Русская линия
Православие.Ru Ольга Васильева06.02.2004 

Церковь новомучеников

Революционный 1917 год вовлек в круговорот обновлений и Русскую Православную Церковь.

Решающим событием в истории Церкви XX века, ознаменовавшим окончание «синодальной эпохи», длившейся от Петра I, стал Поместный Собор Православной Российской Церкви, который открылся 15 (28) августа 1917 г. и продолжался с перерывами до 7 (20) сентября 1918 года. Он восстановил институт патриаршества и древнейшую традицию регулярного созыва Соборов как высших органов церковной власти. Авторитет Патриарха Тихона (Беллавина), избранного Собором 5 (18) ноября 1917 г., прежнего митрополита Московского, должен был укрепить церковное единство и помочь сохранить богатое нравственное и культурное наследие России для потомков.

Свой крестный путь Первосвятитель Тихон начал в Кремлевском Успенском соборе. В то время центральный барабан пятиглавия храма зиял бесформенной пробоиной от шестидюймового артиллерийского снаряда — примета недобрая, но менять вековое место интронизации Патриарх не стал.

Твердо ступал он по кремлевскому двору, и люди верующие смотрели на долгожданного печальника и заступника Церкви с надеждой. Полагали, что в смутное время патриарший авторитет укрепит церковное единство и вольет свежую струю духовности в религиозную жизнь России. И мало кто верил в «демократические» начала революции, о которых под свист пуль так громко вещали ее глашатаи.

Советская власть, исходя из принципа идеологической монополии, расценила избрание Патриарха Тихона как угрозу со стороны противостоящей ей политической силы, видя в Патриархе преемника и носителя идей поверженного монархизма. Страх перед объединением существовавших тогда реальных политических противников под церковными знаменами подгонял большевиков к началу антицерковной войны, для развертывания которой нужен был весомый и наглядный повод.

Прямой отсчет «антигосударственных» деяний духовенства атеистическая пропаганда вела с 11 ноября 1917 года, когда в послании Поместного Собора социалистическая революция была названа «нашествием антихриста и беснующимся безбожием». Однако никто и никогда не писал о действительных причинах принятия такого обращения. Этому предшествовало закрытие всех учебных заведений Русской Церкви, согласно Декрету СНК.

На следующий день на улицах, площадях и храмах Москвы появляется «Объявление от Священного Собора Православной Российской Церкви:

«В воскресенье, 12 ноября, в храме Христа Спасителя, по окончании божественной Литургии, будет совершена от лиц Священного Собора панихида по всем павшим во дни междоусобного кровопролития на улицах Москвы. Жители Москвы — и богатые, и бедные, и знатные, и простые, и ВОЕННЫЕ. И НЕВОЕННЫЕ, — все приглашаются, забыв всякую партийную рознь и помня только заветы Великой Христовой Любви, объединиться в общецерковной молитве о блаженном упокоении почивших».

Панихида по убиенным, независимо от цвета их политической принадлежности — и «красным», и «белым» — состоялась. Не только члены Собора в Москве старались предотвратить братоубийственную брань, но и приходские священники всеми силами препятствовали этому. Таким был протоиерей Екатерининского Собора в г. Царское Село близ Петрограда Иоанн Кочуров. 12 ноября 1917 года он возглавил крестный ход прихожан с молениями о прекращении междоусобной брани. Его проповедь во время крестного хода призвала православных к спокойствию перед грядущими испытаниями. 13 ноября 1917 года Царское Село заняли большевики. Последовали аресты священников, среди которых был и о. Иоанн. Разъяренные солдаты повели его на царскосельский аэродром, где он был расстрелян без суда и следствия на глазах своего сына -гимназиста. Только вечером прихожане смогли перевезти тело убитого пастыря в часовню дворцового госпиталя, оттуда перенести в Екатерининский собор, где в субботу 17 ноября 1917 года было совершено отпевание; по просьбе прихожан, о. Иоанн был погребен под собором. Священномученик Иоанн Архиерейским Собором Русской Православной Церкви (29 ноября — 2 декабря 1994 г.) причислен к лику святых.

18 (31) декабря 1917 г. был опубликован Декрет ВЦИК и СНК о гражданском браке, о детях и о введении книг актов гражданского состояния, признавший отныне юридически недействительным церковный брак. В январе 1918 г. декретом СНК были ликвидированы духовники в армии отменены все государственные дотации и субсидии Церкви и духовенству.

20 января 1918 г. был принят и 23 января опубликован Декрет СНК о свободе совести, церковных и религиозных обществах, осуществивший отделение Церкви от государства, национализацию церковного имущества и поставивший Русскую Православную Церковь в жесткие рамки всяческих запретов и ограничений. Отныне она теряла юридическое лицо, лишалась собственности и права приобретать ее. Опубликованный еще 31 декабря 1917 г. (13 января 1918 г.) проект этого декрета вызвал бурю негодования в среде духовенства и верующих.

25 января 1918 года Поместный Собор дал следующую оценку большевистского декрета: он «представляет собой под видом закона о свободе совести злостное покушение на весь строй жизни Православной церкви и акт открытого против нее гонения» **

А вечером того же дня Россию потрясла страшная весть: в Киеве был убит старейший иерарх Русской Православной Церкви, митрополит Киевский Владимир. Его мученическая смерть была первой среди архиереев (4 апреля 1992 года митрополит Владимир был прославлен в лике святых Архиерейским Собором Русской Православной Церкви).

Поздним вечером 25 января 1918 года известие о Киевской трагедии достигло Москвы. Участники собора на закрытом заседании глубокой ночью принимают важнейшие решения для дальнейшего существования Церкви в условиях большевистского гонения: Патриарху было предложено избрать несколько местоблюстителей патриаршего престола на случай его болезни, смерти и других печальных возможностей. Кандидаты должны быть названы в порядке старшинства.

(Местолюстителей было названа трое: митрополит Кирилл (Смирнов), митрополит Агафангел (Преображенский) и митрополит Петр (Полянский).

Тогда же было решено установить возношение за богослужением особого прошения о гонимых за православную веру и Церковь, скончавшихся и жизнь свою отдавших исповедниках и мучениках, и по всей России установить ежегодное поминовение в день 25 января или следующий за ним воскресный день вечером. День поминовения исповедников и новомучеников.

Первая волна репрессий (1918−20 гг.) унесла около 9000 жизней. Русская Церковь вступила на свой крестный путь.

Репрессии против духовенства не ослабли даже после того, как Патриарх в сентябре 1919 г. опубликовал послание «О прекращении духовенством борьбы с большевиками». Проведение его в жизнь приобрело односторонний характер: священники исполняли свой духовный долг по местам христианской службы и отвергали все, что противоречило Патриаршему посланию, а советская власть продолжала политику террора.

Год великого голода в России (1921) памятен и еще одной трагедией — государственной кампанией по изъятию церковных ценностей. Долгое время господствовала официальная версия, согласно которой Церковь противилась передаче своих ценностей, предназначавшихся властью для оказания содействия голодающим. В действительности все было иначе. Патриарх Тихон уже в августе 1921 года основал Всероссийский церковный комитет помощи голодающим. 19 февраля 1922 года в церковно-приходские общины и советы поступило патриаршее разрешение жертвовать на нужды голодающих драгоценные церковные украшения и предметы, не имеющие богослужебного употребления. Набирающее силу православное движение помощи голодающим не входило в политические планы власти. Изъятие церковных ценностей должно было по плану Ленина создать фонд в «несколько сотен миллионов рублей». В этом заключался экономический аспект кампании. Но был еще и политический. В ходе изъятия, по словам Ленина, решено было «дать самое решительное и беспощадное сражение черносотенному духовенству и подавить его сопротивление с такой жестокостью, чтобы они не забыли этого в течение нескольких десятилетий». В Москве, Петрограде, Шуе, Иваново-Вознесенске, Смоленске, Старой Руссе состоялись судебные процессы с последующими массовыми расстрелами духовенства и других участников сопротивления изъятию ценностей.

В Петрограде — 80 обвиняемых и 4 смертных приговора, в том числе митрополиту Вениамину (Казанскоиму); В Москве — 154 обвиняемых, 11 смертных приговоров. Арестован был и сам Патриарх. В это сложное для Православной Церкви время государство всеми силами стимулирует деятельность обновленческого движения, сформировавшегося еще в дооктябрьские времена: субсидирует обновленческих изданий; ОГПУ высылает неугодных епископов; раскалывает мирян. Целью этой политики являлось расчленение Православной Церкви на враждующие между собой группировки, в результате чего она перестала бы быть силой, духовно противостоящей большевистской диктатуре. Число мучеников увеличивалось. В период кампании по изъятию церковных ценностей было осуждено свыше 10 000, из них 2000 расстрелянных.

В тяжелейшие годы нарастающего тоталитаризма одной из наиболее значимых фигур Русской Православной Церкви был митрополит Сергий (Страгородский), принесший ЛИЧНУЮ жертву во спасение церковной жизни. В своей статье «Вопль Русской Церкви» Н. Бердяев и далекого зарубежья, оценивая позицию митрополита, писал: «Героическая непримиримость отдельного человека, готового идти под расстрел, прекрасна, полновесна и вызывает чувство нашего восхищения. Но там, в России, есть еще другой героизм, другая жертвенность, которые люди не так легко оценивают. Патриарх Тихон, митрополит Сергий — не отдельные, частные лица, которые могут думать только о себе. Перед ними всегда стоит не их личная судьба, а судьба Церкви и церковного народа как целого. Они могут и должны забывать о себе, о своей чистоте и красоте и говорить лишь то, что спасительно для Церкви. Это есть огромная личная жертва. Ее принес Патриарх Тихон, ее приносит митрополит Сергий. Некогда эту жертву принес св. Александр Невский, когда ездил в Ханскую Орду.

Отдельный человек может предпочесть личное мученичество. Но не таково положение иерарха, возглавляющего Церковь, он должен идти на иное мученичество и принести иную жертву».

К 1930 г. более 30 архиереев отказались от административного подчинения Предстоятелю Русской Церкви митрополиту Сергию, выступая против компромиссов с властью и не признавая никаких реальных внешних обстоятельств церковной жизни. В истории Церкви все расколы приводили к ее ослаблению. Большинство «непоминающих» были арестованы и отправлены в лагеря и ссылки в 1928—1929 гг.: митрополит Иосиф (Петровых), архиепископы Серафим (Самойлович), Варлам (Ряшенцев), епископы Виктор (Островидов), Димитрий (Любимов) и многие другие, кому предстоял мученический подвиг.

Дальнейшее наступление на Русскую Православную Церковь ознаменовалось усилением кампании безбожников, а нарастающие темпы индустриализации всколыхнули в стране «антиколокольную» кампанию.

Митрополит Сергий оказался в изоляции, один на один с атеистической вакханалей, масштабы которой продолжали расширяться. Вслед за снятием колоколов разрушению подвергались храмы. С 1930 по 1934 г. их численность сократилась на 30%.

Сталинский тезис об усилении классовой борьбы по мере продвижения к социализму развязал руки не только НКВД, но и атеистам. Прокатилась лавина репрессий против верующих и пастырей. Каждый из них обязан был теперь пройти через всеохватывающее анкетирование, которое определяло степень терпимости режимом этого лица. Жизнь приходов контролировалась инспекторами по наблюдению и негласными осведомителями НКВД.

Летом 1937 года по распоряжению Сталина был разработан приказ о расстреле в течение четырех месяцев всех находящихся в тюрьмах и лагерях исповедников. Ушел из жизни священномученик митрополит Петр (Полянский), проведший в тюрьмах и ссылках 12 лет. Приговор был приведен к исполнению 10 октября 1937 года.

Один за одним уходили из жизни иерархи, увенчав свой исповеднический подвиг пролитием крови за Христа. 11 декабря 1937 года на полигоне Бутово близ Москвы был расстрелян митрополит Серафим (Чичагов). В последний день страшного 1937 года был расстрелян один из выдающихся исповедников Православия архиепископ Фаддей (Успенский). Год «Великой Чистки» и последующий за ним 1938 были самыми страшными для духовенства и мирян — 200 000 репрессированных и 100 000 казненных. Был расстрелян каждый второй священнослужитель.

Но Православная Церковь оказала великое духовное сопротивление тоталитарному режиму. С какой верой, верностью и самопожертвованием прошли и закончили духовенство и миряне свой земной путь. И, если, когда-нибудь удастся прославить всех русских подвижников XX века, то Русская Православная Церковь станет Церковью Российских Новомучеников.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru