Русская линия
ТрудСвятейший Патриарх Московский и всея Руси Алексий II (Ридигер)18.05.2007 

Это ли не чудо Божие?
Патриарх Московский и всея Руси Алексий — о воссоединении Русской Православной и Русской Зарубежной Церквей

Вчера, в день праздника Вознесения Господня, в храме Христа Спасителя состоялось долгожданное воссоединение Русской Православной Церкви с Русской Зарубежной Церковью. Акт о каноническом общении подписали Патриарх Московский и всея Руси Алексий и Председатель Архиерейского Синода Русской Зарубежной Церкви митрополит Восточно-Американский и Нью-Йоркский Лавр. Затем Святейший Патриарх в сослужении иерархов совершил Божественную литургию — первое совместное богослужение Русской Православной и Зарубежной Церквей. Своими размышлениями о происходящих событиях Патриарх Алексий поделился с обозревателем «Труда».

— Ваше Святейшество, в чем же, на Ваш взгляд, состоит историческая сущность церковного разделения и его преодоления?

— Революция 1917 года и гражданская война, когда восстали брат на брата и дети на родителей, разделили наш народ на многие десятилетия. Миллионы соотечественников оказались тогда за пределами родины. Трагично сложилась в ХХ веке жизнь нашего народа и в Отчизне, и за ее пределами. И такой же оказалась судьба Русской Церкви, которая никогда не отделяла себя от народа, а всегда была с ним во всех горестях и печалях. Церковь в Отчизне пережила гонения, невиданные ранее по масштабу и жестокости.

Но и судьба наших соотечественников, оказавшихся за рубежом, тоже была драматичной. Оторванные от Родины, зачастую лишенные средств к существованию, они тем не менее с великой любовью создавали приходы, церкви, сохраняя свою неразрывную духовную связь с Отчизной. С самых первых дней архиереи и духовенство Русской Церкви, оказавшиеся за рубежом, видели свою миссию в окормлении этих сотен тысяч русских изгнанников. И с самых первых дней, начиная с Архиерейского Собора в Сремских Карловцах в Сербии в 1921 году, русское духовенство за рубежом осознавало себя как часть единой Русской Православной Церкви, которая лишь временно, в силу трагических обстоятельств, оказалась оторванной от Матери-Церкви. Об этом ясно и отчетливо говорил и Первоиерарх Русской Православной Церкви за рубежом митрополит Антоний Храповицкий.

Наше разделение, таким образом, никогда не имело глубинных богословских или церковно-исторических причин. Оно было вызвано причинами социально-политическими. И когда наступило время перемен, когда рухнула атеистическая советская власть, когда прекратились гонения на Русскую Церковь в Отечестве, а она стала свободной, исчезли и сами причины разделения.

Со времени 1000-летия Крещения Руси в Россию стали приезжать из-за рубежа и миряне, и священники. Они, прямо по евангельским словам «прииди и виждь», сами становились очевидцами небывалого духовного возрождения, которое началось в России. Они своими глазами видели сотни новых и восстанавливаемых храмов и монастырей, тысячи и тысячи новых прихожан, они убеждались, что наша Церковь свободна и созидательна в деле духовного возрождения Отечества. И сегодня все русские люди осознают, что нет более причин для разделения, ибо Русская Православная Церковь и в Отечестве, и за рубежом — плоть от плоти и кровь от крови своего народа.

— Почему же объединение происходит только сейчас, а не десять — пятнадцать лет назад, когда уже очевидны были эти перемены?

— Восемьдесят лет разделения не могли пройти даром для очень многих людей. Первая волна русской эмиграции, с которой я встречался в Париже в 1962 году, практически вся жила любовью к России, верой и надеждой на свое возвращение. Но не судил Бог первой волне русской эмиграции вернуться. И постепенно в эпоху противостояния двух идеологических систем слабела связь с Родиной, в которую нельзя было приехать, о которой поступала нередко искаженная намеренно информация. Утверждалось новое, зачастую недоверчиво-агрессивное отношение.

Важно и то, что паства Русской Православной Церкви за рубежом постепенно утрачивала свою русскость. В нее вливались немцы, англичане, американцы, у которых уже не было кровной связи с Россией.

Многие, в том числе и Первоиерарх митрополит Виталий, были настолько утверждены в собственных представлениях о том, что Церковь в Отечестве до сих пор является гонимой, до сих пор преследуется, что им было крайне сложно, а подчас и невозможно воспринять новые реалии церковной жизни в России.

Характерно, что только недавно Архиерейский Синод Русской Зарубежной Церкви принял решение об изменении поминовения России. Наше Отечество теперь и в приходах Русской Зарубежной Церкви поминается как богохранимое, а всего лишь несколько месяцев назад страна наша поминалась как многострадальная, а Церковь как гонимая и страждущая. Так что сознание, что произошли такие перемены, обретается постепенно.

В минувшее воскресенье я встречался в храме Христа Спасителя с протоиереем Михаилом Протопоповым, настоятелем храма Русской Зарубежной Церкви в Мельбурне. Это уже пожилой человек, который в пятнадцатый раз приезжает в Россию. Он своими пожертвованиями и сбором средств среди прихожан в Австралии участвовал и в строительстве храма Христа Спасителя, и в восстановлении Иоанновского монастыря в Санкт-Петербурге, других святынь. Спрашиваю его: «Какова сегодня паства Русской Православной Церкви за рубежом в Австралии?» Он отвечает: «Около четырех тысяч». «А сколько из них не принимают воссоединения с Русской Православной Церковью?» — «Около двухсот человек, но не потому что они противники объединения, просто считают, что не пришло еще время — вот, говорят, наше старшее поколение уйдет, тогда — можно, потому что очень трудно отказаться от стереотипов, с которыми прожита целая жизнь». Действительно, для этого нужно немалое мужество.

— Какие вехи на этом пути к объединению Вы могли бы отметить?

— Прежде всего это юбилейный Архиерейский Собор Русской Православной Церкви в Москве 2000 года, когда были прославлены царственные страстотерпцы и сонм мучеников архипастырей, пастырей, монашествующих, мирян, которые за веру Христову пострадали.

Большое значение имела и встреча президента Российской Федерации Владимира Владимировича Путина с нынешним Первоиерархом Русской Зарубежной Церкви митрополитом Лавром и с ее Синодом. Зарубежные иерархи воочию убедились, что современная власть в России совсем не богоборческая и президент России не богоборец, а верующий православный человек. Тогда же президент России передал мое приглашение митрополиту Лавру посетить Русскую Православную Церковь. И это приглашение было принято. Приезд состоялся в мае 2004 года. Так случилось, что он совпал с майской панихидой и литургией на Бутовском расстрельном полигоне, где митрополит Лавр, два епископа и 18 священников Зарубежной Церкви молились вместе с нами. Именно тогда был сделан первый шаг к нашему евхаристическому единству, было восстановлено молитвенное единство. В эти же дни состоялось освящение храма в честь 1000-летия Крещения Руси, где мы снова молились вместе. И вместе мы были тогда же на празднике Вознесения Христова в церкви Большого Вознесения в Москве. Знаменательно, что сейчас, ровно через три года, в праздник Вознесения состоялось подписание Акта о каноническом единстве, совместное служение литургии и Причащение.

— А каково церковно-историческое значение этого события?

— В Церкви любое объединение — это исполнение завета Спасителя «да все едины будут». Укреплять всеправославное единство — наш долг. И особенно сегодня, в период глобализации, когда столь необходимо сохранять свою отеческую веру, свои традиции, свою культуру.

Это очень важно и для нас, но прежде всего для наших соотечественников за рубежом. Причем как для эмигрантов второй и третьей волны, так и для так называемой новой эмиграции, когда тысячи людей из стран Русской Православной Церкви — России, Украины, Белоруссии, Молдавии — уезжают за границу на заработки. Для них Русская Церковь — связующая нить с Родиной. Поэтому у нас так много просьб об открытии храмов, и в последнее время мы открыли множество храмов в разных странах мира. Где-то мы встречаем благожелательное отношение властей, где-то приходится преодолевать трудности, но сотни храмов Русской Православной Церкви уже окормляют свою паству за рубежом. Это наша общая забота.

Есть и другие задачи, которые мы будем решать вместе: научные, архивные, издательские. Вместе мы будем осуществлять и социальное служение. Такие примеры уже есть. Например, Берлинская и Германская епархия объединила свои усилия со Ставропольской епархией в создании монастыря и реабилитационного центра в Беслане. Я уверен, что таких задач и на Родине, и за рубежом будет немало.

— Но у процесса объединения есть сегодня и противники?

— Да, к сожалению, не всем нравится то, что укрепляется целостность Православия, что объединяются русские люди за рубежом, а ведь Церковь — объединяющее начало. Я думаю, не все этому радуются, кое у кого это вызывает беспокойство. Русская Церковь — душа нашего народа, духовная основа нашего Богохранимого Отечества. И укрепление Церкви — это, несомненно, укрепление нашей страны, которое, конечно же, вызывает не только сочувствие в мире, но и зависть, недоброжелательство. И при этом наши противники идут на всевозможные ухищрения, такие, например, как недавние абсолютно лживые слухи о моей болезни, клинической и даже физической смерти. Сейчас очевидно, что это делалось для того, чтобы посеять сомнение среди клира и мирян Русской Православной Церкви за рубежом. Зачем ехать в Москву, если Патриарх в таком состоянии? Но, слава Богу, все их ухищрения рассыпались, и Акт о единстве подписан.

— Какое место это событие займет в истории Русской Церкви ХХ — ХХI веков?

— Несмотря на прошедшие десятилетия страшных гонений, все-таки чудом Божиим у нас происходит духовное возрождение. И что поражает всех западных государственных деятелей, с которыми мне приходится встречаться, это то, что процесс открытия храмов востребован самим народом. Не то, что храмы строятся по желанию властей, церковных или светских, нет, это требование народа. Ведь все новые храмы заполняются верующими. И это свидетельство, что за 70 лет безбожной власти вера передавалась из поколения в поколение, сохраняясь в сердцах и душах людей. Несмотря на жесточайшие гонения. Несмотря на то, что властью ставилась задача к 1937 году изгнать имя Божие с территории Советского Союза. И на решение этой богоборческой задачи была направлена вся мощь атеистической государственной власти. Но Русская Церковь и в этих условиях делала все, чтобы сохранить веру.

И все Предстоятели Русской Церкви со времени восстановления Патриаршества делали все, чтобы спасти и сохранить Церковь. Кровью мучеников утверждается Церковь. И я думаю, что те новомученики и исповедники Российские, которые отдали свои жизни за веру Христову, сейчас молятся и предстательствуют за нас, поддерживая духовное возрождение России. Но и те, кто стояли во главе Церкви, в невероятно трудных условиях делали все, чтобы сохранить Церковь, сознавая, я в этом уверен, что для будущего они совершают великое и спасительное дело.

И вот спустя десятки лет восстановлен храм Христа Спасителя. Это ли не Божие чудо? А сегодня произошло объединение Русской Православной Церкви за рубежом с Русской Православной Церковью в Отечестве — и это тоже чудо. Мы только должны научиться узнавать Божию волю и Его силу. Ведь как мы поем в прокимне во время богослужения «Кто Бог велий яко Бог наш? Ты еси Бог творяй чудеса».

Но наше объединение важно не только для живых, но и для мертвых. Сколько знаменательных исторических событий произошло в последние годы, сколько последних просьб и заветов сумели мы исполнить. В родной земле упокоились останки философа Ивана Ильина и писателя Николая Шмелева, генерала Антона Деникина и адмирала Александра Колчака… А останки императрицы Марии Федоровны для захоронения на родине провожало в Александро-Невском храме в Копенгагене духовенство Русской Православной Церкви за рубежом, а встречали в Санкт-Петербурге клир и миряне нашей Церкви во главе с Патриархом. Это ли не связь времен и не единение русского народа? Это ли не знак окончательного преодоления последствий гражданской войны и великого разделения русского народа?

— Ваше Святейшество, а в те годы, когда нынешние события были еще очень далеки, Вы сами верили в возможность такого объединения?

— Я родился в Эстонии. Я прислуживал в церкви у отца Александра Киселева, известного священника Русской Православной Церкви за рубежом, хорошо знал его лично. Я общался со многими представителями Русской Зарубежной Церкви, с людьми, которые знали митрополита Антония Храповицкого. И все церковные люди, с которыми мне приходилось общаться, верили в будущее духовное возрождение и в будущее России. И у меня никогда не было сомнений, что когда-нибудь это произойдет.

В этом сознании меня укрепляли и последующие встречи с русским зарубежьем, как в том памятном 1962 году в Париже, когда в Русском старческом доме я встретился, может быть, с последними уже представителями первой волны эмиграции. И они поразили меня тогда своей уверенностью в грядущем возрождении великой России и верой в Божий Промысел о своей давно утерянной Родине. А сегодня мы можем сказать, что не только наши чаяния, но и надежды миллионов русских людей наконец-то сбылись.

Слава Богу за все!

СЛОВО ПРЕЗИДЕНТА

— Сегодняшнее возрождение церковного единства — важнейшее условие для восстановления утраченного единства всего «русского мира», духовной основой которого всегда была православная вера. Ведь всюду — куда бы судьба ни забрасывала наших соотечественников — первой их заботой было возведение Храма… Мы осознали, что национальный подъем и развитие России невозможны без опоры на исторический и духовный опыт. И хорошо понимаем и ценим силу воздействия пастырского слова. Оно единит людей, а значит помогает крепить государство, объединять народ России. И потому восстановление единства Церкви служит и нашим общим целям.

ПЛАНЫ

19 мая патриарх Алексий II вместе с митрополитом Лавром освятят храм Новомученников Российских на Бутовском полигоне, где во времена сталинщины было расстреляно более 20 тысяч человек, ставших жертвами репрессий.

20 мая в историческом главном храме Руси — Успенском соборе Кремля — пройдет совместное богослужение Алексия и Лавра. Затем зарубежные гости собираются побывать в Курске, где в свое время была явлена Курская-Коренная икона Божией Матери — главная святыня Зарубежной церкви.

Коновалов Валерий

http://www.trud.ru/issue/article.php?id=200 705 180 840 101

  Ваше мнение  
 
Автор: *
Email: *
Сообщение: *
Антиспам: *   
  * — Поля обязательны для заполнения.  Разрешенные теги: [b], [i], [u], [q], [url], [email]. (Пример)
  Сообщения публикуются только после проверки и могут быть изменены или удалены.
( Недопустима хула на Церковь, брань и грубость, а также реплики, не имеющие отношения к обсуждаемой теме )
Обсуждение публикации  


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru