Русская линия
Храм Рождества Иоанна Предтечи на Пресне Владимир Мартинович06.11.2007 

О миссии Церкви и «миссии» секты

Для расширения и углубления понимания смысла православной миссии в современном мире нужно знать, чем она отличается от миссионерской деятельности сект по вербовке новых членов. Социологи религии неустанно твердят об отсутствии каких-либо существенных отличий. Действительно, имеются ли у нас достаточные основания для выделения принципиальных, сущностных различий, или мы также вынуждены констатировать полную идентичность обоих процессов?

Поставленная проблема намного сложнее, чем это может показаться на первый взгляд. Прежде всего, нужно отметить, что далеко не всякая деятельность сект по привлечению к себе внимания со стороны общества и завлечению людей может рассматриваться как миссионерская. Поэтому здесь не будут учитываться секты, не имеющие постоянного членства и не стремящиеся к всестороннему овладению жизнью и мировоззрением человека. Их отношения с последователями можно охарактеризовать скорее как куплю-продажу некоего «духовного» товара, что не налагает никаких серьезных обязательств на обе стороны. Самостоятельный приход человека в Церковь и его нередко встречающийся аналог — самостоятельный уход индивида в секту — здесь также не будут никак учитываться из-за отсутствия в обоих случаях предшествующей миссионерской деятельности.

Можно ли предположить, что основное различие состоит в методах и формах ведения миссионерской работы Церковью и сектой? Действительно, методы секты во многом отличаются от подхода Церкви. Можно долго говорить о том, что в подавляющем большинстве случаев секта характеризуется продуманной, навязчивой вербовкой, сопровождающейся грамотным, практически незаметным психологическим манипулированием. Секта может маскироваться под различные миротворческие, экологические, образовательные и т. п. проекты, используя их как приманку. Она может регулярно изменять свое название, объем и содержание распространяемой «для непосвященных» информации о себе и, наконец, просто «покупать» новых членов через многообразные формы благотворительности. Однако трагичность ситуации состоит не столько в сложностях поиска очевидных различий в методах и формах миссионерской работы Церкви и секты, сколько во встречающихся примерах полной их идентичности. De facto, далеко не все адепты секты способны на серьезное психологическое манипулирование для завлечения новых членов. И не во всех ситуациях можно использовать данные методы воздействия.

Итак, секта может привлекать людей, случайно или целенаправленно, не прибегая к своим специфически сектантским методам. Это, конечно, не означает, что она не будет использовать психологического воздействия и давления на уже пришедших в нее разными путями людей, пытаясь таким образом предотвратить их выход. Поэтому можно говорить лишь о второстепенной значимости анализа различий методологии миссионерской деятельности для решения поставленной задачи.

В ряде случаев существуют отличия в роли и месте миссионерской деятельности в контексте общего существования Церкви и секты. Известны секты, не ведущие вообще никакой миссионерской деятельности, например, Амиши. При этом пополнение рядов секты происходит за счет естественного прироста (рождение детей от сектантов-родителей). В противоположность этому в Международной Церкви Учеников Христа все вероучение организации построено вокруг важности и необходимости ведения миссионерской деятельности, а обращение новых членов является центральным и постоянным критерием членства индивида в группе. То есть член секты — только тот, кто регулярно приводит новых людей в организацию. Однако подобные секты составляют скорее исключение, чем правило, и, следовательно, критерий места и роли миссии также не является существенным.

Секта может отличаться избранием конкретного, вполне специфического субъекта и объекта миссионерской деятельности. Иначе говоря, секта нередко точно определяет, кто может вести миссионерскую работу, и на кого конкретно она должна быть направлена. В первом случае вербовка новых адептов входит в обязанность вполне конкретной прослойки в иерархии секты и/или является обязательной/возможной ступенью для перехода на новый этап посвящения в группе. Во втором случае все силы направляются на вербовку какой-либо конкретно заданной категории населения, например, преимущественно на женщин, молодежь, государственных чиновников, учителей, бывших или настоящих наркоманов, преступников и т. д. Миссия Церкви обращена ко всем и вся. К сожалению, в современном мире каждый член Церкви, вне зависимости от его желания и понимания, вынужден выполнять функции миссионера. Хуже всего, когда эта ситуация нами не осознается. Такое узкое определение субъекта и объекта миссии присутствует далеко не во всех сектах, что снова лишает нас оснований для проведения различий.

Все вышесказанное принуждает нас к переходу на новый уровень постановки вопроса: «Есть ли разница в целях миссионерской работы Церкви и секты?» Секта практически всегда стремится любыми путями обратить как можно большее количество новых адептов. К сожалению, подобное же мнение относительно главной цели миссии Церкви существует и в православной среде. Секты могут предложить человеку все, что он только пожелает, все, до чего только сможет додуматься его разум, кроме одной единственной вещи — свободы. Секта по определению не может раскрыть перед человеком всех масштабов и перспектив этого неизмеримо ценного сокровища, дарованного человечеству Богом, и полнота осознания которого может прийти только в Церкви. Поэтому первостепенная задача православного миссионера заключается не столько в том, чтобы сразу привести человека в Церковь, но в доведении его до понимания своей свободы и ее Источника. Фактически, миссия — это процесс раскрытия начала духовного пути в индивиде. Конкретная форма и содержание сообщения, передаваемого миссионером человеку, играют второстепенную роль. Главное, с современным человеком нужно обращаться на его языке, отталкиваясь от его представлений о ценностях, уважая и ни в коем случае не осуждая любые, даже самые чужеродные его воззрения на жизнь. Только так можно завладеть его непостоянным и неуловимым вниманием, пробудить серьезный интерес, заставить задуматься.

Необходимо открыть человеку его ответственную лишь перед Богом свободу, которая будет ниспровергать одного за другим имеющихся у него идолов и в конечном итоге приведет его к самостоятельному, осознанному приходу в Церковь. Вся сложность задачи обязывает православного миссионера хорошо знать современный мир с его страстями, интеллектуальными идеями и веяниями, философскими дилеммами, психологией масс, борьбой идеологий, популярной музыкой, фильмами, направлениями в искусстве. Это мир чужд Церкви, но он ей не враг, и знание его особенностей всегда будет значительно облегчать работу миссионера. Слепой страх и осуждение мира — это шаг назад в миссии. Всестороннее осмысление, глубокое понимание и готовность к конструктивному диалогу с миром — основа эффективной миссии.

Если критически попытаться осмыслить сказанное, то можно задать вопрос, ответ на который будет решающим для понимания отличия миссии Церкви в мире и сектантской миссионерской работы: «В чем конкретно заключается этот отсутствующий в сектах компонент свободы, который является неотъемлемым в процессе миссионерской деятельности Церкви?» Ответ: «В изначальном допущении самой возможности свободного неприятия человеком проповедуемой ему Православной веры». Именно в этом состоит фундаментальное отличие православной миссии от сектантских попыток любой ценой, вне зависимости от желаний и стремлений человека завладеть им. Миссия — это не промысел, не ненасытный поиск добычи. Наша задача состоит в том, чтобы человек сам, в общении с нами пришел к Вопросу, Ответ на который он найдет только в Церкви. Возможно, мы этого человека видим в первый и последний раз, но уже за 30 минут разговора мы должны пробудить в нем такой интерес к поиску смысла бытия, к постоянной постановке неразрешимых вопросов, который впоследствии приведет его в Церковь.

Для более полного уяснения и адекватного понимания обозначенной мысли нужно ответить на следующий радикально поставленный вопрос: «Можно ли с помощью сектантских методов воздействия на сознание и подсознание привести человека в Церковь?» Однозначно, можно. Но такой человек, находясь в Церкви, при всем желании просто не сможет быть православным до тех пор, пока не освободится от всех влияний, вынудивших его прийти в Церковь, и самостоятельно не воцерковится.

Источник: Мартинович В.А. О миссии Церкви и «миссии» секты. // Ступени 2002. N3

http://www.ioannp.ru/publications/18 594


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru