Русская линия
Татьянин день Денис Новиков28.03.2008 

Любовь по контракту и без… (Ч. 1)
Продолжение цикла бесед с православным психологом Денисом Новиковым

Часть 1
Часть 2
Часть 3

Вот начал жить с любимым человеком — и если раньше ходил в драном халате, то теперь ты в нем не ходишь. Не потому, что тебе так важен новый халат, а потому, что не можешь плохо выглядеть рядом с человеком, который на тебя смотрит и который тебя ценит. По любви можно меняться, но это все равно достается трудом, собственными усилиями.

Любовь уравнивает людей

— Когда человек идеализирует объект своей любви, пребывает в сильно романтизированном состоянии, он ставит этот объект на пьедестал. И желание как-то проявить себя вызывает страх побеспокоить стоящее на пьедестале сверхъестественное существо. Почему мы так идеализируем любимых?

— Если говорить о романтической любви, то там очень часто настоящей любви не так много. Есть некоторое собственное представление об идеале, которое человек проецирует на какое-то существо во внешнем мире. Не исключено, что при этом он любит только свое представление. И тогда, как ни странно, получается почти смотрение в зеркало, смотрение в отражение. Потому, что ты не видишь реального человека, а видишь только то, что ты очень хочешь увидеть, то, что тебе очень нужно увидеть, то, что ты про него придумал. Что касается такой идеализации, при которой боишься побеспокоить объект твоей любви, я, честно говоря, думаю, что это не совсем любовь. Одно дело безответная любовь, когда человек не отвечает тебе взаимностью, но ты делаешь все, чтобы любовь проявить, а другое дело безответная любовь, когда ты сидишь в уголочке и мечтаешь о том, как хорошо быть вместе с этим человеком. А он даже не подозревает. Когда ты любишь, ты что-то делаешь для другого. А если он не подозревает о твоей любви, то это, скорее всего, не любовь, а твои любовные фантазии, которые к жизни имеют очень отдаленное отношение.

— А если человек боится открыть свои чувства, глядит на объект своей любви из позиции: «Ах, я гадкий утенок. Как же я могу приблизиться к этому идеальному созданию?» Что это, страх, какие психологические проблемы могут за ним стоять?

— За позицией «гадкого утенка» действительно стоят психологические проблемы человека. Христианский взгляд на это довольно прост — уж никого выше Бога точно нет. Но если ты Его любишь — ты с Ним общаешься, Он дает тебе к Себе приблизиться. И это не потому, что ты умный или красивый, это общение подается Богом просто так. Я полагаю, что это твердое основание, чтобы не чувствовать себя «гадким утенком». Поэтому я склонен в таких переживаниях «о гадком утенке» искать психологическую подоплеку. Это может быть страх отвержения или такой эгоцентрический страх, что, если любовь проявить, это может изменить твой образ жизни. Это могут быть еще и гордостные переживания. Ведь дело все в том, что любовь уравнивает людей с разными возможностями, статусом, душевными качествами и так далее. Потому, что люди друг друга просто любят. И в этом смысле, если ты любишь какого-то выдающегося (в хорошем смысле этого слова) человека, то ты в этой любви получишь, вероятно, больше, чем сможешь отдать. Для кого-то это непереносимо, для кого-то важны контрактные отношения. И отношения, в которых ты получаешь больше, оказываются непереносимы именно в силу того, что уязвляют гордость человека.

— Если человека примут и его жизнь изменится, то мы приходим к тому, что, даря любовь, человек берет на себя ответственность за свой подарок?

— Я думаю, что ответственность здесь только одна — за то, что ты не будешь предавать этого человека. Потому что если это любовь, то ты открываешь свои границы и человек открывает свои границы. Иначе любить очень сложно. Ваши внутренние миры проникают друг в друга. И в этом смысле нет целой системы социальных и психологических защит между этими двумя людьми. В такой ситуации предательство может оказаться крайне травматичным, потому что это может затронуть большую часть жизни человека, его внутреннего мира и так далее. Я думаю, что, когда человек выбирает любовь и проявляется, признаваясь в любви, он берет ответственность за то, что не будет предавать этого человека.

Степень любви может быть разной

— Предполагает ли искренний выбор души в пользу любви то, что этот человек не предаст?

— Не уверен. Жизнь довольно сильно меняется. В супружеских отношениях периодически возникают какие-то кризисы. И если говорить словами Сент-Экзюпери, то ты ответственен за того человека, которого приручил. Потому, что в этот момент вы уже вместе, вы опираетесь друг на друга и это уже стало частью жизни. И не давать этой опоры невозможно. Поэтому бывают всякие сложности, бывают трудности, бывают кризисы, бывают разные состояния. И если это не просто какое-то мимолетное душевное движение, которое больше похоже на влюбленность, нежели на любовь, то все-таки так человек устроен, что он должен быть внимателен и чувствителен к тому, чтобы не совершить предательство.

— А тогда возникает фактор конкуренции — невозможно любить всех, невозможно любить и не предавать каждого из людей, с которыми ты общаешься.

— Вот интересный вопрос — это правда, что степень любви может быть разной. И предательство иногда заключается в том, что человек, чаще всего невольно, повинуясь своему душевному порыву, дает другому человеку надежду на гораздо более сильное чувство, переживание, чем-то, которым он реально может поделиться. Мне кажется, что именно в этом и заключается опасность. Условно говоря, если женатый мужчина просто проявляет внимание и теплые чувства к какой-то своей знакомой, то максимум что он может — это сказать добрые слова, позвонить на день рождения, подарить духи. Это, правда, то, что в его душе есть, и очень важно на этом остановиться. Если же он начнет вступать с ней в любовные отношения, то в какой-то момент (хотя, может быть, он в этом и не признается) приятельница окажется для него значимее, чем жена. Ну, как минимум, хотя бы в этот самый период любовных отношений. Но это неправда — он ей столько дать не может (если он не собирается разводиться и дорожит своим браком). Поэтому вот в этом, в таком интенсивном душевном движении вроде бы человеку и «крышу сносит», вроде бы он готов на подвиги и так далее, но на самом деле он не готов дать то, что невольно обещает или предъявляет другому человеку. И в этом смысле этот поступок оказывается нечестным — ты заходишь туда, где ты постоянно быть не можешь, ты проникаешь в такую глубину отношений с этим человеком, которую ты дать не можешь, ты проявляешься таким, каким в дальнейшем быть не сможешь. И в этом смысле это оказывается обман и самообман. Поэтому, мне кажется, что дарить ту любовь, которая есть, можно большому количеству людей, но при этом важно точно понимать, что твои возможности ограничены, что этому человеку ты можешь сделать только такой — сравнительно скромный — подарок.

— Тогда получается, что при появлении спонтанного желания проявиться с человеком больше, чем прежде, надо себя сдерживать, так как потом тоже вряд ли сможешь оставаться на этом новом уровне откровенности?

— Да, я, собственно, соглашусь, что, правда, здесь нужно быть очень внимательным и очень ответственным, не путать просто сильные переживания от присутствия другого человека (свою влюбленность, интерес, восхищение и т. д.) с любовью. И правда, очень четко понимать, насколько ты готов любить этого человека. Потому что любить — это все-таки не только испытывать приятные переживания в его присутствии, но и делиться тем, что у тебя есть. И вот сколько у тебя есть для этого человека — это очень важно проверять и перепроверять, чтобы любовь не превращалась в соблазн, в иллюзии.

— А как проверять?

— Хороший вопрос. Проверять не так-то просто. Но с другой стороны, понятно, что с твоим каким-то шагом у другого человека, который рядом с тобой, возникают какие-то ожидания и надежды. Они вызваны именно твоим шагом. И чисто технически, я думаю, есть смысл проверять, насколько ты можешь удовлетворить этим ожиданиям и надеждам. И честность заключается в том, чтобы сказать этому человеку, что ты не можешь (а может быть, и не хочешь — это тоже очень важно) определенных его надежд осуществить. А прежде чем об этом сказать ему, нужно признаться в этом самому себе. Потому, что когда идеализируешь человека, то тебе кажется, что можешь очень многое сделать ради него. А правда заключается в том, что, скорее всего, сама по себе любовь тебя не изменит. И если ты был каким-то, какое-то известное количество времени уделял близким тебе людям, шел на определенного рода жертвы ради этих людей, то, скорее всего, именно таким, по крайней мере в ближайшее время, ты и будешь оставаться. Поэтому, если тебе кажется, что ты стал гораздо лучше, чем был, и к этому человеку относишься лучше, чем ко всем другим людям, это, скорее всего, опасная эйфория.

— То есть представление о возникающем желании самому стать лучше при появлении интересного мне человека — это тоже иллюзия?

— Желание стать лучше — это хорошее желание. Иллюзия возникает тогда, когда тебе начинает казаться, что ты уже стал лучше, что ты стал менее эгоистичным, когда ты ради этого человека готов сделать то, что ни для кого еще ни при каких обстоятельствах никогда не мог сделать и не делал. Вот тогда это надо десять раз еще проверить, понять, испытать и поставить под очень-очень большое сомнение.

Александр Болмасов

Продолжение следует…

http://www.taday.ru/text/100 743.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru