Русская линия
Церковный вестник09.06.2004 

С любовью — о Патриархе

Никита Михалков,
кинорежиссер:

Я думаю, что на плечи Святейшего Патриарха Московского и всея Руси Алексия выпала, с одной стороны, тяжелейшая, а с другой стороны, счастливейшая доля в новейшей истории России. Святейший оказался в таким положении и при таких возможностях, которых наша Церковь не имела в течение почти всего ХХ века. Очень трудно подтверждать значение православия в стране, где оно было попрано осознанно, и потому с огромной отрицательной, разрушительной энергией. Мне кажется, что подвиг Святейшего как человека и как иерарха Православной Церкви заключается в том, что он сумел найти тот баланс, который позволил ему не оступиться ни в одну из сторон. Он не поддался страху перед тем новым и непривычным, что начало происходить в стране, и то же время избежал эйфории от открывшихся возможностей, которые рано или поздно все равно обрушились бы, потому что не так легко и не так быстро в России меняются принципы. Он с поразительным естественным достоинством сумел отнестись к новому времени как к воле Божией — в глубочайшем смысле этого слова. Как говорила моя мама, — и эта фраза стала для меня путеводной звездой в жизни, — «значит, так надо». То есть он принял это как тот необходимый крест, который нужно нести с ровным дыханием, не торопясь, не ускоряя шага и не останавливаясь. Это очень трудно, особенно тогда, когда огромное количество людей в стране уснули красными, а проснулись трехцветными. В нашей стране продолжает бытовать подмеченная еще Грибоедовым тенденция «колебания умов ни в чем не твердых». Это колебание умов ни в чем не твердых бывает именно там, где потеряна вера.

Я убежден, что Святейшему непросто и сомнения посещают его как человека. Трудно разбираться в светской жизни, особенно в политических течениях, когда волна тех или иных событий выбрасывает на гребень то одного, то другого, то третьего. И выясняется, что оказавшиеся на гребне, поднятые на Олимп совершенно недостойны этого Олимпа, но с ними все равно приходится общаться. А то, что они недостойны, будет известно только потом. И в этой круговерти событий удержаться достойно, не ошибившись, — это тяжелое испытание. Ведь речь идет не об ошибках вроде «ой, не то сказал, не к тому обратился», а об опасности принижения глубинного достоинства православной веры ради сиюсекундной выгоды — может быть, для той же веры, тем более, когда Церковь так нуждается. Но я убежден, что и благородства, и ума, и таланта, и глубины и мощи человеческой — той самой крепости духа и мягкости души — вполне достает нашему Святейшему в его совсем не старые 75 лет.

Но, я думаю, что самое важное и самое промыслительное в патриаршем служении, выпавшем на долю Святейшего, — это реально возникшая сегодня возможность объединения Русской Православной Церкви. И будет величайшим достижением, величайшим подвигом и величайшей радостью для всего православного мира, если Русская Зарубежная Церковь и Патриаршая Церковь объединятся вновь, забыв и простив друг другу все обиды и заблуждения. Это будет высшее проявление реальности существования православной веры.

Сегодня еще трудно оценить значение Патриарха Алексия II в нашей истории. Трудно потому, что «лицом к лицу лица не увидать, большое видится на расстоянии». И через годы, когда этот период нашей жизни округлится и станет более явным и видимым, как пейзаж, будет понятно нашим потомкам, какими усилиями духа и воли Святейший Патриарх Московский и всея Руси вел этот наш православный корабль.


Любовь Слиска,
первый заместитель председателя Государственной Думы РФ:

Мне хочется поделиться своими впечатлениями от одной встречи с Его Святейшеством — но не в качестве должностного лица, а как прихожанки. Это случилось в Дивеевском монастыре, 1 августа 2003 года, в день празднования 100-летия канонизации прп. Серафима Саровского.

Служил сам Патриарх, и у него же мне выпало счастье принять Святое Причастие.

Этот день я запомню навсегда — солнечный, пронизанный каким-то необыкновенным благодатным светом. И еще — чувством благодарности к человеку, благословившему меня на великое таинство.

Доброта, сострадание, понимание и поразившее меня ощущение — есть у этого человека знание чего-то, чего нам никогда не узнать в полной мере… И вот это незабываемое впечатление очень помогает мне жить.


Игумения Любовь (Нестеренко),
настоятельница Ново-Тихвинского женского монастыря:

Первое слово, которое приходит на ум, когда я думаю о Патриархе, — отец. Конечно, Патриарх — отец для тысяч верующих, для всей паствы. Но для меня как настоятельницы обители особенно важно, что Его Святейшество является настоящим отцом для нас, монашествующих. Еще недавно в России монастырей были считанные единицы, сегодня их сотни, и открываются новые, среди них много женских. Без преувеличения могу сказать, что Его Святейшество является покровителем современного женского монашества. Все трудности, которые встречаются на иноческом пути, Первосвятитель знает изнутри, не поверхностно.

По милости Божией мне довелось несколько раз встречаться с Его Святейшеством и обсуждать проблемы, которые неизбежно возникают при управлении монастырем. Бывало, еще только начнешь говорить, а он посмотрит внимательно, спросит что-то, и вдруг чувствуешь, что все твои переживания ясны ему. Достаточно порой всего нескольких слов. Конечно, когда тебя не просто слышат, но понимают буквально с полуслова, это необыкновенно трогает сердце.

Несколько лет назад Его Святейшество посетил нашу обитель. Это был его первый визит на Уральскую землю, все очень переживали и волновались. Мы с сестрами особенно тщательно готовились, потому что Первосвятитель должен был остановиться на подворье нашей обители в селе Меркушино. И вот, после встречи хлебом-солью, после приветственных слов в храме начинается торжественная трапеза. Но по атмосфере это больше напоминало теплый семейный ужин. Во главе стола — любящий отец, который участливо расспрашивает всех детей, всем уделяет внимание и каждому находит свое слово… Как тут не вспомнить слова Апостола: «Всем бых вся, да всяко некия спасу».

В другой раз было так, что мы с несколькими сестрами приехали в Москву в Патриаршую резиденцию. Выходит Патриарх. Один проницательный взгляд — и, должно быть, сразу поняв, что мы совсем оробели, он тут же шутит по-доброму: «Какие у вас теплые шапочки!». А на нас были наши сибирские утепленные клобуки, которые имеют вид скуфьи с опушкой. Еще несколько слов — и забыта всякая скованность, кажется, что говоришь с родным, хорошо тебя знающим человеком.

Конечно, за такой шутливостью и простотой в обращении стоят богатейший жизненный опыт, мудрость, глубокое знание человеческого сердца. Нет, все-таки что ни говори, а все сводится к одному слову — отец… Просто отец, по-другому не скажешь.


Протоиерей Владимир Воробьев,
ректор Православного Свято-Тихоновского богословского института:

Восстановление духовного образования после долгих лет советской власти было трудной задачей. Те духовные школы, которые появились в Советском Союзе после войны, были только допущены к жизни, но никак государством не признавались, не имели государственной аккредитации.

Положение наше было очень трудным, поскольку без Церкви создавать институт мы не хотели, а в Церкви не находили поддержки. И буквально единственным человеком, который нас понял и поддержал, был Святейший Патриарх Алексий. Мы всегда могли просить его помощи, и он неизменно эту помощь нам оказывал. Святейший Патриарх Алексий с удивительной мудростью почувствовал то доброе, что было в этом начинании. Оценил, поверил и своим авторитетом и благословением дал жизнь. Если бы не благословение Святейшего, если бы он не стал одним из учредителей нашего института, то, конечно же, никаких перспектив у нас не было. Так что мы считаем себя детьми Святейшего Патриарха Алексия и в этом смысле. И потом, особенно в трудные моменты, Святейший Патриарх неизменно нас поддерживал. Он всегда приходил на все наши праздники, и мы каждый раз очень волновались — придет Святейший или нет. И вот однажды на таком празднике, после того как мы сердечно поблагодарили Святейшего за то, что он приходит и благословляет нас, он рассмеялся в ответ и сказал: отец Владимир всегда беспокоится, что я не приду, но как же я могу не прийти, как я могу не отметить ваши труды? Вот с такой отеческой любовью и лаской Его Святейшество всегда относится к нам, и это для нас очень ценно.


Петр Нидзельский,
заместитель министра топливной энергетики:

Отрадно, что в наше время есть возможность свидетельствовать о вечных истинах, о Святом Православии, которое объединяет всех нас. И среди этих свидетельств одним из самых ценных являются слова и выступления Святейшего Патриарха Алексия. Они всегда своевременны. Говорит ли он о духовной жизни или о социальных и общественно-политических проблемах, его слова всегда обращены к сердцу человека. Тем самым, Святейший Патриарх учит нас видеть в нашей жизни чуть больше, чем борьбу за сиюминутные интересы или игру страстей. Последние годы я внимательно читаю и, если есть возможность, слушаю выступления Святейшего Патриарха. И всегда для меня это слова духовной поддержки, укрепляющие в вере и помогающие преодолеть многие жизненные трудности.


Игорь Найвальт,
председатель Совета управляющих «Балтийской строительной компании»:

В канун славного юбилея сердце наполняет благодарность Господу нашему за то, что устроил мое знакомство со Святейшим Владыкой Алексием. Это замечательнейший человек, рядом с которым становится светлее и теплее. Я счастлив, когда при освящении каждого нового храма вижу улыбку на лице Святейшего Владыки — это для меня самая высокая награда. Храни его Господь на многие и благие лета!


Монахиня Афанасия (Грошева),
настоятельница Иоанно-Предтеченского женского монастыря:

Я знаю Святейшего Патриарха очень давно. Он совершал и иноческий, и монашеский постриг в Пюхтицком монастыре, где я провела 27 лет. Святейший очень любит Пюхтицы, и всегда, когда он приезжал в монастырь, там был праздник. У Патриарха очень хорошая память. Он не только всех сестер помнил по именам, но и знал, на каком послушании каждая из них находится. И всегда интересовался, как идут дела. Как приедет в Пюхтицы, весь монастырь обойдет: и в богадельню зайдет, и на подсобное хозяйство — на скотный двор, в парники, на конюшню. Ко всему проявлял заботу и внимание.

Когда в прошлом году Патриарх после почти 10-летнего перерыва посетил Эстонию и Пюхтицы, это была непередаваемая радость. Казалось, что и сам Святейший еле сдерживал слезы от счастья, что после стольких лет вновь смог побывать здесь. А сестры обители подходили к нему под благословение по несколько раз. Встреча была очень теплая.

Мне много раз довелось бывать на службах, которые вел Патриарх. Служит он очень благоговейно. Особенно пламенно молится во время Евхаристического канона. На его службах чувствуешь близость Бога и вдохновение. Мне кажется, что у Святейшего особое рвение к богослужениям. Сейчас в Москве, в каком бы храме он ни служил, везде много верующих, потому что люди получают духовную радость и утешение, которые остаются надолго в их сердце. В этом году я была на литургии на Бутовском полигоне. Сестры монастыря, которые присутствовали на подобном богослужении впервые, проплакали всю службу.

Святейший все удары принимает на себя. Сколько нестроений в нашей жизни, сколько сложных ситуаций бывает в государстве. А Патриарх всегда со своим народом — и в радостные мгновения, и в горькие минуты. Всегда поддержит, успокоит. Он как щит, который оберегает всех нас.

N 11 (288) июнь 2004 г.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru