Русская линия
Русский дом Александр Лукин08.10.2007 

Благодатный огонь Сергия Радонежского
615 лет назад преставился преподобный Сергий, игумен Радонежский, всея России чудотворец. †8 октября, 1392 год

Более шести веков прошло со дня кончины прп. Сергия, многое переменилось в России, жизнь стала совсем другой. Но как и прежде нерушимо стоят, высятся стены и купола Троице-Сергиевой лавры. Как и прежде к мощам дивного угодника Божия, преподобного Сергия стекаются люди со всех концов России. Давным-давно в эти места — тогда здесь был дремучий лес — переселился молодой монах, чтобы вдали от людей молить Бога за людей. Он и до сих пор молится за нас

С возрастом человек видит хуже, зато обостряется зрение духовное. Это особенно заметно, когда перечитываешь православные книги и вдруг видишь в них то, чего раньше не видел или пропускал с недоверием, с недопониманием. Это касается и житийной литературы, ведь для мирского читателя жития святых кажутся порой излишне сказочными, придуманными для усиления впечатлений и чувств. Он читает и внутри себя усмехается: «Конечно, хотелось бы, чтобы всё было так, как вы тут написали. Но было, скорее всего, совсем иначе!» И лишь потом, с возрастом, обретя опыт воцерковлённой жизни, человек начинает испытывать всё больше доверия к чудесам, описанным в житиях.

Младенец во чреве матери трижды вскрикивает во время литургии — пред чтением Евангелия, при начале Херувимской и при возгласе священника «Святая — святым». Любой медик скажет, что такое невозможно. Но мы возразим: ни одному медику не под силу сделать так, чтобы плод в материнской утробе был услышан. Однако то, что не по плечу медику, по силам Господу и его ангелам.

Кто может из ничего создать жизнь? Никто, кроме Всевышнего Бога!

Затем сей чудесный ребёнок появляется на свет, его крестят, нарекая Варфоломеем, и он продолжает являть дивные вещи. Не принимает сосцов матери в постные дни и даже тогда, когда в не постные она обильно вкушала тучную пищу. Скептик улыбнётся: «Ну зачем приписывать такое несмышлёному малышу!». Улыбнёмся и мы в ответ скептику: «А как в наше время рождаются дети, которые уже готовы воспринимать и осваивать компьютер значительно быстрее, чем взрослые образованные люди? А как вообще рождаются дети, имеющие определённые дарования, таланты, сверхъестественные способности? Почему Моцарт с самых юных лет мог блистать как музыкант, а Варфоломей, будущий Сергий Радонежский, не мог с младенчества проявлять дар святого избранника Божия?».

Возрастая, Варфоломей с самых ранних лет накладывал на себя строжайшие посты, как сказано в житии, «в среды и пятницы не вкушал ничего, а в прочие дни питался хлебом и водой; часто целые ночи проводил без сна в молитве». Когда же заботливая мать, беспокоясь о нём, сказала: «Двенадцать лет тебе только от роду, и ты говоришь о грехах своих; мы же видели над тобой ясные знамения благодати Божией!», он ответил: «Перестань, о мати моя, тебя увлекает естественная любовь твоя к чадам; не слышала ли ты в Писании, что никто не чист пред Богом, если хоть один день жития его будет, и по глаголу псаломному: „Се бо в беззакониих зачат есмь, и во гресех роди мя мати моя“ (Пс. 50, 7), сего ради да не похвалится человек!»

Потрясающий ответ для 12-летнего мальчика! Что он означает? Прежде всего то, что человек этот не только он сам, но и все его предки до его появления на свет. От человека к человеку в роду накапливаются не только дела славные, угодные Богу, но и грехи, грехи, грехи… Хорошо, если исповеданные, а если замолченные? И вот является отрок, который собой ставит запруду дальнейшему проистеканию грехов в будущее, в потомство рода. Своими подвигами благочестия искупает грехи рода своего, как некогда Спаситель Христос взял на себя грехи мира.

А как часто к священникам приходят на исповедь люди, которые искренне заявляют, что они безгрешны, что ничего плохого никому не желали и не делали, что соблюдают все посты, молятся постоянно, им даже не в чем себя упрекнуть! Наивные!

Ежечасно, ежеминутно посещают нас если даже и не сами дурные помыслы, то различные их оттенки, и человек не может быть безгрешным. Только отошёл от исповеди, только причастился, и вот уже с нелюбовью подумал о старушке, которая шикнула и переставила свечу на другое место, подумал: «Эти старухи вообще всё портят!». А потом стал думать о том, какой он сам хороший, а как много вокруг безбожников, которые и в храм-то никогда не войдут, потому что бесы не пускают. Подумал об этом, потекла мысль дальше, и вот уже пыль греховная осела на только что очищенную святым причастием душу!

А грехи предков? Как часто человек думает: «За что мне эти испытания? За что мир так несправедлив ко мне? За что Господь меня оставил!». И боится признаться себе, что страданиями, быть может, искупает либо свои старинные грехи, о которых и забыл, либо грехи отца, матери, дедушек и бабушек, пращуров. Скорее обидится на мир и на самого Создателя, нежели осмелится признаться, что виноват сам или что пришло время расплаты за содеянное предками.

Не таков был Варфоломей! Он ни на кого никогда не обижался, глубоко осознавая необходимость духовного подвига во имя искупления грехов мира. К постам и молитвам приучал себя с младых ногтей, и всю жизнь ему было легче многих других довольствоваться ничтожно малым. И это при том, что рос он в доме одного из богатейших людей Ростова и мог ни в чём не испытывать недостатка.

Способность жить самым скудным пропитанием — она та же у Сергия, что была у святых отцов — основателей монашества. Вспомним первого православного отшельника, египтянина Павла Фивейского. Один крошечный хлебец в день — вот вся его пища на протяжении многолетнего монашеского подвига. И лишь пред кончиной от птицы получил он «двойную порцию» хлебца, потому что его спешил навестить первый православный игумен Антоний Великий, и птица принесла хлеб на двоих.

Варфоломей в монашестве стал Сергием. Основал обитель. Не такую, которая издалека-далёка блестит и сверкает куполами, поражает могуществом стен, башен, храмов. А самую скромную, скудную, тихую. В такой, какова Троице-Сергиева лавра ныне, могут находиться лишь мощи преподобного Сергия. Сам бы он в здешнем великолепии обитать не стал. Приходил бы порадоваться и помолиться с братией и учащимися Духовной академии, но жить возвращался бы в лесную чащобу, в самую скромную келью. В житии сказано: «Сергий остался на новом иноческом поприще без предшественника и без сверстника, без наставника и без помощника; с единым Богом Вездесущим и никогда не оставляющим тех, которые для Него всё оставили». Потому и сияют ярче всех образы таких русских святых, как Сергий Радонежский и Серафим Саровский, что в жизни своей они ничего не имели, кроме того, чем не оставлял их Господь. Им ничего не нужно было, только бы для них светился Божий свет в окне.

Слабее Сергия оказывалась не раз братия основанной им обители. Поначалу они принимали его смиренный и скудный образ жизни, радовались, что тоже приступили к подвигу. Но мирское ловило их, и не раз роптали они, прося большего пропитания, а потом каялись.

Поражает в житии Сергия его ответ на просьбы монахов стать игуменом монастыря. Он ведь долго отказывался, и лишь когда они пригрозили, что разбредутся по миру, как овцы, а он за то даст ответ «нелицеприятному Судии, Богу», преподобный смирился, сказав: «Желаю лучше учиться, нежели учить, лучше повиноваться, нежели начальствовать; но боюсь суда Божиего: не знаю, что угодно Богу; воля Господня да будет».

Во второй раз своё нежелание начальствовать, только уже на гораздо более высоком уровне, Сергий Радонежский проявил позднее. В данном случае он остался непреклонным. Святитель Алексий, митрополит Московский, столь же яркий светоч Православия в эпоху Димитрия Донского, предчувствуя свою близкую кончину, уговаривал Сергия: «Желаю ещё при жизни моей обрести мужа, могущего после меня пасти стадо Христово, и из всех избрал тебя единого, как достойного править слово истины. Знаю верно, что от Великодержавного до последнего человека — все тебя желают; итак, ты заблаговременно почтён будешь саном епископства; после же моего исхода и престол мой воспримешь». Сколько людей желали бы услышать приглашение к высокой и почётной власти! Но не Сергий. Он не просто отказался, но испугал митрополита, что если тот будет настаивать, он уйдёт куда-нибудь совсем в отдалённое отшельничество. И святитель Алексий отступился.

Взгляните на сей отказ, властолюбцы! Задумайтесь, все ли вы готовы начальствовать, или же лучше на своём более скромном посту приносить гораздо больше пользы. Сколько примеров в истории, когда человек был полезен обществу и славен на своём месте до тех пор, пока не соблазнился более громкими должностями, которые были ему не по плечу, и новая дурная слава затмила собой его добрую предыдущую славу.

Каждый да будет там, куда ставит его Господь. Свет многих патриархов, митрополитов, архиепископов и епископов светит нам во тьме безверия и невежества. Но не всем быть архипастырями, и скромные игумены, тихие отшельники, простые монахи подчас равны пред Богом с теми, на кого Господь возложил высокий сан. И Димитрия Донского вдохновлял на грядущие победы святитель Алексий Московский, а благословил на главную битву преподобный Сергий Радонежский. Как в будущем преподобный Иринарх Ростовский благословит спасти Русь другого Димитрия — князя Пожарского.

Примечательно и чудо с греческим епископом, случившееся незадолго до кончины преподобного Сергия. Кончины, предсказанной самим Сергием за шесть месяцев! Явившись в Россию, сей грек весьма пренебрежительно относился к Отечеству нашему, а когда ему рассказывали о Сергии, усмехался, говоря: «Может ли быть, чтобы в сих дальних и недавно обращённых к свету Христову странах воссиял такой светильник, которому бы подивились и древние отцы?». Но когда он прибыл в пустынную Лавру, то внезапно ослеп и вновь обрёл зрение лишь после того, как Сергий отпустил ему грехи. Смирившемуся епископу преподобный Радонежский чудотворец сказал: «Вам подобает, премудрым учителям, поучать нас не высокомудрствовать и не превозноситься над смиренными; что же пришли искусить неразумение наше и какую можете принять пользу от нас, простых невежд?».

Пред самой же кончиной, как свидетельствует ученик преподобного екклесиарх (уставщик) Симон, Сергий Радонежский причастился святого благодатного огня Господня, каковой бывает в Святую Субботу перед Пасхой в Иерусалиме.

Благодатный огонь явился в алтарь, ходил по жертвеннику, вошёл в потир, и Сергий, как сказано в житии, «приобщился огня неопально, как древле купина, неопально горевшая, по выражению причастных молитв».

http://www.russdom.ru/2007/20 0710i/20 071 020.shtml


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru