Русская линия
Дойчландфунк (радиостанция, Кельн) Фатма Мукака23.06.2003 

Наша жизнь в Вифлееме как бы застыла

Автор книги «Жизнь между границами», палестинка Фатма Мукака выросла в Германии, но уже более 25 лет живёт в Вифлееме. Она домохозяйка, мать четверых детей. Недавно Фатма побывала в ФРГ и провела цикл авторских чтений.
— Для многих западноевропейских христиан Вифлеем — это прежде всего место рождения Иисуса Христа. Какие конкретно перемены произошли в вашем городе с начала второй интифады?
— Вифлеем превратился в покинутый, безлюдный город. Сюда уже не приезжают ни паломники, ни туристы. Городские улицы, отели и рестораны пусты. Церковь Рождения Христа Спасителя посещаем только мы, местные жители, а когда-то она была наполнена жизнью, в неё приходили люди со всего мира.
— Население Вифлеема живёт в режиме комендантского часа. Что это означает на практике и как сказывается на жизни горожан?
— Наша жизнь как бы застыла. Комендантский час означает, что нам нельзя выходить из дому. В течение нескольких минут Вифлеем превращается в город призраков. Исчезают с улиц дети, люди находятся в своём жилье. Это невыносимо — сидеть взаперти в собственном доме. Особенно тяжело детям. Им нельзя выходить на улицу, чтобы поиграть, нельзя посещать школу. Никто не работает. В общем, нечеловеческая жизнь.
— Что случится, если кто-либо покинет свой дом, несмотря на запрет?
— Он рискует быть застреленным. Израильские солдаты напоминают по громкоговорителям, что каждый, кто находится во время действия комендантского часа на улице, тем самым подвергает свою жизнь опасности. У нас уже не раз убивали людей, нарушивших этот запрет.
— На какой срок объявляют комендантский час?
— В прошлом году он действовал с конца марта в течение всего апреля, а также несколько дней в мае. Затем — с середины июня по середину августа. Потом — в ноябре, начиная с 23-го, весь декабрь и первые январские дни. Комендантский час действует днём и ночью, в течение многих дней. Затем его отменяют на несколько часов, чтобы люди запаслись необходимыми продуктами и всем прочим. А потом всё начинается снова.
— Хватает ли этого времени на покупки? Всё ли, в чём нуждаются люди, можно найти в магазинах?
— Там есть всё. Но ведь до этого люди сидели без работы, и у них нет денег на покупки. Всё обстоит не так-то просто. Почти три года назад началась блокада палестинских территорий. Она ещё не означает комендантский час, но палестинцы уже не имели права покидать Вифлеем. Многие из них были поденными рабочими в Израиле, а после блокады не смогли выйти на работу. И это, разумеется, сказалось на уровне их жизни, на доходах. У людей больше нет доходов.
— В ситуации, когда уровень безработицы на палестинских территориях достигает почти 70 процентов, это обстоятельство способно повлечь за собой нищету и даже голод…
— Да, именно до этого нас и довели. Отсутствие доходов означает нищету и сильный голод. Из-за этого особенно страдают маленькие дети, в первую очередь грудные. Им необходимо молоко, которое стоит очень дорого. Вся Палестина страдает от подобных унижений. Потому что действительно унизительно и бесчеловечно, когда работающий поденно глава семьи — а в здешних семьях очень много детей — не имеет права выйти на работу, то есть не в состоянии обеспечить свою семью чем бы то ни было.
— Как относятся израильские солдаты к населению Вифлеема?
— Мы для них — не люди. А если бы были людьми, то и жизнь человеческая чего-то здесь стоила бы. Но она не стоит ничего. Ещё точнее, жизни палестинцев здесь уже ничего не стоят. Во время так называемых ликвидаций вертолёты израильтян, летя по небу, сеют страх, ужас и смерть, затем они пускают ракету по автомобилю, чтобы уничтожить кого-то из лидеров интифады. Но зачастую одновременно с этим гибнут и обычные прохожие, в том числе женщины и дети. Однако израильтян эти жертвы не беспокоят, ведь что для них жизни палестинцев…
Интервью кёльнской радиостанции «Дойчландфунк»



Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru