Русская линия
Новые Известия Марина Базылюк06.11.2003 

Они никуда не исчезли
Россия переживает вторую волну нашествия тоталитарных сект

Количество людей, считающих себя сайентологами, мунитами, юсмалианами и др., растет устрашающими темпами. Официальной статистики на этот счет в РФ нет, но, по данным Мировой психиатрической ассоциации, наша страна занимает третье место в мире по количеству псевдорелигиозных объединений. При этом в России нет ни одного государственного реабилитационного центра для людей, попавших под влияние деструктивных сект и поплатившихся за это здоровьем. Об этом в интервью «Новым Известиям» рассказывает руководитель клинического отделения Московского НИИ психиатрии Минздрава РФ, профессор Юрий ПОЛИЩУК.

— Юрий Иосифович, можно ли по каким-то косвенным признакам определить, что человек находится под влиянием деструктивной секты?

— Как правило, новообращенные сектанты отказываются от учебы и работы, замыкаются в себе, не общаются с друзьями, утрачивают интерес к противоположному полу, прекращают читать, смотреть телевизор и полностью погружаются в деятельность религиозной организации. По многу часов в день исполняют ритуалы, молятся, медитируют. Сектанты «тянут» из дома все, что может пригодиться культу, — деньги, материальные ценности. Фактически людей доводят до психического самоуничтожения, и личность человека перестает существовать. За месяц-два обычные люди превращаются в роботов.

— Можно ли оказаться жертвой секты случайно? И вообще, как туда вербуют людей?

— Я приведу лишь два примера, и, думаю, все станет ясно. На литургии «Богородичного центра» огромная толпа под звуки ритмичной музыки двигалась против часовой стрелки. Плюс ко всему люди еще совершали раскачивающиеся движения туловищем и руками. Постепенно темп музыки «разгонялся», толпа начинала двигаться все быстрее, чуть ли не вприпрыжку. При этом у всех были отрешенные лица. Все это время их «учитель» Береславский читал проповеди, по его команде толпа скандировала: «Слава Марии!». Это был коллективный гипноз.

Я пригласил на мероприятие жену. Но уже через несколько минут она сказала: «Не могу стоять, у меня кружится голова, что-то происходит со мной непонятное! Давай уйдем!». Вся атмосфера — громкая музыка, вид толпы, находящейся в религиозном экстазе, — оказывает гипнотическое действие на окружающих.

Или церемония «Аум Синрике». Людей усаживают рядами. Инструктор показывает определенные позы из йоги: руки поочередно сгибаются сначала в одну сторону, потом в другую. Стоять надо на полусогнутых ногах. Все это под громкую музыку. Длительное напряжение приводит к тому, что мышцы начинают вибрировать. И, наконец, вибрация переходит в прыжки. Начинается пляска сотен людей, параллельно с которой идет внушение. Те, кто прошел через это, позже рассказывали, что ощущали необыкновенный восторг, блаженство, видели золотые шары, слышали голос Асахары. То есть у них возникали ощущения, близкие к зрительным и слуховым галлюцинациям. Ритмичные движения рук и тела, заклинания и возгласы, музыка, хождение толпы по кругу плюс внушения проповедника и его помощников, которые используют известную технику массовой гипнотизации…

Все это приводит человека в состояние повышенной внушаемости, к утрате критического отношения ко всему происходящему. Кстати, очень распространенный прием, характерный для многих деструктивных сект, — это так называемая бомбардировка любовью. Человеку оказывается повышенное внимание, проявляются знаки уважения, симпатии, стремления помочь, эмоционально поддержать. Конечно, такое внимание приятно многим. И возникает ответная реакция — желание идти за теми, кто приласкал, выказал желание оказать помощь, восхитился его качествами…

— И как быть, если кого-то из близких «охмурили» сектанты?

— Насколько я знаю, все попытки вырвать людей из оков сектантов оказываются безрезультатными, хотя некоторых родители или близкие даже в другие города увозили. Это вызывает еще большую озлобленность и противостояние. Я наблюдал двенадцать сектантов, которые поступили в психиатрическую больницу. Им всем передавались записки одинакового содержания. К примеру: «Не принимай лекарств. Асахара передает тебе привет и предупреждает, что это пагубно для твоего здоровья. Мы с тобой! Как только выйдешь — сразу к нам». Врачи оказывали помощь, психоз исчезал, но уже в день выписки человек снова шел в секту, и через некоторое время его состояние ухудшалось.

Проблема в том, что ни в Москве, ни в Питере до сих пор не создано ни одного реабилитационного центра. У обычных психиатров также нет опыта лечения таких людей. Есть, правда, отдельные энтузиасты, вроде психолога Евгения Волкова из Нижнего Новгорода, которые самостоятельно пытаются заниматься реабилитационной практикой. Но это исключение.

В Москве аналогичный опыт реабилитации есть, пожалуй, только у Олега Стеняева, который работает в Московском храме во имя иконы Божьей матери «Всех скорбящих Радость» на Большой Ордынке. Он проводит диспуты, на которые приглашает тех, кто вовлечен в секты и самих руководителей культов. Отец Олег показывает, что православные догмы более глубокие и справедливые. Некоторые сектанты после таких бесед начинают переходить в православную веру.

— А не кажется ли вам, что церковь — та же секта, с той лишь разницей, что она самая старая, а потому самая многочисленная и популярная?

— Русская православная церковь осуждает секты и борется с ними. Но в том, что Московская патриархия — большая секта, заинтересованная в пастве, в ее духовной эксплуатации, есть, наверное, доля правды. Когда я изнутри увидел работу сектантских организаций, то потом, присматриваясь к службе в православных храмах, жизни монахов, литературе по освещению основ христианской мистики, усмотрел некоторые общие черты. Вот, скажем, к вопросу измененного сознания. Возьмите богослужение в любом православном храме: полумрак, свечи, монотонное пение, малопонятное бормотание батюшки — все это погружает людей в измененное состояние. Потом меняется темп, идут восклицания, производятся загадочные движения, наподобие гипнотических пасов руками, или священник накладывает руки на головы прихожан. Опять же посты…

Кстати, вы знаете, для чего в сектах ограничивают в питании и сне? За счет физического и психического истощения людей, которое достигается путем недоедания и недосыпания, создается состояние повышенной внушаемости. В том же «Богородичном центре» есть жесткая установка на ограничение сна вплоть до того, что прихожане, живущие в общинах, сидят на полу в неудобных позах, чтобы не заснуть! Более того, их всегда тормошат, чтобы они не засыпали. «Сон — это родовой гипноз! Это проклятие человека», — пишет Береславский в своих книгах. «Спать — значит отдавать душу дьяволу!». И люди много ночей не спят, находясь в полузабытьи. А психиатрам хорошо известно — ограничение сна ведет к промежуточному состоянию между сном и бодрствованием. В таком состоянии человек более податлив к гипнозу. Плюс к этому плохое питание. Все эти способы давным-давно проверены на практике. Поэтому говорить про руководителей сект, что они сумасшедшие или фанатики, не совсем верно. Они, как правило, хорошо знают, что делают.

— А террористы, захватившие «Норд-Ост», на ваш взгляд, могли быть зомбированы?

— Бараев, скорее всего, нет. Судя по всему, это был простой исполнитель, подчиняющийся приказу. С ним еще парламентеры могли как-то договариваться и что-то обсуждать. А другие, несомненно, были готовы умереть.

— Можно было как-то повлиять на них?

— Да, но только через кого-то из членов банды, предварительно договорившись с ним. Никто другой сделать этого не смог бы. Дело в том, что в нашей стране еще не разработаны психологические контрприемы и способы, которые были бы адекватны тем, которыми люди зомбированы. Поэтому я часто родителям говорю: «Невозможно полностью вывести подростка из секты с помощью обычных психологов и психиатров. Идите к руководителю культа и просите, чтобы он сказал вашему ребенку: „Уходи“. Предлагайте деньги или грозите судом, но добейтесь, чтобы он сам выгнал его из секты». Другого выхода нет. Специализированных центров у нас нет, а эпизодическое воздействие в данном случае ничего не даст.

— Вы занимаетесь проблемами вовлечения в секты с 1994 года. Что изменилось за это время в нашей стране?

— Многие известные и одиозные секты запретили. «Аум Синрике», например. На улицах теперь не встретишь фото Марины Цвигун. Сектанты уже не могут открыто проповедовать и распространять свою продукцию. Но ошибаются те, кто считает, что они перестали существовать. Секты никуда не исчезли, а продолжают активно вербовать молодежь. Только слегка затаились.


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru