Русская линия
Русский вестник Е. Мезенцев14.05.2004 

Жизнь, отданная России

Бывают люди, которые всего себя отдают служению Отечеству. Именно таким человеком и был пламенный русский патриот, замечательный ученый и талантливый флотоводец Степан Осипович Макаров, со дня трагической гибели которого в апреле исполнилось 100 лет. В наше нелегкое, смутное время, когда определенными кругами в России русскому народу активно навязываются чуждые идеалы и западные стереотипы поведения, доблестный пример адмирала Макарова, бескорыстно и верно служившего Родине не за страх, а за совесть, особенно поучителен и актуален.

Родился будущий великий флотоводец 27 декабря 1848 г. в приморском городе Николаеве в семье флотского поручика Осипа Федоровича Макарова, выслужившегося из матросов в боцманы, а потом в офицеры. Сама судьба предрекла маленькому Степе стать военным моряком. С раннего детства, вращаясь в морской среде, он мечтал о флотской службе, на которую поступили и оба его старших брата: Иван и Яков. В 1858 г. его отец получил назначение в Сибирскую военную флотилию и от теплых берегов Черного моря и города, названного в честь покровителя русских моряков — св. Николая, будущий адмирал вместе с отцом перебрался в дальневосточный Николаев — город Николаевск-на-Амуре, где поступил в морское училище, готовившее штурманов. Летом кадеты старших классов проходили морскую практику на судах Сибирской флотилии и кораблях русской Тихоокеанской эскадры, исполняя обязанности матросов и унтер-офицеров. Первым кораблем, на котором 12-летний Степан вышел в открытое море, был винтовой клипер «Стрелок», а в 1863 г. юного Макарова назначили для практики в тихоокеанскую эскадру контр-адмирала А. А. Попова, сперва на клипер «Абрек», а затем на флагманский корвет «Богатырь». В США шла тогда гражданская война между промышленным Севером и рабовладельческим Югом. Англия и Франция поддерживали южан и одновременно под лицемерным предлогом защиты Польши, восставшей против Царя, готовили новую Крымскую войну, собираясь опять напасть на Россию. Вот тогда-то, чтобы русский флот не оказался блокированным в своих портах, Александр 2 заранее выслал в Атлантический и Тихий океаны для крейсерских операций против английских и французских военных и торговых судов эскадры адмиралов Лесовского и Попова, которые для базирования выбрали порты Северо-Американских Штатов, ставших в сложившихся условиях союзниками России. В результате этого военно-политического демарша Англия и Франция не решились на войну с Россией, а в США русская поддержка ускорила победу северян над южанами.

Именно тогда Макаров впервые побывал в Сан-Франциско и на Аляске, входившей в ту пору еще в состав России, лично познакомился с Поповым и многому научился от этого незаурядного адмирала. В 1864 г. юный Степан вернулся через Аян в Николаевск-на-Амуре и на пароходе «Америка» впервые посетил Японию (порт Хакодате), а в следующем году блестяще закончил морское училище и за выдающиеся успехи в учебе и образцовое поведение по ходатайству контр-адмирала П. В. Казакевича был произведен в виде исключения не в кондукторы флотских штурманов, а в гардемарины. После этого Макаров в течение года плавал в Тихом океане на корвете «Варяг» (через 35 лет в Кронштадте Степан Осипович побывает на борту и легендарного крейсера «Варяг»), а затем на корвете «Асколь» перешел вокруг Африки в Петербург, где за отличные способности был зачислен в 1867 г. в морской корпус, а уже в 1869 г. его окончил, получив чин мичмана.

Уже тогда юный Степан поражал всех своими незаурядными способностями и любознательностью. Свою первую научную статью по морскому делу он опубликовал в журнале «Морской сборник» в 18 лет! Степан Осипович разработал новые способы заделки пробоин, создал усовершенствованный тип пластыря и сконструировал улучшенную систему откачки воды из судна, изложив все это в 1875 г. в специальной книге «О непотопляемости судов». Макаровские идеи, горячо поддержанные таким талантливым и передовым адмиралом, как Г. И. Бутаков, были быстро воплощены в жизнь в российском флоте, а затем завоевали себе признание во всем мире. С тех пор в международный морской словарь прочно вошел термин «пластырь Макарова».

В 1870−72 гг. Степан Осипович на паровой шхуне «Тунгус» совершил полукругосветное плавание из Петербурга в Николаевск-на-Амуре вокруг Южной Америки. Когда на Балканах сгустились тучи войны, и Россия решила заступиться за «братушек-славян» (сербов и болгар), жестоко угнетаемых турками, Макаров, получивший уже в 1871 г. чин лейтенанта, добился в 1876 г. перевода на Черноморский флот. «Я хочу и должен быть там, где трудно», — говорил он всегда.

Теоретически предполагалось, что маленький катер подойдет к большому вражескому кораблю почти вплотную и ткнет его в борт в районе днища для подрыва длинным 8-метровым шестом, к концу которого была прикреплена мина, взрывавшаяся при ударе. Но катер имеет малую мореходность, следовательно ему надо пассивно ждать появления вражеского флота у своих берегов, да и много ли шансов у катера под огнем врага подойти вплотную к маневрирующему вражескому судну, а затем при взрыве уцелеть самому?!

Макаров однако решил эту сложную проблему, придумав, как сделать шестовые мины грозным наступательным оружием и бить ими врага везде, даже в его же портах. По его предложению быстроходный торговый пароход «Великий князь Константин» был переоборудован и превращен в плавучую базу для четырех минных катеров. Он мог поднять их на борт и перевезти к месту стоянки вражеских судов, где уже спустить на воду для атаки, а после нее поднять катера опять на борт, и уйти.

И когда в апреле 1877 г. началась русско-турецкая война, макаровские идеи блестяще себя оправдали. В ночь на 29 мая один из минных катеров, спущенных с «Великого Константина» в болгарском порту Сулин, подорвал шестовой миной турецкий корвет «Иджлалиле», вошедший из строя до конца войны. Турецкий флот охватила паника, и он почти прекратил активные действия на Черном море, предпочитая отстаиваться в своих портах. Впрочем и там, благодаря Макарову, он не чувствовал себя в полной безопасности. Уже в июне 1877 г. его пароход дерзко появился у турецких берегов рядом с самим Стамбулом и потопил там 4 вражеских грузовых судна, а в июле отправил на дно в том же районе еще 6 турецких кораблей. А в ночь на 12 августа новый успех, уже в Сухуми, где спущенные с минного транспорта «Константин» макаровские катера подорвали шестовыми минами корвет «Ассари-Шевке» за что Степан Осипович был произведен в капитан-лейтенанты и получил орден Св. Георгия 4-й степени.

Однако Макарову стало ясно, что заряд шестовых мин слишком слаб и потопить ими крупный вражеский корабль весьма сложно. Поэтому он решил испробовать теперь на практике более сильное и перспективное оружие — торпеды, о чем он уже давно просил морское министерство. Получив несколько торпед, «Св. Константин» устремился в Батуми, где стояла большая турецкая эскадра, и в ночь на 14 января 1878 г. спущенные с минного транспорта 2 макаровских торпедных катера торпедировали и потопили неприятельский сторожевой корабль «Итибах». Это триумфальное применение нового оружия повергло в панический страх турок и вызвало сенсацию во всем мире, особенно в Англии. Макаров же за все свои успехи в этой войне получил новый чин — капитана 2 ранга.

А в 1880—1881 гг. Макаров опять на войне. На этот раз в содружестве со знаменитым генералом М. Д. Скобелевым он принял участие в Ахалтекинской экспедиции против туркмен-текинцев, которых Англия подстрекнула выступить против России. Макаров блестяще организовал снабжение войск по Каспийскому морю, чем облегчил и ускорил скобелевскую победу, к тому же в боях активно участвовал десант матросов с батареей картечниц.

В 1882—1886 гг. он служит снова на Балтике, сперва исполняя обязанности помощника начальника Практической эскадры, а в 1885 г. получив, наконец, под свою самостоятельную команду первый крупный корабль — броненосный фрегат «Князь Пожарский». Но самые выдающиеся успехи и открытия еще впереди. В 1886—1889 гг. Макаров на корвете «Витязь» совершает кругосветное плавание, во время которого проводит важные гидрографические исследования. Их результаты были затем опубликованы в книге «Витязь» и Тихий океан". И уже в 1890 г. Степан Осипович производится в контр-адмиралы, став самым молодым адмиралом в русском флоте. В 1891 г. его назначают главным инспектором морской артиллерии, и на этом посту Макаров в 1893 г. делает одно из важнейших своих изобретений, придумав для бронебойных снарядов особые наконечники из мягкой стали, что резко увеличило пробивную силу русских снарядов, ставших «прошивать» насквозь самую лучшую английскую и немецкую броню. К сожалению, этот секрет вскоре удалось узнать иностранцам, и они тоже одели на свои снаряды «макаровские колпачки», как их стали называть во всем мире, а за Степаном Осиповичем с тех пор прочно закрепилось прозвище «покорителя брони». В те же годы Макарову при помощи Д. И. Менделеева удалось довольно быстро внедрить в русском флоте бездымный порох.

В 1894 г. его назначили командующим русской эскадрой в Средиземном море и в том же году Япония напала на Китай, разбила его и захватила Корею и Ляодунский полуостров с морской крепостью Порт-Артур. Появление японских войск вблизи русских дальневосточных границ встревожило русское правительство, и в 1895 г. макаровскую эскадру перебросили из Средиземного моря на Дальний Восток для усиления русского тихоокеанского флота. От Японии ультимативно потребовали вернуть Китаю Порт-Артур и предоставить независимость Корее, что было подкреплено военной демонстрацией эскадр адмиралов С. П. Тыртова и Макарова у японских берегов. Тыртов не внушал японцам страха, но Макарова они хорошо знали, уважали и побаивались, поэтому решили тогда согласиться на требования России, не отважившись на войну. Степан Осипович вернулся в 1896 г. на Балтику, где и прослужил последние 8 лет своей жизни вплоть до новой отправки на Дальний Восток, делами которого он постоянно живо интересовался, предвидя, что «обиженная» и быстро набиравшая мощь Япония в скором времени начнет все же войну с Россией. В ожидании этой войны Макаров в 1897 г. создал главный труд своей жизни — «Рассуждения по вопросам морской тактики», где впервые в мире детально разработал тактику сражений в новых условиях ведения морской войны. Девизом к этой книге флотоводец сделал чеканную фразу: «Помни войну!», справедливо считая, что русский флот должен всегда находиться в боеготовности и быть в состоянии в любой момент достойно отразить внезапное нападение любого потенциального противника.

Еще прежде, в 1892 г. Макаров заинтересовался проблемой освоения Арктики и прокладывания Северного морского пути, выдвинув идею создания мощного ледокола для свободного плавания во льдах. В то время многие страны состязались в достижении Северного полюса, который долго оставался недосягаемым, и Макаров мечтал, чтобы русские моряки первыми добрались до Северного полюса, водрузив там русский флаг. Макаровская идея была поддержана многими российскими учеными и моряками (Ф. Ф. Врангелем, П. П. Семеновым-Тян-Шанским, П. Н. Назимовым, Д. И. Менделеевым, А. И. Вилькицким, Ю. М. Шокальским, М. А. Рыкачевым и др.), и по его проекту в Англии был построен ледокол «Ермак», на котором Макаров в марте 1899 г. перешел из Ньюкасла в Кронштадт, а потом в Ревель, блестяще преодолев льды Финского залива и освободив из ледового плена 11 пароходов.

В том же году Макаров на «Ермаке» совершил 2 пробных арктических рейса к северу от Шпицбергена, а осенью 1899 — зимой 1900 гг. освободил в Финском заливе крейсер «Громобой» и броненосец береговой обороны «Генерал-адмирал Апраксин», затертые льдами. Еще за несколько лет до русско-японской войны Степан Осипович неоднократно просил перевести его в Порт-Артур («там мое место»), но ему отказывали, с началом же ее, понеся тяжелые потери и уступая общественному мнению, правительство немедленно отправило его туда исправлять сложившееся тяжелое положение. Ведь даже его недоброжелатели в глубине души понимали, что для такой задачи лучше всего подходит Макаров с его дерзкой отвагой и талантом истинного флотоводца.

Прибыв 24 февраля/8 марта 1904 г. в Порт-Артур в качестве командующего тихоокеанским флотом России, Степан Осипович сразу развил кипучую деятельность. Бодрый и энергичный, он сумел вдохнуть во всех уверенность в победе. В порту и на флоте все оживилось и горячо закипела работа по ускорению ремонта подорванных в начале войны броненосцев и подготовке и генеральному сражению на море. Матросы боготворили Макарова и любовно называли его «борода» или «наш старик». При этом Степан Осипович сразу приступил к активным действиям, начав регулярно высылать из Артура по ночам отряды миноносцев для боевого патрулирования и действий на морских коммуникациях японцев. Когда же японский адмирал Того попробовал провести перекидную стрельбу через гору Ляотешан по внутренней гавани Порт-Артура, оставаясь сам невидимым для русских моряков, Макаров, установив на горе сигнальные корректировочные посты, организовал такой меткий ответный огонь, что до самого конца осады отбил у врагов охоту играть в такие игры.

Мало того, Степан Осипович, словно дразня Того, стал регулярно выводить главные силы русской эскадры из гавани в море. За месяц он вывозил эскадру 6 раз, при этом сам нередко шел впереди, держа свой флаг на каком-либо быстроходном крейсере («Баяне», «Новике» или «Аскольде»).

Отважные и умные действия русского флотоводца стали вызывать тревогу в Токио и породили некоторую растерянность у японских верхов, пробудив в то же время невольное уважение и даже восхищение у многих простых японцев.

Для Японии обрисовалась реальная угроза проигрыша войны и тогда Того решил использовать последний шанс, чтобы избавиться от опасного русского адмирала. В ночь на 31 марта (13 апреля) 1904 г. японские минные заградители под прикрытием дождя и мрака набросали мины у внешнего рейда Порт-Артура. Поскольку перед крепостью уже с утра появились главные силы японского флота, Степан Осипович спешно стал выводить русскую эскадру из гавани навстречу Того в надежде навязать все-таки японцам генеральное сражение у самого Артура. Тут-то и случилось непоправимое. Макаров, стоя на мостике броненосца «Петропавловск», оживленно беседовал со своим другом — художником В. В. Верещагиным, когда броненосец наткнулся сразу на 2 японских мины и взлетел на воздух. Последовало два страшных взрыва (второй от детонации боеприпасов в артиллерийском погребе) и несчастный броненосец, разломившись надвое, стремительно пошел на дно. Макаров при взрыве был тяжело ранен в голову и утонул, из воды выловили позднее лишь его пальто. Так трагически оборвалась жизнь замечательного русского флотоводца и ученого, который, вероятно, мог бы принести России победу в этой войне.

Печальное известие о гибели Макарова потрясло всю Россию. На улицах многие плакали, не стыдясь слез, понимая что страна потеряла одного из самых замечательных национальных героев.

Даже в Японии многие простые люди, видя в Макарове благородного и достойного противника, встретили известие о его смерти с искренней жалостью и сочувствием. Один из японских поэтов Исикава Такобуку посвятил Степану Осиповичу даже целую восторженную поэму.

В память о великом флотоводце многие наши ледоколы и военные корабли гордо именовались «Адмирал Макаров», а в Кронштадте в 1913 г. был на народные деньги сооружен ему величественный памятник. И вот уже почти сто лет отлитый в бронзе адмирал смотрит с высоты на дела своих сыновей, внуков и правнуков и, протянув вперед руку, указывает им путь чести и славы. И пока мы будем идти по макаровскому пути, пока будем свято хранить наши традиции, завещанные предками, и бескорыстно помогать друг другу, не будет нам супротивника и обратятся в ничто все усилия наших врагов.

И да живет Россия в благоденствии и славе!


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru