Русская линия
Одна Родина Михаил Ивашко22.07.2008 

Константинопольская патриархия: от первенства чести к первенству власти

Православно верующие отмечают 1020-летие Крещения Руси. Часть торжеств пройдет в Киеве. Эта не особенно круглая дата, возможно, не привлекла бы внимание широкой общественности, если бы не попытка укра­инских властей использовать празднование в политических целях. В праздничных мероприятиях в Киеве должен принять участие Константинопольский патриарх Варфоломей I. Судя по сообщениям, цель его визита совпадает с политической целью украинского руководства. Есть основания говорить и о том, что задачи В. Ющенко подчинены задачам Варфоломея I: произвести замену «первенства чести» Константинопольской патриархии «первенством власти», несвойственной Православию.

* * *

Известно, насколько непростая религиозная ситуация сложилась в Украине, насколько активизировались раскольнические и еретические течения. Для украинских властей празднование 1020-летия Крещения Руси — это еще один шаг в попытках объединения всех в рамках одной поместной церкви, «отдельной» от Московского Патриархата. Варфоломей I, по замыслу официального Киева, и должен обеспечить каноничность этого акта. Говоря другими словами, ему предлагается исполнить роль «верховного и третейского су­дьи» в спорах между Церковью и ересью в Украине. Может ли это быть миссией главы Поместной церкви, носящего титул «Святейший Архиепископ Константинополя — нового Рима и Вселенский патриарх»?

Какое отношение имеет Константинопольский патриарх к канонической территории Русской Православной Церкви, на которой разворачивается сейчас борьба раскольников в лице Филарета, Мефодия и других клириков и политиков против Украинской Православной церкви, и ведется эта борьба на политической подстилке, подложенной В. Ющенко: «Високу місію повернення нації до її духовних витоків має виконати відновлена єдина Помісна Українська Православна Церква»?.

Нам не обойтись без краткого исторического экскурса.

* * *

Константинопольскую православную церковь, по преданию основал апостол Анд­рей Первозванный, который около 60 года рукоположил своего ученика св. Стахия первым епископом г. Византии. Собственно история Церкви начинается с 330 года когда им­ператор Константин Великий основал новую столицу Римской империи — Константино­поль. До II Вселенского Собора (381 год) Церковь находилась в юрисдикции Ираклийского митрополита (Фракия). Поскольку Константинополь стал столицей, то значение находившейся в нем церковной кафедры постоянно возрастало, как и самой церкви. С 381 года Константинопольская церковь стала ав­токефальной Архиепископией, а с 451 года ее возглавил патриарх.

Константинопольский патриархат играл существенную роль в установлении канонического и политического единства православного мира, принимал активнейшее участие в формировании основ цер­ковной жизни, развитии юрисдикционно-административной структуры. Согласно 3-му Правилу II Вселенского Собора, архиепископ Константинополя имел пер­венство именно Римского епископа. Первенствующая роль Константинопольской кафед­ры была подтверждена и расширена 28-м Правилом IV Вселенского Собора. Права, предоставленные Константинопольскому епископу Отцами Собо­ров, были обусловлены политическим значением столицы Византии как «града царя и синклита». Обращением в христианство большая часть славянского мира обязана именно Констан­тинопольской церкви. Однако с падением «Второго Рима» Константинопольский патриарх те­рял многие свои права, в том числе юрисдикцию на митрополии в ряде государств Ев­ропы, в отличие от главы Римско-католической церкви, позиции которой усиливались.

С Римской церковью были столетия борьбы и противостояния, попыток соглашений, включая унии. В 1054 году вследствие Великой Схизмы церковно-каноническое об­щение Константинопольской церкви с Римской было прервано (до 60-х годов XX века). В ходе очередного католического кресто­вого похода в 1204 году Константинополь был захвачен крестоносцами и на его месте созда­ны Латинская империя и Латинский Патриархат (административный центр церкви). Император Михаил VIII Палеолог в 1261 году покончил с господством латинян, но для уси­ления своей западной границы готов был подчиниться римскому папе, вопреки сопротивлению своей церкви. На Лионском соборе (1274) он вынужден был принять без обсуждения исповедание веры, в котором признавалось абсолютное первенство като­лической церкви. 6 июля в Лионе этот диктат был торжественно провозглашен как цер­ковная уния. Еще одним ударом по авторитету Константинопольской церкви являлась уния, заключенная с католической церковью на Ферраро-Флорентийском со­боре (1438−1439). В глазах православного мира пресловутое «воссоединение» стало предательством учения о Церкви. Ложными оказались все заверения в том, что уния объединит якобы силы христианского мира и поможет остановить турецкую экспансию… Декрет об унии зачитывали 12 декабря 1452 года в храме Святой Софии, по существу — взывали к католикам о помощи в борьбе с турками. Увы! Константинополь пал уже в 1453 году.

В период турецкого господства Константинопольский патриарх, согласно воле султана и законам империи, обладал статусом церковного главы всех православных христиан Османской им­перии. Он имел право вмешиваться и контролировать внутреннюю политику всех помест­ных церквей, был посредником и проводником воли султана, нес ответственность за на­строения среди подчиненного народа. Вместе с тем он играл определенную роль в устроении отношений православных и католиков на территории Литовско-Русского государства и Речи Посполитой, между ними и Московской Русью, а затем и Россией.

По примеру Флорентийской унии заключался ряд других союзов, ущемлявших права православных. Патриарх не мог, в силу своего реального положения, оказать помощь Иерусалимскому, Александрийскому, Антиохийскому патриархатам в защите интересов православных на территории Османской империи и на Балканах. В частности, он не смог защищать православных от католиков, «хозяйствовавших» на территории Османской империи, Не видно и не слышно было деяний Константинопольского патриарха и во время борьбы православных греков за свою независимость, и в период Восточной (Крымской) войны, и во времена русско-турецких и балканских войн, Первой мировой войны.

С образованием Турецкой республики Кон­стантинопольский патриархат оказался лидером немногочисленной греческой об­щины, а его роль была ограничена религиозным представительством проживающих граж­дан греко-православного происхождения. Предвидя свое незавидное положение в обозримом будущем, Константинопольский патриархат начал разработку и реализацию далеко идущих планов.

Находясь под покровительством победителей в Первой мировой войне — стран Антанты — и имея полную свободу в Константинополе (город был под контролем оккупационных войск в 1920 — 1923 годах), Константинопольский патриархат начал активное сближение с Англиканской (Великобритания) и Епископальной (США) церквами. В энциклике митрополита Дорофея «К церквам христианским, во всем мире обретающимся» (1920) от «всей Православной церкви» проводилась мысль о совместимости взаимного сближения и общения разных христианских церквей с наличием в них догматических расхождений. В 1922 году в решение Синода было включено положение «об обязательном и исключительном подчинении Константинопольской Церкви всей православной диаспоры, всего православного «рассеяния» (Вас. Вел., пр. 85). При этом под «рассеянием» понимались не только отдельные лица, но и все православные приходы и даже епархии, находящиеся вне границ государств, в которых существуют православные автокефальные Церкви.

* * *

Сегодня Константинопольский патриархат имеет сложную и разветвленную струк­туру. Часть ее находится на его канонической территории — в Турции и отчасти в Греции. В самой Турции, по разным подсчетам численность последователей данной Церкви не превышает 3-х тысяч человек, главным образом греков старшего поколения. В ее юрисдикции находится Финляндская и Эстонская автономные и полуавтономная Критская православные церкви. Часть епархий Греции имеют двойное подчинение — Константинопольскому патриархату и Элладской церкви.

По времени создания архиепископств и митрополий Константинопольской церкви, которым были подчинены православные приходы и епархии, мы можем судить о реализации курса «всей Православной церкви», как он был определен в 20-е годы: Архиепископство в США (1922), Фиатирская митрополия в Великобритании, Ирландии, Мальте (1922, архиепископство с 1954 года), митрополия в Австралии и Новой Зеландии (1924, архиепископство с 1959 года), во Франции, Германии, Австрии (все в 1963 году), митрополии в Бельгии, Швеции и всей Скандинавии (1969), Новой Зеландии (с 1970 года), Швейцарии (1982). В Торонто (выделилась их архиепископства США), Буэнос-Айресе, Панаме, Гонконге митрополии были созданы в 1996 году. Список замыкает итальянская митрополия Константинопольского патриархата, ждавшая официального признания от итальянского государства с 1991 по 1998 год. Созданы и расширяют свое влияние экзархи: Западной Европы, Центральной Европы, Средней Европы, всей Европы, Юго-Восточной Азии. Митрополит Швейцарский является экзархом всей Европы. В деревушке Шамбези близ Женевы расположен Православный центр и резиденция патриарха Константинопольского. Конечно, она выгодно отличается от патриаршего двора в Фанаре (квартал города Стамбула).

Константинопольский патриархат проявлял и проявляет большой интерес к канонической территории Московского Патриархата. Живой интерес трансформировался в конкретные действия после распада СССР. В 1995 и 1996 годах перешли под юрисдикцию Константинопольского патриархата часть украинской православной иерархии и Украинская православная цер­ковь США. Фанар разделил православных Эстонии на своих и «московских», при этом эстонские власти почти 6 лет думали о регистрации Эстонской православной церкви Московского патриархата. В 2006 г. под юрисдикцию Константинопольского патриархата был принят епископ Василий Осборн и часть прихо­дов Сурожской Епархии Московского Патриархата в Великобритании. С 2005 года Фанар ведет подбор удобных помещений под свои подворья в Украине, Казахстане. Явочным порядком ведутся переговоры с представителями неканоничных и раскольнических УАПЦ и УПЦ КП. При этом на официальном уровне подобные контакты категорически отрицаются, публично признается только УПЦ Московского патриархата.

В Константинопольской патриархии высказывают суждения о незаконности отделения в 1686 г. от нее Киевской митрополии под юрисдикцию Московского Патриархата. С критикой в адрес его деятельности только в последнее время выступили Архиепископ Афинский и всей Эллады Христодул, Архиепископ Берлинский и Германский Марк, представитель Болгарской православной церкви и другие. Ряд политических и общественных организаций Турции выражают протест против существования на территории своего государства центра «мирового православия», пока проигрывая иски по этому поводу в судах.

Общее количество прихожан в 234-х зарубежных епархиях Константинопольского патриархата сегодня достигает 3 млн. человек, наиболее крупными из них являются епархии в США (1750 тыс.), Канаде (230 тыс.), Австралии (320 тыс.), Германии (350 тыс.), Великобритании (200 тыс.)

По всей видимости, именно этот факт позволил Фанару зая­вить о том, что «основной своей паствой считает рассеянные по всему миру епархии вне его канонической территории», что в свою очередь позволяет из всего титула Константинопольского патриарха оставлять только слово «Вселенский». Нравится такая краткость и нынешнему главе Римско-католической церкви Бенедикту XVI. Скоро, вероятно, он пригласит Варфоломея I в гости в Киев: правительство Украины уже выделило Ватикану 23 сотки земли под строительство Апостольской нунциатуры Римско-католической церкви.

А вот что говорится в исторической справке, помещенной на сайте президента Украины:

«Князь Володимир Великий фактично завершив хрещення Київської Русі-України, яке провадили київський князь Аскольд та княгиня Ольга. Це був період інтенсивної місіонерської діяльності серед слов’янських народів, ініційованої Константинопольським патріархом Фотієм і Римським папою Миколою I. Ці найвищі християнські ієрархи благословили слов’янську літургію і переклади Біблії, здійснені Костянтином і Мефодієм.

Київську митрополію, як першопочаток Української Національної Церкви, утворено за 150 років до заснування Москви, за 450 до самостійності російської православної церкви та за 600 років до встановлення Московського патріаршества.

Фактично за 700 років Константинопольської опіки українське православ’я набуло неповторних самобутніх рис, котрі відрізняли його від російської православної традиції, що з XV ст. розвивалася паралельно. Це і його демократизм, і соборність, і толерантність, і незалежність від світської влади, і глибокий зв’язок між священнослужителями та паствою (http://www.president.gov.ua/content/chreschen.html).

Главное, чтоб была «Украинская Национальная Церковь». Не такая, как в России! Только если это будет «Відновлена єдина Помісна Українська Православна Церква», то, что «возрождать», если такой церкви никогда не было?

* * *

Суммируя сказанное, приходишь к выводу о том, что сегодня мы являемся свиде­телями очередной — духовной — экспансии. Может ли такой «непредвзятый су­дья», за какого выдает себя Константинопольский патриархат, помочь решить Украине ее сложнейшие религиозные проблемы? Разве роль «тре­тейского судьи» в украинских делах — не предлог для того, чтобы взять под контроль очередную часть не принадлежащей Константинополю канонической территории, на которой сегодня проживает, как минимум, в десять раз больше православных, чем во всех епархиях мира «вселенского» патриарха?

А если не забывать о существовании униатских планов, то Константинопольский патриархат лучше назвать Шамбезийским. Ибо сегодня у Ватикана и Шамбези одна политика, в ней нет Христианства (о нем уже практически не ведут речи), а есть средневековые установки католической церкви и приспособленческая борьба за власть Константинопольского патриархата. В основе этой ватиканско-шамбезийской политики — еретический экуменизм.

Противостоять этому верующие христиане могут только в лоне Православия.

http://odnarodyna.ru/topics/1/54.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru