Русская линия
Татьянин день Ника Дверкина26.09.2007 

Из логова змиева

В университете мне сунули в руки рекламную листовку. Что ж, я их беру всегда и у всех, чтобы не скучно было людям стоять, размахивая визитками автошколы, ювелирного магазина или стоматологической клиники. Листовки всяческих проповедников обычно сохраняются не дольше, чем любые другие, — до первой мусорки. Но под этой подпись была: «студенты-христиане», и приглашали они как раз на встречу с учащимися разных вузов Москвы. Тут меня настигло что-то вроде ревности о собственном доме: как это прямо здесь, среди моих друзей ходит кто-то и зовет на какие-то собрания? Как минимум, следует разобраться.

Даже интересно, что бы сказали мои новые знакомые, если бы узнали, что на визит к ним я брала благословение у священника? Разумеется, позвонив батюшке, я не ошарашила его словами: «Благословите пойти к сектантам на собрание», а объяснила ситуацию: на территории родного университета занимается проповедью некая организация, именующая себя именно студенческой. Не сделать ли о них репортаж? «Давай, репортаж сделай, только платок-то на эту встречу не надевай…» — это была шутка, я и обычно хожу без платка, а специально для студентов-христиан могу даже спрятать в карман колечко с молитвой «Спаси и сохрани».

Ловцы человеков

Перед началом учебного года приуниверситетскую территорию наводняют «братья и сестры», приглашающие на ознакомительные собрания. Таких собраний бывает три, их сроки и место указаны в листовках, 4 сентября как раз был «последний шанс».

Одна пара глаз — хорошо, две — лучше, и я позвала с собой еще одну девушку. Горе тому, кто соблазнит одного из малых сих: моя подружка не ходит в церковь, и мне пришлось взять с нее слово, что она хотя бы не останется петь гимны в этой компании.

На входе записали наши имена (не совсем настоящие), дали нам наклейки — и мы стали для всех на этот вечер Наташей и Олей. Правду говорят о сектантах: стоило войти, как нас окружили человек семь «опытных верующих», улыбчивых, норовящих приобнять, похлопать по плечу. Им было очень интересно, откуда мы и где учимся, есть ли у нас братья и сестры, читали ли мы хоть раз Библию. «Теперь это ваша семья», — обвела рукой толпу тетушка лет пятидесяти с наклейкой «Татьяна» на пиджаке. Она уже вознамерилась стать нашей «духовной мамой» и объяснять нам, как жить дальше. Пока следовало набрать бутербродов и фруктов на тарелку и сесть ужинать в новой компании. Люди за столиком постоянно менялись: одни отходили, другие подсаживались, и почти каждый охотно отвечал на вопрос о том, как он пришел в эту «семью». Рассказы, однако же, были бессюжетны и однотипны: куда я только не ходила, где я только Бога не искала (и у православных, и у баптистов), мне все время чего-то не хватало. «А потом вдруг раз и хватило», — ехидно думала я на пятом рассказе. Действительно: «Придя сюда, я почувствовала, что теперь могу общаться с Иисусом, принять Его в себя, и у меня теперь такой покой и такой мир внутри!» — делятся Ольга, Людмила, Наталья.

В разговорах стало кое-что проясняться. Оказывается, многие здесь уже по десять лет. Марина снимает квартиру вместе с еще двумя сестрами. Работают они только на «семью» — распространяют книги. Квартиру частично оплачивает «семья», частично — они сами из денег, данных им той же «семьей». А деньги, судя по уровню снятого помещения, у «семьи» немалые. Все эти девушки приехали из разных городов, а остаться в Москве им «предложили братья». Я спрашиваю: в семьях младшие слушаются старших, а как у вас? Мне объясняют: иерархии здесь нет, нет пресвитеров, все равны, но вот братья сказали — и мы стали работать для «семьи».

Анна приехала из Армении. Там она тоже (с десятого класса) была в этой же «семье», потому что «верующие есть во многих городах, и в Армении, и в Америке». И правда, американцев много. В комнате мелькают имена: Гор, Мэри, не меньше Шамилей. Некоторые общаются по-английски, есть и чернокожие, и корейцы. Большая часть собравшихся и правда скорее молоды, чем стары, но институты уже почти все постоянные члены общины явно закончили. Более того, после обычного диплома едва ли не каждый начинает учиться в некоем заведении, которое все они называют по-разному, и самое понятное название — Библейский колледж. Кажется, у большинства здесь есть высшее образование, но никто не упоминал о работе по специальности, зато все — о колледже и о служении в «семье».

Пойте Богу нашему, пойте

Закончив трапезу, мы расселись рядами — слушать. Листовка обещала ответы на интересующие нас вопросы о смысле жизни, главной идее Библии, ценности студенческих лет. Но для создания нужного настроения начали с гимнов. Несколько гитаристов в центре аккомпанировали, каждый из сотни с лишним сидящих получил распечатку с текстами, многие отхлопывали ритм на коленях: «Ты лишь вкуси, что благ Господь,/И увидишь ты, что благ Господь./Он благ к тебе также как ко мне./Чтоб ни делал ты, вкуси вполне» (написание сохранено). Самые ритмичные куски повторялись неоднократно: «Иисус нужен! Иисус нужен!/Всем-всем людям нужен Он!»

«А кто пишет гимны?» — полюбопытствовали мы. «Тоже студенты, верующие, которые любят Господа. И ты напишешь, я точно знаю», — немножко сбилась в пророчествах наша соседка.

Студенты благовествуют

Второй номер в программе — рассказы нескольких заранее назначенных братьев и сестер о том, как они обрели Господа Иисуса. Первый из них, правда, не студент: он проучился полтора года и бросил, но Бога обрел, так что очень рад нас видеть, рад, что мы можем принять Господа, так что — слава Иисусу! Скандированием этого воззвания он заполнил половину своего минутного доклада.

Вторая девушка рассказала, что школу окончила с золотой медалью и кучей дополнительных сертификатов, но однажды поняла, что все это ей не нужно, что в жизни должен быть еще какой-то смысл. А дальше — вы уже и сами поняли: она приняла Иисуса, поняла, что каждый день должен быть посвящен в первую очередь Ему, а потом уж всему остальному, тогда он будет иметь смысл. Особой конкретики здесь, наверное, ни от кого не услышишь…

Третью звали Вера. Аудитория реагировала все воодушевленнее, и Верин рассказ сопровождался для меня молитвенными воздыханиями женщины из следующего ряда: «Господь Иисус! Укрепи ее сейчас! Господь Иисус! Помоги ей! Господь Иисус, о, Господь Иисус!» А девушка спокойно говорила о том, что сильно нервничала перед вступительными экзаменами, поставила однажды утром будильник очень рано, чтобы что-то повторить, но Господь Иисус сберег ее сон и ее здоровье, так что она проснулась, когда пора было собираться выезжать. И вот она, помолившись Богу и доверившись Его воле, поехала на экзамен. Вера поступила — слава Иисусу!

Хари Кришна! О, Господь Иисус!

Уже в предыдущем рассказе прозвучала одна из реализаций простой идеи: каждый, кто призывает имя Господне, спасется (доказано тем, что он уже поступил в институт). Доказано это, конечно, еще Евангелием, но чуть позднее проповедник приведет самый показательный пример, похлеще истории благоразумного разбойника: «Одна девушка знала, что Бог есть, но Он ей совсем не нравился, она была на Него обижена. Однажды ей даже захотелось закричать: Господь, я ненавижу Тебя! И она это прокричала. Но вы поняли — она призвала имя Господа! И она была спасена этим!» Девушку эту, правда, не предъявили. Но инструкцию дали: призывать Бога надо обязательно вслух, постоянно (в их переводе — не «кто призовет» или «кто призвал», а «кто призывает», так что не останавливайтесь), именно в такой форме: «О, Господь Иисус!» Этакая спасительная мантра, с ней на устах делай что хочешь.

«А что, все верующие уже спасены?» — как можно невиннее спросила я. «Да, но это только первое спасение — от озера огненного. Я верующая, я спасена. А есть еще второе спасение — от греха, живущего внутри человека…» Я искренне старалась разобраться: «Вот призвал, — говорю, — человек имя Божие: Господь Иисус! — и стянул у меня фотоаппарат. И что же — во спасение ему это?» Мне тоже старались объяснить: подольше бы побыл в «семье» — не тронул бы он моего фотоаппарата. А так-то, потенциально, все мы — воры, убийцы и прелюбодеи.

Что для вас главное после Бога?

Этот вопрос проповедник адресовал аудитории. Я как-то больше ожидала услышать про ближнего и любовь к нему, про семью, про что хотите, а услышала про образование. Это к вопросу о ценности студенческих лет. «А что, — спросила я у соседки, помня о ее тринадцатилетнем опыте жизни в „семье“ и о том, что один из проповедников ее муж, — Иисус больше любит умных, чем необразованных? Ему не все равно?» Нет, Ему не все равно. Образованный человек может лучше служить, работать, быть лучшим инструментом для исполнения Божьей воли. Да я и не против, только для Царствия Небесного не все ли равно, дура я полуграмотная или у меня три диплома?

А еще Господь Иисус любит молодых, потому что они могут исполнить его замысел: парень и девушка — это же жених и невеста. Кажется, многие мои новые знакомые пришли сюда в надежде найти мужа — но вот им за тридцать, и на обручальные кольца здесь дефицит. Хотя, может, они их просто не носят: девушки не накрашены, и украшения могут быть под запретом. На прямой вопрос я получаю прямой ответ: да, Господь Иисус помогает найти жениха. Конечно, жених найдется именно среди верующих, братьев. И нас к слову приглашают на свадьбы — уже есть планы на сентябрь и октябрь, если нам доведется — вам будет репортаж… Здесь и разводятся (я спросила), если мне не соврали.

А еще, наверное, Господь Иисус больше любит здоровых, чем больных, богатых, чем бедных, и знаменитых, чем обычных людей… но об этом я уже не спросила. Просто вспомнила: «…благовествовать нищим… исцелять сокрушенных сердцем, проповедовать пленным освобождение, слепым прозрение, отпустить измученных на свободу"…

Скажи мне, что ты ешь, и я скажу, кто ты

После еды проповедников тянуло на гастрономические образы. Рассуждая о стихах Евангелия, где Христос называет Себя Хлебом Жизни, выступавшие едва ли не добивались того, чтобы у слушателей, как у собачки Павлова, началось слюноотделение. Однако логики в их построениях было мало. Подруга моя поняла все так: есть у человека дух, душа и тело (кто бы отрицал), и дух — это инструмент, которым мы едим Иисуса. Осложняется все тем, что Христос после воскресения, по мнению этих верующих, стал Духом животворящим. То есть Тело-то из гробницы исчезло, но Христос — Дух, а заглавной буквы на слух не отличишь от строчной, так что мы пока не поняли, что там и чем поедается… Главное — пища становится нами, мы — то, что мы съели за последние пять лет, Иисус — наша главная пища, скажи мне, что ты ешь, и я скажу, кто ты.

И я снова и снова беспокоила опытную соседку: вот придешь в обычную церковь — там тебе скажут, что надо причащаться, и вот эти же стихи в доказательство приведут. А вот у вас как?

Они тоже причащаются. Вот помолятся все вместе, ведь все они — царственное священство. И причащаются. Но об этом репортажа не будет: так далеко я не собираюсь зайти.

Как родиться свыше и не болтать с покойниками

Здесь не только причащаются. Здесь и крестятся. Христианству на Руси тысяча лет, и члены этой общины не в пустыне родились — многие из них были до прихода в «семью» крещены в Православии. В принципе это Крещение им годится. Но однажды они поймут, что тогда они не родились свыше, не изменились, так что крещение можно повторить. «Однажды ты, Наташа, поймешь, что хочешь родиться свыше», — пообещали мне. Ага, и гимн для исполнения под гитару напишу, как же.

Крестиков они не носят, но новичкам не запрещают. Иконы им не нужны — наверное, крест тоже, потому что Господь Иисус сказал: «Не делайте Мне образцов». Я бы дала ссылку на стих, да где же его искать в «Новом восстановительном переводе»? Хотя нам и книжку подарили при входе, да больно уж она толстая, и комментариев там куда больше, чем самого текста.

Богородица им тоже не нужна. Называют они Ее даже менее почтительно, чем свидетели Иеговы: те хоть «Мать Мария», а эти — «Сестра Мария». Зачем Ей молиться, когда один посредник между Богом и людьми — Человек Иисус Христос? Естественно, в их теории Она уже и не Дева: Она ведь родила Христа как Человека, как же после этого можно девой-то остаться?

И святым нечего молиться. Господь Иисус велел, чтобы «с покойниками не разговаривали». Я даже удивилась: так вы же тут сами все про вечную жизнь! У Бога же все живы! Да, — согласились со мной, — Бог не есть Бог мертвых, а живых, и мертвые будут воскрешены, но сейчас-то они все умерли, и нечего с покойниками болтать.

Вакуум в форме Иисуса

Татьяна, пообещавшая нам стать нашей духовной мамой, не скрыла своей истории обращения. Она была партийной, в Бога не верила, на верующих смотрела, как на психически больных. Когда однажды подруга стала «благовествовать ей слово», она только отмахнулась: ну вот еще, этак и до монастырей недалеко. Но потом задумалась и сказала: «Господи, я, наверное, грешная — только предположила, раньше ведь была уверена, что ничего такого… А теперь вот призвала Бога — и что-то вошло в меня, я почувствовала, как кто-то вошел и стал во мне жить!» — Татьяна размахивала руками, кричала… Да, с православной точки зрения мне даже страшно предположить, кто именно в ней поселился. И удивительно слушать, как она всерьез говорит: «Знаешь такого ученого — Паскаль? Он был умный, он в центре человека увидел вакуум в форме Иисуса. Когда мы принимаем Иисуса, Он заполняет Собой этот вакуум, потому что мы — храм Бога! Покайся! Ты — грешная? Да? Молодец!»

Я спросил у Яндекса, кто моя любимая…

Я неоднократно спрашивала у опекавших меня верующих, как называется их «семья». Они утверждали, что никак. Даже когда я позволяла себе сомневаться: «Вот ты приехала из Армении, как же ты могла найти здесь эту же общину, если у нее нет названия?» Если им верить, все их контакты, в том числе с Америкой, держатся на личных связях, паролях и явках. «Мы просто христиане». «Мы просто верующие». «Верующие есть везде».

Больше всего наши новые знакомцы похожи на церковь Уитнесса Ли. Посмотрите в справочнике Александра Дворкина (он есть в Интернете), вы найдете очень подробное описание того, что я видела своими глазами. Кстати, подаренный нам перевод Евангелия — с предисловием Ли, издан служением «Живой поток». Все права защищены, отпечатано в Анахайме, США.

Если вы пойдете искать Бога в Амбер-Плаза у метро Новослободская (здесь, на улице Краснопролетарской, проходят упомянутые собрания), помните: вход здесь бесплатный, а выход не предусмотрен. Девушки, о которых я пишу, не могут снять другую квартиру или найти другую работу. Им тоже когда-то сказали: мы не секта, мы верим в Троицу, Боговоплощение и искупление, как все нормальные христиане. И поскольку «семья» не скоро скажет вам, как она называется, я просто хочу предупредить вас, чтобы вы делали свой выбор осознанно.

http://www.taday.ru/text/71 466.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru