Русская линия
Столетие.Ru Александр Репников09.02.2008 

Операция «Трест» (часть 1)
Как доверчивость белоэмигрантов позволила чекистам провести знаменитую операцию

Операция «Трест», проводившаяся с ноября 1921 по апрель 1927 года вовлекла в свою орбиту большое число людей в разных странах. Судьбы многих из них закончились трагически. В статье «Приключения английского шпиона в России», опубликованной на сайте «Столетие», мне уже приходилось упоминать об этой операции в связи с деятельностью английского агента и авантюриста Сиднея Рейли. Сейчас хотелось бы немного рассказать о других персонажах этой истории.

В период планирования операции большое беспокойство советским спецслужбам причиняли радикально настроенные монархические организации русской эмиграции. С целью предотвращения с их стороны диверсионно-разведывательных действий было решено легендировать якобы существующую в СССР мощную подпольную организацию («Монархическое объединение Центральной России»). На роль человека, осуществлявшего связь этой организации с зарубежными организациями, был выбран А.А. Якушев — ответственный работник Наркомата внешней торговли РСФСР. Формально же организацию «возглавил» А.М. Зайончковский — бывший генерал царской армии, имя которого было известно в кругах военной эмиграции. К операции были привлечены и другие военные. «Крестными отцами» треста стали В.Р. Менжинский, А.Х. Артузов, В.А. Стырне и другие сотрудники КРО ОГПУ.

Организация должна была ориентироваться, в первую очередь, на настроения, господствовавшие в кругах монархистов, оказавшихся на чужбине. Отсюда, например, и пункт программы гласивший: «Будущий государственный строй России, основываясь на коренных русских началах: православии, народности и самодержавии, должен иметь соответствующие самобытные формы».

Сотрудники ОГПУ, под видом заговорщиков, установили контакты с разведками ряда сопредельных СССР государств, однако неожиданно возникли осложнения, и продуманная операция оказалась под угрозой.

Провал Сиднея Рейли вызвал подозрения у руководителей русских монархических организаций. В этой ситуации большую роль в деле укрепления пошатнувшегося авторитета созданного большевиками «Треста» предстояло сыграть одному из ярых противников большевиков — монархисту В.В. Шульгину, близкому к П.Н. Врангелю члену Русского Общевоинского Союза. Отмечу, что впоследствии Шульгин показал: «Мое вступление в эту организацию официально не оформлялось. Но я считаю себя членом РОВС с момента его создания в 1924 году, поскольку я принимал непосредственное участие в создании и практической деятельности этой антисоветской организации».

В июле 1923 года к Шульгину на квартиру, находившуюся в окрестностях Берлина, неожиданно зашел полковник Самохвалов, ранее являвшийся одним из активных участников созданной Шульгиным контрреволюционной организации «Азбука» и сообщил, что Василия Витальевича желает видеть начальник особого отдела при штабе генерала Врангеля генерал Климович, прибывший в Берлин специально к полковнику (впоследствии — генералу) А.А. Лампе. Столько важных персон собралось неслучайно, и Шульгин, прибывший на квартиру Лампе, застал там бывшего царского сенатора Н.Н. Чебышева, генерала Климовича и неизвестного, который был представлен, как А.А. Якушев. Якушев обратился к присутствующим с сообщением, в котором уверял, что он является руководителем большой контрреволюционной организации, действующей в России и изложил вкратце свою политическую программу. Он заявил, что его организация ориентируется на великого князя Николая Николаевича и стремится установить контакт с русской эмиграцией. В заключение он сказал, что если среди присутствующих найдутся желающие изучить их возможности и перспективы подрывной деятельности против Советов, то он может организовать выезд кого-либо в Советскую Россию с целью ознакомления с организацией. После ухода Якушева последовал обмен мнениями. Чебышев (кстати, совершенно справедливо) заподозрил Якушева в связях с Советскими органами, о чем не замедлил сказать. Однако остальные его подозрения не разделили, а наоборот, вынесли о Якушеве самые благоприятные впечатления.

Через некоторое время личные интересы Шульгина, надеявшегося найти на родине своего сына, пропавшего в период Гражданской войны, и интересы врангелевской контрразведки совпали. Явившись к Климовичу, Шульгин напомнил ему о Якушеве, и обратился с просьбой помочь выехать в Россию. Климович согласился. В силу того, что Якушев постоянно проживал в Москве, на установление с ним контакта потребовалось значительное время, и только в конце лета 1925 года Климович сообщил, что вопрос с поездкой в Россию получил положительное разрешение.

Осенью 1925 года Шульгин выезжает в Варшаву. В ночь на 23 декабря он нелегально переходит границу и прибывает в Минск, откуда переезжает в Киев, а затем в Москву. Проживая на даче около Москвы, он проводит несколько встреч с Якушевым, а также с другими членами организации «Трест». В феврале 1926 года при помощи Якушева Шульгин выезжает в Минск, переходит границу Польши и оттуда убывает в Югославию, где информирует Климовича о результатах своей поездки, еще не ведая, что вся она проходила под контролем спецслужб, которые, идя навстречу пожеланиям Шульгина, ему дали возможность посетить Киев, Москву, Ленинград.

Когда спецслужбы выяснили, что Шульгин в целом положительно воспринял советскую действительность, ему в осторожной форме намекнули, что он мог бы написать книгу о своей поездке.

Шульгин ухватился за эту идею и, по возвращении в Париж, опубликовал сначала в эмигрантских газетах, а затем отдельным изданием свои впечатления о поездке под названием «Три столицы».

Книгу в рукописи он прислал на отзыв в «Трест». В ней он, в частности, утверждал: «Когда Ленин голосом Чингисхана, стегающего нагайкой племена и расы, крикнул шестой части суши апокалипсическое слово „НЭП“ и в развитие сего прибавил издевательское, гениальное: „Учитесь торговать“, — он сжег все то, чему он поклонялся, и поклонился тому, что сжигал… Так поступают или великие преступники, или герои. Пусть Ленин герой! Так повернуть руль корабля мог только человек, который властвует над стихией».

Очевидец этих событий, Чебышев, вспоминал впоследствии: «Когда я узнал, что В.В. Шульгин… собрался в Россию, я… приложил все старания, чтобы отговорить его от поездки, как только увидел, что осуществляться она будет с ведома и при помощи того же „Треста“. Я указал на то, что он едет туда при содействии „Треста“, который, как это мне представлялось несомненным, является аппаратом ГПУ… Убеждал я Шульгина, вероятно, плохо, потому, что ничего, кроме раздражения, мои уговоры не вызывали… Он совершил исключительную по интересу поездку и вернулся невредимым с ценнейшими наблюдениями и готовой книгой. В первый же вечер нашей встречи я стал его подробно расспрашивать, что называется „с пристрастием“, и убедился, что, несмотря на благополучный исход поездки, все мои сомнения остаются в силе».

После того как выяснилось, что приезд Шульгина в СССР, все его перемещения по стране и встречи проходили под контролем ОГПУ, доверие к нему в среде эмигрантов было подорвано. Впоследствии Шульгин высказал собственную авторскую версию об истоках «Треста» и связанных с ним событиях, которая, впрочем, не нашла документального подтверждения: «…Я думаю, что преждевременно называть „Трест“ легендой, созданной чекистами ради провокации. Быть может, когда-нибудь окажется, что чекисты того времени играли на две стороны. Шла тайная, но жестокая борьба между двумя претендентами на власть — Троцким и Сталиным. Тогда еще не было известно, кто победит. Под крылышком Троцкого собирались самые различные антисоветские и антисталинские группировки. Якушев определенно опасался Сталина… Якушев был несомненным троцкистом в том смысле, что он считал Троцкого умным и деловитым. Нерешенная в то время борьба между Троцким и Сталиным должна была влиять на тогдашних чекистов». О книге «Три столицы» Шульгин скажет: «Она вознесла меня на необычайную высоту. Некоторое время я был самой яркой фигурой в эмиграции… Затем последовало падение. Совершенно головокружительное. С вершин восхищения — в бездну насмешки».

Обратим внимание на тот специфический факт, что даже вышедшее в период перестройки, в 1991 году, издание «Трех столиц» было сделано с купюрами: «издательство „Современник“, печатая „Три столицы“, считает необходимым опустить некоторые наиболее грубые и оскорбительные выражения в адрес Владимира Ильича [Ленина]». На это обращает внимание и известный современный исследователь истории отечественных спецслужб Т. Гладков, обратившийся к судьбе этой работы: «Еще до ее выхода в свет (в январе 1927 года) рукопись внимательно прочитали Менжинский и Артузов. Из текста убрали всего-навсего… две строчки, которые могли «расшифровать» кое-кого. Оставили даже резкие высказывания Шульгина в адрес Ленина. (Кстати, спустя десятилетия Василий Витальевич пожалел, что допустил эти пассажи). Остается только сожалеть, что с 1991 года до нашего времени в России так и не вышло полного издания «Трех столиц».

Интересные подробности поездки Шульгина в СССР содержатся в архивных документах, которые ранее были недоступны. В 2007 году авторским коллективом архивистов завершается работа над книгой, в которой впервые будут опубликованы все материалы следственного дела В. В. Шульгина.

Обезвреживание и ликвидация английского шпиона Сиднея Рейли и поездка в СССР Шульгина были только двумя эпизодами знаменитой операции. Об остальных событиях подробно будет рассказано далее.

http://stoletie.ru/territoriya_istorii/operaciya_trest_chast1.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru