Русская линия
Русское обозрение А. Кравченко10.11.2003 

Новая Сербия

Огромное степное пространство, раскинувшееся южнее приднепровского полесья от Дуная до Волги, с самых древних времён притягивало к себе внимание самых разных народов, полководцев, поэтов, мыслителей. Эти земли представляют собой коридор, по которому с древних времён до наших дней многие армии мира безуспешно пытались прорваться в глубины Азии, и по которым из глубин Азии на Европу, как бич Божий обрушивались несметные орды кочевников. В культурном отношении это край всегда представлял собой уникальное явление: при доминирующей славянской составляющей в нём органично сочетаются тюркские, греческие, романские, кавказские и другие культурные элементы. Будучи частью средиземноморского бассейна, этот край с середины XVIII века начал претендовать на господство в экономической, культурной и политической сфере на всем средиземноморьем. И это, конечно же, связано с активным заселением этих степей славянами.
Славяне в этих землях проживали с глубокой древности. Из достоверных источников мы знаем о Тмутаракани, Белой Веже, Тиверцах. Важнейшей вехой в формировании южнорусского колорита стало развитие казачьей культуры. Казаки, руководимые волей Божией, неуклонно двигались на юг, к Чёрному морю, за которым лежал заветный Царьград. На пути этого движения была создана (или восстановлена) новая культурная грань Русской цивилизации, которую можно лаконично назвать новороссийской.
В процессе становления и расширения Государства Российского появилось несколько самобытных культурных сред, которые в своём единстве разнообразия не дробят Россию, а лишь усиливают её единство, залогом которой является служение Истине в Православной вере. В качестве примера таких культурных сообществ можно показать Сибирь, Дальнюю Россию или Беларусь. Новороссия, в степных границах от Дуная до Северного Донца, безусловно является самостоятельной культурной средой в рамках славянского культурного сообщества с совершенно самобытным колоритом, включающим в себя средиземноморские, степные и славянские мотивы.
Становление и развитие Новороссийского края тесно связано с императрицей Екатериной II и её политикой «великого переселения народов». Напомним, что именно при этой царице был разработан и успешно осуществлён план заселения немецкими переселенцами приволжских степей, а также заселения Запорожскими казаками Северного Кавказа. Размах освоения новых земель во второй половине XVIII века действительно впечатляет.
При возникновении поселенческих сообществ на новых землях учитывали массу аспектов, в том числе делался долгосрочный прогноз развития этих территорий. Новороссийский край по замыслу царицы и её сподвижников должен был стать сильнейшим хозяйственным и культурным центром южной Европы, который, постепенно, опираясь на ресурсы всей страны, должен был втянуть в сферу своего влияния всё восточное средиземноморье. В политическом и военном смысле Новороссия становилась основным плацдармом для дальнейшего продвижения России к Царьграду и Иерусалиму, а также освобождению южных славян и греков. Новороссия должна была стать местом братского общения и совместного проживания славянских и православных народов. С этой целью была основана Славянская епархия, Славянский университет в Одессе, организовано переселение греков, болгар и сербов на эти земли. Особенно сербы с давних времён имели горячее желание вновь соединиться с русскими в одной державе. И эту возможность для них открыло создание Новороссийского края.

Сербы в России стали селиться задолго до появления Новорусского края. Скрываясь от гнёта турок и притеснений католиков в Австрии, они устремляли свои взоры на Россию — «землю обетованную», воплощение мечты для угнетённых православных народов. Сербы селились группами и в одиночку в разных местах России. Они представляли самые различные социальные слои, среди переселенцев было немало крестьян, духовенства, военных и купцов. В России сербам, как правило, удавалось занять высокий социально-политический статус. Среди них можно выделить сподвижников Петра I далматинца Савву Владиславича и герцеговинца Михаила Милорадовича. Первый участвовал в установлении границы между Россией и Китаем на реке Амур, которая, как горделиво говорят сербы, до сегодняшнего дня недвижима. Второй во время прутского похода поднял черногорцев на очередное восстание против турок. Черногорцы об этом эпизоде сложили даже песню.

Впоследствии потомок Михаила Милорадовича стал героем Отечественной войны 1812 года.
Сербам, со времени Петра Великого, жаловались земли в Малороссии, в Полтавской и Харьковской областях. В 1723 году Пётр Первый издал Указ, в котором призывал переселяться представителей православных и славянских народов в Россию. Первыми откликнулись на этот призыв сербы. Серб Иван Албанез привёл в Россию полтысячи переселенцев. Из документов тех лет следует, что программа переселения была плохо подготовлена и серьёзного продолжения иметь не могла.
В 1751 году к австрийскому посланнику в Вене обратился полковник австрийской службы Иван Самойлович Хорват с просьбой разрешить ему и другим сербам поселиться в России. С середины XVI века австрийцы активно использовали сербов для охраны границ своего государства от турок. Поселения сербов в современной Воеводине, Словонии, Сербской Краине и Далмации были устроены по казачьему принципу. Сербы-поселенцы освобождались от уплаты налогов, имея лишь одну обязанность перед Австрией — охрану её границ. Таких привилегий были лишены католики-хорваты и словенцы. После войн австрийцев с турками в конце XVII и начале XVIII века в Австрию переселились несколько сотен тысяч сербов, которые в этих войнах поддержали Австрию. Этими переселенцами продолжено укрепление Австро-турецкой границы. Однако, несмотря на привилегированное положение в Австрийской империи, на сербов постоянно оказывалось давление со стороны католического духовенства. Сербов всеми правдами и неправдами пытались склонить в католичество или унию. Так например, значительная часть современных хорватов являются бывшими сербами, принявшими католичество и утратившие своё сербское естество. В XVIII веке особенное давление оказывалось на сербских вождей. Были случаи перехода в католичество даже отдельных епископов. Видным, грамотным людям сулили богатство и дворянский титул за измену вере предков.
Полковник Иван Хорват и его сподвижники также ощущали невыносимое давление со стороны австрийцев, и видели только один выход для себя и своих детей — переселение в Россию.
Императрица Елизавета благоволила удовлетворить просьбу о Хорвата переселении. Тогда же родился план переселения в Россию большого количества сербов, македонцев, болгар, валахов, и формированию из поселенцев гусарского, численностью до тысячи человек, и пехотного, «регулярных Пандуров», численностью до двух тысяч человек. Эти полки полковнику Хорвату надлежало привести в Россию и поселить в заднепровской Украине. 13 (26) июля 1751 года императрица Елизавета Петровна объявила полковнику Хорвату, что не только он и другие офицеры, но и «сколько бы из сербского народа в Российскую Империю перейти не пожелало, все они как единоверные, в службу и подданство приняты будут». Этот день можно считать днём основания Новой Сербии в России.
В том же 1751 году в Россию, в город Киев, прибыл полковник Хорват с семейством, офицерами и рядовыми, в общем количество до 218 человек. Начиная с 1752 года подобные группы переселенцев стали прибывать регулярно. Переселенцам в заднепровских степях были отведены лучшие земли. Точнее, географически область Новой Сербии находилась юго-восточнее города Бахмут, который стал столицей этой области, между реками Донец и Лугань.
Первоначально организация Новой Сербии имела следующий вид. Сербы, по прибытии на месте разделились на полки, роты и шанцы.
Шанцы являлись первичной территориальной и военной единицей, они были обнесены земляным валом. При каждом шанце была церковь со священником. Расстояние от одной роты до другой было 6−7 верст. Жильё сербы построили за свой счёт из казённого материала. Подобная организация была привнесена сербами из Сербской Краины, где они несли пограничную службу. Для охраны порядка была организована земская милиция и пограничная служба страны. Всего было сорок шанцев. До нас дошли их названия, из которых видно, что среди переселенцев было немало валахов, а также по этим названиям можно примерно представить, из каких мест прибывали переселенцы (Панчев, Субботиц, Замунь и др.). Всё руководство областью осуществлял лично Хорват, который к тому времени получил генеральское звание. Ново-Сербия имела автономный статус и подчинялась непосредственно Сенату и Военной Коллегии.
По инициативе генерала Хорвата на южной оконечности Новой Сербии, где она сходилась с зимовьями запорожских казаков, началось строительство города-крепости Елисаветград.
Немногим позднее, южнее Елисаветграда, стали устраивать военные поселения. Для этой цели сюда, из внутренней Малороссии, были переведены два полка. На некоторое время Елисаветград стал центром рождающейся Новороссии, которая в то время состояла из Новой Сербии, южных земель запорожских казаков и военных поселений южнее Новой Сербии. Изначально Новороссия служила серьёзной преградой на пути возможных хищнических набегов крымских татар по их излюбленному маршруту, а также, как впоследствии показали события, послужила важным плацдармом для броска русских войск на юг, в Крым и дальше к Царьграду.
В Новороссии для духовного окормления поселян было создано три протопопии. Одна из них была чисто сербская, и возглавлял её протоиерей Пётр Булич.
Жизнь первых поселенцев была очень трудной. Приходилось в открытой степи, летом под жарким солнцем, а зимой, в лютые морозы и метели, строить дома, налаживать жизнь. Кроме того, необходимо было нести военную службу — крымцы были совсем рядом. Сербским переселенцам, несмотря ни на что, удалось прижиться и обжиться на новом месте. Известно, что Славено-Сербия активно включилась в хозяйственную жизнь южнорусского края. Сербы занимались земледелием, ремёслам, разводили скот. Излишки своего труда продавали в основном донским казакам.
В начале 1760-х годов Новая Сербия и окружающие её земли подверглись яростному набегу крымских татар.
Борьба с татарами серьёзно ослабила внутреннюю организацию новосербского края. В связи с этим, а также учитывая необходимость положить предел бесчинствам крымцев, новая императрица, Екатерина II, принимает решение коренным образом преобразовать управление этих земель.
13 апреля 1764 года указом русской царицы была образована Новороссийская губерния, с включением в её состав Новой Сербии. Эти преобразования стали прологом победного движения русских войск на юг, в Крым, к Дунаю, что не в малой степени способствовало освобождению балканских народов от турецкого ига.
К концу XVIII века устройство новосербских земель подверглось серьёзному изменению. В частности, все сербские офицеры получили поместья, а рядовых записали в сословие государственных крестьян. Часть сербских кавалеристов вместе с запорожцами ушли на Кубань и внесли свой вклад в устроение славного Кубанского Казачьего Войска. Сербские крестьяне постепенно начали смешиваться с малоросскими переселенцами. Сербский гусарский полк был реорганизован в 1770-х годах и стал называться Бахмутским, по имени городка, находившегося западнее Новосерсбких земель. В этом полку впоследствии служил М.Ю. Лермонтов, и как раз этот факт объясняет появление в рассказе «Фаталист» офицера-серба Вутечича.
Сербы, после первых сложных десятилетий жизни в Новороссии, заняли подобающее им место в российском обществе, принося немалую пользу своему новому Отечеству. На Домбассе хорошо известна фамилия Штерич, первый представитель этого рода прибыл в Россию в 1752 году. Звали его Иван Христофорович. Его сын Пётр, выпускник Штутгартского университета, своими исследованиями заложил основы промышленной добычи угля и железа в этих краях. Сербы так быстро и глубоко вросли в русскую жизнь, что по прошествии некоторого времени, при регулярных переписях населения, объявляли себя русскими. Этот факт разные исследователи толкуют по-разному. Например, переселенцы болгары, сёла которых находятся в Одесской области и Приднестровье, не только не утратили своего национального самосознания, но даже успешно сохраняют свой язык и культуру. В случае с жителями Новой Сербии этого не произошло, по причине того, что они попали в родственную им среду, настолько родственную, что слились с ней без малейшего ущерба для себя. В качестве наглядного примера можно привести «русификацию» украинцев в России и на Дальнем Востоке, и наоборот — «украинизацию» русских в той же Одесской области.
История Новой Сербии является ещё одним безусловным подтверждением особой духовной близости и родства русского и сербского народов.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru