Русская линия
Татьянин день Евдокия Варакина03.01.2008 

Дед Мороз: культурный символ или реальная личность?

Вопрос о том, как относиться к Деду Морозу, встает перед многими православными родителями. Периодически дискуссии на эту тему возникают на различных интернет-форумах. Два полюса православного отношения к Деду Морозу лаконично выразили участники дискуссии на Родительском форуме Православной беседы

— отрицательное: может, стоит раз и навсегда объяснить ребенку, что «волшебство с христианством по разные стороны баррикад»?

— положительное: «пусть сказка будет сказкой, а святое святым», то есть не надо смешивать мир вымысла и реальность. И то, и другое в детстве имеют право на независимое существование.

Действительно, обыкновенный, не святой ребенок не может обойтись без таких «светских» элементов жизни, как игра, песенка, сказка. Если они проповедуют добро, учат любить окружающих людей, заботиться о сотворенном Богом мире — в них нет ничего опасного для ребенка. Это не противоречит его православию, а скорее, готовит душу для более глубокого, всестороннего впитывания веры в будущем. Искусственная изоляция ребенка от всей сокровищницы детской культуры, накопленной человечеством за много веков, приведет к деформации его психики — какие-то сферы души так и не оживут в нем.

Если посмотреть на фигуру Деда Мороза с этих позиций, он вызывает только позитивную реакцию. Ведь в основе его действий — доброта, милосердие и готовность на творение чуда для другого. К этому же он призывает и детей — об этом свидетельствует «Обращение к детям планеты Всероссийского Деда Мороза и Санта Клауса Лапландского», размещенное на сайте проекта «Великий Устюг — Родина Деда Мороза». В этом документе, в частности, говорится: «Берегите мир на планете. Ведь только там, где царят мир и дружба, где один человек стремится понять другого, происходят настоящие чудеса <…> Не забывайте каждый день делать хотя бы одно маленькое чудо. Ведь каждый шаг на пути к мечте — это доброе чудо! Каждое слово, дающее надежду — это доброе чудо! Каждый миг радости, подаренный людям — это доброе чудо! Вам предстоит совершить великое множество чудес и сделать мир лучше, добрее и счастливее» (http://www.udedamoroza.ru/).

Отношение к Деду Морозу Русской Православной Церкви неоднозначно. С одной стороны, его «присутствие» под елкой настолько привычно для глаза русского человека, что даже не вызывает вопроса — и среда священнослужителей в этом не исключение: «Как это нет Деда Мороза, когда елка и Дед Мороз стоят в каждой духовной семинарии? Дед Мороз — это культурная традиция, которая присуща России и другим народам», — сказал в 2002 году в одном из интервью митрополит Калининградский и Смоленский Кирилл (http://www.interfax-religion.ru/).

Если воспринимать Деда Мороза как светский символ, олицетворяющий нравственные идеалы добра и сочувствия, а также таящейся в каждой душе надежды на чудо, он вызывает сугубо положительные эмоции. И совершенно естественно, что под елкой даже в православной семье будут стоять Дед Мороз со Снегурочкой — стоят же они, по свидетельствам журналистов, даже в Чистом переулке. И Его Святейшество воспринимает Деда Мороза именно так — как символ добра, любви и чуда для детей: ««Все, что несет в себе добро, надо приветствовать. А Дед Мороз раздает подарки, утешает, радует детей» (/www.portal-slovo.ru).

Однако сказка о Дедушке Морозе последние годы все более настойчиво вторгается в настоящую жизнь. Если принимать те правила игры, которые предлагает грандиозный проект «Великий Устюг — Родина Деда Мороза», то Дед Мороз становится больше, чем просто изображением на пакетах и витринах, фигуркой на елке или под ней — он предстает перед миром живой личностью. А если его пытаются сделать живым и настоящим для ребятишек нашей страны, то у священнослужителей и воцерковленных родителей естественно возникает вопрос: а кто он такой?

Одни светские этнографы возводят его происхождение к богам славянского пантеона. Другие предлагают западную версию святителя Николая (мысль, для церковного человека звучащая просто кощунственно; как резко, но верно выразился один из участников той же дискуссии на Родительском форуме: «Мирликийскому архиепископу место в красном углу, а не в красной шубе»). Воцерковленные деликатно обходят эту тему, предлагая не смешивать сказку, пусть и воплощаемую в жизнь, с религией. Впрочем, был прецедент и радикального церковного отношения к личности Деда Мороза — в 2001 году епископ Вологодский и Великоустюжский Максимилиан (Лазаренко) заявил, что РПЦ поддержит проект «Великий Устюг — Родина Деда Мороза», только если Дед Мороз примет крещение. Не в буквальном смысле, разумеется, — понятно, что сказочный персонаж не может участвовать в Таинстве;- просто в качестве одного из пунктов его, Деда Мороза, биографии должен быть указан факт его крещения в православие.

Предложение вызвало бурную реакцию в СМИ (как отрицательную, так и, на удивление, положительную, суть которой сводилась к мысли, что лучше уж пусть национальный проект тяготеет к христианству, чем к язычеству http://premier.region35.ru/gazeta/np179/10s.shtml?print) — но, судя по всему, изменений в биографию Деда Мороза не добавило.

«Сам» Дед Мороз формулирует свои отношения с Богом весьма обтекаемо. В уже цитированном выше «Обращении» они с Санта Клаусом Лапландским именуют себя так: «Мы, великие зимние волшебники, творцы новогодних и рождественских сказок, исполнители самых заветных желаний <…> облеченные чудотворной властью, данной нам по канонам новогоднего времени, волею и именем всех светлых сил планеты». Немножко эзотерикой отдает, правда? Но, в общем-то, благие намерения инициаторов проекта понятны: Дед Мороз, как и Санта Клаус, должен быть добрым волшебником для всех детей планеты, независимо от их вероисповедания. И единственная возможность для этого — своего рода экуменическая позиция Дедушек в широком смысле слова.

Но даже это не принципиально для воцерковленного родителя — потому что конфессиональная принадлежность Винни Пуха или Чебурашки тоже не оговорена их создателями, что же теперь, совсем не показывать детям добрых советских мультфильмов?

Важнее всего, на наш взгляд, другой момент. Дело не в личности Деда Мороза, а в его «функции», в том месте, которое ему пытаются отвести в детской картине мира. Когда начинаешь задумываться над отношением к «ожившему» Деду Морозу воцерковленного ребенка, возникает некоторое смущение. Речь идет не о том добром седобородом дедушке в красном полушубке, который на очередной рождественской елке, радушно улыбаясь, вручит вашему чаду коробку со сладостями или плюшевую игрушку. На его месте может быть и Снежинка, и Принцесса, и любой другой сказочный персонаж. У ребенка это не вызовет ни малейшего недоумения: мы же сейчас играем в сказку, понятно, что ее герои «понарошку» оживают. Ну, как на сцене во время спектакля — или как в игре самих детей.

Но совсем другое дело, когда ребенку предлагают общаться с Дедом Морозом «взаправду», как с реально существующей личностью. Раньше, в советские годы, это общение было в основном мысленным или в виде письма, которое ребенок оставлял под подушкой, на подоконнике и т. п. Последние годы Дед Мороз «поселился» в Великом Устюге, где есть специальная «почта Деда Мороза» для писем, которые пишут ему ребятишки.

Изменилась форма, но суть отношений осталась той же. Ее можно выразить в краткой формуле: «Попроси Деда Мороза о чем хочешь — и он постарается это сделать». Слишком уж это напоминает известное евангельское «просите, и дастся вам», чтобы не начать размышлять о том, что же происходит на самом деле.

Продолжение читайте завтра…

http://www.taday.ru/text/86 668.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru