Русская линия
РПМонитор Рустем Вахитов15.08.2008 

Почему Южная Осетия — не Чечня?

«…пусть осетины либо покорятся и станут грузинами, либо, если они так любят русских, уходят из Грузии в Россию»
Звиад Гамсахурдиа, первый президент Грузии

1.

При обсуждении ситуации в Южной Осетии российские либералы любят уподоблять ее ситуации в Чеченской республике в 1990-х г. г. Действительно, на первый взгляд внешнее сходство налицо: и тут, и там метрополия устанавливает свой контроль над провозгласившим независимость регионом, населенным национальным меньшинством, при помощи военной силы и апеллируя при этом к принципу нерушимости суверенитета и территориальной целостности государства. Опираясь на этот аргумент либералы упрекают нас — представителей лагеря российских патриотов в «двойных стандартах»: дескать, территориальную целостность России мы призывали защищать и выступали с осуждениями чеченских сепаратистов, а территориальную целостность Грузии признавать не желаем и поддерживаем «осетинских и абхазских сепаратистов» в их желании отделиться от Грузии.

Между тем внешнее сходство иногда отвлекает внимание от глубоких сущностных различий. Скажем, между акулой и дельфином есть явное внешнее сходство, тем не менее, они принадлежат к разным биологическим классам, ведь дельфин — млекопитающее. В этой статье я хочу доказать, что между ситуацией в современной Южной Осетии и в Чечне 1990-х существует значительная, даже принципиальная разница.

2.

Президент Грузии М. Саакашвили не устает заявлять, что целью начатой им военной операции против югоосетинских формирований, в которую оказались вовлечены и российские миротворцы — не что иное как возращение Южной Осетии (а в перспективе — и Абхазии) в конституционное пространство Грузии. Однако, глядя на то, какими методами ведется эта операция, можно усомниться в том, что он говорит всю правду. Военная операция была начата ночью, причем, массировано были обстреляны именно жилые кварталы Цхинвали и жизненно важные инфраструктуры (здания больницы, правительства и т. д.). Грузинские войска целенаправленно препятствовали работе медиков и не предоставляли гуманитарный коридор для эвакуации раненых, что значительно увеличило число жертв. Более того, существуют документальные подтверждения того, что грузинские солдаты добивали раненых мирных жителей, бросали гранаты в подвалы, где они прятались. Утром 11 августа грузинские диверсанты взорвали систему водоснабжения, что привело к затоплению подвалов в Цхинвале, где прятались от бомбежек мирные жители. Что же касается сел, находящихзся близ Цхинвали, то некоторые из них были просто стерты с лица земли вместе с жителями грузинской авиацией.

В результате только за два дня бомбардировок и обстрелов количество убитых мирных жителей — в большинстве своем основном осетин по национальности превысило 1, 6 тысячи человек. Количество беженцев из региона достигло 30 тысяч человек. В республике до начала войны проживало 72 тысячи человек. Население Южной Осетии теперь уменьшилось вдвое, а также разрушена социальная инфрастуктура: людям негде жить, потому что их дома разбомблены, в городе нет электроэнергии и воды, не работают муниципальные и коммунальные службы, транспорт, больницы. Не приходится сомневаться, что в ближайшее время республику покинет значительная часть выживших и еще не бежавших людей. Фактически действия грузинского руководства и вооруженных сил привели к тому, что произошла миграция осетинского населения с территории Южной Осетии на территорию Северной Осетии, входящей в состав соседнего для Грузии государства — Российскую Федерацию. Причем, если бы Россия не вмешалась в конфликт, и Грузия довела бы свою операцию до конца, то совершенно очевидно, что жертв среди мирного населения было бы гораздо больше, а бежавшие из зоны конфликта представители осетинского населения не смогли бы вернуться в места своего проживания (официальная грузинская пропаганда утверждает, что на территории Южной Осетии действовали «вооруженные бандформирования», безусловно, любой беженец, пожелавший бы возвратиться в Цхинвал, вызвал бы у военных и полиции Грузии подозрения: не является ли он участником этих «бандформирований» или по крайней мере не связан ли он с ними?). Итогом победоносной военной операции грузинской армии должно было стать и чуть было не стало изгнание осетин с мест их компактного проживания, которые грузинская политическая элита даже отказывается именовать Южной Осетией и называет либо «Самачабло», либо «Цхинвальский регион».

Итак, М. Сакашвили заверяет, что целью начатой и осуществленной под его руководством военной операции являлось «восстановление территориальной целостности Грузии» и что операция совершалась во благо населения «Цхинвальского региона», который якобы страдает от бесчинств «бандформирований Э. Кокойты». Это — ложь хотя потому что Саакашвили не может не знать, что население «региона» неоднократно через посредство выборов и референдума заявляло, что не хочет быть в составе Грузии и что считает Э. Кокойты и возглавляемую им администрацию своим официальным правительством. Но дело не только в этом. Сами действия грузинских военных показывают совершено противоположное: истинной целью военной операции является частично — уничтожение, частично — изгнание осетинского народа с территории Грузии. Причем речь идет не о случайных эксцессах со стороны отдельных солдат и офицеров, а о согласованных действиях, не оставляющих сомнений в том, что четко и методично выполняется продуманный приказ.

3.

Конечно, приказ этот был отдан на высшем политическом уровне; очевидно, что восходит он к президенту и главнокомандующему Грузией Михаилу Сакашвили. Здесь нас подстерегает соблазн отнести бесчеловечную жестокость действий грузинских вооруженных сил в Южной Осетии на счет «неадекватности» или даже психических отклонений самого М. Саакашвили. В последнее время в российской печати получили распространения утверждения, рисующего Саакашвили безумцем, этаким новым «бесноватым фюрером». Тем самым вся вина за геноцид осетин возлагается на него лично, а политическое и военное руководство Грузии, действовавшие совместно с ним или выполнявшие его приказы, грузинская интеллигенция и общественность, выступавшие с воинственными лозунгами, да и большинство населения Грузии, проголосовавшие за Сакашвили на последних выборах, изображаются как невинные жертвы его «неадекватной политики». Перед нами существенное искажение реального положения вещей, распространенность которого можно объяснить лишь слабым знанием политической жизни сопредельного нам государства. Думается, большинство россиян убеждены, что если Грузия именуется демократической республикой, если ее конституция гарантирует права всем гражданам, независимо о национальности, то так оно и есть. Однако это глубокое заблуждение. Современная Грузия — националистическое государство, официальной его идеологией является радикальный грузинский национализм, который пропагандируется открыто, через центральные и региональные СМИ, принадлежащие государству. Как показывают опросы общественного мнения идеи грузинского национализма совершено искренне разделяются и большим количество граждан Грузии из числа этнических грузин. Было бы конечно, неправильным, что все грузины поддерживают идеи грузинского национализма, но его сторонники очень влиятельны. Сделаем небольшое отступление и охарактеризуем современный грузинский национализм, иначе мы не поймем причин геноцида в конфликте с Южной Осетий.

Сегодня принято считать, что в годы перестройки на территории бывшего СССР вступили в противоборство «демократы» и «коммунисты». Жителям России, которые помнят горбачевскую перестройку, как правило, невдомек, что вне РСФСР «демократами» именовали себя крайние националисты, которые очень скоро, придя к власти, устанавливали совершено диктаторские милитаристские режимы и осуществляли этнические чистки своих нацменьшинств, а также русского населения. Причем, и в период перестройки, они не особо скрывали свои намерения. Так, в Москве в 1989 году публицисты еще рассуждали о ленинской национальной политике, а в Тбилиси, на страницах центральных газет Грузинской ССР, и даже изданий Компартии Грузии, не какими-нибудь маргиналами, а наиболее авторитетными представителями интеллигенции — академиками, писателями, артистами, во весь голос заявлял о себе ксенофобский грузинский этнонационализм. Так, Р. Мишвеладзе в статье «Что спасет Грузию?», опубликованной в партийном органе «Молодой коммунист» («Ахалгазрда комунисти») 29 июля 1989 г. писал: «… Первейший завет наших героических предков заключается в том, чтобы не отдать нашу землю чужеземцам на растерзание, чтобы мы не смешивались с чужими нациями… Мы всячески должны стараться, чтобы увеличился процентный состав грузин в Грузии (ныне составляющий 65%). Грузия может потерпеть не более 5% гостей… Мы должны убедить их в том, что для подозрительно размножающейся чужой нации на земле Давида Строителя нет условий…».[1] Это не единичное заявление, такими призывами тогда пестрела практически вся республиканская пресса — газеты «Модой коммунист», «Литературная Грузия», «Молодежь Грузии». Идеологи национализма разделили все народы, жившие на земле Грузии на два вида: «народ-хозяин», то есть сами грузины, и «народы-гости» куда относили «нацменьшинства» — армян, айзербайджанцев, осетин, греков, евреев, русских, украинцев, многие из которых жили на грузинской земле веками. Все права в Грузии, по замыслам грузинских националистов, должны принадлежать лишь грузинам. 5% «разрешенных» негрузин предполагалось оставить на «птичьих правах». Всех остальных предлагалось либо уничтожить, либо ассимилировать. Процитируем некоторые высказывания тогдашних грузинских газет: «Любыми мероприятиями мы должны стараться, чтобы процент грузинского населения с 61 поднялся до 95» (Ахалгазрда Комунисти, 29.06.1989.), «необходимо укреплять в негрузинском населении грузинский дух» (Литературная Грузия, 16.06.1989.), «разве не было бы лучше, чтобы армяне вернулись к своей земле, а азербайджанцы размножались на своей земле» (Молодежь Грузии, 14.04.1990.), «Должен произойти другой Сумгаит, чтобы гость ушел на родину, что ли?» (Молодежь Грузии, 14.04.1990.)[2]. Молодым читателям следует напомнить, что Сумгаит — это город, в котором с 26 по 29 февраля 1988 года произошли массовые убийства проживавших там армян. Армянская сторона возлагает вину на них на азербайджанских националистов, брошенных в город руководством Азербайджана, азербайджанцы, напротив, утверждают, что толпы хулиганов были распалены агентами КГБ, не без участия самих армян. Но как бы то ни было это был первый в СССР этнический погром, который буквально потряс советское общество. Однако, как видим, высококультурная грузинская националистическая интеллигенция не только не разделяла возмущения советского народа, но и видела в сумгаитской резне своеобразный образец разрешения межнациональных противоречий.

Особо подчеркнем, что речь идет не о высказываниях политической оппозиции, а о призывах, публикуемых на страницах официальных, государственных, весьма популярных в то время газет.

Грузинская националистическая интеллигенция в это время разворачивает компанию по травле осетин, их ксенофобскому унижению и представлению их как врагов грузинского народа. Вот показательные цитаты из грузинской прессы тех лет: ««Осетины не хотят встать рядом с грузинской нацией для претворения в жизнь ее высоких национальных целей» (Литературная Грузия, 29,12.1989), «осетины захотели уйти от нас и в дорогу решили прихватить грузинскую землю» (Литературная Грузия, 29−10,1989.) «Мы не должны уступать родной земли спустившемуся с Кавказских гор бескультурному и не имеющему прошлого племени», «нет, и не может быть никакой «Южной Осетии». Есть Самачабло и проживающие на его территории осетины и ничего более, понимаете (Тбилиси, 7.06 1989). Как видим, еще до возникновения современной Республики Грузия и задолго до прихода к власти Саакашвили грузинские националисты выработали свою программу по «осетинскому вопросу», кровавую реализацию которой мы видели в 1991—1992 гг. г. и в августе 2008 — «Южная Осетия — грузинская земля, осетины — «ненужное нацменьшинство», которое нужно ассимилировать, а в случае несогласия — уничтожить или вытеснить в Россию».

Тогда же формируется и установка грузинского национализма по отношению к абхазам. Трудно сказать, чего в ней больше: софистики или цинизма? Грузинские националисты выдвинули идею, что абхазского народа, равно как и абхазской национальной культуры. не существует вовсе. Якобы абхазы — этническая группа грузин, которые в силу глупого упрямства не желают «воссоединяться» с материнской нацией. Абхазам даже отказали в праве называться абхазами; тбилисская элита и ее пресса до сих именуют их «апсайцами», используя самоназвание абхазов в оскорбительном смысле.

Не нужно думать, что это лишь горячечный бред узкой кучки маргиналов. Националистической элите удалось разжечь пламя национализма в широких слоях грузинского народа. Знаменитая тбилисская демонстрация 1989 года, которую по приказу М.С. Горбачева разогнали с использованием армейских подразделений, представлялась в перестроечной печати России как «демократическая», отсюда и проистекали обвинения М. Горбачева и генерала И. Родионова в попытке «удушить демократию в Грузии». На самом деле демонстрация эта была сугубо националистической. Главным ее требованием было лишить абхазов автономии в составе Грузии в точном соответствии с установкой грузинских националистов, что абхазов якобы не существует как народа и они должны говорить по-грузински[3]. Знай мы это во времена перестройки, думается, сочувствия к «грузинским демократам», у нас бы тогда поубавилось.

По мере того как центральное руководство слабело, национализм в Грузии рос и превращался в государственную политику. 10 декабря 1990 года Верховный Совет Грузинской СССР упразднил Юго-осетинскую автономную область, которая существовала в составе Грузии по конституции советской Грузии. Несомненно, депутатами Верховного Совета, большинство из которых были грузинами, двигала упомянутая установка грузинского национализма о том, что никакой Южной Осетии якобы нет, а есть грузинская земля — Самачабло, на которой живут «незваные гости» — осетины. Это решение Верховного Совета породило эскалацию межнациональных отношений, которая в конце концов привела к грузино-южноосетинскому конфликту 1991−1992 годов.

9 апреля 1991 года Грузия объявила себя независимой от России республикой, а 31 мая того же года ее президентом стал ярый националист Звиад Гамсахурдиа. Национализм открыто стал государственной политикой Грузии. Звиада Гамсахурдиа даже на Западе, всегда лояльном к «молодой грузинской демократии», иначе как фашистом и расистом не называли. Официальными лозунгами в период его правления стали: «Грузия для грузин» и «Грузия превыше всего». Его отношение к национальным меньшинствам характеризуют такие его слова: «Осетинский народ — мусор, который надо вымести через Рокский тоннель. Мы пойдем по Осетии и пусть осетины либо покорятся и станут грузинами, либо, если они так любят русских, уходят из Грузии в Россию». Отношение к другим нацменьшинствам, таким как азербайджанцы, которых Гамсахурдиа именовал «татарство» или к аварцам, которых он называл «лекство» характеризует следующее его высказывание: «Тут татарство поднимает голову и тягается с Кахетией, там — лекство, там — армянство, а там еще осетинство, и они вот-вот проглотят Кахетию"[4]. Именно в годы правления Гакмсахурдиа и по его инициативе и под его непосредственным руководством в Грузии были осуществлены кровавые этнические чистки, на которые как водится, западное сообщество «закрыло глаза». Из внутренней Грузии были изгнаны осетины, из Кварельского района — аварцы, из Цалкинского района — греки. В результате невыносимых условий жизни, созданных для негрузин, из республики бежали русские, украинцы, азербайджанцы, армяне, грузинские евреи. Гамсахурдиа был осуществлен геноцид осетин в Цхинвале, где после отключений электричества в роддомах умирали младенцы. В ходе осады Цхинвали в селах в дома осетин врывались сторонники Гамсахурдива — звиядисты, которым позволено было создавать вооруженные формирования, они изгоняли целые семьи, безнаказанно убивали людей. Большое количество мирного населения погибло в ходе целенаправленных обстрелов Цхинвали. Как сообщает писатель Игорь Булкаты, бывший очевидцем этих событий «В результате грузинской агрессии (в Южную Осетию — Р.В.) только с 6 января по 1 сентября 1991 года погибло 209 и ранено 460 человек мирных жителей, без вести пропало 150 человек (впоследствии выяснилось, что практически все из них были убиты грузинскими боевиками). 11 октября 1991 года грузинский снайпер застрелил 2-х летнего Виталика Тибилова, игравшего во дворе детского сада поселка Знаур"[5]. Заметим при этом, что там же, близ Цхинвали были и грузины, которые прятали осетинов в своих домах от звиядистских боевиков, так что переносить эти зверства на весь грузинский народ было бы неправильно. И все же осетин тогда спасла от истребления начавшаяся в Грузии гражданская война между сторонниками и противниками З. Гамсахурдиа, во время которой грузинскому руководству стало не до Южной Осетии. Затем были подписаны Догомысские соглашения и в регион введены российские миротворцы.

После прихода к власти Э. Шеварнадзе, а затем и М. Саакашвили, воинственная националистическая риторика пошла на убыль. В речи грузинских политических лидеров зазвучали такие выражения как «права человека», «равенство перед законом, независимо от национальности». Однако суть политики Грузии от этого не изменилась. По словам Йоханы Попжаневски — работника вашингтонского института Центральной Азии и Кавказа: «Международные правозащитные и общественные организации Грузии не перестают выражать обеспокоенность в связи с изоляцией и дискриминацией национальных меньшинств, а также в связи с ксенофобскими настроениями, царящими в грузинском обществе и подогреваемыми грузинскими СМИ"[6]. Грузинские власти отрицают проблемы наменьшинств в Грузии. Сама общепринятая дефиниция «национальных меньшинств» отсутствует в законодательстве Грузии. В 1999 году Грузия вступила в Совет Европы и в связи этим должна была ратифицировать Рамочную конвенцию по защите национальных меньшинств (FCNM) и Европейскую языковую хартию (European Language Charter). Первую конвенцию грузинский парламент отказывался ратифицировать до 2005 года, но и формально признав ее, он заявил, что действие этой конвенции в Грузии приостановлено до «разрешения югосетинского и абхазского вопросов». Вторая конвенция до сих пор не ратифицирована в Грузии, так как грузинские политики не согласны с тем, что их государство обязано поддерживать развитие языков нацменьшинств. Кроме того, официальный Тбилиси не желает признавать мингрельский и сванский языки как языки нацменьшинств, считая их диалектами грузинского языка. Налицо беспрецедентная ситуация: Грузия — единственный член Совета Европы, который открыто игнорирует европейские стандарты отношения к нацменьшинствам и это не мешает представителям Евросоюза, ОБСЕ и США говорить о прогрессе в вопросе прав человека в Грузии. Однако западные правозащитники не согласны с такими заявлениями западных правительств и официальны организаций. Они отмечают, что в Грузии в регионах, где компактно проживают нацменьшинства — азербайджанцы, армяне и т. д. сокращается число национальных школ. Ряд предметов в национальных школах — география, история, обществознание по решению государства преподается исключительно на грузинском языке. С каждым годом все меньше армян и азербайджанцев в числе студентов грузинских вузов. Сокращается количество СМИ на национальных языках. Ограничен доступ негрузин в органы власти. Из 235 членов грузинского парламента только 10 являются представителями нацменьшинств, причем представлены только армяне, азербайджанцы и осетины, тогда как в Грузии живут помимо грузин представители около 80 народов, а основные нацменьшинства составляют представители 19 народов (азербайджанцы, армяне, русские, осетины, греки, абхазы, езиды (курды), евреи (в том числе грузинские евреи и ашкеназы), ассирийцы, украинцы, кистинцы, немцы, поляки, болгары).

Показательно заключение доклада И. Попжаневски: «…складывается впечатление, что необходимость создания структуры соблюдения прав нацменьшинств воспринимается властями Грузии лишь как тягостное обязательство, нежели являет собой их искреннее побуждение». Кажется, американская правозащитница исчерпывающе охарактеризовала истинную позицию властей Грузии: делать вид, что строятся демократические институты, а на самом деле проводить ту же националистическую политику, что и при Гамсахурдиа в духе его лозунга «Грузия для грузин». Результаты этой политики налицо. Бегство из республики нацменьшинств не прекращается. По данным информационного и документационного центра по правам человека Уча Нануашвили в 1989 году в Грузии проживало 308 тысяч азербайджанцев, к 2005 году их осталось 284 тысячи, армян в 1989 году было 437 тысяч, осталось 249 тысяч, русских в 1989 году было 341 тысяча, осталось 68 тысяч, из 52 тысяч украинцев осталось 7 тысяч, а из 100 тысяч греков — 15 тысяч. В настоящее время на территории Грузии живет лишь 16, 2% негрузин против 29, 9% в 1989 году. Как видим, руководство Грузии медленно, но верно проводит жизнь выдвинутый еще в 1989 году лозунг националистов: «довести количество негрузин в Грузии до 5%».

Более того, в последние годы националистическая политика в Грузии становится более откровенной. Это связано с приходом к власти Михаила Саакашвили, который открыто позиционирует себя как «объединителя Грузии». Именно при Саакашвили начался процесс политической реабилитации Звиада Гамсахурдиа, который до этого справедливо осуждался как политический экстремист, ксенофоб и виновник гражданского противостояния. В апреле 2007 останки З. Гамсахурдиа были перезахоронены на родине, причем, с торжественностью, сопровождающей знаковые государственные мероприятия. Первый президент Грузии обрел покой в Мтацминдском пантеоне писателей и общественных деятелей. Его наследник Саакашвили присутствовал при отпевании Гамсахурдиа в Мхете, а в Колхском замке его отпевал каталикос Илия Второй. Имя Гамсахурдиа было присвоено набережной в Тбилиси, а до этого прокуратура под нажимом Саакашвили сняла с первого президента все обвинения. Саакашвуили также объявил амнистию, в результате которой из тюрем вышли около 30 активных руководителей звиядистских вооруженных формирований, осуществлявших этнические чистки. Российский политолог С. Маркедонов отмечает, что Саакашвилди в отличие от Гамсахурдиа, широко применяет либеральную риторику, чтобы соответствовать нормам политкорректности, принятым на Западе, но по сути он является политическим наследником националиста Гамсахурдиа. Последние события в Южной Осетии только лишний раз подтвердили истинность этих слов. В Южной Осетии Саакашвили осуществляет идеологические установки грузинского национализма по отношению к осетинскому вопросу, которые сводятся к геноциду осетин, уничтожению их или выдавливанию на территорию России, дабы впоследствии заселить землю Южной Осетии грузинами. Все его обещания дать осетинам автономию ничего не стоят. Истинные его намерения могут быть выражены знаменитыми словами Гамсахурдиа: «Мы пойдем по Осетии и пусть осетины либо покорятся и станут грузинами, либо, если они так любят русских, уходят из Грузии в Россию». Если мы это осознаем, то беспримерная жестокость в отношении мирного населения, проявленная грузинскими военными, получит свое объяснение. По сути, вмешательство российской армии предотвратило полное уничтожение той части осетинского народа, которое живет по ту сторону российской границы. В свете этого слова М. Саакашвили о том, что цель операции — сохранение территориальной целостности Грузии приобретают определенную двусмысленность. Преступное националистическое государство Грузия, возглавляемое военным преступником М. Саакашвили, стремится к сохранению своей территориальной целостности очень своеобразно — ему нужна территория Южной Осетии без осетинского народа.

4.

Сопоставим теперь ситуацию с нацменьшинствавами в Грузии и в частности вторжение Грузии в Южную Осетию с соответствующей ситуацией в России и контртеррористической операцией в Чечне. Начнем с того, что руководство постсоветской РФ можно упрекать в чем угодно, но уж никак не в русском национализме. Скорее наоборот, либералы, пришедшие к власти в России, были совершенно равнодушны к русскому вопросу и к положению русского народа, и боле того, довели этот народ до катастрофического положения. Невозможно себе представить лозунг «Россия для русских!» в устах Б.Н. Ельцина и даже в устах В.В. Путина, который кстати, исчерпывающе высказывался о своем неприятии такого рода лозунгов. Конечно, и в России были и есть политики, подобные Гамсахурдиа, но они прячутся по подвалам и частным квартирам, а не становятся президентами государства, как в Грузии. Точно также трудно себе представить, чтоб видные представители российской интеллигенции — академики, писатели, актеры на страницах центральных газет заявляли, что количество нерусских в России должно быть сведено до 5% процентов населения или что русский народ — хозяин в России, а остальные народы — гости, как это делали и делают до сих пор грузинские видные интеллигенты. Если такого рода возгласы и раздаются, то со стороны маргинальных малоизвестных, мелких политиков, а также немногочисленных групп хулиганствующей молодежи. Россия за всю постсоветскую историю не знала этнических чисток, тем более инициированных государством. Может быть, поэтому из России представители нацменьшинств не бегут на территории других государств, как они бежали из Грузии, а наоборот, в Россию нацменьшинства стремятся попасть. Правда, пресса много говорит о преследовании гастарбайтеров неонацистами-скинхедами, но во-первых пресса склонна здесь преувеличивать и ради сенсации раздувает не столь уж многочисленные, как показывает статистика, подобные случаи. А во-вторых побои прохожих в темном переулке, чем обычно ограничиваются скинхэды, не сравнить с тем, что творили вооруженные отряды звиадистов в Грузии, врывавшиеся в дома, убивавшие негрузин — как мужчин, так и женщин, детей и стариков при полном попустительстве полиции, а часто и при ее помощи.

Конечно, Россия как всякое государство охраняет свою территориальную целостность и борется с политическим сепаратизмом, как это происходило в Чечне. Но Россия при этом не путает борьбу с сепаратистами и террористами и борьбу с народом. Б. Ельцин перед вводом войск в Грозный не заявлял, что чеченцы должны либо обрусеть, либо убраться за границу России, как высказывался по поводу осетин Гамсахурдиа перед походом на Цхинвали в 1991 году. И В.В. Путин, руководя второй чеченской кампанией, не заявлял, что якобы никакой Чечни не существует, а есть «Северо-Кавказский регион», русская земля, на которой живут чеченцы, как заявляет М. Саакашвили, отказывавшийся признавать существование Южно-Осетинской республики и упорно называющий ее «Цхинвальским регионом». И российские академики — историки и филологи никогда не отрицали существования чеченского народа и его национальной культуры, как это делают грузинские ученые по отношению к абхазам.

Наконец, признавая, что во время чеченских войн были и жертвы среди мирного населения, и разрушения объектов социального назначения, и неадекватное поведение отдельных военнослужащих, нельзя не признать также, что эти действия не носили систематический характер, не имело форму приказа, который армия должна исполнять. Российское руководство не ставило цели геноцида чеченского народа, наоборот, речь шла о спасении этого народа от гибели в пучине гражданского противостояния, в которую его погрузили сепаратисты — марионетки Запада и международных террористов. Лучше всего это доказывают примеры судебного преследования тех российских солдат и офицеров, участвовавших в военных действиях в Чечне, которые обвинялись в преступлениях против мирных жителей (вспомним дело Ульмана). Оставляя в стороне вопрос о степени виновности Ульмана и других обвиняемых, заметим, что само существование таких процессов говорит само за себя.

Наконец, Москва дала чеченцам широкую автономию, старается не вмешиваться в их дела, предоставляет им возможность развивать свою культуру и язык. Это, кстати — общее правило в отношении с национальными меньшинствами, которое в России стало уже исторической традицией.

Поэтому напрасно либералы упрекают нас, российских патриотов, что мы, дескать, используем двойные стандарты и в одной и той же ситуации поступаем противоположным образом — в случае России отстаиваем ее территориальную целостность, а в случае с Грузией выступаем за ее нарушение. В действительности, ситуация в Грузии и в России существенно различается. Грузия — националистическое государство, которое под предлогом защиты территориальной целостности осуществляет геноцид нацменьшинства для заселения территории его переживания этническими грузинами. Россия ограничивается лишь предотвращением политического сепаратизма, во всем остальном предоставляя нацменьшинствам широкую автономию и права. Путать два этих подхода может только тот, кто-либо ничего не смыслит в проблеме, либо занимается откровенной софистикой.

Рустем ВАХИТОВ, кандидат философских наук, г. Уфа

http://www.contr-tv.ru/common/2830/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru