Русская линия
Известия Юрий Снегирев01.04.2008 

«Отмолили мы, не будет конца света»
Под этим лозунгом часть сектантов из Погановки выходят из промокшей пещеры

Случилось чудо. Из знаменитой на весь мир рукотворной пещеры под пензенской деревней Погановка вышли люди. Напомним, 39 человек с 24 октября прошлого года ушли под землю дожидаться конца света. Апокалипсис был намечен на май.

Но пещере пришел конец раньше, чем всему свету. Вешние воды подмыли ее, и землянка обвалилась. Первые семь человек поднялись на поверхность. Среди оставшихся произошел раскол. Почти половина затворников готова покинуть место заточения. Но из-за остальных они не могут выйти. Тем временем своды пещеры грозят рухнуть в любой момент.

Подземные сидельцы — здесь их называют погановцы — вышли на свет божий в пятницу, когда Погановку накрыли сумерки. Женщины несли пакеты с личными вещами и клетку с попугаем. Сопровождал процессию их духовный наставник и по совместительству пациент местной психиатрической больницы «отец» Петр. Благодаря его «учению» в Погановку съехались со всех концов страны и из Белоруссии люди и добровольно вырыли себе место заточения.

Петру уже перестали колоть препараты и специально привезли в овраг, чтобы он в очередной раз попытался выманить свою паству из-под земли. Местные милиционеры уверены: «отец» уже сообразил, в какую переделку он попал: в отношении него завели уголовное дело по статьям «Возбуждение ненависти или вражды по национальным или религиозным признакам» и «Создание религиозного объединения, деятельность которого сопряжена с насилием над гражданами». Так что он активно сотрудничает с администрацией и правоохранителями.

— Петька? Да он нормальнее нас с вами! — заявил мне один сотрудник милиции из оцепления. — Я его в Пензу вез на своей машине, когда вся эта каша заварилась. Без наручников. И не убежал ведь.

В ближнем отсеке — новый лидер с ружьем

В пещере по-прежнему находятся четверо детей. Слава богу, они здоровы, а самую маленькую девочку (год и восемь месяцев) мать продолжает кормить грудью. Те, что постарше, — качаются на качелях, которые затворники соорудили прямо под землей.

Благодаря вышедшим стало известно и точное число подземных сектантов. Их вместе с покинувшими «кельи» женщинами 39 человек. Фамилии правоохранительным органам известны, но не разглашаются по просьбам самих сектантов.

Замечу, что условий, при которых они поднимутся на свет божий, у погановцев много. Главное, которое выдвинули подземные жители, было беспрепятственное проживание в молельном доме вместе с Петром. И никакой прессы! Местные власти готовы исполнить любые капризы, лишь бы не случилась какая трагедия. Так что монашки обитают сейчас в покосившейся избушке на окраине Погановки. Петр с ними. Свободно передвигается по деревне и даже с лопатой в руках помогает расширять обрушающийся вход в пещеру. Он хитро улыбается, в очередной раз проходя мимо меня. На все просьбы о разговоре он не реагирует, как и его паства. Хотя матери недавно сказал: «Видишь, я стал знаменитым!»

А вот с журналистами пока ничего не получилось. Они оккупировали противоположный склон оврага и ни в какую не собираются убираться. Владимир Провоторов, глава Бековской администрации, который все три зимних месяца вел переговоры с подземельем, охрип, гоняя моих братьев по перу. Его понять можно.

Под землей сейчас сложилась критическая ситуация. После обвала пещера разделилась на две части. Ближнюю — откуда вышли женщины и где все еще находятся 14 послушников — и дальнюю. Там засел новый лидер Виталий Недогон с охотничьим ружьем. В этом «отсеке» сидят 18 человек. И выйти на волю оттуда нельзя, и любые попытки докопаться до нее приведут к новому обвалу, а возможно, и к гибели сидельцев, а с ними — не забывайте — маленькие дети. В субботу одна женщина оттуда попросилась наружу, но милиционеры не смогли ей помочь. Чтобы вызволить «дальнюю» группу, надо сперва выпустить «ближнюю». А ее обитатели затягивают переговоры. Уже несколько раз они брали время на раздумье, а когда подходил час X, начинали печь лепешки, отговаривались, что у них трапеза, они «не принимают».

Сейчас профессиональные переговорщики придумали новый ход для несговорчивых. К ним планируют подослать двух вышедших из подземелья женщин. Говорят, что «отец» Петр у сидельцев уже не котируется. Зато две сподвижницы в большом авторитете. Их-то как раз и учат, что нужно сказать, как правильно вести себя с братьями и сестрами по вере. Женщины слушают, а потом уходят в свой дом.

Из двери высунулась рука и схватила ведро

Говорят, «официальная» версия выхода семи затворниц на свободу вовсе не паводок. Монашки объясняют: мир спасли, конец света отмолили. Стало быть, миссия выполнена и пора зажить мирской жизнью.

Первую ночь на воле сектантки провели при свечах. Бдели до рассвета, периодически помаливаясь. Утром сердобольные соседи принесли полведра парного молока и ведро картошки. Из трубы повился дымок, и запахло жареным. В обед монашки попросили еще картошки. Я мигом слетал к соседям и купил ведро. Через милиционеров отправил провизию. Каюсь, смутно надеялся если не на интервью, то хотя бы на человеческую благодарность. Из двери с прибитым деревянным крестом высунулась рука и схватила ведро. Потеряв всякую надежду на контакт, я закричал: «Ведро верните!» Через минуту та же рука вернула тару и дверь с треском захлопнулась.

Молельный дом обнесен милицейской лентой. Его охраняет пензенский ОМОН. На машине, правда, у них написано «медслужба». Журналисты шутят: точно «по профилю» приехали. Милиционеры во дворе развели костерок и чаевничают.

— Кого охраняете? — спрашиваю омоновцев. — Их от нас или наоборот?

— Да сами не поймем. Сухпайка нет. Смены нет. Сигареты кончились…

— Намек понял!

Пока мы курили, дверь молельного дома приоткрылась, и бледная как смерть монашка в черном платке вышла на двор. Она осмотрела пространство и, не обнаружив телевизионщиков, пошла в сарай. На милиционеров реагировала как на деревья или забор. Следом появился Петр. Он был недоволен и все время ругался:

— 250 килограммов моченых яблок поморозили! — сокрушался он. — Надо было их с собой взять! А дрова! Куда делись дрова?

Судя по всему, в молельном доме полным ходом шла инвентаризация.

Петр появляется как черт из табакерки. За домом пролегает овраг, и главный сектант каждый раз крадется по нему, чтобы незаметно проникнуть в дом.

Тут на милицейской «буханке» привезли пожилую женщину. Она беспрерывно плакала, вытирая сухие глаза платком. Это была мать Петра Антонина Алексеевна. Монашки пустили ее в дом. Когда она вышла, я крикнул ей, и старушка подошла к ограждению.

— Как они там?

— Да бог их знает! Чувствуют себя хорошо. Молитвы читают, псалмы поют. Хорошо им. Я Петьке своему говорила, когда первый раз из сумасшедшего дома его забирала, что эти увлечения его до добра не доведут. И вот какую бучу поднял!

— Попросите их, может выйдут, расскажут?

Тут дверь приоткрылась, и резкий неприятный женский голос приказал:

— Антонина, домой! Не разговаривай ни с кем!

— Сейчас, сейчас! Батюшки! Как же это я сплоховала? — заохала Антонина Алексеевна и скрылась за дверью. Еще долго можно было слышать, как ее отчитывают за невольное интервью. А потом монашки передали через Петра еще одну просьбу. Им нужна… корова. Вице-губернатор Пензенской области Олег Мельниченко, который курирует погановских подземельцев, на это ответил: «Да хоть слон! Лишь бы все были живы и здоровы!» В общем, корова уже в пути.

Главное, чтобы люди остались живы

На закате субботнего дня ОМОН все-таки сменили бойцы ППС. Надо ли говорить, что и у них тоже не было сигарет? Монашки по очереди сходили до ветру и закрыли дверь на замок. Журналисты ни с чем убрались из оврага. Только милицейские фонарики напоминали нам, что соваться в пещеру не стоит — задержат и выдворят из Погановки в 24 минуты.
ф
А в воскресенье к дыре подтянули ассенизационную технику. В землю воткнули трубу, и насос стал откачивать талые воды. Это значит, что переговоры пока ни к чему не привели, сектанты остаются под землей. На склоне я увидел давнего своего приятеля Антона Шаронова. Он теперь служит пресс-секретарем правительства Пензенской области и вместе с Мельниченко ночует на стульях в сельсовете. Пока затворников не выведут на свежий воздух, Антон из оврага не уйдет.

— Да мы и правда готовы выполнить любые их условия, лишь бы люди вышли! Штурма никакого не будет. Но это не так-то просто — уговорить. Но если ситуация потребует, будем действовать решительно. Главное, чтобы никто не пострадал!

Пока писался этот материал, милиция стала выполнять условие сектантов: «Никакой прессы». ОМОН прогоняет из оврага журналистов. А между домом и пещерой выстраивают оцепление. Вероятно, по этому коридору будут выводить сектантов. И хотя в психиатрических клиниках Пензенской области давно готовы места для погановцев, их по условиям сдачи поселят в молельном доме. И только тогда медики определят, кому нужна психиатрическая помощь, а кому нет.

О том, что произойдет дальше в Погановке, читайте в ближайших номерах «Известий».

Звонок другу Виталия Недогона

Елена Строителева (Ростовская область)

В воскресенье «Известия» связались с Новочеркасском. В этом городе до своего приезда в Пензу жила семья Виталия Недогона, ставшего лидером сектантов под землей.

— Я вполне допускаю, что Виталий мог взять в свои руки управление теми, кто остался в пещере, — говорит «Известиям» житель Новочеркасска Аркадий Дударов, друг семьи Недогонов. — Хотя сам Виталий не является сильной личностью. Его жена попала под его влияние только в силу своей психической неустойчивости.

Понятно, что в подземелье полезли именно такие люди, у которых религиозное чувство развилось в неправильном направлении.

Мы не знаем, что там сейчас происходит. Возможно, Недогон действительно управляет людьми, держа их в страхе. Например, с помощью силы или под угрозой применения оружия.

http://www.izvestia.ru/special/article3114611/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru