Русская линия
Православная книга РоссииИгумен Сергий (Рыбко)11.09.2007 

«Дать человеку почитать духовную книгу выше, чем дать кусок хлеба голодному…»

Гость нашего портала — один из самых известных московских священников, настоятель храма Сошествия Святаго Духа на Лазаревском кладбище (г. Москва), создатель и руководитель издательства Сестричества им. Свт. Игнатия Ставропольского и «Чтения для русских детей».

— Отец Сергий, расскажите, пожалуйста, о Вашем отношении к чтению и к книгам! Насколько любовь к чтению повлияла на Вашу жизнь?

— Меня сформировала любовь к чтению. Я научился читать рано, лет в пять. И когда примерно через год мы с родителями переехали из провинции в Подмосковье и я узнал, что такое библиотека, то сразу же туда записался. А поскольку это был первый класс советской школы, 1967 год, и кроме школы и гуляния с друзьями я не был занят практически ничем, я стал очень активно ходить в библиотеку. Мне нравилось разглядывать книги, перебирать их, смотреть картинки. В том поселке, где мы жили в Подмосковье, в библиотеку мало кто ходил, поэтому книги были всегда в наличии.

В детстве я все свое свободное время старался читать, тем более что телевизор появился только классе в третьем. И интересен-то он мне особо не был — чтение было интересней того, что передавалось в то время по телевизору: рассказы о достижениях хлеборобов и фильмы типа «Я шагаю по Москве».

Такая любовь к чтению осталась на всю жизнь. Юность также прошла в чтении, правда, поменялся репертуар. Уже в 15−16 лет меня стали интересовать различные философские вещи, научная фантастика…

— Когда у Вас появился интерес к духовным книгам, христианской литературе?

— К сожалению, никаких духовных, религиозных книг в советских библиотеках найти было невозможно, и религия была для меня закрытой темой. Да и вообще я считал, что с этим все решено и что это какая-то глупость. Зато был интерес к различным контркультурам: вместе с любовью к рок-музыке возник интерес к различным протестным философским, молодежным движениям. А когда я попал в систему хиппи, вдруг выяснилось, что все там — люди верующие. Мне открылся целый пласт самиздата, книг собственно религиозного значения: по восточной философии, софийской мудрости. Естественно, попалось мне и Евангелие, и христианская литература. С тех пор я старался читать мудрые книги, в которых искал ответы на вопросы духовного порядка.

В 18 лет я стал ходить в храм и одновременно с этим попал в систему самиздата. В православном мире, оказывается, было очень много бывших хиппи, ставших потом православными. Почти в каждом храме такие люди были алтарниками, звонарями, псаломщиками. Познакомившись с ними, стал помогать распространять самиздат. Делал я это, что называется, ради любви к искусству и чтобы была возможность подержать в руках, почитать творения святых отцов.

Потом я устроился псаломщиком в храм в Пушкино и от подобной деятельности отошел, так как меня загрузили работой — служба была каждый день. Как правило, утром я бывал в храме, а вечером ездил в Троице-Сергиеву Лавру, чтобы время даром не пропадало. У меня уже тогда была своя небольшая библиотечка, да и протоиерей Николай Гайнов, клирик храма в Царево Пушкинского района, давал мне читать книги, меня почти не зная. Батюшка руководил моим чтением, отвечал на вопросы. Собственно духовником не был, но был хорошим духовным другом.

Где-то с 1980-го года, после того, как получил благословение готовиться к монашеской жизни, я читал только духовные книги. Потом я достаточно быстро ушел в монастырь, началась Перестройка, стали появляться книги с Запада. Оптина Пустынь была даже тогда богата книгами, и я читал все свое свободное время. А когда я стал иеромонахом, священником, особенно же когда стал настоятелем храма, наступил такой период, когда читать было просто некогда. Вспоминаю одного священника, который, еще когда я был псаломщиком, говорил: «Смотри, читай всякую минуту, потому что придет время, когда читать не сможешь при всем желании». И такое время пришло. В моей жизни было несколько лет, когда я почти ничего не читал из-за чудовищной занятости, загруженности. Но тут начала развиваться техника, стали появляться аудиокниги, книги в формате MP3. И теперь я всегда хожу с диктофоном, читая книги таким образом. Цифровую технику я не очень люблю, больше люблю традиционную, поэтому девочки из Сестричества перегоняют книги в формате МР3 на аудиокассеты. Теперь, где бы я ни был, я всегда читаю.

Вместе с новыми возможностями расширился и круг моего чтения: я обратился к мировой литературе в качестве отдыха и ради восполнения пробелов. У меня большой интерес к мемуарам, к военным книгам. Сейчас я читаю 12-томную мировую энциклопедию и думаю, что все это пригодится в моей миссионерской деятельности. Если есть силы — духовные книги. Если сил нет, то очень люблю Жюль Верна, Майн Рида, Джека Лондона. Ивана Алексеевича Бунина очень полюбил. «Жизнь Арсеньева» — замечательное произведение. Ощущается присутствие какой-то неведомой Руси.

Конечно, стараюсь читать жития святых отцов, что-то житийное, например, историю митрополита Макария. В общем, надеюсь, что с книгами не расстанусь никогда.

Я очень люблю посещать выставки и книжные магазины. Интересно наблюдать за тем, как меняется издательская, книжная культура, появляются различные мультимедийные издания, фотоальбомы. Если я захожу в книжный магазин, то оставляю там все деньги, которые имею при себе, и минимум три часа там просижу, если есть время.

Мне очень близки детские издания, тем более что одно из направлений нашего издательства — детские православные книжки. И я считаю, что светская литература может быть христианской. Например, Жюль Верн — христианский писатель. Во всех его произведениях присутствует христианская мораль. Он человек, несомненно, верующий, и все его герои — христиане. Книги Майн Рида также учат детей благородству, честности, любви к ближнему. Я считаю, что все это должно быть издано и предложено нашим православным детям для разнообразия и просвещения. Важно, чтобы ребенок был воспитан на хороших книгах и был христианином. При этом он должен быть эрудированным, образованным человеком. Жюль Верна он точно должен знать.

Многие русские сказки имеют христианскую подоплеку. И хорошие, классические сказки, например, Г. Х. Андерсена, или национальные сказки других народов (особенно сказки славянских народов — сербские, болгарские) повествуют о добре и зле. И если чуть ее подредактировать, обработать, то получатся замечательные христианские сказки для детей.

— А с какого года существует Ваше издательство, как возникла идея его создания и как все начиналось?

— Издательство существует с 1993 года. Я был назначен в Москву из Оптиной Пустыни в 1992 году, и как только сложился «костяк» Сестричества во имя Игнатия Ставропольского, стал вопрос о содержании сестер, о каком-то служении. Промыслительно получилось, что я служил молебен на открытие издательства «Русский хронограф». Мы были немного знакомы с его главным редактором Сергеем Ивановым и с тех пор начали сотрудничать. Чтобы издать первую книгу, я занял у одной прихожанки 950 долларов, и на эти деньги мы издали брошюрку «Житие преподобного Порфирия Киевского». Сами набрали, нарисовали. И издали огромным тиражом — 50.000 экземпляров. Все это девочки развезли по храмам, 15.000 экземпляров отвезли в Лавру, подарили на Пасху всей братии. Весь тираж мы распространили месяца за три. Тут же отбили деньги, я отдал долг, а на оставшиеся деньги начали потихонечку издавать что-то другое. С одной стороны, мы помогали «Русскому Хронографу», с другой — издавали свои вещи по его лицензии. В то время это было взаимовыгодным сотрудничеством.

Когда же меня назначили в Москву настоятелем храма Сошествия Святого Духа и стал вопрос о его восстановлении, я прекрасно понимал, что сделать это за счет трех десятков бабушек-прихожанок совершенно невозможно. Поэтому я сразу же поднял вопрос об издательстве и о книжной лавке. И дело было даже не столько в восстановлении храма и в деньгах, сколько в том, что я подобную книжную деятельность очень полюбил, еще со времен самиздата.

Изданная книга — как родившийся ребенок. Сейчас я немного к этому привык, но все равно появление каждой новой книги очень радует, так как понимаешь, что она будет служить людям.

Сначала мы работали с «Хронографом», а потом взяли свою лицензию. И потихонечку начали работать самостоятельно. У нас была староста Ирина Шалеева, которая начала развивать наше издательство. Таким образом оно возникло.

Первые книги сразу же стали приносить прибыль, и восстановление храма на эти деньги пошло достаточно быстро. Начала работать и книжная лавка. И где-то лет за 5 мы превратились в достаточно крупное издательство. Письма с благодарностью приходили к нам из Израиля, из Америки, из Тянь-Шаня, с Алтая, из Владивостока…

— Много ли книг выходит ежемесячно?

— Сейчас в месяц у нас выходит около 20 изданий, хотя я, честно говоря, не считал… Если бы все деньги направлялись на развитие издательства, то было бы больше. Но основная часть дохода идет на восстановление храма Сошествия Святого Духа и на строительство огромнейшего храма в Бибирево. Собор московских святых мы строим в основном на деньги издательства, то есть пожертвований каких-то крупных банков у нас нет, есть частные пожертвования, порой достаточно крупные, но основной костяк составляют деньги издательства. Без них восстановление и строительство храмов было бы невозможно. Собор московских святых потихонечку растет, поднимается. Стены должны в будущем году уже сдать. Это будет один из самых больших, если не ошибаюсь, третий по величине храм в Москве, а строящийся за счет книжечек — единственный.

Если сначала мы создавали чисто просветительские проекты, не заботясь о прибыли (например, святых отцов, аскетическую литературу), то сейчас приходится обращать внимание на коммерческую составляющую, поэтому мы издаем много детских книг, например, собрание сочинений Лидии Чарской. Мы нашли еще одну детскую писательницу — Софью Макарову. В нашем издательстве выйдет несколько томов ее произведений: сказок и детских повестей. Очень надеюсь, что мы вернем эту писательницу отечественному читателю.

— Cколько книжек вышло за время существования издательства?

— Мы никогда не считали количество наименований. Думаю, что несколько сотен. Тираж отдельных изданий, например брошюры «Материнская молитва», перевалил за миллион экземпляров. Библиографию архиепископа Луки Воино-Ясенецкого мы первые издали отдельной книгой и постоянно переиздаем. Ее тираж составляет несколько сотен тысяч экземпляров. Эта книга востребована не только как апологетическая. Все, кто связан с медициной, проявляют к ней большой интерес. Она написана очень интересным языком.

При правильной постановке издательское дело — прибыльное дело. Нужно просто уметь как-то правильно все это поставить, чтобы самоокупалось, чтобы проект чисто просветительский сопровождался коммерческим проектом, чтобы расходы и доходы уравновешивались. Все это возможно сделать.

— Кто определяет политику издательства?

— Политику издательства определяю я: сколько и когда издавать. Ни одной книги мимо меня не пройдет. Также и в магазине: ни одной книги без моего разрешения, благословения не пройдет. Понятно, что труды святых отцов или каких-то известных авторов, например, о. Андрея Кураева, само собой разумеется. А если появляется что-то непонятное, новое, то обязательно нужно посмотреть, полистать. Если меня нет, то я кого-то прошу.

— Расскажите о планах, проектах Вашего издательства на ближайшее будущее.

— Из крупных проектов у нас готовятся жития болгарских святых. Собрание сочинений Иоанна Златоуста (уже вышло 5 томов, готово к выходу еще 2).

— Чем, какими вышедшими книгами Вы особенно гордитесь, о каких хотелось бы сказать отдельно?

— Мы полностью издали собрание сочинений Сидора Пелусиота и Феодора Студита, преподобного Нила Синайского. Издали пятитомник Тихона Задонского, трехтомное собрание сочинений Дмитрия Ростовского. Одной из наиболее удачных книг я считаю собрание писем Никона Воробьева (мы первые, по милости Божьей, издали) «Нам оставлено покаяние». Я считаю, что это лучшая духовная книга XX века. Отдельного внимания заслуживает и книга писем Валаамского старца (отца Иоанна). Это одни из наиболее удачных и нужных проектов, который приносит значительные плоды.

— Есть ли какие-то принципы, которых Вы придерживаетесь, издавая православную литературу?

— Я считаю, что цитаты из Священного Писания в наше время надо переводить на русский язык. Это наша принципиальная позиция, которая кому-то, возможно, не нравится. Но так как сейчас в Церковь в основном приходят неофиты, то нужно стараться немного облегчить им задачу. Например, катехизис святителя Филарета просто потерял свое значение за обилием цитат на церковнославянском языке. А если перевести это на русский язык, то появится книга, которая будет доступна новоначальным. То есть тем, для кого она и была написана.

— А есть ли какие-то планы в отношении вашего магазина? Его расширение?

— Планы? Открою вам секрет: я хочу перенести деятельность в Бибирево. Хотя в первое время это будет связано с материальными потерями, но там это нужно в просветительском плане. Скорей всего, издательство и книготорговля будет сосредоточена в Бибирево, хотя и настоящий магазин сохранится.

Здесь (на территории Фестивального парка) мы не может расширяться чисто технически, потому что это зеленая зона, а храм — памятник архитектуры. Что-либо построить просто невозможно — я уже устал с чиновниками бодаться… В Бибирево — напротив. Там стройка, большой комплекс, и гораздо проще в этом отношении. Но человек предполагает, а Бог располагает. И что как получится — не знаю.

— Как решается проблема со штатом? Вы сотрудничаете долгие годы с одними и теми же людьми?

— Есть сотрудники, которые работают очень давно. И немало таких, которые работают бескорыстно. У нас в Сестричестве все принципиально работают на храм бесплатно. Они — самые ценные люди, которые готовы работать с утра до вечера и с вечера до утра. Если нужно срочно сделать книгу, они будут и ночи напролет сидеть. Ведь книга того стоит, чтобы она вышла, чтобы попала к читателю…

— Батюшка, как вам удалось привлечь молодежь к книгам, к чтению? Ведь у вас и в магазине, и в издательстве работают в основном молодые девушки?

— Человек, приходящий к нам в Сестричество, уже имеет некую подготовку в этом плане. Человек имеет воцерковленность, а воцерковленность предполагает книжное образование и любовь к книге как основу этого образования. Когда человек просится в Сестричество или работать в храм, я задаю при знакомстве ряд вопросов: «А что вы читали? Какой ваш любимый духовный писатель? Что вообще вы читали из духовной литературы?» Скажи мне, что ты читаешь, и я скажу, кто ты.

Раз в неделю или раз в полторы недели у нас с сестрами проходят беседы, во время которых мне задают вопросы по духовным книгам, а я на них отвечаю. Я очень люблю святителя Игнатия Брянчанинова, очень популяризую этого святого писателя. Считают, что он очень обширно дает ответы на вопросы мирян и монашествующих. Надо только найти и применить их.

Любовь к книге я насаждаю сразу же. Человек, который не читает, не найдет со мной общего языка — нам будет просто не о чем говорить. Потому что общение основано на книжных вопросах, проблемах.

Люди приходят к нам уже немного подготовленные и попадают в среду, где каждый читает. У нас сестры имеют возможность бесплатно брать книги из книжной лавки. Сейчас все потихонечку переходят на МР3, однако у каждой есть своя библиотека. А в монастырях, как мужских так и женских, сложно найти время для чтения, да и подчас достаточно тоталитарно указывается, что читать. Я же считаю, что человек должен свободно сам выбирать, что ему читать, а что нет. Хотя если человек спросит, я ему скажу, что вот эту книгу рекомендую читать, а вот эту лучше отложить.

Когда человек вступает в Церковь, то суета и беготня, которая свойственна мирскому человеку, человека церковного немного оставляет. Ведь человек в миру бегает за какими-то фантомами, а человек в Церкви вращается вокруг прихода, его жизнь начинает тихо-спокойно течь, его окружают духовно близкие люди, и книга естественным входит путем в его жизнь. Книга — как старец, как близкий духовный друг, с которым всегда можно поговорить.

Еще Игнатий Брянчанинов говорил, что книга, чтение творений святых отцов считалось немаловажной добродетелью даже среди иночествующих. Но в то время была одна существенная проблема: неграмотность. Теперь, слава Богу, все грамотные. И человек, который хочет жить полноценной жизнью, обязательно будет читать. Тем более сейчас, какой бы хороший духовник ни был, он не ответит на все вопросы. Его опыт, его личный опыт хорош в сочетании с опытом других отцов, записанным. Авторов, учителей, которые ближе к нашему времени.

— Известно, что Ваши книги переиздаются другими издательствами. Ваше отношение к этому?

— На свои книги мы даже не ставим копирайты. У меня такой принцип, что я не признаю авторские права. То есть чужие признаю, а наши — нет. Потому что система авторских прав в том виде, в котором она сейчас существует, только препятствует распространению здравых мыслей и миссионерской деятельности. И склоки по этому поводу очень странные.

Святой Дух — автор Слова Божьего, какие могут быть авторские права? Тем более рынок обширнейший, всем хватит. Поэтому если где-то переиздаются наши книги, я этому бываю только рад.

Думаю, что со временем человечество пересмотрит отношение к авторским правам.

— Что Вы думаете о цензуре в отношении православной литературы? Нужна ли она?

— Я противник цензуры. Она имела смысл в Российской Империи, когда цензура была на все. А сейчас цензура приведет к тому, что хорошие люди, авторы столкнутся с серьезными трудностями. А частичная цензура не даст ничего: лжеучения будут издаваться демократической печатью, а люди воцерковленные не будут иметь возможности на все это ответить, что-то яркое издать, потому что все должно будет пройти цензуру.

Думаю, что разумный архиерей все это поймет и даст свободу издателям. Уже сейчас мы сталкиваемся с тем, что не только издавать, но и продавать без разрешения архиерея нельзя, потому что обязательно нужно отстегнуть епархии. Это сильнейший удар по просветительской деятельности. Я считаю, что Собор должен рассмотреть и запретить это безобразие. Людям надо бесплатно книги раздавать, как это делают на Западе давно уже!

— Епархия должна получить за торговлю, вы имеете в виду?

— Ну да. Поэтому без разрешения правящего архиерея нельзя ничего продавать. Любая продаваемая книга должна «покупаться» в епархиальном управлении.

Возвращаясь к цензуре. Я считаю, что идут другие времена, об этом и о. Андрей Кураев говорит. А Церковь все время пытаются засунуть в XIX век — будто бы у нас в монастырях должны обязательно пасти коров, выращивать огурцы… Это невыгодно! Дайте человеку компьютер, и он за час заработает гораздо больше. Сейчас такое время, что пустынники должны из пустыней выходить, а сестры — Закон Божий в школах преподавать…

Цензура будет давить хороших умных авторов, которые по тем или иным причинам не будут вписываться в понятия цензоров.

А книги Георгия Кочеткова и других модернистов издаются и будут издаваться огромными тиражами, так как у них есть спонсоры. И никакая цензура им не помешает. Да, мы живем в демократическом обществе. Поэтому, если выходит книга не такая, пусть другие напишут и издадут анти-книгу на нее, изобличат. Демократическим путем — пожалуйста. Это будет естественная цензура. Нужно объяснять людям, что не так, а не запрещать, так как запретный плод сладок.

Сейчас время другое и проповеди должны быть другими. Нельзя сказать: запрещаю! Потому что это вызовет обратный эффект. Надо объяснять, почему нельзя, почему это лжеучение. Запрещать глупо. Надо противопоставить интеллектуальный потенциал. Истина есть истина, и она сама по себе. И доказывать, раскрывать ее сложнее, проще «не пущать», говорить, что все это сатанизм.

— Ваше мнение об интернет-портале «Православная книга России»?

— Сейчас интернет очень востребован, и люди православные есть по всему миру, не только в России. Человек может включить, найти что нужно, побывать на родине и не только на родине, приобщиться к родной вере. Все это необходимо, так как это веянье времени. И если мы не займем эту нишу, ее займут другие — лжеучителя займут и будут с толку сбивать людей. Интернет — реальность наших дней, как и автомобиль, как самолет, как телефон, и надо всячески стараться туда проникнуть, говорить с людьми тем языком, на котором они общаются в интерактивном пространстве. Это тоже проповедь, обязанность тех, кто может. Как говорит апостол, «Если можешь добро творить и не творишь — грех тебе есть».

Чем хорошо издательство, газета, книга, интернет-портал: тем, что ты не обязательно сам проповедуешь, так как это дело священников и людей, обладающих особой харизмой. Здесь ты можешь просто взять статью, перепечатать ее, распространить, поместить в интернет — и ее кто-то прочтет. Преподобный старец Андриан говорил: «дать человеку почитать духовную книгу выше, чем дать кусок хлеба голодному. Это милостыня самая большая».

— Ваши пожелания посетителям портала?

— Сейчас, поскольку много всего издано, представлено, то, как сказал преп. Антоний Великий, «самая большая добродетель есть рассуждение». То есть из той духовной пищи, которая нам предлагается, нужно уметь полезную отделять от вредной. Как говорит святитель Игнатий, поверяй любого духовника, учителя, проповедника Святоотеческим Писанием. Слава Богу, у нас есть такой кодекс — святые отцы, их надо знать и ими надо поверять то, что появляется в современном мире, насколько все это соответствует Преданию Церкви.

Но если бы даже мы или Ангел с неба стал благовествовать вам не то, что мы благовествовали вам, да будет анафема. Как прежде мы сказали, так и теперь еще говорю: кто благовествует вам не то, что вы приняли, да будет анафема (Гал. 1, 8−9).

Не надо бояться читать книги без благословения — нужно думать. Духовная литература, как говорит свт. Игнатий Брянчанинов, подобна аптеке. И то, что для одних является лекарством от болезни, для других может быть ядом. Поэтому главное — ориентироваться в этом огромном мире. И здесь уже дело каждого человека найти себе какого-то духовного друга, которому этот мир более знаком. И с его помощью научиться читать. А потом, через пять-десять лет, человек сам поймет, что православное, а что — нет. Что нужно читать, а что не стоит. Ведь мудрость, рассуждение, знание — христианские добродетели, которые не меньше важны, чем любовь, милосердие, кротость, сострадание.

Максим Исповедник сказал так: «Богу нужен не только добрый, но и мудрый. Стяжавший добродетель, но не стяжавший премудрости в Царство Божие не войдет». Ну, а без книги никакой премудрости быть не может.

Беседовала специальный корреспондент портала «Православная книга России» Ирина Стрижова

http://www.pravkniga.ru/interview/45/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru