Русская линия
Русский дом Владимир Панков25.08.2007 

Возвращение из бездны…

У одного известного старца спросили: «Отче, сколько вам лет?». Он ответил: «Пять». И дополнил: «Пять лет, как я узнал Бога…». Действительно, с этого начинается жизнь…

Мой собеседник, сотрудник Брянской региональной общественной организации «Благо» Андрей Алейников, начало своей сознательной жизни ведёт с того дня, когда оказался в Казанской Площанской пустыни, монастыре, известном своими глубокими духовными традициями, который вот уже несколько лет работает с наркозависимыми.

Андрей вошёл в ворота Площанской пустыни 26 августа 2000 года, накануне праздника Успения Пресвятой Богородицы и жил здесь почти три года. Хотел стать монахом, но Бог судил ему возвратиться в мир. Теперь работает с наркозависимыми и ВИЧ-инфицированными и видит в этом своё призвание свыше. В декабре 2005 года ему исполнилось 30 лет. Он студент второго курса Московского психолого-социального института. Андрею и его коллегам из «Благо» приходится проводить профилактические беседы со школьниками и молодёжью. Нередко в качестве примера он рассказывает им о горьком опыте собственной жизни. Несколько раз он пытался покончить с собой. В течение восьми лет испытал на себе множество наркотиков и от верной гибели избавился с Божией помощью.

- Крестился я в свой день рождения — 29 декабря, когда мне было 13 лет, — рассказывает Андрей, — точнее сказать, меня крестили, к этому важному событию совершенно не готовили. Мои родители и крёстные — люди, далёкие от религии, — воспринимали Крещение как обязательный для всех обряд, который просто надо исполнить. Помню, мне почему-то очень не понравилось хождение вокруг купели, помазание миром. Служба казалась долгой, и всё меня раздражало. В совершенно расстроенных чувствах я вернулся домой и совершил ужасный поступок: сломал свой крестильный крестик. После этого во мне произошла некая перемена, смысл которой стал ясен позднее.

Лет в 15 я неожиданно сделал для себя вывод, что сатана лучше, он злой, но сильный… Словно погасил в себе свет и стал жить какой-то другой жизнью: начал интересоваться оккультной литературой. И в конце концов дошёл до последней стадии безумия — решил считать себя сатанистом. Я слушал сначала «хеви металл», позже «панк-рок». Эта музыка сделала употребление наркотиков для меня необходимым. Первую дозу принял в 16 лет. В тот период произошло событие, которое меня ещё более утвердило в вере в силу и власть тёмных сил над человеком. Я собирался ехать отдыхать на турбазу и перед поездкой мысленно произнёс: «Сатана, если ты мне дашь сегодня женщину, то я отдам тебе свою душу». Приехав, познакомился с девчонкой, которая была на год меня моложе. И случилось так, что я стал у неё первым мужчиной, и она у меня — первой женщиной. Увлёкшись Ириной, — так звали ту девчонку, — я вскоре совсем забыл о своём мысленном обещании. Но однажды меня неожиданно словно пронзила мысль: «А вот помнишь, ты обещал…». Я не стал возражать и недолго думая, сел у себя в комнате за письменный стол и начал составлять договор: «Я, такой-то, отдаю свою бессмертную душу на определённых условиях…». Условия определил для себя можно сказать традиционные: деньги, женщины, разного рода информация, поскольку, как я полагал, информация — это власть над людьми. И вскоре после этого последовала первая попытка самоубийства. Наступила апатия. Жизнь казалась ненужной и неинтересной. Смерть воспринималась как нечто лучшее: там тишина и покой.

В школе учился всё хуже и хуже, хотя до десятого класса был отличником. Многие пророчили мне большое будущее… В итоге пришлось перейти на вечернее обучение, устроился на работу продавцом книг в одном из магазинов Брянска. С прилавка продавал книги, а из-под прилавка коноплю… Работал прямо под видеокамерой. Когда уволился, в магазине начались обыски. За мной, очевидно, следили… После увольнения перестал торговать зельем, и тут меня внезапно постигло глубокое разочарование. Все те, с кем я общался, от кого получал «товар» и кому продавал, быстро охладели ко мне и даже перестали замечать. Этого я пережить не смог. Почему-то считал, что нужен всем этим людям как хороший парень, а им, оказалось, нужна была только конопля. Разочаровавшись в людях и совершенно отчаявшись, решил свести счёты с жизнью и четвертого декабря 1993 года, как раз на праздник Введения во храм Пресвятой Богородицы, прыгнул вниз головой с шестого этажа на обледенелый асфальт. В воздухе меня перевернуло, и я довольно удачно приземлился. Остался жив. Всю зиму пролежал в больнице. Отделался переломами. После выздоровления устроился на машиностроительный завод, работал на станке с числовым программным управлением, хотел даже поступать в педагогический университет… Однако тяга к смертоносному зелью взяла своё: начал пробовать разные наркотики, научился готовить некоторые из них сам. Уволился с работы, оставил мысли об учёбе и полностью отдался наркотическому кайфу.

Когда родители поняли, что со мной происходит, было уже поздно. Их попытки вернуть меня к нормальной жизни были безрезультатны. Из дома я ушёл и жил на разных квартирах, готовя для хозяев и себя наркотики из аптечных препаратов.

Когда я сейчас захожу в аптеки, у меня сразу возникает искушение. Совершенно свободно, без рецепта, продаётся немало препаратов, из которых довольно легко можно сделать синтетические аналоги героина и т. п. В то время я решил заняться и своим «духовным образованием». Стал изучать разные оккультные «науки», начал посещать организацию, члены которой называли себя «люцифериане». Как я потом узнал, подобные организации имеются и в других городах. Они проводят совместные инициации, съезды.

Чем больше я соприкасался с богоборческим миром, тем меньше мне хотелось жить. Я был словно «запрограммирован» на суицид, постоянно совершая опасные эксперименты со своей жизнью. Моя воля и разум всё более деградировали. Для меня остаётся непостижимой тайной, почему Господь сохранил мне жизнь…

Когда наступил 2000 год, суицидальные мысли совершенно овладели моей душой.

Как-то мы сидели с товарищем около нашего дома и курили. Мой друг был в очень подавленном состоянии. У меня в руках оказалась опасная бритва. Он попросил её и вскрыл себе вены. Я заломил ему руки. Всхлипывая, он говорил мне: «Сделай что-нибудь. Сдай меня хотя бы в дурдом!». Рядом находился травмопункт, и ему оказали необходимую помощь. Возвращаясь домой, вспомнил о монастыре, где лечат наркоманов, о котором говорила моя тётка.

Я рассказал другу о Пустыни. Посоветовавшись, мы решили ехать вместе. Был конец Успенского поста. Помню, ехать очень не хотелось, но и отступать было нельзя. Уже перед воротами Пустыни мы выкурили три сигареты с коноплёй и, шутливо переговариваясь, вошли в обитель. В храме мы купили крестики и начали расспрашивать монаха за свечным ящиком, к кому надо обратиться по нашему вопросу?

Его ответ нас очень удивил. Показывая взглядом на середину храма, он уверенно произнёс: «Вон там ангел стоит. Идите сначала исповедайтесь у него. Он вам всё скажет».

Мы с ухмылкой переглянулись, и я шутливо сказал Женьке: «Вот это да, нам тут еще и ангела покажут!». Мы посмотрели на середину храма и увидели иеромонаха, который принимал исповедь.

Весь наш кайф от конопли почему-то мгновенно пропал. Я решил подойти первым. Как выяснилось позднее, звали иеромонаха отец Афанасий. Пришла мысль: «А ты приколись, расскажи, в чём считаешь себя виновным перед Христом и посмотри на его реакцию».

Я так и поступил. Начал рассказывать, что сатанист, наркоман, про суицид рассказал.

Иеромонах внимательно выслушал меня, стал лицом к алтарю, помолился и спросил:

- С утра курил?

- Курил, — ответил я.

- Иди, причащайся…

Над этими его словами я впоследствии задумывался неоднократно. Как он мог взять на себя такую ответственность? Почему так поступил?..

Когда я причастился, на душе стало неизъяснимо хорошо. Однако я нашёл этому множество объяснений: мол, природа, атмосфера… Моего же товарища до Причастия иеромонах не допустил.

Тогда впервые в жизни я решил помолиться. Встав на колени перед Казанским чудотворным образом, от всей души начал просить Божию Матерь: «Прошу, оставь нас здесь. Нам нужно остаться». И произошло чудо — нас оставили…

В первый же день случилось серьёзное искушение. Мы разгружали брёвна, и несколько из них одновременно начали скатываться, я не успел отскочить. Одна огромная сосна упала мне на спину. Затем ударилась о землю и ещё раз ударила меня. Все замерли. Было совершенно очевидно, что, по меньшей мере, у меня сломан позвоночник. Но я приподнялся с земли и как ни в чём не бывало продолжил работу. Надо мной после этого подшучивали, что, мол, после ядерной войны выживут крысы, тараканы… и я. Поначалу наша жизнь мало чем отличалась от мирской. Мы жили достаточно свободно. Нами руководил духовник о. Диомид. С каждым из нас он быстро нашёл общий язык, мы ему вполне доверяли.

Я очень любил читать, и о. Диомид щедро снабжал меня книгами и духовного содержания, и отечественной классикой. Нередко приглашал к себе в келью, угощал чаем с пряниками и конфетами, и мы с ним подолгу беседовали на различные темы, мы подружились. Стараясь не быть профаном в религиозных вопросах, я внимательно прочитывал духовные книги. Позднее начал увлекаться церковными песнопениями.

Постепенно осознал, что становлюсь другим. Что-то гнилое и мерзкое словно выплёскивалось из меня, про оккультизм уже не хотел вспоминать.

В середине октября 2000 года, накануне Покрова, я вышел на крыльцо ночью. Осенняя тишь и бескрайнее звёздное небо навевали покой и умиление, душа моя наполнилась чувством безграничной радости и смирения. Я понял, почувствовал, что Бог есть, Он рядом и меня любит…

После этого я дал обет и принял очень важное решение — проситься в число братии. На свой день рождения, когда исполнилось 25 лет, подал прошение зачислить меня в братию монастыря. В праздник Иверской иконы Божией Матери я был облачён в подрясник, стал послушником. Меня перевели в братский корпус. Жил в монастыре чуть больше трёх лет, выполнял разные послушания.

Когда я несколько духовно возмужал, после долгих мучительных размышлений неожиданно сделал неутешительный для себя вывод: монахом быть не могу. Душа моя рвалась в мир.

В тот период в Брянске при участии Русской Православной Церкви была создана организация «Надежда есть!» для помощи наркозависимым и их семьям, которую курировал о. Диомид. По его просьбе я стал приезжать туда для работы с наркозависимыми. К этому времени поступил учиться в филиал Московского психолого-социального института на факультет психологии.

Важность нашей работы очевидна. Однако ни государственные структуры, ни отечественный бизнес нас не поддерживают, мы боремся со злом одни…

Контактный телефон организации «Благо»: (4832) 68−07−28

http://www.russdom.ru/2007/20 0708i/20 070 833.shtml


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru