Русская линия
Фонд стратегической культуры Андрей Арешев07.08.2008 

Кавказ: время уходит…

На состоявшемся 4 августа заседании президиума Правительства РФ была утверждена федеральная целевая программа «Антитеррор». На ее реализацию будет выделено несколько миллиардов рублей. Они потребуются, прежде всего, для наведения порядка в таких неспокойных регионах, как Ингушетия, Чечня и Дагестан. Немалый резонанс произвело заявление премьера Владимира Путина о том, что угроза осуществления терактов в России является весьма серьезной1.

Действительно, ситуация на Северном Кавказе в последние недели далека от спокойной. После короткого затишья эпицентром напряженности вновь стала Ингушетия. В июле и начале августа на территории республики боевики совершили серию терактов и нападений на сотрудников правоохранительных органов и представителей духовенства. Ни один день не обходится без взрывов, выстрелов, убитых и раненых.

Высказываются предположения, что одной из причин непрекращающиеся терактов является попытка определенных сил «подкрепить» таким специфическим образом планы изменения политического ландшафта республики, а в дальнейшем, вероятно, и всего Северного Кавказа. С этой целью предпринимаются скоординированные усилия по оказанию давления на российские власти. Объявлено, например, о сборе 80 тысяч подписей жителей Ингушетии в пользу отставки президента республики Мурата Зязикова и возвращения Руслана Аушева. По словам инициаторов этой кампании, подписи уже переданы в приемную Администрации Президента РФ. Такое давление больше напоминает шантаж, да и число собранных подписей вызывает сомнения. Тем не менее оппозиционеры открыто объявляют о том, что «ситуация обостряется буквально с каждым днем» и даже — что республика стоит на грани войны. Все это — лишний повод серьезно задуматься об эффективности существующих методов государственного управления таким сложным регионом, как Северный Кавказ.

Сложившейся ситуацией неопределенности не замедлят воспользоваться внешние силы, которые, стремясь создать ситуацию управляемого хаоса, целенаправленно бьют по самым уязвимым точкам — по обе стороны южной границы России. По сведениям источников арабской газеты «Аль-Хайят», «идет широкомасштабный процесс обновления рядов боевиков, и идет он весьма успешно в Москве и других российских городах». Дается понять, что с недавних пор боевики восстановили каналы зарубежного финансирования, сократившегося после относительного умиротворения Чечни2. Если это так, опасения по поводу возможного переноса террористической активности за пределы Северного Кавказа, в частности, в крупные российские города имеют под собой все основания.

Есть и конкретный внешнеполитический контекст сезонных обострений ситуации на Юге России, создаваемый перспективами принятия в Североатлантический альянс Грузии и втягивания в его орбиту Азербайджана — республик Южного Кавказа с нерешенными этнотерриториальными конфликтами и разделенными народами. Влиятельная американская The Wall Street Journal инструктирует: «Главное, что необходимо для урегулирования абхазского конфликта — убедить Россию в том, что стабильность на ее южных границах важнее силового „вето“ на интеграцию Грузии, а возможно и самой Абхазии с Западом» 3. Иными словами, пока не снимите «вето», — не будет вам стабильности. Только кто сказал, что согласие Москвы на вступление Грузии в НАТО приведет к успокоению на Кавказе, — а именно в этом направлении и предлагает нам думать орган Уолл Стрита?

Постоянные обстрелы Южной Осетии со стороны Грузии (закономерно переросшие в крупномасштабное столкновение у сел Авневи и Хетагурово) имеют одной из целей посеять в осетинском и абхазском обществе недоверие по отношению к России. На стороне официального Тбилиси не только немаленький военный кулак и политическая поддержка Вашингтона и Брюсселя. На его стороне — эффективное использование «теневых» механизмов дестабилизации обстановки, включая информационное оружие и инструментарий спецслужб.

По свидетельству бывшего югоосетинского премьера Олега Тезиева, грузинские диверсионно-разведывательные формирования в республике весьма активны, причем географические рамки их деятельности не ограничиваются территорией Южной Осетии. Через свою североосетинскую агентуру они имеют возможность узнавать о всех передвижениях подразделений 58-й армии, начинающихся при обострении обстановки к югу от Кавказского хребта4.

На этом фоне неофициальные переговоры представителей США и ЕС с властями в Цхинвале и в Сухуме приняли в последние месяцы открытый характер. Роли хорошо расписаны: «добрые» западные «следователи» при «злом» тбилисском «следователе» обещают безопасность и инвестиции (разумеется, не просто так, а в обмен на изменение курса непризнанных республик на прозападный и безусловный разрыв с Москвой).

Следующим шагом станет обоснование «независимости» так называемой «объединенной Осетии» — тему уже вовсю разрабатывают представители многочисленных НПО как в Америке, так и непосредственно на месте. Авторы новых геополитических конструкций умело обыгрывают провалы в социально-экономическом развитии республик российского Кавказа, отчего предлагаемые ими «рецепты» приобретают для непосвященных оттенок некоей «респектабельности"…

Возникновение нескольких новых «горячих точек» на Северном Кавказе — закономерная плата за медлительность и противоречивые заявления российской дипломатии по вопросу о признании непризнанных республик, за невнятную позицию относительно экономического развития этих территорий, за пассивность российской части миротворческих сил (на чьей стороне играет их грузинская часть, сомнений не вызывает). Неопределенность позиции Москвы и неясный правовой статус государств де факто (при наличии всей необходимой для их признания политико-правовой аргументации) — главные причины стагнации экономики и, в частности, отсутствия на территории Южной Осетии сколь-нибудь значимых хозяйственных объектов. Это, в свою очередь, ведет к ощущению безысходности, безработице, оттоку из республики населения, а непрекращающиеся провокации со стороны Тбилиси превращают этих людей в беженцев — «горючий материал» для войн и конфликтов (вспомним канун осетино-ингушского противостояния 1992 года).

За сумятицу в умах, за отсутствие внятной государственной идеологии расплачиваться приходится уже сейчас и еще больше придется в будущем. В ряде публикаций последнего времени отмечается: в некоторых случаях невольным проводником негативного отношения к центру оказывается… сам федеральный центр, допускающий непродуманное освещение событий в центральных СМИ, включая телевидение5. В такой обстановке безусловно важные апелляции к институтам права во многом теряют свой эффект. К тому же радикальные силы на Кавказе принципиально не разговаривают на языке права, не видят себя в российском правовом поле, действуя, в отличие от российских властей, инициативно, творчески и наступательно. Боевики стреляют и взрывают, а те, кто занимается их политическим и идеологическим прикрытием, собирают подписи (не важно, настоящие или фальшивые), заявляют об «агонии режима Зязикова» или предлагают проект «Независимая Осетия» как часть проекта «Независимый Северный Кавказ» 6…

«Общество, особенно молодежь Северо-Кавказского региона, оказались незащищенными перед массированным информационным воздействием, направленным на распространение идеологии терроризма, призывающей к террористической деятельности, героизирующей и оправдывающей ее», — подчеркивается в новой федеральной программе «Антитеррор», одобренной на заседании Президиума Правительства7. Важная констатация!

То, что вопросам информационного противоборства уделено внимание в правительственной программе по искоренению терроризма, можно только приветствовать. Однако терроризм редко является самостоятельным фактором политики — сплошь и рядом он служит инструментом реализации геополитических планов конкретных государств. Для одоления этого зла недостаточно хорошо составленных программ и правовых актов, — требуется их четкое, своевременное выполнение при согласованном взаимодействии всех институтов государства, подвергающегося террористической угрозе. Необходим неформальный, ответственный, инициативный подход к делу со стороны государственных структур любого уровня. Иначе новая «Большая Кавказская война» за геополитический передел неспокойного региона станет реальностью, а народы Российской Федерации будут превращены в расходный материал этой войны.



1 Председатель Правительства России В.В.Путин провел заседание Президиума Правительства Российской Федерации

2 Р.Джабр. Новый всплеск насилия в мусульманских республиках России // Аль-Хайят, 18 июля 2008, см. http://i-r-p.ru/index.php?show=page&stream=event&index=20 859

3 Б. Гржич, А.Петерсен. ЕС не должен упустить свой шанс на Кавказе // The Wall Street Journal, 5 августа 2008 г.

4 О.Тезиев. О грузинских спеслужбах // http://www.rusrep.ru/2008/27/qa_teziev/

5 Адам Кавхинский: Признание многообразия и социокультурных различий как основа успешной стратегии развития Юга России // http://srv1.nasledie.ru/naslHTTP/cs/OUT_DOC/ID/465 930

6 В. Дзуцев (США). За свободу Осетии // http://www.apn.ru/publications/article20500.htm

7 Борьба с терроризмом в России выходит на новый уровень // http://skavkaz.rfn.ru/rnews.html?id=145 501&cid=

http://www.fondsk.ru/article.php?id=1526


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru