Русская линия
Православие.RuПротоиерей Савва Михаилидис21.08.2003 

«Я полюбил Россию еще в школьные годы»
Интервью с протоиереем Саввой Михаилидисом

«Отец Савва всегда в гуще дел, событий… он подвижен и энергичен… своему служению отдается со всей неугомонностью горячей души… со всего Кипра приезжают русские, сербы, болгары за советом и помощью… в приходе гордятся, что батюшка высокообразован, бескорыстен, щедр на отзывчивость и доброту…» (Н.В. Зыкова, «Вестник Кипра» N3, июнь 2002)

— Остров Кипр — остров святых, апостолов, мучеников. Однако его судьба сложилась по житейским меркам несчастливо: вначале провинция Византийской империи, затем завоевана венецианцами, после турками, англичанами. Отец Савва, удалось ли, на ваш взгляд, киприотам сохранить свое национальное самосознание, а Церкви — единство?

— Что касается исторических перипетий, через которые было суждено пройти греческому народу, к которому принадлежим и мы, киприоты, необходимо задуматься о более глубоком и духовном их смысле: в какой мере Бог является той последней инстанцией, которая тайно и незримо направляет историю человечества в то или иное русло.

Несмотря на страшный для греков период турецкого владычества нация сохранила то, что было наиболее ценным перед лицом Господа — чистоту православной веры, которая осталась неподвластной мирским влияниям, исказившим западное христианство. Быть может, подобным было воздействие на Церковь гонений безбожников в Советской России. Древние греки говорили: «Нет худа без добра». По-другому об этом же писал апостол Павел: «Любящим Бога, призванным по Его изволению, все содействует ко благу» (Рим. 8,28).

— Наверное, наиболее ясно и неприкрыто истинное лицо мусульманской религии предстает перед нами на Кипре. Века турецкого правления, варварское вторжение 1974 года, продолжающийся по сей день вандализм и осквернение святынь на Северном Кипре? Как относится Церковь к обсуждающейся возможности вступления в Евросоюз в мае 2004 года Кипра как объединенного острова, реально оценивая историю кипро-турецких отношений?

— Осквернение наших храмов или их обращение в мусульманские мечети на Северном Кипре, в первую очередь, клеймо позора для самих турок, во-вторую, для тех христианских наций, которые могли отвратить это зло и не отвратили.

Моя личная позиция относительно мусульман, проживающих в Малой Азии и на Кипре, достаточно оптимистична. Общеизвестно, что в современных турках течет крови больше христианской, нежели мусульманской (это исламизированные христиане). И сегодня в Турции встречаются тайные православные. Потрясает то благоговение, которое испытывают некоторые мусульмане к православным святыням, сохранившимся на территории Малой Азии. 23 апреля, на праздник вмч. Георгия, толпы стекаются в храм вмч. Георгия на одном из островов близ Константинополя. Они наполняют свои сосуды святой водой, призывают на помощь святого Георгия, и поистине многие чудеса там происходят с этими инославными людьми. Кто знает — наступит день, и православный крест благоволением Бога вернется в Константинополь, а турецкий народ — к православной вере.

Меня поразило, что планы христианизации Турции вынашивают некоторые еретики. Именно для этой цели адвентисты из Сакраменто в Калифорнии обучают 2000 гагаузов (православный туркоязычный народ, проживающий на территории Молдавии).

Если бы мы, православные христиане, были более сознательны в своей вере, то не было такого количества мусульман в мире!

Я не испытываю ни малейшего энтузиазма по поводу вступления Кипра в Европейский Союз. Речь идет об объединении экономических благ или поиска мер безопасности для таких стран как Кипр. Я бы предпочел создание союза православных христиан, где связующим звеном служила бы единая вера, а не общее происхождение или язык. Примером такого Союза являлась славная Византийская империя.

— На вашем веку — не одно поколение православных киприотов. Какие изменения произошли в жизни Кипрской Церкви за это время? Как повлияли на нее исторические и социальные изменения — 1974 год, оккупация Северного Кипра, развитие туризма и оффшорных кампаний и связанного с этим роста материального благополучия киприотов? Как можно охарактеризовать сегодняшнюю церковную ситуацию на Кипре?

— Состояние Кипрской Церкви, ее клира и народа, сегодня можно сравнить с состоянием Русской Церкви до революции 1917 года. Что я имею в виду? Внешне наша Церковь сильна, материально обеспечена, имеет вес в обществе, но внутренне мы испытываем большой недостаток в духовности. Безусловно, это некое общее наблюдение, и мои слова вовсе не означают того, что нет на Кипре епископов, священников, монахов и мирян по-настоящему глубоко духовных и являющихся подлинными членами Церкви.

— Тот, кому пришлось побывать в Греции или на Кипре на Масленицу, особенно в Прощеное воскресенье, был поражен карнавалами и связанным с ними увеселительными мероприятиями, происходящими на улицах города. Как относится Церковь к этому наследию венецианских доджей?

— Тот факт, что до сих не существует серьезного и жесткого противодействия Церкви недолжному отношению к Сырной Неделе, говорит о том, что клирики нашей Церкви примирились с немощным духом века сего и считают открытую борьбу с этим злом бесполезной.

— Многих русских паломников, приехавших на Кипр, равно как и в Грецию, удивляет свобода церковной дисциплины в среде людей, с детства воспитанных в православии: брюки и отсутствие платков для женщин и т. п.

— Что касается благочестия и благопристойной одежды для женщин, все зависит от требовательности конкретного священника.

— В России знают о Кипре не много, но очень почитают праведного Лазаря и Спиридона Тримифунтского. Кого больше всего любят сами киприоты и знают ли они что-то о русских святых?

— На Кипре побывали многие святые, начиная с апостольских времен. Святой Лазарь и святитель Спиридон Тримифунтский — просто из наиболее известных. Особой любовью пользуется на Кипре апостол Андрей. Нет кипрской семье, где хотя бы один (или больше) из ее членов не носил имени этого святого апостола. Наш прославленный монастырь апостола Андрея сейчас находится в Карпасии, на восточном побережье острова Кипр, оккупированном турками.

Благодаря многочисленным переводам с русского на греческий, большинство из которых выполнено в монастыре Параклита в Аттике (Греция), всех великих русских святых мы знаем и любим. Это и преподобный Серафим Саровский, и преподобный Сергий Радонежский, и старцы Оптиной Пустыни, и многие другие. Несколько месяцев тому назад один миссионер-издатель из Фессалоник Стилиан Кемедзедзидис привез мне только что вышедшую книгу о Серафиме Вырицком. Ее я впервые увидел именно на греческом языке.

— Божиим промыслом вы с юношеских лет были связаны с Россией — занятия в Свято-Сергиевском институте в Париже, уроки русского языка у матушки Серафимы Осоргиной. Расскажите, пожалуйста, об этом.

— Впервые я узнал о России и полюбил ее еще в школьные годы. Тогда я много читал русских классиков, особенно Достоевского. На последнем курсе богословского факультета в Афинах, в 1970—1971 гг. начал сам по учебникам и пластинкам изучать русский язык. После целый семестр провел в русском монастыре вмч. Пантелеимона на Афоне, а затем уехал во Францию. Там с 1971 по 1973 год работал в русском монастыре Покрова Пресвятой Богородицы в Бюсси, и одновременно брак уроки русского языка у педагога, лучше которого не встречал в своей жизни, у матушки Серафимы Осоргиной. Матушка Серафима была самым тихим и милым человеком, из всех, кого мне пришлось узнать в моей жизни. Она покинула Россию в начале тридцатых годов вместе со своей семьей после расстрела брата Георгия Осоргина на Соловках в 1929 году. Кроме того, я посещал занятия по литургике в Свято-Сергиевском институте в Париже. Ее мне преподавал епископ Георгий (Вагнер), немец по происхождению, позднее ставший архиепископом Русского экзарахата во Франции. В целом, же былая слава Института уже утихла. Знаменитые профессоры уже либо умерли, либо переехали в Америку.

— Как получилось, что вы стали священником в русском приходе церкви святого Стилиана в Лимасоле, активным участником деятельности Фонда друзей славянских Церквей?

— На Кипре, вплоть до 1990 года, связей с Россией у меня не было, если не считать того, что я являлся регулярным подписчиком некоторых советских изданий. После краха коммунистической системы многие русские, а также понтийские греки из Цалхинского районы Грузии приехали на Кипр. Для них был организован русский приход в Лимасоле, с которым я поддерживал отношения, даже в мыслях не имея того, что когда-нибудь стану служить в нем. Это произошло несколько лет тому назад, когда русский приход остался без священника, и митрополит Лимасольский Афанасий по ходатайству прихожан благословил меня принять на себя пастырское попечение о русских православных на Кипре. Сейчас службы проходят в старой греческой церкви святого Стилиана в Лимасоле, на славянском языке, по старому стилю.

Фонд друзей славянских Церквей — миссионерская благотворительная организация, которая под руководством игумена монастыря Махера Арсения поддерживает отношения с Русской Церковью на разных уровнях. Мы устраиваем паломнические поездки в Россию, помогаем материально сиротским приютам при русских монастырях. В последние годы мы обратили свой интерес и в сторону православной Молдавии. Наша цель — создать первый в Молдавии приют для сирот при монастыре Марфы и Марии, а также финансово поддерживать самобытную православную общину, созданную протоиереем Василием Икизли в селе Конгаз (Молдавия).

— Что значит для вас Россия и русские люди, которым вы на протяжении стольких лет верно служите?

— Русские люди прекрасны, мои друзья-россияне говорят, что я идеализирую их соотечественников. Может, мне везет, но я встречаю таких чудесных людей, такие судьбы, такие характеры… Вот о ком надо писать!

С протоиереем Саввой Михаилидисом беседовала Александра Никифорова


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru