Русская линия
Храм Рождества Иоанна Предтечи на Пресне Николай Головкин09.02.2008 

Благословение святого Иоанна Кронштадтского

Прославление в лике святых сонма Новомучеников и исповедников Российских на рубеже тысячелетий — на юбилейном Архиерейском Соборе 2000 года Русской Православной Церкви — подвело черту под страшной эпохой воинствующего безбожия в России. Это прославление православных мирян, монахов, священников, архиереев, единственной виной которых оказалась твердая вера в Бога, явило миру величие их подвига, озарило пути Промысла Божьего в судьбах нашего Отечества, стало свидетельством глубокого осознания трагических ошибок и болезненных заблуждений народа. Среди пострадавших за веру в ХХ веке, чью память Церковь отмечает 10 февраля, — святой преподобномученик Маврикий (Полетаев) /1880−1937/. Ему довелось знать святого праведного Иоанна Кронштадтского, учиться, служить, томиться в тюрьмах и лагерях с теми людьми, чьи имена стали частью нашей истории.

* * *

Он родился 18 декабря 1880 года в г. Кронштадте Санкт-Петербургской губернии. При крещении будущий святой преподобномученик Маврикий (Полетаев) получил имя Михаила.

Местом его учебы были Санкт-Петербургские Духовные школы.

После завершения учебы он принимает сан священника и выбирает местом своего служения далекий Туркестан. Согласно сохранившемуся в их роду семейному преданию, это решение было принято не без влияния святого праведного Иоанна Кронштадского, который благословил о. Михаила на службу в Средней Азии. Он был лично знаком с всероссийским пастырем не только потому, что жил в Кронштадте. Его отец протодиакон Владимир Полетаев служил в Андреевском соборе при святом Иоанне Кронштадтском. А мать молодого иерея Мария Петровна Нисвитская была племянницей его жены. Поэтому святой Иоанн Кронштадтский, конечно же, не мог остаться безучастным к судьбе молодого священника и благословил его на путь служения Господу.

Путь, который, по Промыслу Божиему, оказался со многими скорбями и лишениями, привел духовное чадо отца Иоанна, как и тысячи людей, «за веру и правду пострадавших», на Русскую Голгофу.

В 1908 году, в последний год земной жизни Кронштадтского пастыря, отец Михаил отправляется служить в Закаспий, в древний туркменский город Мерв. Священники ехали служить туда не очень охотно. А между тем христианство в Среднюю Азию пришло задолго до ислама. Вот что пишет об этом в своей книге «Большой полёт крылатого коня» митрополит Ташкентский и Среднеазиатским Владимир (Иким): «…на Туркменской земле всходы проповеди святого апостола Фомы проявились раньше и ярче, чем в любом другом краю Центральной Азии. В пригороде Мерва археологами обнаружен христианский храм, построенный уже в начале II века по Рождеству Христову. В трудах аль-Бируни упоминается имя одного из первых наставников Мервской общины. Им был священник Барахий, память которого почиталась в этом городе на протяжении многих столетий.

…На рубеже III—IV вв.еков в Мерве первой во всем центральноазиатском регионе утверждается епархия во главе с епископом, затем превращающаяся в мощную Мервскую митрополию. Эта митрополия вкупе с возникшей позднее Самаркандской первоначально окормляла всю Центрально-Азиатскую Церковь, которая простирала свое влияние и на Великую Степь, и на Афганистан, и на Китай. Вплоть до эпохи Тюркских каганатов и основания отдельной Невакетско-Кашгарской митрополии — из Мерва в города Семиречья (современная Киргизия) и Восточного Туркестана (ныне Синьцзян-Уйгурский автономный район Китая) направлялись епископы, хорепископы (викарии) и священнослужители».

Как пишет владыка Владимир, в Мерве «был построен прекрасный храм в стиле русского «барокко».

Церковь эта была построена в самом начале прошлого века руками русских солдат, которые несли службу на территории Закаспия. Ее настоятель являлся военным священником, ему приходилось окормлять многочисленный гарнизон российской армии, находящийся в Мерве. Прослужив несколько лет настоятелем этого армейского храма во имя Покрова Пресвятой Богородицы, отец Михаил «за усердное служение Церкви» был возведен в сан протоиерея.

После октябрьского переворота он повторил судьбу всего нашего духовенства. Его неоднократно арестовывали, запрещали исполнять свой пастырский долг. По словам внучки — Анны Владимировны Мирошниковой, овдовев, отец Михаил переехал во Владимирскую губернию, где принял монашеский постриг с именем Маврикий. Его дети были взрослыми, жили отдельно.

Однако согласно Архиву ДКНБ по Карагандинской области Д. N2060, сначала служил в Переяславле-Залесском, потом был переведен в Москву, где в 1927 году принял монашество в Никитском монастыре.

8 сентября 1928 года архимандрита Маврикия, который служил в то время в городе Юрьев-Польский Владимирской области, арестовали (биографический справочник «За Христа пострадавшие в земле Владимирской: Синодик и биографический справочник». Свято-Успенский епархиальный женский монастырь. Александров, 2000, с.58). Коллегией при ОГПУ по обвинению за «контрреволюционную деятельность» (ст.58−10 УК РСФСР) он был приговорен к 3 годам ссылки с лишением права проживания в 6 крупных населенных пунктах страны. По источнику ГА РФ. Ф.10 035. Оп.1. Д. П-77 092., в 1928 году получил 3 года ссылки, наказание отбыл в Орле с 1928 по 1930 год.

По освобождении с 1930 по 1935 год служил в Кукуевской церкви Загорска (Сергиева Посада) Московской области. Жил в доме N 27 по улице Н. Кукуевская, где и был арестован 21 октября 1935 года и впоследствии заключен в Бутырскую тюрьму г. Москвы, где находился до февраля 1936-го. Поводом к аресту послужило «существование контрреволюционной монархической группировки духовенства и церковников во главе с монахом Маврикием и монахом игуменом Максимилианом».

Особым Совещанием при НКВД СССР 8 февраля 1936 года по обвинению в «антисоветской агитации, активном участие в к/р группировке церковников и бывших монахов Троице-Сергиевой лавры, прославлении в к/р целях могилы «старца Алексия» Соловьева, распространении провокационных слухов» (ст.58−10,58−11 УК РСФСР, «Дело духовенства и церковников во главе с архимандритом Маврикием. Загорск. 1936 г.») был приговорен к 3 годам ИТЛ.

В обвинительном заключении говорилось, что «в г. Загорске… возвратились из ссылки и поселились на жительство монахи б. «Сергиевской Лавры» — Марченко М.Г., он же игумен Максимилиан… и Полетаев М.В., он же архимандрит Маврикий, Марченко и Полетаев восстановили свои связи с б. монахами «Сергиевской Лавры» и к/р настроенными церковниками. Марченко, Полетаев, Кондратьев, Климов, Графов и Крестников объединились в тесно спаянную к/р группировку, объединили вокруг себя б. монахов, монашек и к/р.настроенных церковников… распространяли ложные слухи о якобы проводимом гонении на верующих в СССР, призывали верующих объединиться и встать на защиту православной церкви, окружающим необходимость организации нового церковного управления и людей безусловно преданных церкви, которые будут защищать интересы верующих перед советской властью… Марченко, Полетаев, Крестников и Кондратьев в к/р целях прославляли могилу «старца Алексея"[Соловьева], похороненного на Кукуевском кладбище, распускали провокационные слухи о якобы имевшихся случаях исцеления на его могиле, организовывали паломничество верующих на могилу, по пути обрабатывая их в а/с духе…».

Карательные органы преследовали за того «старца Алексея"[Соловьева], похороненного на Кукуевском кладбище», которому 5 ноября 1917 года на Всероссийском Поместном Соборе в храме Христа Спасителя было доверено вытащить жребий с именем нового Патриарха. Им стал святитель Тихон.

Пройдут годы гонений и преподобномученика Маврикия (Полетаева) вместе со старцем Алексием Зосимовским причислят к лику святых угодников Божиих для всероссийского церковного почитания на Архиерейском Юбилейном Соборе.

Но вернемся в то трагическое время. 9 февраля 1937-го архимандрит Маврикий был отправлен в одно из страшнейших подразделений ГУЛАГа — КарЛАГ. Этот лагерь располагался на огромной территории, имевшей даже свою столицу — казахстанский город Караганду.

28 сентября 1937 года архимандрит Маврикий Тройкой при УНКВД по Карагандинской области был обвинен в «создании в КарЛАГе НКВД к/р группы, которая под руководством Полетаева проводила богослужения и тем распространяла к/р и религиозные настроения среди лагерников» (ст.58−10,58−11 УК РСФСР, «Дело архимандрита Маврикия (Полетаева) и др. Караганда. 1937 г.»), а так же по причине того, что, «отбывая меру соцзащиты в КарЛАГе НКВД… создал к/р группу, которая под руководством [архимандрита Маврикия] Полетаева систематически собиралась, проводила богослужения, распространяла к/р и религиозные настроения среди лагерников, направленные на дискредитацию советского правительства…».

Он был приговорен к расстрелу.

Свидетели, проходящие по делу говорили, что Полетаев «был организатором собраний заключенных, читал молебны, [у него] имелась литература, ризы, кресты. Богослужения устраивали на квартире Полетаева и Кондратьева, в кузнице и за стогами сена. В проповедях Полетаев призывал верующих не поддаваться соблазну, которому поддались отступники от веры, продавшиеся за временное благополучие… На вопрос Полетаеву, думает ли он порвать с духовенством, — он сказал, что пока жив, он от своих мнений и взглядов не отступит… Полетаев очень набожный человек, аккуратно соблюдает правила и время отправления обрядов. Он регулярно читает акафисты и Евангелие. В конце чтений говорит проповеди, [в которых призывает] покорно переносить кару Господа, наложенную на нас за наши грехи. Что Господь милостив, что Он видит наши страдания за веру, издевательства над верующими со стороны людей, продавшихся антихристу». И еще, мол, Полетаев говорил: «…нашим страданиям придет конец,… вера истинных христиан восторжествует в России снова».

На допросах архимандрит Маврикий показал, что «…к советской власти он принципиально лоялен, хотя факт существования этого порядка управления мне и неприятен», все остальные обвинения отрицал, виновным себя не признал. Категорически отрицал желание создать к/р группу.

«Я свое молитвенное настроение храню при себе, во вне я его не проявлял», — говорил священномученик на допросе.

По рассказам епископа Ташкентского Гурия (Егорова), который в 1933—1943 годах отбывал сроки в различных лагерях и тюрьмах, в том числе находился и в КарЛАГе, отца Маврикия «сильно мучили, а потом расстреляли».

Приговор приведен в исполнение 4 октября 1937 года в 23−00.

Святый преподобномучениче Маврикие, моли Бога о нас!

Николай ГОЛОВКИН, член Союза писателей России

http://www.ioannp.ru/publications/54 136


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru