Русская линия
Православный Санкт-Петербург Вера Гориславец12.05.2008 

Долюшка женская
11−17 мая — неделя святых жён-мироносиц

Женщина «спасётся чрез чадородие, если пребудет в вере и любви и в святости с целомудрием» (1Тим.2:15), — говорил св.ап. Павел. И сразу в воображении рисуется задушевная картина: женщина с добрыми глазами и ласковыми руками матери, окружённая множеством детей. А вот те же кроткие глаза на лице, обрамлённом апостольником. Монашеское служение — второй путь, дарованный Господом женщине. Но если Господь не одарил детьми и не сподобил принять постриг? Уделом женщины остаётся любовь — к родным и близким, к супругу. Та самая любовь, о которой говорил ап. Павел: «Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится» (1Кор.13:4). Полноте, да есть ли в наше суматошное, греховодное время такие женщины? Есть. Именно с такой тихой, ласковой женщиной, посвятившей свою жизнь, все свои помыслы и заботы мужу, свела меня недавно судьба. Знакомьтесь: Вера Емельяновна ГОРИСЛАВЕЦ.

СИРОТСКИЕ СЛЁЗЫ ГОСПОДЬ ОСУШАЕТ

— Наверное, терпению и верности долгу я научилась у мамы — Ольги Ивановны, получившей закалку на фронте. Она — сержант медицинской службы — всю войну проработала на военно-санитарном поезде N162 и Победу встретила в Берлине. Конечно, война не прошла даром, в последние годы мама долго и тяжело болела. Я училась тогда в 8-м классе и пообещала: «Мамочка, я обязательно выучусь на врача, вылечу тебя и увезу отсюда». Мы жили в многосемейной коммуналке, и я всё порывалась уехать. К сожалению, мечте стать врачом не суждено было сбыться. После смерти мамы мне пришлось устроиться на работу, чтобы зарабатывать на жизнь, а заочного отделения в мединституте не было.

Я поступила в техникум лёгкой промышленности, и меня отправили в профилакторий, чтобы немного подлечить и подкормить. Там одна старая нянечка, застав меня как-то в слезах, стала участливо расспрашивать. Выслушав, посоветовала: «Сходи, милая, в храм, помолись. Сиротские слёзы втройне Господом одариваются». С тех пор я стала часто ходить в церковь. Дома поставила на видное место оставшуюся в наследство от мамы четверочастную иконку, на которой были Воскресение Христово, «Неопалимая Купина», Свт. Николай Чудотворец и св. целитель Пантелеимон.

Жить было тяжело, иной раз ночь напролёт не сплю, всё думаю, как лучше поступить в том или ином положении. Слава Богу, что у меня была крёстная — мамина сестра. Бывало, прибегу к ней, тётя Лена меня рядом посадит, обнимет, по голове погладит, поплачет со мной вместе, и глядишь — на душе полегчало, появляются силы жить дальше. Великое это благо — родная душа.

Вера не стала врачом, она стала женой известного в Петербурге врача — полковника медслужбы Владимира Андреевича Гориславца, долгие годы поддерживавшего здоровье о. Николая Гурьянова.

«ПО МОРОЗУ БОСИКОМ К МИЛОМУ ХОДИЛА»

Так в песне поётся, но Вере, слава Богу, босиком бегать по снегу не пришлось. Впрочем, до этого было уже недалеко…

— С Володей мы познакомились на танцах в клубе Военно-медицинской академии, — от дорогих сердцу воспоминаний улыбка осветила лицо Веры Емельяновны. — Мне посоветовал сходить туда папа — Емельян Петрович. Я была послушной дочкой, хотя папа давно уже жил отдельно, — пошла. 34 года с тех пор минуло, а помню, будто всё произошло только вчера. Меня пригласил на танец высокий красивый юноша, а потом пошёл проводить до дома. Кружился снег, а я была в туфельках — сапоги купить было не на что — и думала только о том, чтобы мой провожатый не обратил на это внимания. Но Володю моя бедность не испугала, и спустя некоторое время мы решили пожениться. Родители Володи приняли меня, как родную, хотя я заметила на их лицах лёгкую тень безпокойства. Ситуацию прояснила бабушка: «Верочка, Володя учится на втором курсе Военно-медицинской академии… Можно, чтобы он доучился и стал преподавателем?» Эти слова тронули меня, и я дала слово, что Володя обязательно выучится, а я буду работать. Я считала, что это — мой долг за сердечное отношение ко мне. Долгие годы я даже не заикалась о собственном учении. Правда, потом я несколько раз говорила, что хотела бы поступить в мединститут, но Володя отвечал, что одного диплома врача на нашу семью вполне достаточно. Что ж, му? жнино слово — крепкое слово, я смирилась.

«ПОДОЙДИТЕ КО МНЕ ТОЛЬКО ВЕНЧАННЫЕ»

Как-то раз мы поехали в храм Рождества Пресвятой Богородицы в с.Рождествено. И нас, впервые там появившихся, настоятель о. Владимир Ноздрачёв принял так торжественно и радостно — расцеловал, поставил на клирос, и мы стали подпевать церковному хору. После службы батюшка поинтересовался: «Вы венчаны?» — «Нет». — «Значит, 10 мая, сразу после поста, приезжайте, повенчаю». Это было в 1992 году, после 18 лет супружеской жизни.

— Что чувствовали, когда над вашими головами по православному обычаю держали короны во время венчания? Больше ответственности пред Господом? Ощутили, что соединены теперь навеки?

— Всё произошло так быстро… Понимание важности происшедшего пришло гораздо позднее. Но моё сердце и до этого знало, что Володя — один и на всю жизнь. Хотя бывали с моей стороны и ропот, и гордыня: жизнь прожить — не поле перейти, всякое бывает, даже если люди очень любят и дорожат друг другом. После венчания всё отпало, как шелуха. Осталось цельное непорченое ядро — любовь, семья.

Вскоре после венчания Господь привёл нас на о. Залита к старцу Николаю. Дело было так. Мы пригласили на мой день рождения нашего батюшку Владимира Ноздрачёва с матушкой Людмилой. Но они уезжали к о.Николаю. Я дерзнула попросить: «Если будет местечко, можно и мы с Володей поедем?» Место нашлось.

Старец вышел к нам, сказал: «Подойдите ко мне только те, кто венчанный». Когда я приблизилась, он шепнул: «Хорошо, Верушка, что вы с мужем повенчались». Потом батюшка попросил: «Рассказывайте всякий о себе». И люди вдруг стали выкладывать всю подноготную правду о себе, ничего не приукрашивая. Старец каким-то чудом знал, кому какой вопрос задать. А я впервые задумалась: а каково это будет на Страшном Суде, когда ничего не утаить, и все твои дела и мысли известны, и за всё придётся дать ответ… О многом эта встреча заставила задуматься.

«СО СВЯТЫМИ УПОКОЙ…»

Выбрав минутку, я подошла к о. Николаю, сказала, что мой дедушка умер. Он как вскрикнет: «Протоиерей!» Я торопливо рассказала, что дедушка, Иван Егорович Тихоновский, действительно был священником в д. Пасынково Ярославской области, но в 1935 году был репрессирован. Осталось пятеро детей, среди них и моя мама. Бабушка, Агапия Ефремовна, через год после того умерла, дети пошли по миру… кого-то в детдом определили, кто-то котлы мыл за чашку похлёбки. Выслушав, старец помолился, пропел «Со святыми упокой…» и мне велел крепко молиться за дедушку — раба Божия Иоанна.

НЕ МЕСТО КРАСИТ ЧЕЛОВЕКА, А ЧЕЛОВЕК МЕСТО

Я работала в Скандинавской школе, где дети изучают английский, шведский и финский языки, когда мне предложили работу в Финляндии, с последующим обучением в Англии. Заманчивое предложение, но… Отпугивало, что меня будут окружать люди иной веры, да и Россию не хотелось покидать — тоска заела бы. А тут ещё друг Володи решил венчаться с женой, прислал приглашение. Посмотрела я, а венчание назначено на тот же день, когда я должна в Финляндию ехать. Что делать? И тут Господь посылает нам вторую поездку к старцу Николаю. Батюшка встретил нас ласково и… благословил ехать на венчание. Я в растерянности крутила в руках направление в Финляндию, как старец вдруг благословил меня работать в Скандинавской школе. Вот вопрос и решился. А уж когда мы вернулись в Петербург, о. Иоанн Миронов мне сказал: «Пока с работы не гонят, сама не уходи».

Так и живу, слушаясь духовного отца Иоанна Миронова и Богом данного мне мужа. И тем счастлива.

Записала Ирина НИКОЛАЕВА

http://pravpiter.ru/pspb/n196/ta010.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru