Русская линия
Правая.Ru Илья Бражников09.06.2008 

Двенадцать легионов Ангелов Царя-Страстотерпца

Звезда российской тележурналистики Владимир Соловьев в очередной программе «К барьеру!», спустя восемь лет после прославления Царственных Страстотерпцев во главе сонма Новомучеников и Исповедников Российских, задался нетривиальным вопросом: необходимо ли политически реабилитировать Царскую Семью?

Для ответа на этот вопрос в студию были приглашены замечательный историк, автор Правой.Ру, написавший пять книг о Царственных Страстотерпцах, Петр Мультатули, и писатель Михаил Веллер, выпускающий, как утверждают, около тридцати книг в год.

Дискуссия профессионального историка с профессиональным демагогом — что ещё могло предложить наше родное центральное телевидение в связи с 90-летием расстрела и мученической кончины последнего Российского Императора, Императрицы, Наследника Престола Российского Императора и Его Августейших Сестер? И за это ещё мы должны быть благодарны Владимиру Соловьёву, поскольку первоначально он собирался в качестве оппонента историку пригласить известного уличного трибуна Виктора Анпилова. Можно себе представить, какой была бы эта «дискуссия»! Однако, ход мысли ведущего программы «К барьеру!» понятен: против серьезного, умного, интеллигентного учёного выставить «народного витию», ибо Михаил Веллер, хотя и, несомненно, телегеничнее Анпилова, но ни в громкости скрипучего голоса, ни в риторических воплях и завываниях, ни в гримасах хищного птичьего лица (стервятник), ни в речи, сочетающей еврейский фанатизм с немецкой пунктуальностью, — ничем Анпилову не уступает.

Впрочем, что Веллер? Он не ответил ни на один прямо заданный вопрос, он орал и перебивал терпеливого собеседника, он пользовался главным преимуществом демагога — не отвечать за собственные слова. И, тем не менее, согласно, подсчётам «телезрителей» (в которых не верится ни одной секунды) «победил» с разницей что-то около 5 000 голосов, которые вдруг добавились на его счёт во время последней рекламы. При этом судьи (Виталий Аверьянов, Полина Дашкова, Леонид Поляков) отдали, разумеется, победу Петру Мультатули, который выстроил стройную систему доказательств и ответил на все вопросы. По единодушному мнению экспертов, Мультатули выиграл с сухим счётом 4:0.

Конечно же, дуэль, выбранная в качестве модели для передачи — это очевидный обман, поскольку перед нами не выяснение правоты одного из двух спорящих, отнюдь не «диалог», выявляющий истину. В дуэли правит случай (или — Промысел), здесь же функции Его величества Случая (Промысла) узурпированы ведущим, предстающим в качестве всеведущего и всесильного Master of Puppets. Да, это все тот же театр марионеток, все те же «Куклы», только вид сбоку. Как бы ни был хорош Мультатули или плох Веллер, они все равно невидимыми нитями привязаны к ведущему, который и проводит свою единственную главную мысль. Она-то и должна, по замыслу, остаться в сознании зрителей спектакля.

Эту идею Владимир Соловьёв в течение передачи, в кадре и за кадром, формулировал на разные лады не менее десяти раз. «Царь потерял страну», «Всё проиграл», «Империю профукал». За кадром же выражался грубее: «Просрал». Иными словами, то, что для православного человека предстает как Русская Голгофа, подвиг отречения и самопожертвования, для «каббалиста» Соловьева — обыкновенный проигрыш.

Петр Мультатули мужественно защищал светлый образ Государя. Веллер вдохновенно цитировал наизусть страницы советских учебников, разоблачавших «царизм». Но оба они были лишь «голосами», сводимыми к главному голосу ведущего: «Кем бы ни был Государь, каким бы он ни был, плохим или хорошим, он проиграл, и вы проиграли», — внушалось аудитории. И (если дальше развивать этот посыл) «если вы не хотите быть вместе с неудачником, „лузером“, отрешитесь от прошлого, выбирайте настоящее — то, что успешно, то, что не проигрывает».

А что не проигрывает? Наверное, то, что позиционирует себя сегодня в качестве «успешного» и «эффективного»? И это, разумеется, не дешёвка, вроде Димы Билана (над его победой на «Евровидении» ведущий вволю поиздевался перед началом поединка, словно бы разминаясь). И это не прославленный фигурист-патриот Евгений Плющенко, чью манеру говорить он пародировал в том же эпизоде.

Кто же тогда? Например, сам Владимир Соловьев. «Вот возьму и поеду на будущий год на это „Евровидение“. И нарочно займу последнее место», — шутил он. Разумеется, Соловьев — звезда такого масштаба, что затмит всех и на последнем месте. Соловьёв и на «Евровидении» Соловьев. А Билан и Плющенко — не звезды, даже если занимают первые места.

Но это так — что называется, штрихи к портрету человека, который может спокойно, во всеуслышание назвать прославленного Русской Православной Церковью и почитаемого миллионами людей святого Царя — просто «лузером». «Царь проиграл Империю. Отдал власть. Мы — не проиграем. Мы (такие, как я) власти вам не отдадим». Первое говорится вслух, второе — подразумевается.

Что Веллер с его советскими пропагандистскими мифами? что его секундант, академический историк, делающий школьные ошибки? (революции, по его мнению, происходят стихийно, без какой бы то ни было организации, а Николая Второго прозвали Кровавым до появления политических партий) — все они стали лишь фоном для разворачивания главного тезиса ведущего о поражении монархии в России. Петр Мультатули выдержал этот удар, несмотря на то, что мотивы поведения Государя в трагические дни 1917−1918 гг. не могут быть полностью раскрыты в светской аудитории — притом не в нейтрально-светской, а во враждебно-профанической атмосфере ток-шоу, ведущий которого демонстративно антиправославен. Озвучивание столь очевидных для христианина и столь неочевидных для нехристя истин — таких, как метафизика креста, метафизика страдания и отречения, — требует перехода на другой уровень дискуссии, где стало бы возможной эта самая приставка мета-. Соловьёв противопоставил Царю-Страстотерпцу Наполеона, который, будучи разбит, нашёл силы собрать полки и, по выражению ведущего, «на сто дней поставил Европу на уши». «Почему Николай не сделал этого? — задавался вопросом Соловьев. — Почему во всей Империи не нашлось ста штыков, чтобы защитить своего Государя, которого заставили отречься от власти?»

Мы-то знаем, что такие штыки были — и не сто, а сотни и тысячи, как, впрочем, были и штыки, готовые проткнуть самого Императора. (И потом проткнут — Его Дочерей). Но дело ведь в другом. Дело в том, что на поставленный вопрос есть прямой ответ Евангелия: «Тогда говорит ему Иисус: возврати меч твой в его место, ибо все, взявшие меч, мечом погибнут; или думаешь, что Я не могу теперь умолить Отца Моего, и Он представит Мне более, нежели двенадцать легионов Ангелов? как же сбудутся Писания, что так должно быть?» (Мф. 26, 52−54).

Но сравнение последнего Государя с Христом почему-то совершенно немыслимо в телевизионной студии. Конечно, как было сказано в том же Писании, не следует метать бисера перед свиньями. Ведь для введения такой аналогии нужно ещё допустить, что историей правит не воля отдельной «Личности», а Промысел Божий. Оппоненты Мультатули, готовые признать последнего русского Императора Абсолютным Монархом и наделить его ответственностью за жизнь каждого подданного, буквально за каждого убитого и пострадавшего за годы Его правления (то есть фактически, бессознательно уподобляя Его Богу-Отцу — но, разумеется, в разоблачительных целях), никогда не смогут оценить христоподобия Его подвига. Царь в ответе за все и при этом — ничем не может быть оправдан. Они судят и приговаривают Мессию-Царя точно так же, как 2000 лет назад Синедрион осудил и приговорил Мессию-Христа. Они ведь и в вину ставят всё то же: не захотел взять власть, отказался от земной власти, «проиграл» царство мира сего.

Конечно, на это можно было бы многое возразить и не прибегая к тексту Священного Писания. Разве одна Россия лишилась за последние два века царства? Разве тот же Наполеон не «профукал» Францию? И тот же Вильгельм II — Германию? А Франц-Иосиф — Восточный Рейх? И каждый делал это с присущим его нации характером. Николай Второй придал своему отречению характер святости, говоря словами Кьеркегора, выбрал путь Рыцаря Веры. Совершил жертвоприношение — принес в жертву Себя, Сына и всю Свою Семью. Ведь прав Михаил Веллер! Власть Русского Самодержца была абсолютной. Она абсолютна и тогда, когда он отказался от престола, и тогда, когда убийцы подняли на Него свои нечистые руки. И Государю не надо было, как адмиралу Колчаку, командовать собственным расстрелом. Всё происходило и так по Его воле. Потому и нет и никогда не будет найдено никакого приказа о расстреле. Как можно приказать расстрелять Самодержца? Как можно приговорить Царя, слово которого делает бывшее небывшим? Что может придать хоть какую-то видимость законности убийству Того, кто выше закона?

Вспоминается мудрое розановское слово: «И вот рушилось все, разом, Царство и Церковь. Попам лишь непонятно, что Церковь разбилась еще ужаснее, чем Царство. Царь выше духовенства. Он не ломался, не лгал. Но, видя, что народ и солдатчина так ужасно отреклись от него, так предали (ради гнусной распутинской истории), и тоже — дворянство (Родзянко), как и всегда фальшивое „представительство“, и тоже — и „господа купцы“, — написал просто, что, в сущности, он отрекается от такого подлого народа. И стал (в Царском) колоть лед. Это разумно, прекрасно и полномочно».

Понятно? Царь самодержавен (полномочен) даже когда он колет лёд! И в этом смысле Царь не нуждается в реабилитации. В ней нуждаемся мы. Не Царь потерял страну — страна потеряла Царя. Народ осиротел. Время осиротело. А пространство стало разваливаться на куски.

* * *

Третий раунд закончился.

Владимир Соловьев и Петр Мультатули продолжали неоконченный спор. «Империю профукал», — в очередной раз резюмировал ведущий. «История нас рассудит», — цитируя Наполеона, с улыбкой парировал историк. Этими его словами и завершилась передача.

Иудеи и язычники, распявшие Господа, тоже полагали, что Он проиграл. Однако, через триста лет римский император Юлиан Апостат перед смертью признает: «Ты победил, Галилеянин!»

Иудеи, в отличие от римлян, лукавы и не захотели признавать очевидного. Но придет время — и они вынуждены будут признать Его победу. И это непреложно. Небо и земля прейдут, а слова Его не прейдут.

Он проиграл. История любит победителей! — торжествует ведущий программы «К барьеру!»

История ещё не закончена, господин Соловьёв.

Последнее слово, как и последний выстрел, — за нами.

Так говорит Ангел Двенадцатого легиона.

http://www.pravaya.ru/column/15 918


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru