Русская линия
Столетие.Ru Максим Кустов12.09.2007 

Солдаты без отрыва от производства
Как красногвардейцы командиров выбирали

В сентябре 1917 года, 90 лет назад, в России происходило невиданное до той поры явление — на заводах и фабриках массово формировалась новая вооруженная структура, бойцы которой служили, так сказать, без отрыва от производства. Назывались создаваемые отряды Красной Гвардией.

Хотя первые красногвардейские отряды появились еще в марте 1917 года, именно в сентябре процесс их создания принял масштабный характер. Осенью 1917 года в Красной Гвардии состояло около 200 тысяч человек (в Петрограде и Москве приблизительно по 30 тысяч). Теоретически в Красной Гвардии сначала не было четко выраженного партийного влияния, своей ее могли считать и эсеры, и меньшевики. Но очень быстро большевики превратили ее в свою партийную армию.

Создавали ее опять-таки по невиданным доселе принципам.

«Если Красная Гвардия — есть зародыш всеобщего вооружения народа, народной армии, то необходимо, чтобы в ней проводилось сверху донизу выборное начало, осуществляющее принципы народной демократической армии» — заявил видный большевик Емельян Ярославский.

В брошюре «Право на ружье» было прямо сказано: «Трудовому народу война не нужна, не нужны и войска. Народ знает, что на земле много места — хватит всем. Живи, трудись и пользуйся жизнью. Но пока есть цари-хищники, есть капиталисты, — мы должны во имя своей родины готовиться к защите, должны устроить народную армию — милицию. Каждый свободный гражданин России, когда нужно, пусть возьмется за оружие, на которое у него есть полное и неоспоримое право».

Похоже, что большевики в 1917 году всерьез верили в то, что с выборным комсоставом и «демократической армией» можно воевать и даже побеждать.

Правда, на практике выглядела новая вооруженная сила вовсе не так привлекательно, как в посвященной ей брошюре. Поэт Александр Блок увековечил образ красногвардейцев в поэме «Двенадцать»:

«Гуляет ветер, порхает снег.
Идут двенадцать человек.
Винтовок черные ремни,
Кругом — огни, огни, огни…
В зубах — цыгарка, примят картуз,
На спину б надо бубновый туз!
Свобода, свобода,
Эх, эх, без креста!»

Если вспомнить о том, что «бубнового туза» носили на спине каторжники, то получается предельно конкретное описание вооруженной банды «без креста». Правда, в октябре 1917 года в столкновениях с юнкерами в Петрограде и Москве вместе с матросами и солдатами красногвардейцы остались победителями. Но их ли в этом заслуга? Уж слишком слабы оказались антибольшевистские силы в центре страны, слишком ненавидело офицерство Временное правительство и его главу — Александра Керенского, чтобы выступить в его защиту. Лозунгом боевого офицерства стала фраза — «на Дон», где начиналось формирование Добровольческой армии.

А вот в начале 1918 года, когда красные отряды с выборным комсоставом столкнулись с организованными белыми частями, выяснилось, что для победы необходима прежде всего дисциплина.

С января 1918 года параллельно с Красной Гвардией большевики стали и Красную Армию создавать, но пока еще все по тем же демократическим «красногвардейским» принципам на добровольных началах. Лишь в марте 1918 года Красную Гвардию объединили с Красной Армией. Но порядка от этого не прибавилось. Аркадий Гайдар, сам служивший у красных с 1918 года, так описывал нравы и уровень дисциплины в первых советских частях:

«С крыльца хутора послышался окрик:

— Федор… Сыр-цов! Иди до командира.

— Сейчас, — отмахнулся недовольно Федя и, улыбнувшись, продолжал… рассерженный Шебалов очутился за спиной.

— Федор, — сурово спросил он, останавливаясь и облокачиваясь на палаш, — ты слышал, что я тебя зову?

— Слышал, — буркнул Федя, приподнимаясь. — Ну, что еще?

— Как это „ну, что еще“? Должен ты идти, когда тебя командир требует?

— Слушаю, ваше благородие, чего изволите? — вместо ответа насмешливо огрызнулся Федя».

А вот как писатель Алексей Толстой показал, что творилось у красных после первых неудачных боев с белыми:

«Тут были и шинели, и нагольные полушубки, и городские пальто, подпоясанные веревочками. У многих — пулеметные ленты, гранаты, револьверы. У кого — картуз, у кого — папаха на голове, у кого — отнятый у спекулянта котелок. Топкую грязь месили рваные сапоги, валенки, ноги, обернутые тряпьем. Сталкиваясь штыками, кричали: «Вали, ребята, на митинг! Сами разберемся! Мало нас на убой гоняли!»

Большевики быстро поняли, что разномастно одетая орда, привыкшая выбирать командиров и драть горло на митингах, никогда не станет боеспособной силой. И, со свойственной им решительностью, отказались от прежних лозунгов. В Красную Армию начали призывать. Дезертиров принялись ловить. Объявлены были приказы, возлагающие ответственность за укрывательство дезертиров на совдепы, комбеды и домохозяев. С прежними вольными нравами, объявленными «партизанщиной», было покончено….

Советские вооруженные силы все больше и больше напоминали обычную армию, а не нечто, построенное на «демократических» принципах.

Постепенно вернулись в армию отмененные было знаки различия, генеральские и офицерские звания, вернулись дисциплинарные батальоны и гауптвахты. А о попытке создать нечто вооруженное и сознательное на выборных началах лишний раз старались не вспоминать…

http://stoletie.ru/minuvshee/70 911 165 311.html


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru