Русская линия
НГ-Религии Игорь Шумейко21.01.2004 

Загадочный Леонардо
Для Церкви творчество великого художника всегда было на грани ереси

Эпоху Возрождения завершало поколение титанов. Во второй половине XV и начале XVI века одновременно с Коперником и Колумбом в Италии жил и творил разносторонне одаренный Леонардо да Винчи. Вазари называл его «божественным», а Густаво Уциелли, биограф Леонардо, заявлял, что художника можно сравнить только с Аристотелем или Христом.

Жизнь его известна по биографиям, написанным вскоре после его смерти, по сохранившимся документам и, конечно, по многочисленным трактатам, письмам и записным книжкам самого Леонардо.

В молодости этот синеглазый высокий и стройный человек с золотыми локонами был не просто изумительно красив и общителен, но и обладал неотразимым обаянием. Здоровый и сильный (гнул подковы), он щегольски одевался, любил и покупал породистых лошадей, играл на серебряной лютне собственного изготовления. В светских компаниях сыпал анекдотами и байками, постоянно шутил. Словом, был душой общества.

Он придумал камеру-обскуру, велосипед, планер, парашют, подводную лодку и многое другое. Кроме того, его также считают оригинальным теологом, и его рассуждения о Боге, вероятно, искренни. Но для Церкви его творчество было на грани ереси, а сам он — некое итальянское подобие доктора Фауста (кстати, его современника).

Судя по его жизнеописаниям, он был скрытным и загадочным человеком. Дело не только в том, что писал он справа налево, так что читать его манускрипты нужно через зеркало. Непонятны и его произведения. Загадочная улыбка Джоконды столь же таинственна, как и само изображение. Известно, что Леонардо никому не отдал портрет, а всю жизнь таскал его с собой в своих странствиях. Странным был и сам художник.

Леонардо безумно боялся смерти, поэтому для искупления грехов он распорядился, чтобы перед его гробом шествовали 60 наемных бедняков с зажженными свечами, а за гробом — весь церковный причт с пением молитв. Леонардо также завещал отслужить после похорон три торжественные мессы в главной придворной церкви французского города Амбуаза, где он умирал, и по тридцати обычных месс в трех других церквах города.

Сколько заботы о посмертном прощении, об упокоении грешной души! А, собственно, было ли в чем каяться? Такая тихая и почти подвижническая жизнь. Бог милостив, за что же так упорно и назойливо умолять его о прощении?

Фрейд, изучавший творения Леонардо, пришел к выводу, что тот был склонен к гомосексуализму, но ради духовной чистоты сублимировал свою сексуальность, обратив ее энергию в творчество. Правда, аргументы Фрейда мало кого убедили, хотя сам художник нередко высказывал сожаление о том, что был недостаточно благочестив и много грешил.

И действительно, Леонардо вовсе не был человеком, чуждым сексуальности и чувственности. В собрании его шуток и фацетий (побасенок) есть немало весьма соленых. Первый биограф Леонардо в России Аким Волынский прямо называет их порнографическими. А итальянский библиограф д"Адда очень удивился, когда увидел книги, которые художник таскал с собой в своих странствиях. Ими оказались сонеты Буркиелло (грубый юмор низов), неприличные «Шутки» Поджо Браччолини («Книга свинств») и книга «Манганелло», анонимно изданная и направленная против женщин («сквернейшая из книг», называет ее д"Адда, который не решался изложить ее содержание даже по-латыни).


То, что Леонардо всю жизнь прожил холостяком, дает основание подозревать его в гомосексуальности. Впрочем, этому есть и доказательства. В 1476 г., когда Леонардо было 24 года, он был привлечен к суду. Документы суда хранились в архиве и их опубликовали лишь 420 лет спустя. Леонардо арестовали по анонимному обвинению. Во Флоренции мужеложство строго каралось. Наказаниями были высокий денежный штраф и выставление к позорному столбу плюс заключение в тюрьму. В случае повторения преступления — частичная или полная кастрация, а при насилии — смертная казнь «без пролития крови» (сожжение заживо на костре).

В доносе сообщалось, что некий Якопо Сальтарели, семнадцати лет, совершает содомский грех с несколькими людьми. Среди них находим имя «Леонардо, сын Пьеро да Винчи». Все названные лица были схвачены флорентийской полицией нравов и приведены в суд. Ввиду того что анонимный доносчик не явился, обвиняемые были «условно оправданы» до повторения доноса. Ждать пришлось два месяца. Доносчик опять не явился, поэтому суд счел дело оконченным и отпустил обвиняемых за недостатком улик.

В XIX веке крупнейшие итальянские биографы Леонардо (Уциелли, Сольми, Сконьямино и др.) с пеной у рта отстаивали его невиновность. Но дело в том, что закон о содомском грехе хоть и существовал, но применялся крайне редко. Многие знатные горожане Флоренции были приверженцами однополой любви и не скрывали этого, среди них поэт Анджело Полициано, банкир Филиппо Строцци (родственник Медичи). Этот грех был столь обычным в городе, что в Европе гомосексуалов называли «флорентийцами».

Более того, надо учесть, что на сей раз у суда были особые основания для снисходительности. Среди обвиняемых был другой Леонардо — Торнабуони, а это фамилия матери Лоренцо Медичи. Стало быть, Леонардо да Винчи предстояло отправиться к позорному столбу и в тюрьму с родственником самого диктатора. А тот в делах, затрагивающих семейные интересы, действовал решительно и беспощадно. Именно поэтому обвинитель предпочитал посылать тайные доносы. Леонардо явно повезло.

Вблизи него за всю его жизнь не зафиксировано ни одной женщины, кроме матери. Друзей вокруг множество — ученых и художников, инженеров и музыкантов, мошенников и магов. Но ни одной сколько-нибудь заметной привязанности к какой-нибудь прелестнице. Ни одного любовного приключения с женщиной. Фрейд считал, что Леонардо вообще не имел сексуальных связей, а «занимался исследованиями вместо того, чтобы любить». Так ли это? В этой связи стоит обратить внимание, что его всегда окружали красивые молодые люди, в основном ученики. Каковы же были с ними его отношения?


Однако прежде попытаемся определить сексуальную ориентацию художника, отразившуюся в его научных изысканиях. Страсть Леонардо к анатомии общеизвестна. Есть издания его трактатов, специально посвященных анатомическим рисункам. Скелеты, мускулы, внутренние органы, кровеносная система — все это Леонардо изучал досконально. Но есть одна область, также отраженная в изданиях, посвященных его анатомическим штудиям, — это изучение гениталий. Бросается в глаза, что мужской член он рисовал много раз, а женские половые органы — только два раза, причем грубо и один раз неточно.

В его записях есть целая апология фаллоса:

«Он имеет дело с человеческим сознанием и иногда показывает собственный разум; когда мужчина желает, чтобы он был возбужден, он остается упрямым и следует своему собственному курсу, а иногда он движется по-своему без разрешения или какой-либо мысли своего обладателя….Вот почему кажется, что это создание часто имеет собственную жизнь и свой разум, отдельный от разума самого человека, и кажется, что мужчина ошибается, когда стыдится называть его по имени или показывать его. То, что он стремится укрыть и спрятать, ему бы надлежало торжественно показывать — как священнику на мессе».

Существуют и анатомические зарисовки, отражающие откровенный гомоэротический интерес и сексуальную направленность их создателя. Эти рисунки сделаны как наброски на листах с чертежами машин и совершенно не предназначены для издания.

Теперь рассмотрим его отношения с учениками. Сначала одно общее соображение, высказанное Фрейдом, а именно: почти все ученики Леонардо да Винчи не были талантливы, но все были исключительно красивы.

Один ученик заслуживает особого внимания. В 1490 г. на полях 15-й страницы записной книжки с черновиком трактата о свете и тени (Кодекс С) появляется запись от 22 июля: «Джакомо пришел жить со мной… Ему десять лет». Леонардо было 39. На полях страницы с именем Джакомо появляется приписка: «Воришка, лгунишка, упрямец, обжора». Следуют записи, объясняющие и подтверждающие характеристику. На второй же день после прибытия Джакомо украл из кошелька деньги, приготовленные для уплаты за две рубашки, пару штанов и чулки, купленные для него же, и упрямо не хотел в этом сознаться. Крал и позже. Мальчишка получает от Леонардо прозвище Салаи, Салаино — Дьявол, Дьяволенок. Под этим именем он и будет фигурировать в жизни Леонардо.

Несмотря на жалобы, Леонардо не выгоняет мальчишку. Наоборот, тот остается при нем навсегда, и, куда бы ни гнала его судьба, он повсюду таскает с собой Салаино. Постоянно сетует на его пакости, но не увольняет и не высказывает ни малейшего желания с ним расстаться, потому что Салаи был победительно красив. Голубоглазый, с белокурыми вьющимися волосами, со временем он превратился в несколько женственного юношу с нежным и точеным лицом. Оно потом много раз появляется на рисунках Леонардо.

На одном чертеже Леонардо есть неприличный рисунок, нацарапанный кем-то из учеников и откровенно намекающий на гомосексуальные измены Салаи.

Мы коснулись только одной малоизвестной стороны жизни гениального художника. Как метко заметил известный историк эпохи Возрождения Алексей Дживелегов, «в сущности говоря, мы и сейчас не знаем по-настоящему, что представлял собой Леонардо как человек».


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru