Русская линия
Правая.Ru Владимир Карпец09.10.2007 

Китай, Сибирь, Европа

Что касается будущей войны с Китаем, точнее, попыток ее по меньшей мере, оттянуть, то у России — без всяких благодушных устремлений «остаться над схваткой» — есть шанс переиграть «дракона» уже сегодня. Речь идет о все более укрепляющемся статусе России как энергетической сверхдержавы. На это только нужна политическая воля.

По мере того, как США и Евросоюз — при всем различии их интересов и там, и там в целом правит одна и та же трансполитическая сила, причем похоже, что руководство ею находится все-таки не за океаном, а за Ла-Маншем, и находится она в руках «Британской Короны», под каковой разуметь следует «корону» британских банков, внешне выступающую как корона Виндзоров — развивают наступление на Россию в преддверии событий 2008 года — причем, Россию уже можно считать отчасти оккупированной и находящейся в распоряжении одного из британских принцев — сопротивление здоровой части российских элит (если такая часть вообще есть) стремительно развивается в пользу военно-политического альянса с Китаем. На внешне-видимом — официальном и в печати — уровне все вообще выглядит так, словно возвращаются времена знаменитой песни «Русский с китайцем братья навек». Китайская газета Zhongaaue Qingnian Bao (19 сентября 2007 г.) пишет: «Россия поместила Китай на первое место в списке самых дружественных по отношении к России стран <…> По информации, опубликованной ВЦИОМ 30 августа, россияне считают Китай дружественным государством. В опросе ВЦИОМ приняли участие 153 человека из 46 российских областей, приграничных районов и республик. По результатам опроса, 21% респондентов считают, что в течение будущих 10−15 лет Китай для России будет оставаться самым дружественным государством и лишь 3% опрошенных считают, что отношения между двумя государствами в будущем пойдут на спад».

Вне зависимости от того, насколько верны эти данные — а население приграничных областей, уже сейчас также практически оккупированных, но уже китайцами, вряд ли дало ответы в соответствующем духе — они публикуются (и на данный момент совершенно верно, что публикуются) на фоне усиливающейся активности Запада одновременно антироссийской и антикитайской направленности в рамках «стратегии анаконды» и в строгом с нею соответствии. «США, Япония, Индия и Австралия объявили о создании военного союза против Китая», — сообщает вебсайт theinsider.org, ссылаясь на официальную информацию ВВС. Речь идет о военных учениях «Четырехсторонняя инициатива», проведенных с 4 по 11 сентября в Бенгальском заливе. Эти учения, как сообщается, связаны с попытками создания «демократической коалиции с целью сдерживания китайской мощи». Учениям предшествовали взаимные визиты министров обороны стран-участниц предполагаемого альянса. При этом премьер-министр Японии во время визита в Дели прямо заявил о необходимости создания «азиатской оси свободы» в пространствах обоих океанов — Тихого и Индийского — дабы выстроить заслон против «недемократических могуществ». Премьер-министр упомянул множественное число. Следовательно, отнюдь не только о Китае идет речь, но, видимо, и о России

Но не только о России, хотя, конечно, о России прежде всего. Газета «Завтра» (N 39, сентябрь 2007) опубликовала важную смысловыявляющую статью Антона Сурикова «Химера от мэра. Россия между Америкой и Китаем». Из статьи совершенно очевидно, что американские «неоконы» и «христианские фундаменталисты» готовятся к новому глобальному наступлению, используя все тот же ими же созданный т.н. «исламский терроризм». Антон Суриков пишет: «Бывший мэр Нью-Йорка Рудольфо Джулиани выступил в Лондоне (выделено нами — В. К) за дальнейшее расширение блока НАТО. Он полагает, что естественным стало бы включение в Североатлантический альянс Израиля, который, по его словам, „готов помочь в борьбе с терроризмом“, а также Японии, Австралии, Индии и Сингапура, отличающихся „хорошей властью“, „военной готовностью“ и „глобальной ответственностью“. Джулиани на сегодня имеет наилучшие шансы стать кандидатом в президенты США от Республиканской партии. Более того, велика вероятность его победы в ноябре следующего года над Хиллари Клинтон, которая, видимо, станет кандидатом в президенты от Демократической партии. То есть Рудольфо Джулиани — это вполне вероятный будущий президент США. Поэтому к его предложению придать блоку НАТО глобальный характер следует отнестись серьезно. <…> Джулиани высказал мнение, что войны на Ближнем Востоке носят глобальный характер, в силу чего для победы над так называемым „международным терроризмом“ необходимо объединиться и открыть каждому желающему государству членство в блоке НАТО. „Я полагаю, необходимо рассмотреть вступление в организацию таких государств, как Япония, Австралия, Индия и Сингапур. Более того, наверняка существует целая группа стран, которую мы также можем включить в список“, — заявил Джулиани, предлагая максимально расширить зону ответственности Североатлантического альянса. Помимо принятия в НАТО Израиля, Японии, Индии, Сингапура и Австралии, а также Хорватии, Албании, Македонии, Черногории, Украины, Грузии и Азербайджана, в американских военно-политических кругах внимательно изучают также возможность включения в блок пока нейтральных Финляндии и Швеции».

Заметим по ходу, что проект включения в НАТО Финляндии и Швеции не оставляет никаких сомнений относительно того, против кого все это направлено, хотя сам Антон Суриков, похоже, не настроен — или делает вид, что не настроен, — столь категорично. Он полагает, что смотрит — или делает вид, что смотрит, — «шире».

Антон Суриков: «Для новых членов НАТО из Восточной Европы, Прибалтики и, в перспективе, из Украины и Грузии вступление в НАТО <…> имеет прежде всего идеологический и геополитический смысл, так как формализует принадлежность этих стран к западной цивилизации. Одновременно это — очевидное проявление антироссийских комплексов, что вызывает справедливую критику в Москве. В то же время возможное членство в альянсе Израиля, Индии, Сингапура и Австралии нельзя оценивать сквозь антироссийскую призму. У Израиля потенциальные противники — Иран, Сирия, ливанская „Хизбалла“ и палестинский ХАМАС. То есть радикальный исламизм как шиитского, так и суннитского толка. У Индии противники — Китай и союзный с ним, стремительно подвергающийся радикальной исламизации Пакистан. Сингапур, как и Тайвань, имеющий американские гарантии безопасности, — это альтернативный Пекину маленький проамериканский Китай. Для Японии также вырисовывается потенциальная китайская угроза. Наконец, для Австралии ощутима как китайская демографическая экспансия, так и угроза со стороны радикальных исламистов, все более усиливающих свое влияние в соседней Индонезии. Таким образом, Джулиани, по сути, предложил трансформировать Североатлантический блок в глобальный альянс антикитайской и антиисламской направленности. Этим он фактически признал, что современный мир идет к новой биполярности, где роль антагонистических „полюсов“ уготована для США и КНР. Причем, потенциальными союзниками Китая обозначены страны и международные организации, черпающие свою мощь и нефтедоллары из такого явления, как „петрономика“. Или, выражаясь словами В.В.Путина, это „великие энергетические державы“. Прежде всего, Венесуэла, Иран (лидер „шиитского полумесяца“, включающего юг Ирака, Сирию и Ливан), а также, на уровне части элит и религиозных фондов, Саудовская Аравия, остающаяся главным спонсором радикальных исламистских организаций суннитской направленности, в том числе „Аль-Каиды“. Другими словами, возможный будущий президент США провозгласил альянс западной, индийской и японской цивилизаций, направленный против Китая, радикального исламизма (как суннитского, так и шиитского) и других антизападных, антиамериканских стран и течений в формирующемся новом биполярном мире».

Со многим здесь — прежде всего, с посылками о Саудовской Аравии и «Аль-Каиде» — мощнейшей агентуре влияния (Саудовская Аравия) и агентуре давления («Аль-Каида») США в исламском мире — легко не согласиться, но общий вывод верен. При том, что далее Антон Суриков указывает: «Открытым вопросом в концепции Джулиани остается и роль России, о ней он ничего не говорит». Разумеется, он ничего не скажет — ведь на носу 2008 год, когда отчасти проявится, каков итог предшествующего восьмилетия — Мюнхенская речь как призыв к последующему действию или сентябрьский парад военных оркестров стран НАТО на Красной площади.

Необходимо в связи с этим отметить, что Индия была позорно брошена российским руководством в 90-е годы на произвол судьбы, и не последнюю роль в этом сыграла псевдоправославная идеологическая накачка, заложившая бомбу под «план Примакова». Так что в потере Индии и ее переходе под американский «зонтик» нам некого винить, кроме самих себя (точнее, воинствующего европеизма тогдашней власти и хитроумных подсказчиков о «сатанизме» как основе духовного мира индийцев).

Антон Суриков, коснувшийся в своей статье практически безвыходной, абсолютно трагической ситуации, на наш взгляд, все же смотрит на нее сквозь розовые очки: «Некоторые эксперты утверждают, что в долгосрочной, 20−30-летней перспективе у России есть лишь два возможных варианта поведения: либо вхождение в НАТО, либо постепенное поглощение Китаем. Не уверен, что это так. Сокращение русского населения в Восточной Сибири и на Дальнем Востоке налицо, как и ползучая демографическая экспансия туда китайцев. В то же время на период ближайших 10−15 лет, на который вообще имеет смысл делать какие-либо прогнозы, растворение в Китае нам все же не грозит. Как, впрочем, не грозит Российской Федерации, в отличие от Украины, Грузии и даже Израиля и Индии, и принятие в состав блока НАТО — даже если мы вдруг об этом очень попросим. Таким образом, в новом, биполярном мире у России появляется перспектива оказаться над схваткой, сохраняя и развивая отношения как с Западом, так и с Китаем, и с исламским миром».

Как говорится, его бы устами да мед пить. Тем временем НАТО уже марширует по Красной площади. А на Востоке, «в Сибири китайская диаспора исчисляется уже миллионами человек. Поначалу и там все ограничивалось челночной торговлей, а теперь китайцы обзаводятся недвижимостью, берут землю. При этом, кстати говоря, действовать стараются как раз через связи с властями регионов (выделено нами — В.К.). А тенденции не в нашу пользу: сейчас их в десять раз больше, чем нас, при том, что у нас население продолжает сокращаться, у них расти. Других свободных территорий, кроме российской, рядом нет, и китайцы будут ее забирать. Несмотря ни на что. Они не испугаются ни войны, ни вообще какого-либо сопротивления — слишком велико их численное превосходство. Даже если за одного россиянина они положат пятерых своих и мы используем все до последнего, их останется 600 миллионов». Так пишет в газете «Сибирский курьер», N 083 Юрий Кашинский. Пишет потому, что в Ульяновске, на берегах Волги, китайцы уже селятся, скупая практически все рабочие места.

Закрывать глаза на открытую китайскую экспансию столь же преступно, сколь и на экспансию НАТО, куда нас — тут Антон Суриков прав — действительно, не примут. Не примут как целое, как суверенное образование даже в границах нынешней РФ. А вот «по частям» — примут, например, Карелию (а иначе зачем было «затевать» Кондопогу, а сейчас принимать в НАТО Финляндию?), или «Новгородскую республику» (а зачем тогда в НАТО Швеция, не говоря уже о Латвии и Эстонии?). А в Москве и Костроме вполне могут «восстановить монархию» во главе с «царем Михаилом» (Кентским) — с потешными полками и крестными ходами («чем бы дитя ни тешилось…»). Если же действительно конфликт между Китаем и США серьезен, то, конечно же, не Гонконг причина ему, но Сибирь.

Понимают ли все это в Кремле? Понимает ли Владимир Путин? Похоже, понимает. Иной вопрос, какие выводы из этого делаются. Часто кажется, что «куда кривая выведет». Но вполне возможно — и скорее всего — за этим все же стоит определенный вектор. Не случайно нарочитое (правда, действительно, не нарочитое ли — для внутреннего употребления и «умиротворения» патриотов?) стремление к усилению ШОС.

Заметим, что военный аспект в деятельности ШОС особо лоббируется именно Россией. Президент РФ Владимир Путин сказал: «Повысить потенциал ШОС в сфере безопасности призвана создаваемая система совместного оперативного реагирования на угрозы региона». Особое значение глава Российского государства уделяет «Партнерской региональной сети» в области обороны. Конечно, все это происходит «под прикрытием» «борьбы с терроризмом» — но иначе сегодня и быть не может: это «конвенциональный язык», как в эпоху «доктрины Брежнева» — язык «защиты завоеваний социализма».

Заметим, что через предложение Владимира Путина о «формировании партнерской региональной сети Россия, в гораздо большей степени, чем Китай — по крайней мере, публично — настаивает на военном аспекте деятельности ШОС. Говоря о проходивших в Челябинске военных учениях «Мирная миссия-2007», Владимир Путин сказал: «…заслуживает рассмотрения вопрос о регулярном проведении подобных учений на территории разных стран ШОС (выделено нами — В.К.)».

Заметим, что Китай со своей стороны столь же нарочито подчеркивает абсолютно иные аспекты деятельности ШОС. Вполне в духе китайской территориальной экспансии, которая идет и до определенного момента будет идти мирно, без оружия, но «через связи с властями регионов», на что у китайцев ресурсов, конечно, достанет.

Накануне августовского саммита ШОС Председатель КНР Ху Цзиньтао выступает за «активную миротворческую политику» ШОС «с целью защиты мира на планете и установления более справедливого миропорядка». По словам Председателя Ху, «необходимо активно разворачивать внешние контакты ШОС, ее сотрудничество с международными организациями, структурами и т. д.». Председатель КНР считает, что «такая открытость для внешнего мира будет способствовать созданию условий для более благоприятной деятельности «Шанхайской шестерки».

Тем временем в рамках той же ШОС, под эгидой самой же России китайские войска отрабатывают стратегию и тактику перебросок на русской территории, на ее «восточной половине» (строго симметрично параду НАТО и демонстрации британского принца также под эгидой — на «западной половине»). Речь идет о ставшей уже знаменитым учебном — пока — броске частей Народно-освободительной армии Китая (НОАК) на Чебаркуль — под Челябинск: на Урал — не на Урале ли планируется установить разграничительную линию?

О 10.300-километровом броске на Чебаркуль (в рамках учений «Мирная миссия-2007»; сама идея учений не может вызывать никаких возражений, но мы должны понимать, что, увы, Россия и Китай возлагали на них все же разные надежды). «Сотрудник Академии военных наук КНР Чэнь Цзянмынь заявил одному из информационных агенств Китая, что эта дальняя дорога «позволяет говорить об установлении нового рекорда в истории переброски военных сил в рамках НОАК и является уникальной практикой в целях проверки мобильности вооруженных сил на таких расстояниях (выделено нами — В.К.)». (Цит. по «Независимое военное обозрение», N 25, 2007).

«Китай фактически бросил вызов лидерству России в ШОС, — писал еще в 2006 году Генеральный директор Фонда энергетической безопасности Константин Симонов. — Возникает и возможность появления Китая в других межгосударственных организациях. Китай использует общие с Россией угрозы — «экспорт демократии» и боязнь усиления США в регионе, в том числе и контроля Соединенными Штатами нефтегазоносных провинций и маршрутов доставки углеводородов на мировые рынки». (Константин Симонов. «Путин + 7. Энергетическая сверхдержава», М., 2006, с. 266−267). Эта оценка подтверждается: «Имеет смысл взглянуть на ШОС как на некий проект, каждый участник которого преследовал свои цели, которые могли отличаться от неких общих «корпоративных». По сути, ШОС это два отдельных проекта — проект России и проект Китая». (Алексей Маслов. «ШОС о двух головах». «НГ-дипкурьер», 24.09.07). И далее: «Все меры, принимаемые в рамках ШОС, должны укрепить авторитет не только самой организации в мире, но сделать обстановку в Центральной Азии стабильной или по крайней мере предсказуемой, а это, в свою очередь, создает условия для поступательного экономического роста. Но конкуренция за этот регион заметно обостряется. И здесь основными игроками являются Россия, Китай и США, причем парадокс ситуации заключается в том, что Россия и КНР пытаются реализовывать свои планы в рамках одной и той же организации. В этом и есть одно из главных геополитических противоречий в регионе: союзники «по воле случая» и конкуренты в силу географических и исторических условий — Россия и Китай — вынуждены держаться друг друга, чтобы не допустить сюда третьего игрока — США».

Заметим, что А.А.Маслов — не журналист, но профессор Российского Университета дружбы народов, и очень хорошо знает, о чем пишет.

Можно сколько угодно говорить о том, что сегодня Россию и Китай объединяет общий противник. Можно восхищаться китайским «экономическим чудом», приводя его в качестве примера того, что развитие экономики вовсе не обязательно предполагает демократию либерального типа. Все это будет правильно. Но не будем забывать о главном: благодаря все тем же успехам Китая, его население растет и растет, а русская Сибирь, благодаря принесенному либералами «воздуху свободы», все пустеет и пустеет. Не будем забывать о том, что большинство китайских предпринимателей, осваивающих наши земли, — офицеры китайской разведки. А наша земля им действительно нужна, ибо другой нет. На этом основана вся китайская военная доктрина.

В 2006 г. в Минске вышла книга К.В.Чуприна «Военная мощь Поднебесной: Вооруженные силы КНР сегодня и завтра (Справочник)». В рецензии Игоря Плугатарева («НВО», N 25, август 2007) на эту книгу говорится: «О военной доктрине Поднебесной (цель — «жизненное пространство») также рассказано достаточно интересно. Автор подчеркивает, что в Китае еще со времен Мао продолжается политика милитаризации общественной жизни, которая не так давно обрела четкий юридический статус. Пекин избрал несколько основных оперативно-стратегических направлений: Северо-восточный (Шэньянский) фронт — против России; Северный — (Пекинский) фронт — против России и Монголии; Западный (Синьцзянский) фронт — против Казахстана, России и Монголии. Остальные три фронта направлены против Индии, стран Индокитая и Тайваня».

Парадокс заключается в том, что Россия вынуждена идти на полноценный стратегический союз с Китаем, понимая, что рано или поздно война с Китаем неизбежна, причем, что парадоксально, не по чьей-то, в том числе самого Китая, злой воле — напротив, китайцы, в отличие от европейцев и американцев, скорее симпатизируют русским и русской культуре, не стремятся ее уничтожить или подменить (не похоже ли это на старую дилемму св. князя Александра Невского?) — но по объективным историко-географическим и демографическим обстоятельствам. Это следует знать и помнить. Не поддаваясь при этом на откровенный шантаж тех, кто, разыгрывая карту китайской угрозы, подталкивает Россию к колониальной зависимости от НАТО и ЕС, к расчленению или к той или иной форме оккупации (в т.ч. к «оккупационной монархии»). А имя им легион.

Так, Андрей Пионтковский, опубликовавший в американском журнале Project Syndicate (03.09.07) статью «Китайская угроза России», полагает, что стратегический союз между Россией и Китаем «маловероятен, поскольку Китай представляет собой самую большую стратегическую угрозу России, хотя многие политики в Кремле, похоже, этого не замечают и трясут шашками в сторону Америки и Запада». Андрей Пионтковский указывает на то, что Китай считает несколько областей на Дальнем Востоке «отчужденными», на соответствующие китайские учебники географии — даже для начальной школы. Это, как указывает автор, совместимо с китайским понятием «жизненного пространства», которое включает все сферы стратегической деятельности государства и определяются его «суммарной мощью». Согласно китайской доктрине, «жизненное пространство великих держав распространяется далеко за пределы государственной границы, тогда как жизненное пространство слабых стран ограничивается стратегическими границами, которые не всегда соответствуют границам их национальной территории». Сегодня у Китая территориальные претензии к 11 из 24 соседей, включая Россию. Пионтковский напоминает, что в сентябре 2006 года Народно-освободительная армия Китая (НОАК) провела беспрецедентные по масштабам 10-дневные учения, включающие Шеньянский и Пекинский военные районы — два наиболее мощных из семи в Китае. Шеньян граничит с Дальневосточным военным округом ВС РФ, а Пекинский район — с Сибирским. «Военным наблюдателям, — пишет Андрей Пионтковской, — Пекино-Шеньянские учения показались тренировкой возможной наступательной операции против России, поскольку учения такого масштаба могут быть предприняты только в заключительной стадии многолетней программы по обучению войск выполнению определенных стратегических и тактических планов. География учений и наступательная природа поставленных задач оставляет мало сомнений в том, что России была отведена роль потенциального противника». При этом, как полагает Пионтковский, Китай считает Россию своим «стратегическим тылом» в нарастающем конфликте с США, а ШОС «в глазах Китая является инструментом региональной политики, которая помогает усиливать влияние Китая и контроль над природными ресурсами Средней Азии за счет России». Автор — не будем забывать, член Правления партии «Яблоко» и один из лидеров «Другой России», задает вопрос: «Пока Кремль мечтает о восстановлении своего доминирования в регионе, которые россияне именуют «ближним зарубежьем» (Украина, Беларусь, Балтийские страны и другие постсоветские государства), Китай все пристальнее смотрит на Россию как на свое «ближнее зарубежье». Осознает ли это, в конце концов, Кремль?» И сам же на него отвечает: «Охлаждение отношений с Западом — глупая стратегия, когда самая большая угроза в перспективе исходит с Востока».

С откровенно прозападных позиций в связи с Китаем выступает и сын бывшего помощника Генерального секретаря ЦК КПСС Андрей Цуканов (мы указали на этот факт только для того, чтобы лишний раз указать на прозападническую позицию большинства позднесоветской номенклатуры, из чего все более явно и ясно, кто и почему развалил СССР): «Единственной возможностью для России перестать быть объектом мировой политики и перейти в разряд ее субъектов является однозначная идентификация себя в качестве открытой демократии, отстаивающей либеральные ценности как внутри страны, как и на мировой арене. Это позволит России вернуться в сообщество демократических стран планеты и почувствовать себя полноправной и суверенной частью единого демократического северного круга — Европа, Россия, США».

Такая демагогия тем более опасна, что «северным кругом» давным-давно (после разгрома Великим князем Святославом Хазарского каганата) управляют вовсе не «люди севера», но, напротив, «люди юга», слившиеся с европейской аристократией в единое целое.

И мы вправе задать вопрос: а какую роль отдает Запад России? Энергетической колонии (в лучшем случае)? Конгломерату разрозненных резерваций? Не Маргарет ли Тэтчер поставила задачу сокращения числа русских до 50 миллионов? 50 миллионов подданных британского принца?

В то же время сами по себе «вопросы Андрея Пионтковского» не только не лишены оснований, но справедливы. Политический противник часто оказывается зеркалом, на которое «неча пенять». Мы должны — обязаны — это учитывать.

Одновременно с учетом того, что «новое НАТО» создается одновременно против России, Китая и исламского мира, что, собственно, не скрывается, следует сделать все, чтобы избежать войны на два фронта. И здесь у России есть — в отношении фронта западного — мощный союзник. России следует поддержать уже идущие процессы исламизации Европы, более того, допустить возможность участия в них российских мусульман, при условии поддержки ими сохранения и укрепления статуса Православия как государствообразующей религии самой России и русского народа. Мы должны навсегда забыть о своей сентиментальной любви к «священным камням». Тем более, что самой Европе они давно не нужны. Ислам для Европы — последний шанс окончательно не разложиться и не вымереть. Это понимают и европейцы, многие из которых уже стремительно принимают ислам (во Франции, Германии). Быть может, в этих условиях и состоялся бы чаемый геополитический блок «Париж-Берлин-Москва»? Союз православной России и новой мусульманской Европы был бы окончательным смешением всех карт у игроков «нового мирового порядка». Во всяком случае, как НАТО, так и ЕС уже точно бы «приказали долго жить».

Ставка на «евроислам» тем более оправдана, что, если китайской и американской элитам удастся договориться о потенциальном дележе Сибири, то противостояние Пекина и Вашингтона сменится новым стратегическим союзом, как это уже было в конце 60-х годов прошлого века, когда усилиями таких лиц, как бывший госсекретарь (и до сих пор один из главных распорядителей «Мирового правительства») Генри Киссинджер и знаменитый сенатор Генри «Куш» (Scoop) Джексон, был создан военный блок «Пекин-Вашингтон» и возникла реальная угроза большой китайско-советской войны, которая в первые годы «культурной революции» была лишь идеологической — яростной, но идеологической. Мы должны помнить, что «большой китайский проект» всегда в запасе у американского руководства.

Что же касается будущей войны с Китаем, точнее, попыток ее предотвратить или, по меньшей мере, оттянуть (до коренной переориентации Европы и возможного кризиса в США), то у России — без всяких благодушных устремлений «остаться над схваткой» (все равно не выйдет!) — есть очень серьезный шанс переиграть «дракона» — даже уже и сегодня. Речь идет о все более укрепляющемся статусе России как энергетической сверхдержавы (чего и стремятся лишить нас работающие на английские деньги «борцы с нефтяной трубой»). Сегодня использовать в целях сохранения баланса сил оружие энергетического давления вполне возможно. На это только нужна политическая воля.

Константин Симонов, указ. соч.: «К стратегическим интересам России можно отнести: контроль над транспортировкой углеводородов из региона на мировые рынки, недопущение превращения стран Центрально-Азиатского региона (ЦАР) в альтернативного России поставщика энергоресурсов в Европу, США и Китай; контроль над урановыми месторождениями; сохранение военного присутствия с целью недопущения экспорта исламских радикалов на свою территорию, предотвращение исламизации региона (вот здесь нам исламизация действительно не нужна — нужны светские режимы — В.К.); недопущение усиления в регионе США через технологии «экспорта демократии»; воспрепятствование превращения Китая в доминирующую в регионе державу; контроль над потоками мигрантов в РФ; сохранение политических и экономических интеграционных процессов в рамках ЦАР при участии России; восстановление статуса неформального лидера и ориентира для постсоветских государств региона. Влияние Китая в регионе в последнее время стремительно нарастает. Китай на сегодняшний день является основным геополитическим соперником Соединенных Штатов, но при этом весьма уязвимым. Основные угрозы — это ресурсный голод, а также внутренняя политическая нестабильность режима, в том числе проявляющаяся в наличии сепаратистских тенденций. Причем они вполне могут «подпитываться» как раз из Центральной Азии. В частности, наличие в Китае этнических диаспор из Центральной Азии создает один из значимых инструментов давления на Китай. Кроме того, контроль над Центральной Азией дает прекрасную возможность оставить Китай вообще без углеводородного сырья». (Сс. 258−259).

На самом деле, если правильно и грамотно использовать все указанные факторы, прежде всего, «евроислам», и фактор энергетический, то может оказаться на только то, что Китай не будет «прирастать Сибирью, а Запад не овладеет Русской равниной, но и вообще Россия сможет занять лидирующее положение в Евразии, оседлав «китайского тигра» и нейтрализовав — а по возможности и вовсе уничтожив — Евросоюз. В более отдаленной перспективе это привело бы и к созданию Евразийской Империи со столицей в Москве (в дальнейшем в Верховная власть России могла бы выступить в качестве посредника между «евроисламом» и Римо-католицизмом как «традиционной религией» «старой Европы»). Все это вообще могло бы разрушить — точнее, «удержать» — Римо- и Иерусалимоцентристский апокалиптический сценарий «по Нострадамусу» и «святому» Малахии, разработанный католическими орденами и герметическими приоратами Европы, а затем навязанный Московской Руси в годы «никоновой справы» и принятый к постановке в Российской Империи. Это означало бы в конечном счете сохранение на земле жизни — разумеется, ценой огромных, но неизбежных потерь. Но для этого нужен могущественный политический ум и могущественная политическая воля. И быстрейший — желательно, мгновенный — «перевод стрелок» на мобилизационный курс, на абсолютно новый способ жить и работать.

http://www.pravaya.ru/look/13 808


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru