Русская линия
Нескучный сад Алексей Реутский08.05.2008 

Свобода для всех

Можно ли почувствовать себя свободным, будучи запертым в психоневрологическом интернате с тяжелым душевным недугом, брошенным близкими в больничной палате в глубокой старости или находясь в тюремных узах? Можно, если вы верите в Бога. Потому что настоящее ощущение свободы приносит только радость общения человека с Богом. Этой радостью со своими подопечными стараются поделиться прихожане Преображенского храма удмуртского села Ягул и их настоятель прот. Михаил Карпеев.

Две лиственницы на могиле священника Михаила Елисеева и его супруги Татьяны видны издали. Они были расстреляны большевиками в 1919 году, у северо-восточной стены Преображенского храма удмурдского села Ягул наряду с другими «врагами советской власти». Стена до сих пор хранит отметины от пуль. В этом храме о. Михаил служил настоятелем. «Но вы пока не найдете их среди прославленных новомучеников, — говорит нынешний настоятель Преображенского храма прот. Михаил Карпеев. — Для прославления нужно работать с архивами, собирать документы, а у нас на это, к сожалению, пока нет времени». 10 лет назад, когда батюшку назначили на этот приход, здание храма, перекроенное изнутри кирпичными стенами служило одновременно сельским клубом, детской комнатой милиции, парикмахерской и загсом. Отсутствовали колокольня и купольная часть. Реставрацию вверенного ему храма отец Михаил начал одновременно со служением в психоневрологическом интернате соседнего поселка Нагорный и двух близлежащих колониях строгого режима. На вопрос, как удается ему все совмещать, батюшка отвечает: «Помните слова: „Был болен и вы посетили Меня; в темнице был, и вы пришли ко Мне“ (Мф., 25,36). Я понял так, что они адресованы и ко мне тоже. А раз сказано — нужно делать. Да и не один я, мне помогают мои прихожане».

Обои для зоны

«Когда вы приходите в исправительную колонию с открытым сердцем и желанием нести слово Божье, нужно помнить, что вас на этом пути подстерегают серьезные испытания. Прежде чем довериться вам, заключенные сначала будут испытывать вас „на прочность“, чтобы узнать: боитесь вы их или нет, пришли, чтобы честно и откровенно поговорить о волнующих духовных проблемах или „для галочки“? — говорит о.Михаил. — Например, рассказываешь что-то им, а один все время перебивает, глупые вопросы задает, старается вывести из себя. Если на этого провокатора среагировал — потеряешь к себе уважение».

Но бывает, в назидание, Господь сам наказывает любителей посмеяться над Ним.

Несколько лет назад один из осужденных захотел креститься второй раз. Как он это объяснил: «ради хохмы». На предостережение товарищей только рукой махнул: «Чепуха, обойдется». Отец Михаил ничего не знал об этом и крестил его повторно. Через некоторое время у насмешника открылась мучительная язва на боку. Из больницы написал батюшке, что раскаивается, хочет исповедаться и причаститься перед операцией. О. Михаил съездил к нему. Вскоре этот человек умер. Ему не было и сорока лет.

«Есть и такие, кто пытаются использовать вас в своих целях, например, просят передать на волю письмо. У нас был такой случай. За это администрация запретила нашему добровольцу посещать колонию, — продолжает о.Михаил. — Человек хотел доброе дело сделать, а получилось наоборот. Есть среди заключенных такие, кто постоянно везде пишет письма с просьбой прислать им молитвословы и духовную литературу. В моей практике был случай, когда один попросил даже несколько рулонов обоев, якобы чтобы обклеить стены в храме колонии. На самом деле, все это зэки обменивают на нужные для себя вещи. Молитвослов может запросто уйти за пачку сигарет. Поэтому перед тем как отправить посылку, лучше поговорить с батюшкой, посещающим эту колонию.

Но к счастью среди заключенных есть и такие, кто искренне стремится к Богу. Благодаря им мы чувствуем, что приходим сюда не напрасно».

Например, когда в обеих колониях строились храмы (в этом о. Михаилу удалось убедить администрацию обеих колоний), часть зеков с большим усердием помогала в этом деле. Ведь в их среде авторитетней тот, кто сильней духовно, а не физически. «Верующего человека труднее «размазать по стенке», подмять под себя. Кроме того, в храме осужденный чувствует себя свободным человеком. Может спокойно помолиться. Никто не допекает и не кричит на него, — говорит доброволец Сергей Б. — Кого-то это раздражает. Был случай, когда один из «блатных» заявил старосте храма: «Я к вам «опущенного» в храм запущу, он все иконы перецелует и осквернит их». И услышал в ответ: «Странный ты, от иконы только освятиться можно, а не оскверниться». «Блатной» так растерялся, что даже не нашелся, что на это ответить.

«К сожалению, осознание, что раньше они подходили к Чаше без должного смирения и понимания, это приходит к осужденным лишь через несколько лет, — продолжает о. Михаил. — И были даже случаи, когда зэки благодарили Бога, что их посадили, иначе бы они ничего не поняли, продолжали так же грешить и совсем погибли бы».

Дела милосердия привлекли к о. Михаилу и ребят из движения «Православная молодежь Удмуртии». 10 молодых людей вместе с ним посещают колонии и психоинтернат, хотя духовно окормляются в других храмах.

По мнению прихожан Преображенской церкви, в этом нет ничего удивительного. У о. Михаила талант объединять вокруг себя людей на добрые дела. Это происходит оттого, что он сам никому никогда не отказывает в помощи и в этом случае очень скор на подъем. Поэтому вокруг него собираются такие же отзывчивые люди. У них разные профессии и имущественное положение, но ни одно обращение о. Михаила к прихожанам не оставалось без ответа. Например, при храме живет семья русских беженцев из Таджикистана. Приход обеспечил их жильем, работой, продуктами, вещами, предметами быта и необходимой мебелью. Сейчас прихожане помогают этой семье в оформлении российского гражданства. У Преображенского храма так же есть свой сайт (http://yagul.orthodoxy.ru/), где публикуются объявления с просьбами о помощи людям, оказавшимся в трудной жизненной ситуации (последнее — о помощи мальчику-инвалиду 14 лет). Узнав о социальной работе Преображенского прихода, известный военный конструктор Михаил Тимофеевич Калашников (который живет в Ижевске) пожертвовал в храм напрестольный крест.

Учат тепло и ласка

Психоневрологический интернат в поселке Нагорный состоит из двух отделений. В первом живут пациенты со слабой формой олигофрении. Второе отделение интерната называется «Милосердие». Здесь живут старики и страдающие тяжелой формой олигофрении. Ольга Федоровна Зорина по благословению о. Михаила ведет воскресную школу для больных в первом корпусе около полутора лет. «Наши занятия длятся не более 40 минут, на них собирается 15−20 человек. Каждый раз они встречают меня всей гурьбой, и прежде чем начнется занятие, мы несколько минут обнимаемся с девушками и обмениваемся рукопожатием с юношами (многие обитатели интерната, хоть люди и взрослые, выглядят на 15−20 лет моложе своего возраста). У многих есть близкие люди, но приезжают они редко. Если на своих занятиях я вижу сияющее от счастья лицо, то понимаю, этого человека навестили родные. Поэтому потребность в душевном тепле, любви и ласке у моих учеников особенно обострена. И я стараюсь, как могу каждому из них проявить внимание. Как-то раз моя предшественница угостила весь класс вареньем, и один из ребят свою радость выразил так: «Ой, Валентина, как у мамки побывал!»

В основе программы лежит церковный календарь. Подопечные Ольги Федоровны очень живо переживают все евангельские события, иногда даже поправляют ее, но особенно любят слушать и обсуждать Рождество Христово, чудеса Спасителя, заповеди блаженства, притчи о блудном сыне и о любви к ближнему.

«Мы выучили несколько молитв: «Верую», «Богородице, Дево, радуйся» и 90-й псалом (у людей с олигофренией плохая память, но если регулярно повторять, они запоминают). Некоторые просят принести им Библию, Закон Божий, рассказы о святых, — продолжает наша собеседница. — Однажды темой нашего занятия было иконоборчество, меня попросили разъяснить, почему православные в отличии от протестантов почитают иконы. С этого момента я поняла, что мои ученики отнюдь не бездумно воспринимают все, что я им рассказываю, им хочется более глубоко разбираться в Православии. Иногда на этих занятиях я слушаю истории об их личных переживаниях, бывает, жалуются, что к ним долго никто не приезжает из близких. Порой кто-то обращается за поддержкой: «Вот он матерился вчера, скажите ему, что это же не хорошо» или «Скажите батюшке, чтобы помолился обо мне — мне плохо». Если я долго не приезжаю из-за болезни или каких-то дел, то скучаю по интернату».

Дверь во второй корпус всегда закрыта на ключ. Если у больных первого корпуса есть возможность выходить на улицу, работать на огородах и возиться с поросятами на скотном дворе, то жители второго никогда не покидают его стен. Именно туда в первую очередь идут о. Михаил и добровольцы, когда приезжают в интернат.

Пока батюшка готовится к молебну, добровольцы-«преображенцы» одевают крестики на тех больных, кто их потерял (что случается весьма часто) и заново клеят на стену бумажные иконы (после молебна больные их часто срывают).

Во время молебна напряжение и суровость на лицах бабушек постепенно сменяется умиротворением. Гнетущая душу атмосфера душевной болезни, охватывающая вас, едва вы переступаете порог интерната, постепенно рассеивается. Сердце сжимается от острой жалости и сострадания к этим людям, рядом с бедой которых ваши собственные проблемы кажутся ничтожными. Всеобщее оживление вызывает окропление святой водой. Чтобы набрать ее про запас, кто-то бежит за своими кружками. Пока о. Михаил обходит палаты с лежачими больными, добровольцы раздают всем сладости. Некоторые бабушки и старики просят развернуть им конфеты (от старости не слушаются пальцы). Кто-то жалуется на боль в перебинтованной руке, кто-то на «колдунью» из соседней палаты, наложившую «заклятье», кто-то просит привезти лекарства или мазь для суставов (хотя, по словам медперсонала, старики имеют все необходимое), а кто-то сетует, что у нее украли бумажную иконку или книжку о святых с красивыми картинками (тумбочки не запираются и больные, бывает, таскают друг у друга разные вещи). «Им очень важно, чтобы кто-то их выслушал, пожал руку, улыбнулся, сказал несколько теплых слов, посочувствовал», — говорит доброволец Ольга Лунина.

Добровольцы бывают в интернате раз в два месяца (не считая больших церковных праздников). Там их всегда ждут и просят приезжать почаще. Но пока это невозможно, автобус до Нагорного ходит три раза в день и всегда битком набит.
Нескольким добровольцам я задал один и тот же вопрос: зачем они приезжают в психоинтернат, ведь там такая тяжелая обстановка, что ко многим больным даже не ездят близкие люди. Одни говорили — «по просьбе батюшки», другие — «это мое покаяние за грехи прошлой жизни», а одна девушка ответила: «Так я борюсь с собственным унынием. Говорят же, если на душе плохо, найди того, кому еще хуже, позаботься о нем и станет легче».

Откуда берутся алтарники?

Римма Вьюгина вместе с мужем Сергеем в числе 20 добровольцев, регулярно приезжает в психоневрологический интернат. Она — иконописец-реставратор. «Как-то я спросила батюшку, откуда у него в храме берутся алтарники — эти чистые мальчики и юноши, живущие в нашем полном соблазнов нецерковном мире. Он просто ответил: Бог посылает. Точно так же я могу и объяснить, как в нашем храме появились люди, готовые отозваться на батюшкин призыв помочь другим, — говорит Римма. — У меня были серьезные проблемы со здоровьем, а врачи все никак не могли поставить диагноз. Я стала расспрашивать батюшку, что мне делать, кому молиться или в какой монастырь поехать, чтобы получить облегчение и, может быть, исцеление. Он выслушал меня, а потом спросил: а у вас не онкология? И подарил мне икону „Всецарицы“. Врачи скоро назвали мне именно этот диагноз, сказав, что не проживу больше трех месяцев. В это время я реставрировала очередную икону для нашего храма. Иконы приносят к нам утраченными почти на 90%, иногда лики искромсанны ножами и гвоздями, либо в виде вязанки досок. Муж склеивает их по досочкам, а потом уже подключаюсь я (Вьюгины не берут плату за свою работу, ими возвращено к жизни 15 больших храмовых икон. — А.Р.). И я подумала — кто же будет реставрировать, если меня не станет? Я стала молиться „Всецарице“, обратилась за молитвенной помощью к батюшке и нашим прихожанам. Бог даст, еще поживу и осуществлю свою мечту — храм распишу».

В настоящее время львиная доля работ по реконструкции храма уже проделана. Но нужно восстанавливать купол и колокольню, провести газ. Три года назад, когда храм уже был готов к росписи, случился пожар. Пожарные залили водой весь чердак. Вся подготовительная к росписи работа оказалась напрасной, нужно все начинать сначала. В надежде, что Господь не оставит их, члены Преображенского прихода ежедневно читают акафист разным святым, и не бывает дня, чтобы эта молитва прерывалась.

Для тех, кто остался неравнодушен к судьбе храма и может, помочь сообщаем адрес и реквизиты прихода храма Преображения Господня:

427 018, Удмуртская Республика,
Завьяловский р-н, село Ягул
Ул. Холмогорова, 1 Б
Тел.(3412) 62−87−46

ИНН 1 808 690 371,
КПП 180 801 001,
ОКВЭД 91.31
ОКПО 43 656 900
р/с 40 703 810 100 010 000 384
в ОАО «Мобилбанк» г. Ижевск
к/с 30 101 810 600 000 000 000,
БИК 49 401 825
http://www.nsad.ru/index.php?issue=9999§ion=10 017&article=914


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru