Русская линия
Богослов. RuИгумен Дионисий (Шленов)02.06.2008 

Святые равноапостольные Кирилл и Мефодий у истоков духовного просвещения Руси

Богослов.Ru публикует доклад заведующего Греческим кабинетом МДА игумена Дионисия (Шленова), посвященный просветительской деятельности святых равноапостольных братьев Кирилла и Мефодия. Доклад прозвучал на научно-практической конференции, проходившей 26 мая 2008 г. в Хабаровске.

Св. братья Кирилл и Мефодий стоят у истоков славянской письменности и христианской культуры и духовного просвещения Руси. Они — равноапостольные мужи, аскеты, миссионеры, богословы, дипломаты. Их жизнь — непрестанное служение Богу и ближнему, пример подвига, деятельного служения и созерцательного богопознания. Св. Кирилл и Мефодий просвещали славянский мир, исполняя слова ап. Павла, обращенные к Фессалоникийцам: «…от вас пронеслось слово Господне не только в Македонии и Ахаии, но и во всяком месте прошла слава о вере вашей в Бога» (1 Фес. 1, 8). Им удалось исполнить неисполнимое только человеческими силами, с помощью Божией совершить чудо обращения славянских народов, среди них и наш русский народ.

1. Характеры святых братьев

Кирилл и Мефодий родились (в 827 г. и 820 г., соответственно) в Фессалониках, городе, вверенном покровительству св. великомученика Димитрия, святого, заколотого копьями в нач. IV в. при императоре Диоклетиане, на том месте, где позднее была воздвигнута величественная базилика в его честь. Сначала св. Димитрий спасал Фессалоники от вражеских набегов аваров и даже славян, наших предков. Чудесно обходя стены города в белом одеянии, он укреплял осажденных. С нач. VII в. под покровительством св. Димитрия город начал привыкать к мирной жизни, стал вторым после Константинополя центром наук и искусств. Святые братья питали глубочайшее благоговение к св. Димитрию и сообщили свою любовь славянским народам, которые с самых первых страниц своей христианской истории стали отличаться удивительной любовью и стремлением к святости.

Около 845 г. Михаил (в будущем Мефодий) был назначен правителем «Склавинии», места, где жило множество славян. Такие склавинии со смешанным славяно-греческим населением находились на Балканах, а также в Вифинии, северной малоазийской провинции. Позднее в одном из монастырей Олимпа Вифинского он принял монашеский постриг с именем Мефодий и стал игуменом этого монастыря[1], отказавшись от епископской кафедры[2]. К своей миссии святые братья были готовы не только интеллектуально, но и духовно. П. Христу, известный греческий патролог, писал о том, что «в своих монашеских кельях они научились восходить к Богу в молитве, и это восхождение было для них постоянным опытом"[3]. Много лет своей жизни св. братья провели в монашеском уединении. Этот опыт монашеской жизни, созерцания, самососредоточения в молитве будет передан славянским народам во время их миссии.

Константин (в будущем Кирилл) отличался особыми дарованиями, в возрасте 14 лет он знал практически наизусть многие сочинения св. Григория Богослова. Кирилл продолжил свое обучение в Константинополе, который именно в то время стал ценром духовного и светского просвещения. Недавно закончилось гонение на иконы, которое длилось в течение века. Свет православной культуры и духовности было суждено нести не иконоборцам, а иконопочитателям, которые отнеслись к своим гонителям значительно мягче — без применения физического насилия, но с предельной богословской строгостью.

После завершения многочисленных богословских споров, имевших место в эпоху Вселенских соборов, в Церкви водворился мир, в изобилии излившийся и на славянские народы. Через проповедь, миссионерскую и просветительскую деятельность им удалось приобщиться к глубокой духовной и светской культуре единственной христианской империи того времени — Византии.

2. Общий дух эпохи

Не должно забывать об исторических обстоятельствах того времени. Начиная с VII в. у Византии появился очень опасный враг — арабы, носители мусульманской веры, которые в продолжение веков отторгли от Византии самые цветущие восточные области: Сирию, Палестину, Египет и пр. Однако именно в середине IX в. произошел важный перелом: арабы перестали быть страшным бичем, и вместо нападающих постепенно превратились в обороняющихся. Этот политический перелом совпал с духовным — с победой иконопочитания, о которой было сказано выше. В результате государство оказалось достаточно сильным, способным организовать и поддержать миссии Церкви, из которых важнейшей оказалась миссия в славянские страны.

Основные миссионерские начинания св. братьев были осуществлены в первое патриаршество св. Фотия (858−867). Св. Фотий — это одна из ярчайших личностей в мировой истории. Энциклопедист и эрудит, возможно, еще будучи мирянином он познакомился со св. Константином-Кириллом во время их совместного путешествия в столицу Арабского каганата Самарру. Некоторые ученые писали о том, что по дороге или на обратном пути св. Фотий составил свою знаменитую «Библиотеку», в которой он пересказал сотни богословских, исторических и философских книг, множество из которых оказались впоследствии утерянными. А св. Константин? Вероятно, он, находясь рядом, как любомудрая пчела, черпал знания из этого бесценного источника или даже давал своему наиученейшему спутнику многоценные советы.

Но вот св. Фотий становится патриархом и выступает на передовой борьбы с непомерными амбициями папского престола. Восток и Запад устраивают настоящую битву по поводу церковной юрисдикции Болгарии и по ряду других богословских вопросов. Гремят церковные анафемы и отлучения, св. Фотий оказывается то победителем, то временно побежденным. В этой ситуации св. братья, проявляя исключительную верность Константинопольской Церкви, не побоялись искать правды в Риме уже после того, как св. Фотий был низложен и отправлен в строгое заточение на Принцевы острова…

3. Миссии к арабам и хазарам

Для осуществления миссии к славянам, по промыслу Божию, произошел ряд важнейших миссий к другим народам, в которых св. братья приняли самое непосредственное участие — к арабам и хазарам. Первые были носителями мусульманства, вторые — иудаизма. Опыт дискуссии, бесстрашной проповеди веры перед агрессивным оппонентом оказался крайне необходим и для славянской миссии.

В первом случае, в 851 или в 856 г., под руководством св. Константина-Кирилла была осуществлена миссия в Самарру (100 км севернее об Багдада), столицу Арабского халифата, для ведения богословского диспута о Святой Троице с халифом Мутакавилом и для освобождения пленных[4]. С 860 г., после нападения россов на Константинополь, вопрос о просвещении россов оказался тесно связанным с вопросом о просвещении хазар[5], лучше известных византийцам, нежели россы[6]. Для этих целей и была создана Хазарская миссия.

По дороге в столицу Хазарии, оказавшись в Крыму Константин (Кирилл) встретился с носителем русского/сирийского (?) языка: «Он нашел здесь (т. е. в Херсонесе) Евангелие и Псалтырь, написанные русскими/сирскими письменами, и человека нашел, говорящего на том языке, и беседовал с ним, и понял смысл этой речи, и, сравнив ее со своим языком, различил буквы гласные и согласные, и, творя молитву Богу, вскоре начал читать и излагать (их), и многие удивлялись ему, хваля Бога"[7]. Это важнейшее свидетельство иногда интерпретируется современными учеными как постижение св. Кириллом сирийского языка или какого-либо иного экзотического языка. Однако здесь прямо сказано о быстром сравнении со своим языком, которое наводит на мысль о встрече именно с носителем славянского языка, относящегося к той же индоевропейской языковой семье, что и греческий.

4. Моравская миссия

И, наконец, третья моравская миссия была направлена к южным славянам, жителям загадочной страны Великой Моравии. В 862 г. правитель Великой Моравии Ростислав попросил императора Михаила крестить свой народ и приобщить его к христианской письменности и культуре, что и было поручено св. Кириллу[8].

Император по-отечески призывал святого изобрести славянский алфавит: «Дед мой, и отец мой и иные многие искали их (т. е. буквы славянского алфавита) и не обрели…» Философ же сказал: «Кто может записать на воде беседу и (кто захочет) прослыть еретиком?» Отвечал же ему снова царь с дядей своим Вардой: «Если захочешь, то может тебе дать (их) Бог, Который дает тем, кто просит без сомнения и открывает всем стучащим"[9].

Кирилл подчинился и, помолившись вместе со своими сотрудниками (или единомышленниками[10]), сразу взялся за дело. И Бог, Который слышит молитвы своих рабов, быстро открыл ему (письмо), и тогда он изобрел буквы и начал писать слово Евангелия: «В начале бе Слово, и Слово бе у Бога, и Слово бе Бог» (Ин. 1, 1) и прочее».

Таким образом, именно во время третьей моравской миссии, обращенной к славянам, св. братья изобретают письмена. О чем это говорит? В те древние времена славяне были младшими братьями не только по отношению к утонченным византийцам, но и по отношению к арабам и хазарам, которые уже обладали своей письменностью. Главным делом Кирилла и Мефодия становится не столько проповедь среди культурно сложившихся иноверных народов, сколько проповедь среди меньших сих, среди тех, кто еще не обладал ни письменностью, ни сформировавшейся культурой. Согласно евангельскому повествованию верный в малом был поставлен над многим (ср. Лк. 19, 7). Так и славяне, приобщившись Православию, обогнали не только арабов и хазар, но в некотором отношении и самих византийцев…

5. 1-е крещение Руси

Время хазарской (860−861) и последующей моравской миссии (864−867) совпадает с удивительным событием — первым крещением Руси при св. Фотии. В начале патриаршества свт. Фотия после того, как Константинополь подвергся изнурительной осаде со стороны россов, была крещена часть русского народа, но неизвестно, какая[11] и где она обитала[12]. В интронизационном послании восточным патриархам 867 г. свт. Фотий оставил важнейшее свидетельство о 1-м крещении Руси: «…так называемый народ Рос — те, кто… подняли руки на саму Ромейскую державу… переменили языческую и безбожную веру, в которой пребывали прежде, на чистую и неподдельную религию христиан, сами себя с любовью поставив в положение подданных и гостеприимцев вместо недавнего против нас грабежа и великого дерзновения. И при этом… приняли они у себя епископа и пастыря и с великим усердием и старанием встречают христианские обряды"[13].

Хотя кажется, что св. братья не имели непосредственного отношения к этому событию, можно предположить, что они шли теми же путями по Южной Руси, что и епископ, посланный к россам. Их слово, пример, проповедь, способность постичь тайну славянской речи, загадочная встреча в Крыму — все подтверждает их глубочайшую внутреннюю причастность к тем событиям.

Нельзя не обратить внимания на тот факт, что о Кирилле и Мефодии мы узнаем только из славянских житий, а о первом крещении Руси — только из греческих источников. Не подтверждает ли он теснейшую взаимосвязь, которая существовала между святыми братьями и россами, своими братьями по вере? В следующем веке россы будут заново крещены, и это второе крещение, подготовленное проповедью святых братьев, будет вечно омывать бескрайние просторы нашей отчизны.

6. Духовное просвещение Руси

Параллелей между деятельностью св. братьев и духовным просвещением Руси можно провести очень много. Св. Кирилл и Мефодий многократно открывали славянскую письменность. Сначала в родных Фессалониках, затем в монастырском уединении, затем в Крыму, затем в Константинополе, готовясь к моравской миссии. Так и Русь многократно открывала свое сердце для того, чтобы принять эти священные письмена, чтобы принять запечатленного в них Христа.

Что сделали святые братья? Они 1) изобрели письмо, алфавит; 2) приобщили славян к духовной культуре Православия, сделав для них переводы Священного Писания, некоторых святоотеческих и богослужебных книг; 3) явили в своей собственной жизни пример святости, несения подлинных подвигов, борьбы за истину, стояния в правде и свободе.

6.1. Письменность

Из двух вышеописанных эпизодов мы узнаем, что славянская письменность начинается как письменность священная: первые переведенные слова — это начало Евангелия от Иоанна. Евангелие — это спасительная благая весть о Христе. «Шедше убо начите мир весь, крестяще их во имя Отца и Сына и Святого Духа» (Мф. 28, 19), «В начале бе Слово», — одновременно громогласно прозвучали евангельские слова о начале мироздания и о Боговоплощении. В то же самое время эта письменность боговдохновенная: «Бог, Который слышит молитвы своих рабов, быстро открыл (Кириллу письмо)». Начальные страницы крещения отдельного человека или целого народа — это опыт соработничества, молитвы, подвигов.

Возможно, что первоначально славянская письменность была глаголической, ее обозначали буквы, строившиеся на значимых в христианстве символах — круге, треугольнике и знаке креста. Потом она стала кириллической, более близкой к графике греческого алфавита. Хотя глаголическая письменность не имеет к Руси прямого отношения, ее символика была далеко небезразлична русскому человеку.

Круг, образ вечности, воспринимался святыми отцами как некий идеальный образ рая, Царствия Небесного, к стяжанию которого стремились и мудрецы и простецы, едва восстав от крещальной купели. Святая Троица, символом которой мог считаться треугольник, была особо почитаема на Руси, достаточно вспомнить ряд древнерусских Троицких храмов, который увенчивает Троицкий собор Троице-Сергиевой Лавры. Крест, один из наиболее почитаемых христианских символов, наименее нуждается в истолковании.

До сих пор мы пользуемся кириллицей, названной так в честь св. Кирилла. Равноапостольный муж был назван в монашеском постриге Кириллом в Риме, незадолго до своей ранней кончины в возрасте 42 лет. Но дело его, увековеченное в духовной и культурной традиции славян, в современных православных славянских странах связывается с кириллической письменностью. «Аз, буки, веди», — начинали учить славянский алфавит. Следующие три буквы — «глагол, добро, есть» — таинственно перекликались с божественным откровением св. Кирилла «В начале было Слово…», Которое часто именовалось Глаголом, и пророчески жгло сердца людей, попаляя грешников и воспламеняя к добродетельной жизни праведников…

6.2. Культура, переводы

Культурная традиция, заложенная святыми братьями, также в течение многих веков, вплоть до настоящего времени, остается основополагающей. Чем занимались святые братья в просвещаемых ими странах? Они основывали храмы, учреждали школы, центры книжности и образования. Храмовая архитектура, иконописные и фресочные изображения, монодийное пение, красота слова — все начинало давать плод сторицею. Кирилл и Мефодий сеяли на непаханной ниве, но их сеяние было ревностным и успешным. Они дерзновенно занимались духовным созиданием по слову Спасителя: «Жатвы много, делателей мало, молитесь убо Господину жатвы, да пошлет делателей на жатву свою» (Мф. 9, 37). Посеянному в Великой Моравии надлежало прорасти в Болгарии, а потом на Руси и в Сербии.

Одним из самых значимых элементов этой традиции стали священные переводы. Перевод — это передача первооснов на понятном и родном языке. Перевод — это не только книжность и ученость, это глубокая любовь не только к своему, но и к чужому, самопожертвование, готовность стать «всем для всех», по слову апостола Павла (1 Кор. 10, 22). Одними из первых на славянский язык духовными продолжателями св. братьев были переведены «Изложение веры» прп. Иоанна Дамаскина, «Слова против ариан» св. Афанасия Александрийского и многое, многое другое. О богатстве переводов на славянский язык с греческого ректор Московской духовной академии протоиерей Александр Горский писал: «[Появился] у нас богатый запас переводов отеческих писаний, какого не представляет ни одна древняя литература новых западных народов, у которых господствовали римская литургия и латинский язык"[14].

Этот богатый «золотой» запас был обильно пополнен в XIX в. трудами духовных академий, пополняется он и ныне силами преподавателей и выпускников духовных учебных заведений, владеющих древними языками. И здесь в Хабаровске после самоотверженых занятий преподавателей и студентов Хабаровской духовной семинарии, возможно, откроется источник святоотеческой мудрости, идущий от Византии, от св. братьев Кирилла и Мефодия, к сердцу современного русского человека…

6.3. Пример святости.

Стояние в вере святых братьев стало драгоценным примером для подражания. Неоднократно братья подвергались опасности потерять все, включая и саму жизнь. Когда во время всенощного бдения, в одном из греческих монастырей в Крыму, на монастырь напали венгры, св. Кирилл даже не пошевельнулся и продолжал петь «Господи, помилуй». Святые братья были судимы в Венеции за то, что насаждали духовную культуру на родном для славян языке. Св. Мефодий в течение многих лет пребывал в тюремном заточении. Отказавшись от родины, и тому и другому брату пришлось закончить свое земное бытие в далеких странах.

И русская история начинается с подвига святых страстотерпцев Бориса и Глеба, ее царский период завершается расстрелом семьи царственных страстотерпцев, страшными тотальными и бесчеловечными экспериментами, жертвами которых остаемся и мы с вами. Кириллица, хранимая веками, как некие Божественные глаголы, в одночасье оказалась языком народа, потерявшего Бога и веру в Него. Славянский язык оказался ненужным и забытым, пока не воспрянул вновь в новооткрытых церквах и храмах.

7. Русская государственность

В диалоге между императором Михаилом и св. Константином-Кириллом император, по сути, приказал изобрести славянскую письменность, хотя приказ этот был преподан в мягкой форме совета. Император словно уговаривает своего подчиненного, а подчиненный отказывается, убоявшись невозможности дела. Так или иначе, изобретение славянских письмен было не только церковной инициативой, но и государственным решением. В те времена между государством и Церковью было удивительное согласие, симфония.

Христианство на Руси развивалось, опираясь на государственные решения, принимавшиеся с учетом голоса Церкви. Князь Владимир принимает решение о крещении самого себя и своего народа. И все последующие князья и цари по преимуществу мыслили себя, и в действительности были, хранителями Православия. Византийский император Михаил III приказал изобрести письмена, а они были призваны к тому, чтобы эти письмена сохранить и преумножить.

Как можно преумножить письмена? Подобно евангельским хлебам, которыми были насыщены пять тысяч людей, письмена св. братьев Кирилла и Мефодия насытили славянские народы. «Не хлебом единым жив будет человек, но всяким словом, исходящим из уст Божиих» (Мф. 4, 4). Это слово, или глагол (???), неоднократно гремело на необъятных просторах нашей отчизны. Слово молитвы, слово утешения, слово любви, слово прощения. Правители основывали школы и университеты, поддерживали бедные монастыри, становившиеся оплотом святости и духовного окормления. В лучшие времена правители несли ответственность за материальное и духовное бытие своего народа.

Несомненно, что св. Кирилл и Мефодий, принесшие славянским народам в дар слово, положили это слово, разумность, мудрость в основание государственного строя тех народов, которых они укрепили в вере во Христа.

Русская история — это борьба, движение, созидание, проповедь, сеяние и хранение слова. Славянские страны, приняв свет веры Христовой, из далеких стали близкими, из чужих — родными, из диких — умиротворенными, из неверных — наипреданнейшими Христу. Они подтвердили эту верность во времена гонений. Сейчас — время возвращения к истокам, время исправления ошибок, время новых переводов и проповедей, обращенных к человеческих душам, заблудившимся в современном бездорожье и обретающим путь во Христе. В том, что это происходит, — великая заслуга святых братьев и всех тех, кто способствовал им, — император, их благодарная паства, братья славяне.



[1] Или монастыря на г. Сигриан в нескольких десятках километров от Олимпа.

[2] В течение своей светской и монастырской жизни Мефодий имел возможность непосредственного общения со славянами. За это время он мог приобщиться к начаткам славянского языка, общаясь со слугами-славянами своего отца друнгария Льва, со школьными друзьями и жителями Склавинии.

[3] Χρήστου Π. Κύριλλος καὶ Μεθόδιος, οἱ Θεσσαλονικεὶς φωτιστὲς τῶν Σλάβων. Θεσσαλονίκη, 1992. 20.

[4] Арабы уничижительно заставляли христиан рисовать на своих дверях диавола. Кирилл храбро объяснил этот унизительный обычай в пользу христиан — там, где диавол не изгнан вовне, он находится внутри (Житие Константина 6). Константину, проявившему тогда немалое мужество, было не более 29 лет.

[5] Хазарская миссия была осуществлена в рамках более планомерной миссионерской деятельности, которая стала вестись при храме св. Апостолов под руководством св. Константина.

[6] В этой миссии старший брат Мефодий подчинялся младшему брату Константину.

[7] Житие Кирилла 8.

[8] Житие Кирилла 14.

[9] Там же.

[10] С теми, «кто были таких же мыслей, как и они» (Житие Мефодия 5).

[11] Голубинский считал крещеную Русь тмутараканской, Васильевский — населенной таврическими готами. Россейкин полагал, что эта Русь переселилась из Киева в Причерноморье, а Ф. И. Ус­пенский, что св. Фотий в послании 867 г. имел в виду сообщение св. Кирилла об успешной проповеди в Сев. Причерноморье во время хазарской миссии. Согласно мнению О. Никона (Лысенко) Русь обитала в Приазовье и в районе Нижнего Дона.

[12] Киев или некое место в Причерноморье.

[13] PG 102, 736−737 (рус. пер. П. Кузенкова).

[14] Горский А. В. прот., Невоструев К. И. Описание славянских рукописей Московской (Патриаршей) Синодальной библиотеки. Отд. 2. Ч. 2. М., 1859. С. VI.

http://bogoslov.stack.net/text/302 174.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru