Русская линия
Литературная газета Яков Рокитянский14.12.2004 

Убийство в Смольном
Прошло 70 лет со дня убийства Сергея Мироновича Кирова, члена Политбюро ЦК ВКП (б), руководителя Ленинградской областной партийной организации

О том, что произошло на третьем этаже Смольного 1 декабря 1934 года вечером, в половине пятого, спорят историки, публицисты, юристы. Выделю три основные версии.
Первая: Кирова убил одиночка Леонид Николаев. Это было чисто бытовое убийство. Мотив: месть из-за ревности или следствие его честолюбия и недовольства своим положением. Сталин не имел к этому никакого отношения.
Вторая: убийство организовал Сталин, желая устранить набиравшего силу политического деятеля. Николаев был использован сотрудниками НКВД: его соответствующим образом настроили агенты НКВД, привели в коридор Смольного, по которому Киров направлялся в свой кабинет.
Третью версию я высказал более 10 лет назад: Леонид Николаев не стрелял в Кирова, сотрудники НКВД привели его в Смольный и использовали в качестве козла отпущения, подставы. Стрелял в Кирова один из них. Он быстро исчез, Николаева оставили лежать на полу.
Эта версия появилась после того, как я встретился с Кирой Борисовной Машковой (сейчас пенсионерка, живет в Москве). Она рассказала мне, что её отец
Б. Шиф с 1932 года был управляющим одного ленинградского книгоиздательства и его как ответственного работника пригласили на совещание в Смольный. Оно должно было начаться в 15 часов. Примерно в половине пятого он вышел в приёмную, чтобы позвонить в областную больницу. Там, в родильном отделении лежала его жена, и он ожидал появления на свет ребёнка — той самой Киры Борисовны. Она родилась ранним утром 2 декабря 1934 года. Шиф не успел набрать номер. За дверью раздались два выстрела.
Выскочив в числе первых в коридор, он увидел бездыханное тело Кирова, лежащего на полу и бьющегося в истерике мужчину, как выяснилось позднее, Николаева, который кричал: «Это не я! Это не я!», а рядом валялся пистолет. Шиф заметил и ещё кое-что: быстро удаляющегося по коридору человека, который засовывал в карман пистолет и вскоре исчез за поворотом. Он узнал в этом человеке охранника Кирова. Обо всём он рассказал своей матери, а она уже Кире Борисовне. Я ознакомился с документами, подтверждавшими многие детали её рассказа. В 1935 — 1936 годах за Шифом была установлена слежка, начались неприятности на работе. Он связывал это с тем, что оказался свидетелем убийства Кирова. Арест последовал в сентябре 1936 года, Шиф погиб в застенках НКВД.
Эта версия показалась мне более органичной и соответствующей истине, чем две вышеупомянутые. Если мы говорим о Николаеве как убийце Кирова, то, по существу, принимаем на веру официальную точку зрения. Зная все особенности сталинской системы пропаганды, доверять ей более чем рискованно. Все авторы, которые пишут о непричастности «вождя всех народов» к убийству Кирова и об убийце-одиночке Николаеве, опираются главным образом на круг официальных источников. Используются газеты, тогдашние свидетельства современников, протоколы допросов Николаева и другие материалы. При этом не учитывается, что провокационные убийства планируются в тиши кабинетов, в узком кругу руководителей страны и спецслужб, и никогда не фиксируются на бумаге, а пресса и другие источники используются лишь для того, чтобы запутать всех, скрыть правду. Протоколам допросов Николаева доверять тоже нельзя. К концу 1934 года были уже разработаны и многократно апробированы на тысячах заключённых изуверские, инквизиторские методы получения любых нужных властям «признаний».
Поклонники Сталина особенно любят ссылаться на личный мотив: мол, была «интимная связь» Кирова с женой Николаева Мильдой Драуле, и тот стрелял из ревности. Но последние исследования показали, что никакого романа не было и в помине. Эта выдумка понадобилась для того, чтобы придумать Николаеву отсутствующий мотив убийства. Мотив честолюбия и неудовлетворённости своим положением также вряд ли может приниматься во внимание.
Те, кто считает Сталина заказчиком убийства и одновременно говорит о Николаеве как убийце, не учитывают одного нюанса: киллер должен был убить Кирова с первого выстрела, поскольку в любой момент в коридор могли выскочить сотрудники Смольного. И, чтобы действовать наверняка и не провалить операцию (со всеми вытекающими последствиями), выстрел должен был сделать профессиональный убийца, а не неуравновешенный Николаев. Кстати, его нашли возле Кирова на полу в истерике. Такая необычная реакция могла свидетельствовать об одном: Николаева подставили, возможно, нанесли нокаутирующий удар, и у него начался нервный срыв из-за осознания собственного бессилия и обречённости.
Вполне логично полагать, что убийство осуществлялось через охранников Кирова, которые все были сотрудниками НКВД и знали о маршрутах его передвижений, местонахождении, привычках. Для них уничтожение своего подопечного было лишь делом техники. Кстати, накануне убийства охрана была обновлена. Вероятно, хотели внедрить тех, кто осуществил убийство.
Общий недостаток статей и книг об убийстве в коридоре Смольного — авторы совершенно игнорируют историческую подоплёку преступления.
Получается, что всё происходило в безвоздушном пространстве. Такой подход позволяет тасовать факты в нужном направлении. Между тем с помощью исторического подхода можно избежать многих ошибочных концепций и как-то приблизиться к истине. Например, никто не говорит о характере НКВД и роли Сталина в его работе в 1934 году. А ведь к тому времени спецслужба контролировала всю страну, всех инакомыслящих, всех политических деятелей, в том числе высшего эшелона. Слежка, доносы охватили всю страну.
В тех условиях было совершенно немыслимо, чтобы какой-нибудь одиночка смог совершить покушение на члена Политбюро и секретаря ЦК ВКП (б). С другой стороны, с конца 20-х годов ОГПУ-НКВД накопил богатый опыт провокационных действий, причём этими действиями непосредственно руководил Сталин.
Понять цели преступления нельзя без выяснения тогдашней политической ситуации. После страшных лет коллективизации и массовых репрессий против крестьянства и инакомыслящих всех политических направлений в народе и в партийной элите появилось желание спокойствия. В то время стали освобождать заключённых, включать представителей партийной оппозиции в политическую и государственную жизнь. Уменьшилось число арестов и расстрелов. Киров был склонен к примирению и обретал все большую популярность.
Это не могло не раздражать Сталина. Провокационное убийство Кирова устраняло потенциального соперника, позволяло на волне эмоционального взрыва, вызванного гибелью популярного человека, осуществить политический переворот, создать предпосылки для полного уничтожения инакомыслия в стране, для расправы со всеми неугодными ему людьми. При этом Сталин мог опереться и на опыт Гитлера. Провокационный поджог рейхстага в ночь на 27 февраля 1933 года решил все его внутриполитические проблемы: был принят Закон «О чрезвычайном положении», запрещена Компартия, а затем распущены и все остальные оппозиционные партии.
Исторический взгляд позволяет отвергнуть постоянные ссылки наших журналистов на дружбу Сталина и Кирова. Она имела место, и без неё Киров не смог бы закрепиться в партийной верхушке. Но дружба политиков очень неустойчива и часто переходит во враждебность в ходе изменения политического курса. Вспомним, чем закончились дружеские отношения Сталина с Бухариным, Зиновьевым, Каменевым и многими другими.
В пользу политического характера трагических событий в Смольном говорит и то, что произошло сразу после него. В тот же день, 1 декабря 1934 года, был принят Указ Президиума ЦИК СССР, изменявший всю систему судопроизводства, вводивший, по существу, трибуналы, немедленные расстрелы, отменявший обжалование приговоров и участие в ходе разбирательства адвокатов и свидетелей. Была распахнута дверь для Большого террора. Такая спешка объяснялась и тем, что Сталин хотел поскорее отправить на тот свет Николаева, его близких и друзей, которые могли поставить под сомнение официальную версию.
2 декабря в кузове машины по дороге на допрос к Сталину был убит сотрудниками НКВД преданный Кирову начальник его охраны М. Борисов. Он много знал об убийстве, и генсек предпочёл немедленно уничтожить его. Позднее были расстреляны и замешанные в убийстве сотрудники НКВД. В этой связи нельзя не вспомнить, как банды преступников уничтожают нежелательных свидетелей. Так действовал и Гитлер, и те, кто организовал убийство Джона Кеннеди.
После 1 декабря 1934 года путь к самодержавной системе правления был открыт. Октябрьская революция начиналась в Смольном 7 ноября 1917 года, и там же 1 декабря 1934 года был начат политический переворот, который изменил лицо страны, привел к кровавой диктатуре, к уничтожению послеоктябрьской элиты, к гибели и страданиям миллионов людей.
Не думаю, что смогу как-то повлиять на тех, кто на телевидении, по радио и в печати неустанно объясняет гибель Кирова действием одиночки-убийцы и отрицает причастность Сталина к этому преступлению. Они исходят из своих политических взглядов, пристрастий и эмоциональных представлений. А здесь любая аргументация бессильна. Кстати, простые люди оказались умнее и проницательнее. Вспомним частушку:

Эх, огурчики, да помидорчики,
Сталин Кирова убил
в коридорчике!

Говорить о провокационном убийстве Кирова сейчас всё же необходимо, и не только потому, что без этого нельзя понять логику развития нашей страны после 1934 года, предысторию Большого террора. К сожалению, наступило время, когда провокационные действия по принципу «убей своего, чтобы чужие боялись» начинают играть всё большую роль в развитии человечества.

Яков Рокитянский, кандидат исторических наук

1−7 декабря 2004 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru