Русская линия
Православие.Ru Афанасий Зоитакис11.03.2008 

Миссионерское служение православных традиционалистов на Балканах в XVIII—XIX вв.еках. Часть 1

Святой Косма Этолийский
Святой Косма Этолийский
Вопросы православной миссии всегда актуальны. Но особенную остроту они обретают в переломные исторические эпохи. Действительно, мы видим, как на наших глазах разворачивается острая полемика о том, какой должна быть проповедь Православия в условиях современной действительности.

Необходимость проповеди признается всеми, но ее характер и способы вызывают горячие споры. Все повторяют тезис о «необходимости найти общий язык с молодежью», но что стоит за этими словами? Насколько «поиск общего языка» должен проходить в рамках православной традиции? Есть ли черта, за которую переступать нельзя? Где граница между поиском «актуального языка», понятного современникам, и недопустимым компромиссом, размывающим саму суть Православия? Необходима ли молодежи или любым другим возрастным категориям, к которым адресована миссия, адаптация церковного учения, актуализация его исходя из условий современной жизни? Эти вопросы обсуждаются весьма горячо.

Взаимные обвинения в «консерватизме» и излишнем «либерализме» не способствуют решению стоящих проблем. Между тем ответы на все перечисленные вопросы стоит искать в истории Православной Церкви. Православие — живая традиция, опыт наших предшественников вполне может стать ориентиром и примером для подражания нам. Рассмотрим же, как было поставлено дело православной миссии, к примеру, в Греческой Церкви XVIII—XIX вв.еков.

* * *

23 мая 1453 года произошло, пожалуй, самое трагическое событие в греческой истории: под натиском турок-османов пал Константинополь. Османское владычество стало для православных суровым испытанием. Тяжелое налоговое бремя сочеталось с духовным давлением. Завоеватели старались сделать все, чтобы выработать у своих подданных рабскую психологию и сделать их трусливыми и послушными «людьми второго сорта». Православным нельзя было ездить верхом, носить оружие, строить храмы, звонить в колокола, а при встрече они обязаны были уступать туркам дорогу.

Глубочайший кризис постиг и систему образования, в том числе и православного воспитания. Он был вызван комплексом причин, ставших следствием распада Византийской империи: бегством ученых людей на Запад, демографическим кризисом, разрывом общинных связей и упадком городов. Множество учебных заведений было закрыто, в библиотеках и архивах безвозвратно погибло более 120 тысяч рукописей.

К началу XVIII века ситуация в Греции была очень тяжелой. Повсюду процветало варварство и безграмотность. Люди скрывались в горах, в труднодоступных районах, постепенно утрачивали связь с соседними поселениями и культурно обособлялись.

Глубокий кризис переживала в этот период в Греции и Православная Церковь. Ее образовательная и миссионерская политика была лишена системности и напрямую зависела от личных качеств архиереев на местах. При этом во многих областях страны церковными делами управляли люди, не проявлявшие должной заботы о своей пастве, ее просвещении и воспитании в духе православной традиции.

К этому периоду относится волна массовой исламизации тысяч христиан. Часто люди отказывались от христианской веры целыми общинами, селами и даже городами. «К 1740 году большая часть греков провинции Берата в массовом порядке приняла ислам. В 1759 году население целого района в Центральной Македонии в день Пасхи приняло ислам во главе со своим митрополитом…"[1]. Очевидно, что причиной этого была постепенная утрата национальной идентичности и разочарование в возможности избавления от иноземного ига.

Добавим к этому усилившуюся пропаганду католицизма, а затем и протестантизма, растущее влияние и авторитет западного Просвещения. Многие люди если и оставались православными, то только по букве, но не по духу. В XVIII веке греческий мир переживал фазу наивысшего истощения своего духовного иммунитета. Теплохладное отношение к вере отцов, невежество и дикость — все это привело к отсутствию сознательного исповедания веры.

В этот критический момент истории Греции на помощь соотечественникам пришли священнослужители и глубоко верующие миряне, организовавшие традиционно-просветительское движение[2], деятельность которого не только взбудоражила все Балканы, но и вдохнула жизнь и новые силы в Православную Церковь.

Лидерами традиционалистов стали участники так называемого движения коливадов [3] (к ним относился и «крупнейший богослов со времен Григория Паламы"[4] Никодим Святогорец[5]»), равноапостольный Косма Этолийский[6] и некоторые другие афонские монахи, архиереи и миряне.

Видя трагическую ситуацию, сложившуюся в обществе («Изменения в стране повредили… нравам"[7], произошло «наводнение безразличия… и отсутствия страха Божия"[8], — писал Никодаим Святогорец), традиционалисты предложили свой, основанный на православном миропонимании, выход из кризиса. Это движение рождалось в противоборстве с западным Просвещением, но суть его состояла не в априорном отрицании просветительской идеологии, а в предложении альтернативной ей системы ценностей, в основу которой легло православное представление о человеке и обществе.

Миссионерская деятельность традиционных просветителей носила многосторонний характер: с одной стороны, они стремились вернуть отошедших от Православия людей в лоно Церкви, с другой — хотели возродить чистоту христианской жизни, распространить святоотеческую традицию и укрепить единство народа.

Представители движения исходили из того, что для успеха миссионерской деятельности необходимо возрождение национальной системы светского и религиозного образования. Именно поэтому они приняли активное участие в открытии школ и распространении грамотности.

Традиционалисты были выходцами из монастырей, преимущественно афонских. В связи с этим необходимо понять, почему монахи, посвятившие всю свою жизнь борьбе со страстями и непрестанной молитве, стремившиеся к достижению обожения, обратились с проповедью к соотечественникам, тем самым в какой-то степени поставив под угрозу личное спасение. На всю остроту и принципиальность этой проблемы указывает в одном из своих поучений Косма Этолийский: «Вы хотите сказать: «А ты ведь монах, что ты делаешь в миру?» И я, братья мои, неправильно поступаю, но так как народ наш погряз в невежестве, я сказал себе: «Пусть Христос потеряет одного меня, одну овцу, но обретет других». Быть может, по милосердию Божиему и вашим молитвам спасусь и я"[9].

Мы видим, что в этом отрывке святой Косма сам дает ответ на поставленный нами вопрос — «Потому что народ наш погряз в невежестве». Очевидно, что для традиционалистов это был вполне осознанный и принципиальный выбор. Спасение соотечественников было для них приоритетным, или, по крайней мере, без помощи согражданам они не мыслили и собственного спасения. Косма Этолийский писал: «И вот слово, сказанное Господом нашим Иисусом Христом о том, что христианин — будь то мужчина или женщина — должен заботиться не только о своем спасении, но равным способом должен печься и о том, чтобы не впали в грех его братья. С тех пор как я услышал его… оно долго точило мое сердце, как червь точит дерево, и я размышлял, не зная, что предпринять"[10].

Важно понимать, что прецеденты активного участия монахов в жизни общества случались в истории Православия и раньше. Так, один из предшественников и идейных вдохновителей православных просветителей второй половины? VIII века святитель Григорий Палама (пользовавшийся у них безграничным авторитетом; по словам святого Никодима, «Григорий в большей степени, чем кто-либо, дошел до высшего выражения практики и теории"[11]) отказался от столь любимого им уединенного подвижничества и вышел в мир с попыткой обосновать исихастскую доктрину, донеся ее, по возможности, до максимально широких народных масс. «Палама не впадал в крайнюю односторонность совершенного забвения любви к ближнему. В своих беседах Палама часто ведет речь о так называемых общественных, христианских добродетелях… избрание на архиепископский престол и пастырская работа в течение многих лет о вверенной ему Церковью пастве свидетельствуют, что с какой любовью он проводил в безмолвническом уединении на Афоне строго созерцательную исихастскую жизнь, с такою же ревностью он путеводил к христианскому совершенству свою паству посредством утверждения тех добродетелей, которые ведут человека к совершенству в самых недрах общества"[12].

Цель иночества как нравственной силы заключается не только в спасении от мира, но именно в спасении мира. Служение миру может проходить как в непосредственном контакте с этим миром, так и вдали от него. При этом молитва за мир заменяется подчас открытым служением человечеству.

Свою просветительскую деятельность просветители-традиционалисты рассматривали как исполнение монашеского служения. «Служение уже в период раннего монашества приравнивалось к трем основным монашеским добродетелям, принимаемым монахами в качестве обета во время пострига: послушанию, чистоте и нестяжанию"[13]. В монашеской среде бездеятельность осуждалась и считалась основой возникновения злых помыслов, поэтому каждый монах выбирал ту или иную форму служения, которая могла заключаться как в исполнении монастырского послушания, так и в миссионерской или писательской деятельности вне стен монастыря. Выбор служения осуществлялся в соответствии со способностями и духовным уровнем того или иного монаха, но только с благословения авторитетных духовных наставников. «Уход преподобного из обители… ради писательских трудов, доказывает, что он, подобно верному рабу евангельской притчи, именно написание книг для просвещения порабощенного народа считал тем способом, при помощи которого он сможет преумножить вверенный ему Господом талант"[14].

* * *

Традиционные просветители исходили из того, что только человек, достигнувший определенного уровня совершенства, очистивший себя посредством аскезы, может нести миру «благую весть», рассуждать о вещах человеческих и божественных. Показательны слова Григория Богослова: «Просветись сам — и другие просветятся»; и другого крупного христианского писателя святого Иоанна Лествичника: «Высшая степень чистоты есть начало богословия». Косма Этолийский, Никодим Святогорец, равно как и другие традиционалисты, прежде чем обратиться к соотечественникам, прошли долгую подготовку.

Всестороннее постижение светских наук они стремились сочетать с аскезой, непрестанной молитвой, духовным самосовершенствованием и стремлением к достижению обожения. Они стали примером для народа, который, находя в них идеал для подражания, потому и доверял самим подвижникам и, что для нас более важно, словам их проповеди.

Фактически аскетизм стал миссионерской школой Православия. Уход от мира не означал ненависти к самому миру, а стал для миссионеров началом очищения и подготовки к просвещению соотечественников. Аскеза служила средством для преображения человека, делая возможной само духовное наставничество и, в перспективе, выход в мир с активной просветительской деятельностью.

Самоотверженность и самопожертвование традиционных просветителей привлекли к ним сердца соотечественников. Трудолюбие и неутомимая работа на износ — основные средства, с помощью которых просветители стремились к достижению поставленных целей. Ради просвещения соотечественников Косма Этолийский, отказавшись от всего, отправился в долгий, утомительный и опасный путь по Балканскому полуострову: «И теперь, по милости Господа нашего Иисуса Христа, у меня нет ни кошелька, ни сундука, ни дома, ни другой рясы, кроме той, которая на меня надета"[15]. Он сам становился примером самоотверженной любви к ближнему, о которой рассказывал в своих поучениях, призывая и соотечественников последовать за ним: «Моя работа — ваша работа, работа для нашей веры и народа"[16]. Собственным примером святой Косма словно подчеркивал: для спасения Отечества необходим кропотливый и самоотверженный труд, включающий в себя самопожертвование и понимание важности национального возрождения. «Если ты стал монахом — борись, чтобы стать светом и примером для мирян"[17], — эти слова Никодима Святогорца вполне отражают принцип, на котором традиционные просветители основывали свою деятельность. В надежде найти деньги на издание своих книг, Макарий Коринфский месяцами жил в густонаселенном и шумном городе Смирна. Он терпел множество лишений, с трудом добывал средства себе на пропитание, вынужден был оставить привычную аскетическую обстановку и окунуться в сложную жизнь огромного города. Работоспособность Никодима Святогорца также производила на современников неизгладимое впечатление. Бессонные ночи в библиотеках подорвали его здоровье. В последние годы жизни он был мучим тяжелым недугом, несмотря на который продолжал архивную работу и публикацию своих произведений. Обширнейшая издательская деятельность Афанасия Паросского также была обусловлена его работоспособностью и забвением собственных интересов перед лицом стоявших пред ним просветительских задач. Этот призыв к подвигу и самопожертвованию и стал в конце концов тем толчком, с которого началось греческое освободительное движение.

Не всегда и не все шло так уж и гладко. Не сразу проповедь традиционалистов-просветителей была услышана. Учителей своих народ поначалу встречал с недоверием и настороженностью. Несколько раз жизнь преподобного Космы Этолийского была в опасности, одичавшие соотечественники даже побивали его. Но традиционалисты не оставляли своего миссионерского служения. Они для всех находили слова любви и сострадания. А главным воспитательным приемом, с помощью которого они стремилась завоевать доверие, стало воспитание на собственном примере. Фактически мы имеем дело с «жизненным просветительством"[18]: «Истинные носители церковного духа и церковной миссии во все времена соблюдали исключительно важное эффективное методическое правило: они никогда не советовали другим того, чего не исполнили сами"[19].

Подобная методика приносила особенно богатые плоды, когда дело касалось воспитания подрастающих поколений, ведь у детей особенно развита подражательная способность, для них особенно значим пример родителей, учителей, священников.

Должный пример был не менее, если не более значим и при подготовке новых преподавателей и священников, которые должны были впоследствии стать образцом для своих учеников и паствы[20].

Подготовку будущих учителей и пастырей просветители-традиционалисты считали наиважнейшей для себя задачей. А многие сочинения традиционалистов были специально написаны ими для того, чтобы их в дальнейшем использовали священники и преподаватели для просвещения соотечественников. Также были открыты учебные заведения, готовившие новых преподавателей, и семинарии, направленные на переподготовку священников.

При патриаршей обители Стилу и монастыре Иоанна Богослова Косма Этолийский организовал высшие школы, главной задачей которых стала подготовка учителей и проповедников. Святитель Макарий (Нотарас), архиепископ Коринфа, направлял малограмотных священников в монастыри, чтобы они учились грамоте и готовились к осознанному церковному служению. Он рассылал по приходам необходимую богослужебную и учебную литературу, стремясь помочь их пастырской и просветительской деятельности. Также действовали и другие миссионеры.

В «Синаксаристе» Никодим Святогорец призывает читателей последовать примеру художников, которые при создании нового образа постоянно ориентируются на первоисточник[21]. Для православных такой первоисточник, конечно же, жития святых. Они — своеобразная православная энциклопедия, не теряющий своей актуальности пример для подражания, воплощающий в себе православный образ жизни. Жития святых должны были показать народу путь духовного очищения, общественного и церковного делания. Традиционалистами был предпринят беспрецедентный поиск неизданных текстов житий в монастырских библиотеках. Наиболее показательные и актуальные из них они переводили на простой народный язык и готовили к изданию и возможно более широкому распространению.

Свою миссионерскую деятельность традиционные просветители проводили к общей пользе православных. Их произведения были адресованы не только грекам, но и всем православным христианам, не только бедным или богатым, но всем слоям общества.

Но конкретный выбор языка и миссионерских приемов преимущественно зависел от аудитории, к которой они обращались. Для каждого слушателя они находили понятные и близкие слова утешения, адекватные его знаниям и духовному состоянию.

Наиболее ярко такой подход можно проследить на примере Космы Этолийского. Язык его поучений менялся в зависимости от того, обращался ли он к более образованным и состоятельным жителям Ионических островов или к малограмотному населению Северного Эпира.

«Вы должны все учиться грамоте"[22], — призывал своих слушателей, вне зависимости от их социального положения и половой принадлежности, святой Косма Этолийский. Такой призыв был по тем временам революционным шагом и органично вписался в общую идеологическую платформу традиционалистов, учение которых было подчеркнуто обращено к максимально широкой аудитории: к «мирянам и монахам», «мужчинам и женщинам, родителям и детям, рабам и свободным"[23]. Православные миссионеры посетили самые удаленные и труднодоступные уголки страны, где люди забыли веру отцов и погрузились в пучину полного невежества. Из жития святого Космы Этолийского мы узнаем, что он нес слово истины в разбойничьи притоны и не боялся беседовать с самыми жесткими главарями, обращая их ко Христу[24].

В то же время контакт с любыми слоями общества, людьми самых разных национальностей и достатка всегда строился на единой основе — православной традиции, Священного Писания и Предания. Традиционалисты не заигрывали со слушателями, предлагая им «облегченную», «адаптированную», приспособленную к современным реалиям версию Православия. Они исходили из того, что нельзя быть подлинно православным, сочетая это со служением греху.

«Знаешь, брат мой, каким Бог хочет, чтобы ты стал? Как ты хочешь, чтобы твоя жена не имела никакой связи с другим мужчиной, так и Бог хочет, чтобы ты не имел никакой связи с диаволом. Ты был бы рад, если бы твоя жена предалась блуду с другим?

- Нет.
- Раз в неделю?
- Нет.
- Дважды в месяц?
- Нет.
- Раз в год?
- Нет.
- А через десять, пятнадцать лет?
- Нет.
- А если кто-то только поцелует твою жену? И этого не захочешь? Так и Бог не хочет, чтобы ты имел связь с диаволом"[25].

Подвиг, преодоление ветхой человеческой природы они воспринимали как универсальную установку не только христианина, но и любого человека как такового. Каждый должен стремиться к восхождению, перемене, стремлению преобразовать и преодолеть себя. Хотя, безусловно, мера подвига зависит от возможностей конкретного человека. Подвиг мирян отличается от подвига монахов, подвиг священников — от подвига епископов, но необходимость в совершении подвига, преодолении своей греховной человеческой природы обязательна для всех.

Традиционные просветители категорически отрицали применимость форм светской культуры в церковной ограде. Косма Этолийский призывал отмечать свадьбы и праздники православными песнопениями, а не шумными застольями и танцами. Никодим Святогорец в «Благонравии христианском» обличал привязанность к танцам, театральным зрелищам и прочим увеселениям.

Учение традиционалистов призывает мирян к совершенной подвижнической жизни. Для традиционных просветителей было характерно трепетное, бережное отношение к православной традиции. Они выступали против любых форм ее модернизации и искажения, даже в угоду сиюминутному «миссионерскому» успеху у слушателей. Для них в Православии не было мелочей. Как живая, многовековая традиция оно должно было остаться нетронутым. Именно таким, каким оно дошло в преемстве от апостолов, святых отцов и Самого Христа. Кроме того, не стоит забывать, что Православие — ключевой, неотъемлемый элемент национальной идентичности. Возможное искажение или утрата традиции неизбежно приведет Отечество к нескончаемому рабству.

Традиционалисты исходили из того, что религиозная и национальная идентичность тесно связаны. Именно сохранению определяющих ее факторов (религии, языка и обычаев) и была посвящена их деятельность. Фактически речь шла о восстановлении ромейской (византийской) идентичности[26], составляющими которой были римская политическая идеология (идеология вселенской империи), христианская вера и греческий язык. Таким образом, идеалом традиционных просветителей стало не национальное государство европейского типа, а вселенская православная империя.

Вот как определяет их программу сам Косма Этолийский: «Чада мои любимые во Христе, сохраняйте мужественно и бесстрашно нашу священную веру и язык наших предков, так как оба этих понятия определяют нашу любимую родину, и без них народ наш погибнет. Братья, не отчаивайтесь. Божественное Провидение хочет однажды ниспослать нашим душам небесное спасение, чтобы воодушевить нас на освобождение от того жалкого состояния, в котором мы сейчас пребываем"[27]. Как видим, святой Косма прямо указывает на веру и язык как на факторы, «определяющие родину», и говорит о необходимости их сохранения. Такая программа определяла действия и других традиционалистов.

Национальное возрождение невозможно без возрождения духовного, и поэтому традиционалисты подробно рассказывали утратившим связь с православной традицией слушателям о том, как необходимо жить в соответствии с православным вероучением, раскрывали значение церковных таинств. Например, в одном из своих поучений Косма Этолийский описывает устройство и назначение различных частей храма, рассказывает о том, как должно совершаться таинство брака, покаяния и крещения. Этому посвящено и большинство произведений других традиционных просветителей. На сходство их концепций указывает и то обстоятельство, что независимо друг от друга два представителя традиционалистского движения Косма Этолийский (на собранные пожертвования) и Макарий Нотарас (на свои деньги) покупали купели и раздавали их жителям деревень для совершения таинства крещения путем полного погружения.

Естественно, что многие представители традиционного просветительства были весьма негативно настроены по отношению к католикам. «Одно уже то, что мы питаем ненависть и отвращение к латинянам столько веков, это одно уже ясно показывает, что мы гнушаемся ими как еретиками"[28], — писал Никодим Святогорец. Также относился к католицизму и святой Косма Этолийский, считавший его даже более опасным для Греческой Церкви, чем ислам.

В ситуации, когда педагогический и идеологический материал, импортируемый с Запада, и агрессивная пропаганда западных миссионеров весьма ощутимо подорвали церковное самосознание греков, православные просветители вели настоящую борьбу за возвращение сограждан в лоно Православной Церкви, укреплению ее авторитета и становлению национальных издательской и образовательной программ.

Большое внимание православные просветители уделяли и сохранению народных обычаев. Чтобы греки отличались от турок, Косма советовал мужчинам не носить длинные кисточки и фески, а также не брить головы, а женщин призывал надевать платки. Сегодня белый платок (впервые введенный святым Космой) — устоявшийся элемент национальной одежды Эпира.

Причину бед, постигших нацию, православные просветители видели в грехе, тяжелой духовной болезни общества. Они утверждали, что за духовным возрождением неизбежно последует и национальное, поэтому теме борьбы с грехом и покаяния были посвящены многие их произведения и проповеди. Призыв традиционалистов к покаянию во многом повторял призыв святых и пророков прошлого. Покаяние понимается не только как личное перерождение, но и как начало перемены, постоянного возрастания и «преображения всей человеческой жизни и человеческого общества вообще… Это и соборный подвиг… призыв к перемене… жизни, направленный к человеческому обществу в целом"[29].

В этот период, несмотря на «природную греческую набожность"[30], вера многих людей превратилась лишь в некую привычку, стала формальной. Чрезвычайно широкое распространение по всей Греции получили многочисленные предрассудки и суеверия.

Православные просветители выступили за осознанную веру, основанную на опыте и знаниях, а не суевериях и предрассудках. Решительно восстали против магических обрядов и антинаучных доктрин, распространяемых различными шарлатанами, пользовавшимися неграмотностью простого народа. «Избегайте магических трав… многие… обманывают христиан и, чтобы получить деньги, дают какие-то талисманы — и для деторождения, и для сохранения здоровья, и для предсказания судьбы"[31].

Православные просветители видели свою задачу в том, чтобы сделать Церковь центром концентрации и подготовки сил, заинтересованных в духовном возрождении народа, которые в перспективе должны были способствовать национальному освобождению: «Святая Церковь, словно мать… источник, утоляющий жаждущих. И должны священники каждый день служить, чтобы благословил Христос людей и хранил страну"[32].

(Окончание следует)


[1] Γκιόλιας Μ. Ο Κοσμάς Αιτωλός και η εποχή του. Αθήνα, 1972. Σ. 108.
[2] Подробнее о традиционно-просветительском движении см.: Традиционное просветительство в Греции в XVIII веке: Косма Этолийский и Никодим Святогорец. М: «Святая Гора», 2008.
[3] Коливады — группа образованных афонских монахов-традиционалистов, получившая свое название из-за несогласия с практикой поминовения усопших по воскресным дням (коливо — заупокойная кутья).
[4] Σωτήρχου Π. Αυτός ο Μέγας Αγιος Νικόδημος ο Αγιορείτης. Αθήνα, 1996. Σ. 397.
[5] Никодим Святогорец (1749−1809) — крупнейший православный богослов, талантливый и плодовитый писатель. Родился в 1749 г. на острове Наксос. С детства проявил выдающиеся способности, феноменальную память и тягу к знаниям. Закончив ряд учебных заведений, отправился на Афон, где принял постриг в обители Дионисиат. Был активным популяризатором и издателем переведенных им на народный язык святоотеческих произведений, а также автором многочисленных богословских сочинений. Никодим Святогорец сотрудничал со многими современными общественными и церковными деятелями, вел с ними активную переписку. Причислен к лику святых Константинопольским Патриархатом 31 мая 1955 года. Подробнее о просветительской деятельности святого Никодима см.: Феоклит Дионисиатский. Преподобный Никодим Святогорец. Житие и труды. М., 2005; Традиционное просветительство в Греции в XVIII веке: Косма Этолийский и Никодим Святогорец. М.: «Святая Гора», 2008.
[6] Косма Этолийский — один из наиболее известных исторических деятелей новогреческой истории. Святой Косма родился в небольшой этолийской (Этолия — область в центральной материковой Греции) деревушке Мегало Дендро. Получив начальное образование, он отправился на Афон, где стал учеником Афонской академии — учебного заведения при Ватопедском монастыре, специализировавшегося на преподавании светских и духовных дисциплин. По ее окончании он принял постриг под именем Косма в обители Филофеу. Пробыв там несколько лет, Косма отправился в первое миссионерское путешествие по Греции. В ходе первого и последующих путешествий святой Косма стремился к распространению православной традиции и восстановлению утраченного национального и языкового единства. Проповедник основал несколько сотен школ, собрал вокруг себя учеников, которые впоследствии продолжили его дело. В 1774 году по ложному доносу Косма был схвачен турками и принял мученическую кончину. Подробнее о святом Косме см.: Житие и пророчества Космы Этолийского. М.: «Святая Гора», 2007; Традиционное просветительство в Греции в XVIII веке: Косма Этолийский и Никодим Святогорец. М.: «Святая Гора», 2008.
[7] Νικοδήμου Αγιορείτου. Πρός Θωμάν // Πάσχου Π. Έν ασκήσει και μαρτυρίω. Αθήνα, 1996. Σ. 74.
[8] Там же. Σ. 77.
[9] Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Αθήνα, 2002. Σ.111.
[10] Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Εκδόσεις Ακρίτας. Στ έκδοση. Ιούνιος 2002. Σ.56.
[11] Νέον «Μαρτυρολόγιον» // Αγιονικοδημικόν Ανθολόγιον. Εκδόσεις Σπηλιώτη. Σ. 165.
[12] Соколов И. Святитель Григорий Палама. Его труды и учение об исихии. СПб., 2004. С. 58.
[13] Μωυσής Αγιορείτης. Ορθόδοξος μοναχισμός. Αθήνα, 1995. Σ. 47.
[14] Феоклит Дионисиатский. Преподобный Никодим Святогорец. Житие и труды. М., 2005. С. 103.
[15] Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Σ. 23−24.
[16] Там же. Σ. 47−48.
[17] Νικόδημου του Αγιορείτου. Νέα Κλίμαξ. Κωνσταντινούπολις, 1844. Σ. 10.
[18] Σαρδελής Κ. Ο προφήτης του γένους Κοσμάς ο Αιτωλός. Γ' έκδοση. 1992. Σ. 17.
[19] См.: Радович Амфилохий. Основы православного воспитания. Пермь, 2000.
[20] См. об этом: Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Σ. 188−189.
[21] Αγίου Νικοδήμου. Συναξαριστής. Αθήνα, 1974. Τομ. 1. Σ. κα'.
[22] Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Σ.133.
[23] Αι δέκα επιστολαί του Αποστόλου Παύλου // Αγιονικοδημικόν Ανθολόγιον. Σ. 110.
[24] См.: Житие и пророчества Космы Этолийского. М.: «Святая Гора», 2007.
[25] Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Σ. 132−133.
[26] Определение понятия «ромейская идентичность» см.: Иоанн Мейендорф, протоиерей. Духовное и культурное возрождение XIV века и судьбы Восточной Европы.
[27] Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Σ. 220.
[28] Πηδάλιον, ήτοι άπαντες οι ιεροί και θείοι κανόνες της εκκλησίας. Αθήναι, 1841. Σ. 31.
[29] Радович Амфилохий. Основы православного воспитания. С. 104.
[30] АВПРИ. Письма монаха Полтавского монастыря о. Мартиниану. Ф. 152. Оп. 505. Д. 8. С. 275.
[31] Διδαχές Κοσμά του Αιτωλόυ // Μενούνος Ι. Κοσμά του Αιτωλόυ διδαχές και βιογραφία. Σ. 76.
[32] Γκιολιας Μ. Ο Κοσμάς ο Αιτωλός και η εποχή του. Αθήνα, 1973. Σ. 414−415.

http://www.pravoslavie.ru/cgi-bin/sykon/client/display.pl?sid=572&did=2098


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru