мол, нашел одного на колокол — найдешь и другого на то, чтобы его привезти и установить. А легко сказать — вроде бы и повезло Отцу Дмитрию, местные власти как раз отписали полсотни гектаров бывших совхозных полей под коттеджный поселок, так что в одночасье приход из нищего вдруг превратился в очень даже богатый, новосёлы потянулись в полуразрушенный сельский храм замаливать грехи — и грехи, видно, немалые: хотя на исповедь и не ходили, но на храм жертвовали исправно, и через год уже Отец Дмитрий довольно поглаживал бороду, наблюдая как рабочие покрывают сусальным золотом купол новоотстроенной колокольни. Колокольня и впрямь получилась — загляденье, аж из города видно. Вот только экономист из Отца Дмитрия получился плохой — хотя когда-то он и окончил университет, выучившись на преподавателя научного коммунизма, вроде бы и все тонкости марксистской политэкономии постиг, а вот в реальной жизни возможностей не рассчитал: то ли местные новоселы все грехи замолили, то ли самых грешных повыбили конкуренты — но поток пожертвований основательно подиссяк на том моменте, когда и оставалось-то всего ничего — не хватало только большого колокола. Отец Дмитрий не поленился сходить в народ, несмотря на унизительные ожидания у ворот особняков под насмешливыми взглядами бритых поддатых охранников и остервенелый захлебывающийся лай собак. Результат превзошел все ожидания — и опять Отец Дмитрий, как говорят его спонсоры, лажанулся — заказал в Питере на все деньги роскошного двухсотпудового красавца (колокола поменьше местная братва отливала и жертвовала сама, индивидуально), а о доставке не подумал… Второй месяц заказ стоял на заводе, администрация прозрачно намекала, что при всем уважении, хранение всё же стоит денег, и пора бы забирать заказ. А как его заберешь — везти три с лишним тонны из Питера почти до самой Москвы (на это-то денег с грехом пополам хватало), а потом невесть как, подымать на почти пятидесятиметровую колокольню… Повторный обход коттеджей принес немного, Патриархия, куда с горя ломанулся Отец Дмитрий за помощью, дала от ворот поворот — хотя один из иерархов, до которого Отцу Дмитрию удалось достучаться, выслушал внимательно, похвалил, но посоветовал не увлекаться и смирить гордыню: виданное ли дело — в сельском приходе, да двухсотпудовый колокол!.. И вот теперь Отец Дмитрий в печали поднимался на эскалаторе, чтобы дома поплакаться матушке-попадье под борщ и домашнюю настоечку на хрене с медом…

Погруженный в печальные мысли, Отец Дмитрий всё же чисто автоматически оглядывал стены, увешанные рекламными щитами. «Женское белье „Вендетта“». Жуть. Он перекрестился и незаметно сплюнул. Надо ж — удумали! «Колокола в Звенигород». Отец Дмитрий удивился созвучности рекламы со своими мыслями, и тут в его голове начала созревать идея… «Йес!» — тихонько шепнул про себя Отец Дмитрий. Оказалось, не совсем про себя — стоявшая чуть выше старушка обернулась и перекрестилась.

За три часа пути от столицы — сначала электричкой, потом в побитом жизнью, дураками и дорогами рейсовом ПАЗике — идея выкристаллизовалась окончательно. Несмотря на стынущий борщ, Отец Дмитрий совершил пробежку на колокольню, после чего включил старенький ноутбук и погрузился в недра Интернета, несмотря на жалобные взгляды попадьи. До борща дело дошло только затемно — Отец Дмитрий довольно потирал руки, наутро быстро отслужил службу, и отправился на всё том же полуживом ПАЗике в районную администрацию.

Заместитель главы районной администрации ничего не понял, но пообещал всемерное содействие. Начальник районного УВД сначала подозревал явный корыстный умысел и намекал насчет благодарности, но в конце концов сошлись на освящении новополученного по разнарядке УАЗика — и, до кучи, новенькой личной «БМВ», купленной им явно не на полковничью зарплату. Оставались мелочи.

Утром Отец Дмитрий отправился к пенсионеру Ерофеичу. Петр Ерофеевич Смирнов до недавнего времени славился среди всех местных алкашей (а других мужиков в деревне не было со сталинских времен) двумя способностями: пить всё, что горит, и дивным музыкальным слухом. Вот только с голосом Ерофеичу не повезло, и несмотря на холодное пиво, петь он мог только фальцетом, из-за чего авторитетом среди селян не пользовался. Выйдя на пенсию аккурат в разгар перестройки, Ерофеич стал испытывать недостаток в финансах, умудрился на зависть прочим мужикам, продать и пропить сруб папашиного дома (Ерофей Смирнов был мужик основательный, чудом не загремел в свое время под ликвидацию кулачества как класса, и сруба хватило на пару месяцев), и обитал с тех пор в неликвидном сарайчике. Однако усилиями Отца Дмитрия, Ерофеича как-то удалось закодировать, от новых и необычных ощущений тот резко изменился характером, обратился к Богу и стал даже задавать своему избавителю от зелья такие глубокие вопросы, которых не проходили ни на кафедре научного атеизма в университете, ни позже в Лавре. Отцу Дмитрию такое внимание прихожанина льстило, а дивные мелодии, которые тот выбивал иногда на самодельном музыкальном инструменте, сделанном из оставшейся от прежних времен неприемной вино-водочной тары, вселяли надежду, что со звонарем в храме проблем не предвидится.

Следующую неделю Отец Дмитрий регулярно мотался в райцентр — оформлял храму почтовый адрес. Никто из чиновников идеи не понимал — но в конце концов церковь обрела почтовый адрес: село Лыково, улица Центральная, дом 1. Других домов по улице Центральной не числилось, какие-то номера на домах еще сохранились, но забредавшая в село два раза в месяц (пенсию разнести, да разные платежи собрать) почтальонша, ориентировалась по фамилиям. Но раз батюшка настаивает и исправно освящает компьютеры в кабинетах — то изменения были внесены и во все документы. Более того, Отец Дмитрий настоял, чтобы в доме 1 числилось две квартиры — одна его, а вторая — служебная, для звонаря. Одуревшие от молитв и мелькания кадила чиновники, быстро оформили нужное. Квартира N 2 в доме 1 числилась без удобств, и на втором этаже. Последний визит Отец Дмитрий нанес вместе с новоиспеченным звонарем в РУВД, где тому оформили временную прописку на служебной площади. Можно было двигаться дальше.

Не теряя времени, вечерами после обивания порогов в райцентре, Отец Дмитрий, несмотря на омерзительный коннект (сельская телефонная линия даже через приличный зюкселевский модем, не выжимала больше 9600), изучал тарифы транспортных компаний и условия доставки. Наконец жертва была выбрана.


Когда в офисе транспортной фирмы «Волдкласс Экспресс» зазвонил телефон и клиент хорошо поставленным басом начал домогаться начальства, менеджер Маша сначала чуть не отшила его — звонки с просьбами о пожертвованиях, посулами дешевой международной связи и предложениями обеспечить весь персонал компании футболками с фирменными логотипами, уже достали, а клиент не шел. Собственно, он особенно и не был нужен — «Волдкласс» занимался в основном услугами специфическими, два трейлера компании загружались в Финляндии разной бытовой техникой, числившейся по документам как чаши «Генуя» (когда-то очень популярные в вокзальных общественных туалетах бывшего СССР), благополучно проезжали прикормленную таможню и убывали по месту нахождения получателя, в Молдову. Впрочем, туда они не доезжали, благополучно разгружаясь в Москве, но по всем компьютерам таможни, благополучно с грузом покидали Россию и возвращались порожняком. Собственно, девять десятых всего импорта в Москве (а значит, и в России) завозятся по этой или похожей схеме, все всё знают, и проблемы случаются лишь изредка, когда очередному нашему Верещагину становится обидно — но не за державу, а за то, что у него пока нет дачи с павлинами. Поскольку дело налажено, то и с павлинами вопрос решается быстро, хотя задержки никого не радуют. Но для приличия, надо иметь и легальное прикрытие бизнеса, так что «Вордкласс» официально предлагал услуги по доставке негабаритных грузов из Санкт Петербурга и ленинградской области в московский регион по системе «от двери до двери». Если заказ подворачивался, «Волдкласс» или сам арендовал транспорт, или просто переоформлял заказ на другую компанию, подешевле, которую клиент сам поленился найти — со всеми делами по этому направлению справлялась Маша, выписывавшая клиенту стандартный договор на доставку. Поэтому до начальства Отец Дмитрий так и не достучался, но вопрос о доставке двухсотпудового колокола из Питера в Москву, пообещала решить.

Первая накладка вышла с весом. Не обремененная историческими познаниями, Маша перепутала пуды, в коих заявил вес груза Отец Дмитрий, с «паундами», т. е. фунтами. Договор на транспортные услуги к удивлению заказчика, вылился в неприлично скромную сумму — правда, с оговоркой, что окончательный расчет будет произведен по фактическому весу, с учетом упаковочной тары. Отец Дмитрий уплатил наличными и удалился.

Представитель подписанной Машей питерской транспортной конторы, позвонил ей на следующий день и не стеснялся в выражениях: он созвонился с грузоотправителем, но на некоторое замешательство на том конце провода после просьбы упаковать посылочку получше и желательно в жесткий картон, внимания не обратил. Когда «Газель» прибыла на завод, замешательство стало всеобщим. Обсмеянный всем коллективом завода грузоперевозчик, с позором убыл без посылки.

Покурив и успокоившись, Маша отправилась к шефу. Тот внимательно изучил копию договора, пожурил сотрудницу за незнание русской системы мер и весов, и попросил пересчитать сумму контракта и известить грузополучателя. У Маши отлегло от сердца, когда на следующий день Отец Дмитрий явился в офис «Волдкласса» и безропотно выложил пачку купюр.

На сей раз на завод прибыл бортовой КамАЗ. Колокол лихо погрузили на деревянные поддоны и заводские вздохнули с облегчением. Чего нельзя было сказать о водителе — довольно погано, переться почти 600 верст со скоростью 40, а быстрее — нельзя: не дай Бог, колокол соскочит с поддона и треснет, тогда прощай премиальные, а то и в суд подадут…

До Лыкова КамАЗ дополз только на следующий день. Одуревший от последних десяти километров грунтовки, которые пришлось ползти со скоростью пешехода, водитель мечтал только о двух вещах: много-много холодного пива и мягкая-мягкая постель. На вопрос о том, где тут улица Центральная дом 1, жители удивленно пожимали плечами — но при виде новенькой сверкающей колокольни, ответ напрашивался сам собой.

— Разгружай, святой отец! — выплюнул окурок водитель под ноги вышедшего на шум Отца Дмитрия.

— Э, нет, сын мой! — пробасил довольный Отец Дмитрий, — разгрузка — это дело перевозчика. Сказано ж — «от двери до двери», — потряс он копией договора.

Водитель не стал вдаваться в подробности — отошел в сторонку, дабы не смущать батюшку сквернословием, и высказал по телефону «Вордклассу» всё, что он думал.

Через десять минут Маша, услышавшая много новых интересных слов, докладывала ситуацию шефу. Еще полчаса ушло на внимательное изучение договора, но вроде бы никаких подводных камней не усматривалось.

Ладно, — решил шеф, — придется разориться на автокран…

Разбираться откомандировали логистика Василия — всё равно на ближайший день-два никаких срочных документов не предвиделось. К концу рабочего дня тот добрался на своей старенькой «Королле» до райцентра, и даже зафрахтовал там за разумную сумму автокран. Меньше двадцатитонного не нашлось — ну да запас карман не тянет… Договорившись на завтрашнее утро, Василий отзвонил водителю (который уже несколько отмяк сердцем после наваристого борща и настоек), и отправился домой.

Утром все были в сборе — и отлично отоспавшийся на поповских перинах и поправившийся с утречка квасом водитель, и логистик Василий, и автокран.

— Куды ставить-то будем? — полюбопытствовал крановщик.

— Да согласно договору, сын мой, — ответил Отец Дмитрий, — к дверям квартиры номер два, — и поднял палец вверх.

Наступила пауза.

— На колокольню, что ли? — спросил крановщик.

— Верно.

— Не пойдет. У меня вылет стрелы 22 метра, а тута одной высоты — полста!

— Погодите-погодите, — встрял логистик Василий, — про колокольню в договоре нет ни слова!

— Нет, — согласился Отец Дмитрий, — но есть про квартиру номер два!

— Так она что ж, на колокольне, что ли? — уточнил логистик.

— Да. На звоннице. Вот документы, — предвидевший такой поворот темы, Отец Дмитрий открыл папку. Всё было на месте — поэтажный план, акты коммунальных служб. Квартирка, правда, была невелика — пять квадратных метров без каких-либо удобств — но в России и не в таких живут…

— Минуточку, батюшка, — предпринял последнюю попытку логистик Василий, — а где грузополучатель? Гражданин П.Е.Смирнов?

— Тута я, — подключился к беседе Ерофеич, — вот паспорт, вот доверенность от прихода, вот документы о приеме колокола на ответственное хранение. Как доставите, так сразу и подпишу!

Штамп в паспорте Ерофеича о прописке по адресу ул. Центральная, д. 1, кв. 2, добил логистика.

— Так куды ставить-то? — полюбопытствовал крановщик, — мне через час на другом объекте надо быть!

— А… Ставь, куда хочешь! — махнул рукой Василий и отправился в сторонку, консультироваться с руководством.

— Между прочим, срок доставки — сегодня, с завтрашнего дня идет пеня! — добил логистика Отец Дмитрий.

Следующие два часа весь «Волдкласс», забыв про чаши «Генуя», выяснял вопрос. Юрист «Вордкласса», несмотря на пройдошливость и опыт, ничего утешительного доложить не смог: договор составлялся без учета столь экстремальных ситуаций, и если тягаться с клиентом в суде, дело заведомо проигрышное — то есть, в российских судах, как известно, выигрывает не тот, кто прав, а тот, у кого больше прав или денег, но цена такого решения великовата, а если клиент подаст кассационную жалобу, то расходы возрастут. Можно конечно просто перерегистрировать фирму и сменить офис — но шеф «Волдкласса», прикинув, во что обойдется переезд и неизбежная потеря части клиентов, только заскрипел зубами. Возможных вариантов дотянуть колокол до колокольни, оставалось ровно два: арендовать вертолет, или добыть автокран соответствующего класса — но такую технику можно по пальцам пересчитать, аренда импортного вылетит в копеечку с учетом перегонки до места, а новый отечественный «Ивановец», который может шутя забросить колокол к дверям квартиры N 2, пока не пошел в серию. В конце концов, остановились на вертолете — благо, тесть одного из сотрудников был отставным полковником-вертолетчиком, и договориться удалось быстро. Хотя «Вордкласс» терял на этом месячную прибыль от основного бизнеса.

Днем позже половина коллектива «Волдкласса» собралась у лыковской церкви. Там уже стоял грузовик с армейскими номерами, доставивший специалистов по погрузочно-разгрузочным работам, а в полдень, тарахтя винтами, к деревне подлетел вертолет. Колокол бодро зацепили тросами, и бронзовое чудо, сверкая в лучах солнца, поползло вверх. На колокольне колокол приняли, и (Отец Дмитрий пообещал дополнительный гонорар) закрепили. Аккурат под дверью квартиры номер два.

— Ну что ж, дети мои, — довольно улыбнулся Отец Дмитрий, — принимаем работу. Ерофеич, подпишись!

— Э, нет! — покачал головой Ерофеич, — Мне бы сначала проверить, а то я ж на ответственное хранение принимаю — вдруг там трещина какая! Да и народ хочет послушать, — показал он рукой на собравшихся у церкви. И действительно — кроме сотрудников «Волдкласса», грузчиков, пилотов приземлившегося за околицей вертолета, у церкви собралось все село.

Отец Дмитрий, чуть подумав, размашисто перекрестил Ерофеича и тот, забыв о своих годах, бодро рванул вверх на колокольню, прихватив заранее заготовленную веревку. Оно бы надо и малые колокола подвесить, и не просто так, а по уму, чтоб звон был правильный — но люди ж старались, и сделали богоугодное дело, пусть и не без небольшого обмана…

Ерофеич махнул сверху, со звонницы. Быстро закрепив веревку, он стал раскачивать тяжелый язык колокола.

Над селом Лыковым, над коттеджным поселком, над полями и рощами, поплыл чистый и густой звон. Все подняли головы к небу, где среди чистой голубизны ярким золотом сияла маковка колокольни. Многие перекрестились. Даже ограбленный шеф «Волдкласса» не мог отвести глаз…

— Слава Богу… - пробормотал он, — Слава Богу… Что хоть на раввина не нарвался…

18.12.2004 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru