Русская линия
Российская газета Владислав Куликов24.11.2004 

Девушки и смерть
В Ростове начали рассмотрение первого в России дела об эвтаназии

Вчера в Ростовском областном суде приступили к слушанию уникального уголовного дела. На скамье подсудимых две несовершеннолетние девушки, убившие свою соседку… из чувства сострадания.

Их жертва — 32-летняя жительница Волгодонска — разбилась нынешней весной в автокатастрофе. Не погибла, но покалечилась так, что стала мечтать о смерти. Правда, сама свести счеты с жизнью не могла, поскольку была парализована. Любая попытка пошевелиться вызывала страшные муки. Между тем надежды на выздоровление почти не оставалось. Терпеть такую жизнь было невозможно.

Как сообщили корреспонденту «РГ» в прокуратуре Ростовской области, в ходе следствия выяснилось, что несчастная неоднократно просила близких помочь ей уйти из жизни. Наконец выполнить просьбу взялась семнадцатилетняя соседка Кристина Патрина, помогавшая ухаживать за больной. В напарницы она позвала подружку — 14-летнюю Марту Шкерманову.

Как поведали девушки на следствии, вначале они попытались ввести женщине шприц с воздухом. Однако не смогли попасть в вену. Все-таки не медсестры. Тогда девушки по совету «заказчицы» задушили ее веревкой: обмотали шею шнуром и потянули в разные стороны. В качестве оплаты (или благодарности?) за труд подружки взяли золотые украшения убитой, которые предложила им несчастная. Драгоценности потянули примерно на пять тысяч рублей.

По-научному деяние Патриной и Шкермановой называется эвтаназией: лишение жизни безнадежно больного по его доброй воле. Но в российских законах такого термина нет. Поэтому девушек обвиняют в умышленном убийстве по найму лица, находящегося в беспомощном состоянии. Плюс — убийство по сговору и в группе, что только отягчает вину.

Но все-таки следствие понимало, что девушки — не закоренелые преступницы. Поэтому поначалу во время расследования Патрина и Шкерманова находились под подпиской о невыезде, что для дел о тяжких преступлениях крайняя редкость. Однако затем Патрина ушла от родителей, и как пояснили в областной прокуратуре, скрывалась. Поэтому ее заключили под стражу.

Это первое подобное дело в России. С точки зрения закона оно кажется очень простым: есть жертва, есть убийцы, никто не отпирается, а доказательства — железные. Поскольку обвиняемые несовершеннолетние — больше десяти лет колонии им не даст даже самый строгий судья. Не имеет права.

И все же дело безумно сложное. Сейчас во всем мире идут споры: имеет ли эвтаназия право на жизнь (простите за черный каламбур)? Четкого и ясного ответа нет. Те, кто призывает судить за эвтаназию, как за убийство, обычно совершенно здоровые люди. Им очень легко рассуждать о ценности жизни, о том, что человек не имеет права ее прервать и обязан испить свою чашу до дна. С другой стороны — множество людей, мучающихся от безнадежных недугов, видят только в смерти избавление. На чьей стороне правда — человечество не решило. Зато в ближайшее время должен решить судья ростовского областного суда, рассматривающий дело единолично.

Досье «РГ»

Отличие первого российского процесса об эвтаназии в том, что почти во всем мире ее практикуют (законно или нет) врачи, а у нас эту роль взяли добрые соседки.

В 1998 году в штате Орегон (США) был принят закон, разрешающий эвтаназию. С тех пор им воспользовались более 170 человек. Кроме того, эвтаназия узаконена в Бельгии и Голландии. Но чаще за эвтаназию все-таки карают. В тех же США в других штатах убийство по доброй воле запрещено.

23.11.2004 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru