Русская линия
Новые Известия Михаил Поздняев03.08.2004 

Слезинка ребенка
Исполняется 100 лет со дня рождения цесаревича Алексея

Мало кто вспомнил в дни празднования 250-летия преподобного Серафима Саровского о том, что своим особым почитанием он во многом обязан последнему русскому императору. После посещения царской семьей Дивеева в 1903 году у государя появился долгожданный наследник. Увы, царствовать цесаревичу Алексею было не суждено, да и жить отпущено всего 14 лет. Но трагическая судьба этого ребенка в огромной мере влияет на сегодняшнее отношение россиян к правлению Николая II и к монархической идее в целом.

Политика — дело циничное и грязное. Если у нас и возникают на сей счет сомнения, то лишь оттого, что политикам ничто человеческое не чуждо. Скажем, трепетное, почти родственное отношение к Сталину во многом объяснялось тем, что он вдовец и в редкие от праведных трудов минуты воспитывает малую дочь (в СССР вдруг образовалась тьма сирот). И когда некий никому не известный виршеплет напечатал в центральной газете аполитичную «Колыбельную», героиню которой звали Светланой, на следующее утро он проснулся орденоносцем и живым классиком. Глупо с его стороны было объяснять, что Светлана, которой он был в ту пору увлечен, и дочь вождя — даже не тезки.

Ни до, ни после Сталина ни к кому из правителей граждане СССР не питали столь нежных чувств. Ленин был бездетен, и его поздние имиджмейкеры пуще всех прочих мифов тиражировали святочные истории о елках в Горках, а не имея тем елкам никаких документальных подтверждений, вставляли в юбилейные киносборники кадры, где веселый Ильич гладит кошку (раз любил зверье — детей и подавно). Беспроигрышным вариантом для раскрутки образа Ю.В. Андропова в общественном сознании было приглашение им на отдых в Артек американской девочки Саманты Смит. За курносую Саманту мы готовы были простить Андропову и Венгрию 56-го, и расправы над диссидентами, и борьбу за трудовую дисциплину. За ребенка — мы что хочешь и кому угодно простим. Не задумываясь, что вообще-то все тираны когда-то были детьми…

«Объявляем всем верным НАШИМ подданным:

В 30-й день сего Июля Любезнейшая Супруга НАША, ГОСУДАРЫНЯ ИМПЕРАТРИЦА АЛЕКСАНДРА ФЕОДОРОВНА благополучно разрешилась от бремени рождением нам Сына, нареченного Алексеем. Приемля сие радостное событие, как знаменование благодати Божьей на НАС и Империю НАШУ изливаемой, возносим вместе с верными НАШИМИ подданными горячие молитвы ко Всевышнему о благополучном возрастании и преуспеянии НАШЕГО Первородного Сына, призываемого быть Наследником Богом врученной НАМ Державы и великого НАШЕГО служения…». Таким возвышенным слогом известил император подданных о продлении своего царствования и после смерти. Но случилось, что и он, и наследник приняли смерть в одночасье.

Наше сочувственное отношение к последнему, далеко не самому даровитому императору, к 23 годам его правления определяется финальной точкой — зверским убийством в подвале дома купца Ипатьева в Екатеринбурге. Скажем больше: не держи Николай Александрович на руках больного гемофилией сына, в очередной раз тогда поранившегося — и не было бы легенды об императоре-ангеле, как не было бы и прославления царской семьи. Ее прославили отнюдь не за выдающиеся заслуги перед Отечеством, а за то, что это была одна из первых семей, принявших в полном составе смерть в очередную русскую смуту.

В судьбах правителей соблазнительно искать символику. Екатеринбургский Ипатьев дом, где погиб 14-летний Алексей Романов, оказался накрепко связан в сознании потомков с костромским Ипатьевским монастырем, откуда 16-летний Михаил Романов отправился царствовать в Москву. Скобки закрылись. Династия прервалась. Но память о том, что в основание «Царства Божия на земле», в гнилую Ганину яму была пролита слезинка ребенка, вытравить из народного сознания не удалось: царь, положим, был кровосос, но зачем же детскую кровь проливать?..

Столетие цесаревича отмечается в России тихо-мирно. В маленьком зале московского Мемориального музея Российской Императорской Фамилии открылась фотовыставка, как утверждают ее устроители, скромная, но уникальная. А в Крыму в эти дни проходит детский Крестный ход в память царственного мученика Алексия. Причем часть пути ребята преодолеют на осликах. Их, по сообщениям информагентств, предоставит уникальная ферма, единственная в СНГ, занимающаяся разведением ослов. Связано такое необычное решение с тем, что на одном из уцелевших снимков Алеша запечатлен с любимым осликом Ванькой.

Ослик… пони… матроска… снимки из семейного альбома. Возможно ли лучше почтить память мальчика, которому предначертано, однако не суждено было воссесть на престол. Кто-нибудь ужаснется — но, может, и к лучшему, что цесаревич не дожил до этого часа. Еще не известно, какого бы тогда мы царя получили и какую память бы он по себе оставил.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru