Русская линия
Богослов. RuИгумен Дионисий (Шленов)21.01.2008 

Праздник Богоявления по описанию древних христианских авторов
О том, как в древнехристианском мире праздновалось Богоявление, рассказывает заведующий Греко-латинским кабинетом при Московской духовной академии игумен Дионисий (Шленов)

Православные христиане всего мира с благоговением празднуют двунадесятые праздники. Литургическая жизнь Церкви неотделима от жизни всех, кто является членом Церкви, Тела Христова. Суть ее со времен Христа Спасителя остается неизменной, а многообразные формы ее могут складываться, совершенствоваться, достигать законченности и полноты. Так и в истории двунадесятых праздников. Мы не мыслим своей жизни без них, без включенности ее в год церковный, и нам кажется, что так было всегда. Трудно даже представить, что Сретение Господне стало праздноваться только при императоре Юстиниане (начиная с сер. VI в.), а Успение Божией Матери — со времени царствования императора Маврикия (с кон. VI в.). В X в. афонские монахи недоумевали, стоит ли им принимать недавно установленный Успенский пост, и константинопольский патриарх Николай Мистик вынужден был подтвердить его в своем сочинениии «О посте». Однако не только для Руси, но, пожалуй, и для всего христианского мира события I тысячелетия освящены авторитетом глубокой древности, круг праздников, сложившийся тогда, стал своеобразным непреложным каноном, нарушение которого по-справедливости считается грехом, а соблюдение — добродетелью.

Наша маленькая заметка посвящена двум праздникам — Рождеству Христову и Крещению Господню. Почему именно им? В преддверии и в самый день праздника Крещения вопрос этот представляется излишним. Как будет видно, праздник Крещения Господня всегда был и остается поныне теснейшим образом связан с праздником Рождества. Прп. Никита Стифат (?? в.), повторяя мысли более древних отцов, писал в своих полемических словах о том, что Христос рождается как человек и крестится как Бог; и наоборот, рождается как Бог и крестится как человек. Под видом внешней антиномии и противоречия в этом высказывании скрывается диалектический принцип православного богословия, рационального и иррационального одновременно, — указывающий на тайну Богочеловека Христа, единого по ипостаси в двух природах Божества и человечества.

О Рождестве и о Крещении существует огромная литература. Десятки, или даже сотни статей и монографий посвящены истории и особенностям этих праздников. Ученые обсуждают время их появления, их соотношение друг с другом, пути распространения в Древней Церкви и в Византии, их отношение к другим событиям священной истории, празднуемым Церковью, — прежде всего к Пасхе, Благовещению и Сретению. Не раз защитники различных гипотез вступали в научные дискуссии между собой с тем, чтобы выяснить подлинные обстоятельства возникновения праздников. Так в кон. XIX в., а потом в сер. XX в. на западе велись споры между сторонниками «апологетическо-религиозно-исторической гипотезы» (apologetisch-religionsgeschichtliche Hypothese), связывавшими установление Рождества с борьбой христиан против языческого культа «непобедимого солнца», и представителями так называемой «спекулятивно-календарной гипотезы» (spekulativ-kalendarische Hypothese), соотносившими время празднования Рождества со временем празднования Благовещения-Пасхи. Данные теории имели непосредственное отношение и ко Крещению, столь тесно связанному с Рождеством, как в богословском, так и в календарно-литургическом отношении.

Интересующей нас теме посвящены труды отечественных дореволюционных литургистов Ф. Смирнова, М. Скабаллановича и свящ. Корнилия Кекелидзе. Ученые эти писали с учетом современной им иностранной литературы и древних источников, однако в настоящее время их работы в достаточной степени устарели. Так, Кекелидзе в частности отмечал, что ему ничего не известно «об авторской деятельности Юстиниана» (с. 152). Однако в XX в. издан огромный корпус богословских сочинений Юстиниана, а по поводу «Слова о праздниках», переведенного Кекелидзе с древнегрузинского, велась основательная научная дискуссия между известнешими ориенталистами: М. ван Эсбруком, сторонником авторства Юстиниана, и Д. Аллэ, который авторство императора пытался поставить под сомнение. В течение XX в. история праздников Рождества и Крещения была существенно дополнена и уяснена.

Не ставя перед собой задачи сообщить читателю нечто совершенно новое, постараемся кратко изложить некоторые исторические сведения о празднике, отмечавшемся первоначально 6 января, более или менее известные.

Св. Иоанн Кассиан Римлянин (360-ок. 432) писал: «… священники этой провинции [Египет] рассматривают [Богоявление] как время, одновременно крещения Господа и также Его рождества во плоти (vel Dominici baptismi, vel secundum carnem nativitatis esse definiunt…), и так празднуют память каждого таинства не отдельно как в западных провинциях, но в едином празднике этого дня».

Много веков спустя в рукописи, содержащей сочинения известного сирийского монофизитского писателя Дионисия Бар-Салиби († 1171), сделана схолия, почти что современная ему, с объяснением причин введения праздника Рождества: «Господь был рожден в месяце январе, в день, когда мы празднуем Богоявление; ибо древние соблюдали Рождество и Богоявление в один день… Причина, по которой отцы перенесли указанное торжество с 6 января на 25 декабря, как говорят, такова: язычники имели обыкновение отмечать в тот же день 25 декабря праздник рождения солнца. Для украшения торжества у них был обычай возжигания огней, даже христиане приглашались принять участие в этих обрядах. Итак, когда учителя заметили, что христиане были покорены этим обычаем, они решили праздновать праздник истинного Рождества в тот же день; а 6 января они стали праздновать Богоявление. Они сохранили этот обычай до сего дня с обрядом возжигания света (досл. огня)».

Если положиться на эти два свидетельства, начинает вырисовываться древняя традиция единого праздника Богоявления, отмечавшегося 6 января (19 января по новому стилю). В памятнике сирийской письменности (не позже нач. IV в.) «Учение апостолов» сказано: «Соблюдай день Богоявления нашего Спасителя, который глава праздников Церкви, в 6 день месяца канун (т. е. 6 января) согласно долгим вычислениям греков…».

Однако остается немало вопросов. 1. 6 января — был по преимуществу праздником Рождества, или, наоборот, Крещения? 2. С какого времени эта дата становится точным временем празднования двух праздников? 3. С какого времени начинает праздноваться отдельный праздник Рождества Христова? 4. Как данные даты соотносятся с принятыми в Византии системами летоисчисления? и пр. Ответы на эти вопросы были бы слишком пространны для краткой заметки. Быть может, несколько приведенных ниже отрывков из святоотеческой письменности смогут отчасти пролить свет на некоторые из них.

Известно, что ареал распространения праздника Богоявления, отмечавшегося 6 января, был шире Египта — в древние времена он был распространен не только на востоке, но и в Галлии. А отдельный праздник Рождества 25 декабря стал отмечался в Римской и Северо-Африканской церквях.

Празднование 6 января очень хорошо соотносилось с важнейшими событиями мировой истории — с творением мира и с Пасхой. Подобно тому, как ветхий Адам был сотворен в 6 день творения, так и Христос, Новый Адам, в 6 день открывает Свое Божество после крещения во Иордане или в момент пришествия Богомладенца в мир. 6 января соответствовало 6 нисану — дню творения первого Адама согласно иудейской традиции. В то же время оно достаточно органично вписывалось в римский календарь. С сер. I в. до Р. Х. в Римской империи, а позднее и в Византии под влиянием Рима принято было отмечать новолетие 1 января. В Византии было несколько новолетий: 1 марта — древнее церковное новолетие, 1 сентября — гражданское, однако наиболее торжественно отмечались январские календы (1 января). Конечно, этот праздник был народным, не без элементов языческих торжеств. Несомненно, что к римским календам восходят наши рождественские колядки. Он отмечался христианскими царями и сановниками, богатыми и простецами, к тому же в течение первых пяти дней января в Византии прекращалось обучение в школах. Не означал ли он празднование начала мира? Бог сотворил мир и время, а новый год — является как бы своеобразным обновлением времени, переходом от старого к новому. Знаком приближения нового освященного времени был и самый короткий в году день зимнего солнцестояния — 22 декабря.

Дата 6 января могла вычисляться путем прибавления 9 месяцев к той особой дате Пасхи, которая отмечалась согласно солнечному еретиками-монтанистами из Малой Азии 6 апреля, вполне возможно, что этот день чтился и другими древними христианами, вовсе не повинными в ереси. Но почему ко времени Пасхи прибавлялись месяцы чревоношения, спросит читатель? Некоторые древние христиане разделяли веру в то, что страдание и воскресение Спасителя происходит в одно время с Его пришествием в мир и Боговоплощением. Значит по их вере 6 апреля — это день не только Пасхи, но и благой архангельской вести, а 6 января — день Рождества. Подобно тому, как на Пасху мы читаем пасхальное евангелие из 1-й главы евангелиста Иоанна, так в древности в г. Ефесе годовой цикл евангельских чтений начинался на Богоявление с евангелия от Иоанна, в котором с наибольшей глубиной передано богословие воплощения. Стих «и живот бе свет человеком» (Ин. 1, 4) явно указывает на Богоявление как на праздник «светов» (по-сирийски «дэнха»), праздник свечей, которые возжигались и на Рождество, и вокруг крещальной купели, о которой еще св. Иустин Мученик писал: «Именуется это купалище просвещением, так как оно принадлежит тем, кто просвещен помыслом…"…

Происхождение праздника Богоявления достаточно загадочно. Одни древние авторы писали о празднике Богоявления 6 января как о празднике Крещения, другие — как о празднике Рождества. К первой группе относятся Климент Александрийский, Ориген и св. Афанасий Александрийский.

Климент Александрийский (+ до 215 г.) писал о том, что последователи гностика Василида праздновали крещение Иисуса 11 и 15 Тиби (соответств. 6 или 10 января), что хорошо укладывалось в систему Василида, в которой божественный Христос впервые явился на земле во время крещения Иисуса. Неужели гностики первыми установили данный праздник? К таким выводам приходят некоторые ученые, но с гностическим происхождением праздника Богоявления никак нельзя согласиться.

Другое свидетельство принадлежит Оригену. В гомилии на пророка Езекииля он писал о христианской традиции праздновать крещение 5 января, предлагая в связи с этим характерное для данного автора аллегорическое толкование: «И Господь Иисус Христос был начинающим, как тридцати лет у реки Иордан, и отверзлись небеса. От этого года вычисли для меня четвертый месяц и пойми, что Иисус был крещен в четвертом месяце нового года. В тот месяц, который у римлян именуется январем, было совершено, как нам известно, крещение Господа, это — четвертый месяц со времени нового года согласно вычислению евреев. И поскольку Он воспринял тело, состоящее из четырех элементов мира, восприняв также человеческие чувства, потому и в четвертый месяц в пятый день Он узрел видение». Ориген пишет о крещении, соотнося его с Боговоплощением. О самом празднике не сказано ни слова, но точная дата крещения, известная Оригену, не могла остаться незамеченной тогдашними христианами, если даже гностики дерзнули счесть ее своей.

В арабской версии ?? в. 16 правила св. Афанасия Великого читаем: «И в праздник Богоявления Господа, который был в месяце Тиби, совершается Крещение, тогда [люди] возрадуются. Епископ соберет всех вдов и сирот и возрадуется с ними, с молитвами и гимнами, и даст каждому в соответствии с его нуждами; ибо это день благословения; в него Господь был крещен Иоанном». Далее здесь сказано, что Богоявление празднуется в Новом году, когда отмечается сбор урожая. Хотя точная дата Крещения здесь не указана, несомненно здесь имеется в виду уже известное нам 5−6 января. В данном отрывке подчеркивается связь между праздником и самим евангельским событием Крещения, сделан акцент на милостивом отношении возглавляющего праздник епископа к бедным и несчастным. «Просветитеся, сей нищий воззва Адам в падении. Ибо того услыша Господь пришед струями Иорданскими», — поется в возглашаемом ныне в храме тропаре крещенского канона.

У других древних авторов или в памятниках древней письменности праздник Богоявления 6 января описывается как праздник Рождества, а именно у св. Епифания Кипрского (315−403), св. Ефрема Сирина, в «Итинерарии» паломницы Эгериии и в древнем армянском лекционарии. Св. Епифаний сообщает о том, что идолослужители 5/6 января праздновали праздник Века (Эон) или Кореум (Coreum). Св. Епифаний описывает языческий праздник следующим образом. Язычники в ту же самую богоявленскую ночь в храме Дщери бодствуют и воспевают песни перед идолом, затем под утро они семь раз обходят храм, неся перед собой деревянного божка «и говорят, что в этот час сегодня Дщерь (то есть дева) родила Эона». Для св. Епифания повсеместное распространение этого языческого праздника важно только как подтверждение силы и величия христианского праздника Рождества Христова. «На основании многих фактов мы вынуждены представить неверным, что Богоявлением правильно названо воплощенное рождество Спасителя, происшедшее в Вифлееме, когда Он в седьмом часу родился и явился пастырям и миру по свидетельству ангелов».

Апологетически настроенному св. Епифанию могло показаться, что язычники всего лишь заимствовали праздник Эона у христиан. Обратный и неприемлемый ход мысли — то, что христиане могли заимствовать праздник Рождества у язычников, поскольку по свидетельству римского писателя Мессалы, праздник Эона отмечался в I в. до Р. Х. — у св. Епифания не рассматривался. Таким образом, в случае с гностиками и язычниками складывается аналогичная ситуация — и те, и другие присваивали себе день 6 января, который им принадлежал не по праву. Христос рождается и крестится как Богочеловек с тем, чтобы посрамить ложную мудрость и знание.

Сам св. Епифаний имел весьма оригинальный взгляд на даты Рождества и Крещения, он считал, что Христос был рожден 6 января, а крещен 8 ноября. Согласно суждениям Кипрского святителя, основанным на расчетах, 25 декабря имеет только преуготовительное вспомогательное значение. Вслед за св. Ефремом Сирином он утверждает, что протяженность светового дня, постепенно возрастающая с 25 декабря, предуготовляет «по плоти рождение, совершенное вочеловечение, которое именуется Богоявлением» (цитата у св. Епифания из св. Ефрема). Именно в связи с чудесным претворением воды в вино в Кане Галилейской св. Епифаний писал о том, что 6 января египетские христиане черпали воду из Нила: «в 11 день Тиби (т. е. 6 января) у египтян все черпают воду и запасают в Египте и во многих странах».

Св. Ефрем Сирин (306−373), процитированный св. Епифанием, — выдающийся богослов праздника Богоявления, как видно из его Низибинских гимнов «На Рождество» и «На богоявление». Русский перевод с сирийского первого из них доступен на страницах «Богословского вестника» (N 5­-6. 2005−2006). Несомненно, что св. Ефрем Сирин почитал праздник Рождества Христова 6 января, возможно соединяя его с крещением. Однако последующая традиция монофизитской Сирояковитской церкви, для которой св. Ефрем был одним из основополагающих столпов, праздновать Рождество и Крещение отдельно друг от друга оказывается в таком случае достаточно далеко отошедшей от св. Ефрема. Так или иначе св. Ефрем воспевал на Рождество:

«В день сей родилось Чадо,
И дано ему имя — Чудный,
Ибо действительно чудно,
Что Бог явился дитятей»
(рус. пер. прот. Леонида Грилихеса).

В «Итинерарии» Эгерии (ок. 380 г.) упоминается обычай Иерусалимской Церкви — праздновать Рождество Христово в Вифлеемском храме 6 января, однако из-за лакун рукописи подробное описание праздника не сохранилось. И в древнем Армянском лекционарии (иерусалимский армянский кодекс нач. V в. под N 121) отражена ситуация Иерусалимской Церкви времен Эгерии: «5 января — Собрание на месте пастухов. Бдение в церкви в Вифлееме. Собрание на Богоявление в Мартирионе[1] в Иерусалиме». Восьмидневный цикл служб завершается празднованием обрезания в храме Воскресения. Современный католический ученый А. Рену, подробно проанализироваший текст, вопреки мнению некоторых других отметил, что здесь идет речь именно о Рождестве, а не о Крещении.

Из обзора ряда древних свидетельств о праздниках Рождества и Крещения ясно, что древние авторы чаще писали только об одном празднике, а те, кто заявлял о двух, праздновавшихся в один день 6 января, делали это сквозь призму современной им практики — православной или инославной, как правило, монофизитской. Так или иначе, в последующие времена для армян-монофизитов совместное празднование Рождества и Крещения стало символом их искаженной христологии, в то время как раздельное празднование Рождества и Крещения означало для них несторианство. Так, армянские богословы опирались на формулировки, подобные следующей: «Праздник Богоявления и праздник Крещения являются одним днем, потому что едина природа Бога и человека» (из сочинения, ложно приписывавшегося свт. Василию Великому).

Однако отдельное празднование Рождества Христова 25 декабря, отмечавшееся в Западной Церкви и в североафриканских церквях (не позже нач. IV в.), и постепенно принятое — еще до монофизитских споров — в Антиохийском, Константинопольском, Александрийском, а со временем — после немалых неурядиц — и в Иерусалимском патриархате, стало неотъемлемой частью литургического предания Православной Церкви. Св. Прокл Константинопольский (434−446) проповедовал: «В предшествующем празднике Рождества Спасителя земля радовалась, в сегодняшний праздник Богоявления море зело веселится, поскольку через Иордан оно получило благословение очищения». А Косьма Индикоплевт (VI в.) в «Христианской топографии» кратко зафиксировал то, во что со временем стали верить все: «… издревле Церковь, дабы не забыла об одном из двух праздников, если бы стала совершать их вместе, постановила, чтобы их разделяли двенадцать дней по числу апостолов…».

Более подробно история праздника Рождества Христова будет освещена на страницах готовящегося к изданию очередного тома «Богословского вестника».



Избранная библиография

Кекелидзе К., свящ. К вопросу о времени празднования Рождества Христова в древней церкви // Труды КДА 1905. Т. I. Январь. С. 149−158.

Скабалланович М. Рождество Христово. Киев, 1916 [СТСЛ, r1995] (Христианские праздники. Кн. 4).

Смирнов Ф. Происхождение и значение праздника Рождества Христова. Киев, 1883.

Esbroeck M. van. La lettre de Justinien pour la fete de l’Hypapante en 562 // AB 112. 1994. P. 65−84.

Halleux A. de. Un discours heortologique de Justinien? // AB 112. 1992. P. 311−328.

Merras M. The Origins of the Celebration of the Christian Feast of Epiphany. An Ideological, Cultural and Historical Study. Joensuu, 1995.

Renoux A. L’Epiphanie a Jerusalem au IVe et au Ve siecle d’apres le Lectionnaire armenien de Jerusalem // REA 2. 1965. P. 343−359.

Roll S.K. The debate on the Origins of Christmas // Archiv fur Liturgie-wissenschaft 40. 1998. P. 1−16.



[1] Базилика, построенная св. императором Константином радом с Голгофой.

http://bogoslov.stack.net/text/270 513.html

Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru