Русская линия
Татьянин день Екатерина Ким20.12.2007 

Вход только для особо важных персон

Есть в Москве постройка, которая временами не дает спокойно уснуть интеллигентному москвичу — особняк Морозова на Спиридоновке. Он находится под пристальным наблюдением структур, и вход сюда строго воспрещен, ведь ныне это задание — Дом приемов МИД.

Действительно, здание стоит того, чтобы демонстрировать его самым высоким гостям (здесь проходила встреча Большой восьмерки). Особняк, построенный Шехтелем в 1893—1898 годах, — достойный сосед лучших европейских памятников модерна. Он принадлежал когда-то Морозовым и был расположен в Поварской слободе — аристократическом районе Москвы XIX века.

Савва Морозов — одиозная личность своего времени — крупнейший предприниматель России, меценат и при этом сторонник большевиков, некоторое время скрывавший в своем доме Баумана, печально окончивший свою жизнь. Но в 1890-х годах все еще успешный «бизнесмен» начал строительство будущего шедевра архитектуры, потакая капризам своей жены Зинаиды. Савва Тимофеевич пригласил молодого Шехтеля в качестве архитектора — как раз в начале строительства этого особняка, в 1893 году, последний запоздало получил диплом техника-строителя (как мы уже писали, как такового, архитектурного образования у него не было).

Первая крупная работа Шехтеля, сразу принесшая известность молодому архитектору, — этот особняк в готическом стиле. Здание — скорее такой небольшой средневековый причудливый замок, в котором соединились элементы готического стиля и замковые детали. А в результате — фантазийный компактный дом, сказочный, романтический и немного страшный. Не зря его считают прототипом дома булгаковской Маргариты. Он рассчитан на круговое восприятие, а внутренние помещения группируются вокруг вестибюля и аванзала (эти же принципы будут потом использованы Шехтелем в особняке Рябушинского). При этом вся пропорциональная система здания, вплоть до деталей мебели, определяется размерами длины, ширины и высоты аванзала. То есть в нем сочетаются видимые живописность и свобода композиции, разнообразие и тщательная, жесткая продуманность. С внешней стороны мы видим обилие стрельчатых и трехлопастных арок и арочек, вытянутые колонки, маски, башни, во дворе мы могли бы еще заметить такие детали, как, например, скульптуры не очень приятных зверообразных существ (вспомните знаменитых химер Нотр-Дама в Париже) и имитации контрфорсов (они являются главными носителями нагрузки готических соборов с внешней стороны)… Все эти элементы стилизованы и расположены не так, как в настоящих средневековых зданиях, но их сочетание и рождает образ готической постройки. Вообще, если в XVIII веке в Англии тоже появлялись необычные частные постройки в духе неоготики, хозяева которых поддерживали таким образом модный в то время образ романтического одинокого героя, а в России в том же веке появляются те же «модные» элементы «готического стиля», то в конце XIX века жизнь в постройке такого рода — это и мода, и эстетство, и тоска по навсегда уходящему укладу жизни. (Вероятно, даже стремление оградиться от надвигающихся драматических событий. В этом смысле фигура Морозова очень противоречива — с одной стороны, успешность и жизнь на старый купеческий манер, а с другой — его стремление поддержать большевиков.)

Интерьеры особняка были утрачены при пожаре 1995 года, сейчас они просто стилизованы в готическом духе (деревянная резьба, шпалеры, рыцари) и классике. Сегодня здесь собраны произведения XVIII—XIX вв.еков. Помимо самого Шехтеля в создании внутренней декорации принимали также участие Врубель и художник Константин Богаевский. Творчество Врубеля, конечно, было очень созвучно идее романтического особняка — такое же странное, черпающее вдохновение в поэмах и сказках. Для Морозова он создал витраж с рыцарем, скульптурную группу «Роберт и Бертрам» (она находится у лестницы на второй этаж) и три больших полотна — «Утро», «Полдень» и «Вечер» для гостиной — довольно мрачные пейзажи с то ли мифическими персонажами, то ли ожившими скульптурами. На фоне таких интерьеров и общей идеи особняка кажется несколько неожиданным помещать сюда работы Константина Богаевского, ученика Куинджи, мастера романтического, героического и при этом эмоционально радостного пейзажа. «Даль», «Солнце» и «Скала» — три панно были выполнены им для Большой гостиной в начале 1910-х годов уже по заказу нового владельца здания — Михаила Рябушинского. На самом деле эти картины тоже принадлежат к тому «ностальгическому» направлению в искусстве начала ХХ века, когда разные художники обращались к воспоминанию и воссозданию золотых веков в истории и искусстве.

В 1905 году произошло трагическое событие — Савва Моров добровольно ушел из жизни. Его вдова продала особняк Рябушинскому. После революции здание было передано детскому интернату, а конце 1920-х годов оно переходит в ведение Наркомата иностранных дел. Ныне это Дом приемов МИД, «спецособняк», и пройти на его территорию можно только по особому приглашению.

http://www.taday.ru/text/84 778.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru