Русская линия
Фома Алексей Соколов03.04.2008 

Качество и количество
Чего Церковь хочет добиться своей молодежной политикой?

Прошедший в Москве XII Всемирный русский народный собор эксперты уже успели назвать одним из наиболее актуальных. Основной его темой стали проблемы современной молодежи, и это вновь обострило споры вокруг того, насколько Церковь готова сегодня идти навстречу молодым людям и что она может им предложить.

Характерно, что особое внимание прессы вызвали прошедшие на Соборе секции по фантастике и компьютерным играм. Для многих светских журналистов сами эти слова в устах представителей духовенства показались невероятными. Вывод «желтой» прессы был однозначен — Церковь катастрофически теряет прихожан, а потому готова благословить что угодно, лишь бы привлечь к себе молодежь.

На самом деле, все гораздо сложнее.

Как таковой проблемы полного отсутствия в храмах молодежи сегодня уже нет. Поток молодых людей, приходящих сегодня в Православие, нельзя назвать масштабным и бурным, но он устойчив в течение уже многих лет. И касается это не только Москвы, но и других крупных городов.

— В целом, молодежь в Церковь идет. Нельзя сказать: больше или меньше, последние годы поток этот довольно стабилен, — рассказал «Фоме» об обстановке в своем регионе руководитель молодежного отдела Новгородской епархии священник Сергий Золотарев. — Надо также отметить, что воцерковляется сегодня, в первую очередь, определенный тип молодых людей, преимущественно студенчество, причем именно из высших учебных заведений. Чаще всего это думающие серьезные люди, которые ищут ответы на сложные вопросы и находят их в христианстве. В деревенской же и рабочей среде ситуация действительно сложнее. Ни для кого не секрет, что в сельских приходах основу составляют пожилые люди.

В России сегодня есть своя церковная молодежь и есть молодежь, находящаяся в движении к Церкви. При этом, вопреки былым атеистическим агиткам, христианство вовсе не является врагом всего нового, а потому в основной своей массе молодые православные интересуются той же литературой, тем же кинематографом и теми же компьютерными играми, что и их нецерковные сверстники. Своим весьма многочисленным примером они свидетельствуют: тема полного запрета на современную культуру в официальной церковной традиции не стояла и не стоит.

Зато существует вопрос пределов.

Что полезно для души христианина, а что нет? Где безобидное увлечение компьютерными играми перерастает в игроманию? Какие подводные камни таит в себе воспитание подростков на современной фантастике?

И, разумеется, наоборот: что может современная культура дать христианину? Чтение фантастики — это лишь отдых и развлечение или еще и повод для серьезных размышлений?

Говорить о христианском отношении к современной литературе, компьютерным играм, музыке и неформальным движениям — означает пытаться понять эти явления и оценить их с точки зрения христианства. Именно здесь возникает особое поле для миссионерства.

Начиная разговор о рок-музыке или компьютерных играх, Церковь выходит на актуальное для молодых людей поле. Но она не спешит занимать на нем одну из существующих позиций: со всем соглашаться или, напротив, все проклинать. Она дает свою особую оценку, говорит о различных явлениях культуры с христианской позиции. Православие предлагает свой путь, путь против течения, трудный, но интересный. Именно это привлекает к ней молодежь.

Если же Церковь действительно начнет благословлять любое явление культуры, лишь бы увеличить число своих молодых прихожан, вряд ли это приведет к каким-то позитивным явлениям. Во-первых, начав по-сектантски обманом заманивать людей в храмы, не удастся сделать из них настоящих христиан. А, во-вторых, постоянное соглашательство вряд ли покажется привлекательным постороннему человеку.

http://www.foma.ru/articles/1527/

Эту статью обозревателя «Фомы» Алексея СОКОЛОВА согласился прокомментировать для нас председатель комиссии по духовно-нравственному просвещению и миссионерской работе Всероссийского православного молодежного движения диакон Михаил ПЕРШИН: «Цена молодежи: неубитые ежики»

ЦЕНА МОЛОДЕЖИ: НЕУБИТЫЕ ЕЖИКИ

Председатель комиссии по духовно-нравственному просвещению и миссионерской работе Всероссийского православного молодежного движения диакон Михаил Першин комментирует статью Алексея Соколова «Качество и количество»:

Больше всего те, кого мы называем молодежью, боятся выйти в тираж. Не бывает «молодежи» вообще. Это всегда Катя, Саша, Володя, Наташа, Ира, Вадик… Люди, а не численность.

Был такой мультик про козлика, который хотел всех зверушек посчитать, а те в ответ хотели заделать ему «козью морду». И правильно хотели: представьте, живет себе поросенок, и вдруг ни за что ни про что обзывают его «номером один», а теленка — «номером два», и так далее. Был он хрюшей со всей своей поросятостью и вдруг стал штакетиной в каком-то заборе — кому понравится?

Человек не любит, когда его используют. Быть «человеческим ресурсом», винтиком в чужой конструкции — вот что раз и навсегда отталкивает от даже самой лучшей из идей. Когда-то Кант так выразил эту общечеловеческую нравственную интуицию: человек может быть только целью того, что мы делаем, но никак не средством.

По слову митрополита Антония Сурожского, мы Богу не нужны, мы Богу желанны.

Такова позиция Церкви. Она — для людей, в том числе и детей, а не люди для отчетности, проведения крестных ходов и прочих «мероприятий». Только в этом случае те смыслы, которые ассоциируются со словом Православие, будут не отталкивать от Бога, а приближать к Нему.

Какова же «цена молодежи»?

Вес мы измеряем в килограммах; эталонная платиноиридиевая гиря хранится в Международном бюро мер и весов в Севре под Парижем. Расстояние — в метрах; эталон этой единицы измерения — там же. Стоимость вещей — поговаривают, что в убитых ёжиках. У.Е. они и есть У. Е… А любовь? Измерима ли она? И если да, то каким образом? Многие считают, что нет.

Однако мера любви существует. Это то, что любящий готов отдать ради любимого. Что это будет: шпаргалка, сникерс, букет, стиральная машина, ключи от квартиры? Предел любви — отдать себя. В этом смысле любовь самоубийственна. Я больше не для себя живу — у меня есть рот, и я в него ем, — а для другого. Если я люблю, фокус моей жизни вынесен за ее пределы к ее смыслу.

Вот почему Иоанн Богослов вправе свидетельствовать, что Бог есть Любовь. Иоанн — из числа тех, кто стоял у Креста: И мы познали любовь, которую имеет к нам Бог, и уверовали в нее. Бог есть любовь, и пребывающий в любви пребывает в Боге, и Бог в нем.

Соответственно, такова цена и нашей молодежи, место, время и обстоятельства ее приобретения для жизни вечной.

А стало быть, нет таких вещей, которые не стоило бы сделать, чтобы не зря Господь приносил Себя в жертву.

Надо идти к нашим детям, к нашим ребятам и девушкам, искать слова и жесты, и начинать разговор. Через рок, через интернет, через походы, спорт, лекции, встречи, беседы. Не гнушаться ими, а хотя бы им сопереживать и сочувствовать. Они такие, какие они есть. Других не будет.

http://www.foma.ru/articles/1528/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru