Русская линия
Фома16.04.2007 

Прошлое на кончиках пальцев

Они заходят цепочкой, держа друг друга под руки. Как будто в темном тоннеле, боясь оступиться. Но здесь не тоннель, здесь оборудованный новейшими экспонатами класс в Фондохранилище Государственного Эрмитажа «Старая деревня». Просто эти дети всегда в темноте, они — незрячие…

Жила-была Таня

Об открытии в Санкт-Петербурге первого в России археологического класса для слепых и слабовидящих детей редакция журнала «Фома» узнала не из новостных лент, хотя это событие широко освещалось в прессе. Незадолго до Нового года нас попросили о помощи — для молодой девушки, с которой случилось несчастье, нужна была кровь и молитвы об ее выздоровлении. О Татьяне Деминой мы тогда знали только, что она недавно закончила Исторический факультет СПбГУ и в последнее время занималась программой «Прошлое на кончиках пальцев». Когда спустя некоторое время мы справились о Танином здоровье, оказалось, что девушка умерла. Она была веселым, жизнерадостным человеком, пела песни, ходила в экспедиции. Она до последнего верила, что выздоровеет, подбадривала друзей. А вот когда ей в больнице предложили креститься, подумав, отказалась: не хотела делать это вот так, внезапно, от страха, без подготовки…

Но дело, у истоков которого стояла Татьяна, не прекратилось вместе с ней, а было успешно завершено. Теперь слепые и слабовидящие ребята из специнтернатов Санкт-Петербурга могут изучать археологию, ощупью «рассматривая» специально разработанные экспонаты.

Из области нерационального

Первые занятия проекта «Прошлое на кончиках пальцев» проходили в специально оборудованном классе с января по май этого года. Класс удивительный: рассмотришь все, что в нем приготовлено, послушаешь, как работают с детьми — и жалко становится, что обыкновенные зрячие дети не могут прийти на такое занятие. Здесь не только воспроизведенные археологические находки, которые, в отличие от музейных подлинников, можно трогать руками. Здесь также имитации древних захоронений с мумиями: пощупай, если не страшно. Макеты древних поселений в исторических ландшафтах. И самое главное — круглые «песочницы», в которых можно самостоятельно раскопать каменные орудия, поделки из кости, керамику и украшения, потом очистить «вековую пыль» кисточками, одним словом, — почувствовать себя настоящим археологом. Два раза в неделю ребята разных возрастов из интернатов для слабовидящих детей приезжали в «Старую деревню». С октября здесь будет запущена трехгодичная образовательная программа.

А началась все с того, что заместитель директора Государственного Эрмитажа по выставкам и развитию Владимир Матвеев давно хотел сделать экспозицию доступной для детей с ограниченными возможностями, присматривался, как решают эту проблему в других странах. Думали об этом и сотрудники отдела археологии Восточной Европы и Сибири Елена Королькова и Андрей Мазуркевич. Королькова предложила создать копии экспонатов, которые слепые дети могли бы ощупывать. А Мазуркевич приехал из очередной экспедиции с мыслью воспроизвести в музее процесс раскопок. Так родилась новая образовательная программа.

Анна Терентьева, одна из участников программы «Прошлое на кончиках пальцев», которая рассказывала мне о проекте, оказалась давней подругой Татьяны Деминой:

— У Тани было обостренное чувство всего, что вокруг: где правда, где ложь, где фальшь, а где искренность. Поэтому ей не нужно было объяснять себе, для чего она занимается этим проектом. И если бы она была жива, вы бы сейчас разговаривали не со мной, а с ней.

— Чем работа со слабовидящими детьми отличается от работы с детьми обычными?

— Особенность в том, что каждому нужно индивидуальное внимание. Для такого ребенка очень важно, что обращаются именно к нему, а не к соседу. Как следствие этого — на рассказ требуется больше времени. А в целом, они хорошо все воспринимают. И главное, не вызывают чувство жалости, которое могло бы помешать работе. Они и по поведению, и по реакции на занятии ничем не отличаются от обычных, у них живое здоровое любопытство и интерес. Просто есть своя специфика в общении.

— Что вы чувствуете после этих занятий?

— Удовлетворенность. Ощущение правильного, хорошо сделанного дела. Потому что занимаюсь тем, чем надо. Когда в конце урока дети спрашивают, когда будет следующий, когда мы еще раз придем? — это высокая оценка нашей работы. Настоящая, невыдуманная.

— Какими личностными качествами должен обладать человек, чтобы заниматься таким проектом?

— Если говорить о профессиональных качествах — сотрудники Эрмитажа, которые принимают участие в этом проекте, умеют слушать и отвечать на вопросы, умеют вести занятия в форме интересной беседы, без менторства и занудства. Ну, а человеческие качества — это доброта и внимание. Но если спросить любого из нас — зачем тебе все это нужно? — рационального ответа никто не даст. Не потому, что его нет — он просто неуместен.

Мишуткин голос

Малыши из класса слабовидящих действительно производят впечатление «обычных детей». Они ведут себя абсолютно свободно. Дети так увлечены занятием, что совершенно не обращают внимания на большое количество незнакомых взрослых, на два нацеленных на них фотоаппарата и видеокамеру. Они увлеченно рисуют руками на стенах, как первобытные охотники. Маленький мальчишка в больших очках, с руками в кроваво-красной краске, взахлеб объясняет преподавателю: «Я поймал козла и искровил, и козел чуть не умер"… Его соседка менее кровожадна, она рассказывает трогательную историю о девочке и мальчике, которые встретили буйвола и лошадку, но не стали стрелять, а взяли себе и научили разговаривать. «То есть это у тебя история о приручении первых животных», — подытоживает Андрей Мазуркевич.

Еще они смотрят слайды на большом экране и слушают этническую музыку. На вопрос: «Какой отрывок вам понравился больше всего?» — кричат наперебой: «Второй! третий!». А одна девочка объясняет: «Мне понравился второй отрывок, там поют мишуткиным голосом». Каким-то неописуемым образом этот ритуальный речитатив действительно похож на «мишуткин голос». Очень точное сравнение, хотя я совершенно не могу объяснить словами, почему…

Пойти в нужном направлении

Девятый класс, напротив, насуплен и насторожен до предела. Кажется, их привели сюда принудительно, а была бы их воля — ни секунды здесь не остались. Да и как может чувствовать себя человек, который практически ничего вокруг не видит, и к тому же находится в незнакомом месте, где нет возможности ощупать пространство и убедиться в его безопасности… Но Николай Николаев будто не замечает общего настроения. Он общается с ребятами, как будто знает их много лет, невозмутимо ведет занятие, подшучивает над этими нахохлившимися птенцами, и они оттаивают, посмеиваются, отвечают ему…

Каменные орудия, глиняные горшки, бронзовые булавки — ребята внимательно ощупывают эти предметы и строят предположения, для чего они предназначены. Потом работают с макетами древних поселений. Слушая рассказ, они пытаются определить, как и из чего построено жилище древнего человека. Постепенно они смелеют, выкрикивают свои предположения, перебивая друг друга, и даже самые замкнутые начинают улыбаться и что-то тихонько отвечать.

Удивительно, насколько по-разному ведут себя мальчики и девочки. Мальчикам абсолютно все равно, кто на них смотрит, они глубоко в собственном мире, это — улиточки, которым проще не высовывать голову из своего хрупкого, но привычного домика. Девочки, напротив, весьма озабочены своим внешним видом. Они на ощупь поправляют волосы, сережки, браслеты, пояски, — все ли на месте, не сбилось ли? Извечная женская забота «как я выгляжу», наверное, столь же древняя, как те украшения каменного века, которые они в данный момент ощупывают руками. А как внимательно эти подростки передают друг другу экспонаты: буквально вкладывая их соседу в руку! Как помогают руке товарища «пойти» в нужном направлении те, кто хоть что-то видит… Замечательно, что этим ребятам, практически не выходящим из стен своего интерната, теперь можно приезжать на интересные уроки и изучать историю на настоящих наглядных пособиях.

Хочется верить, что стараниями горстки неравнодушных энтузиастов что-то изменится в положении детей-инвалидов в нашей стране, и эти дети когда-нибудь смогут стать равноправными членами общества. И если каждый из нас будет хоть чуточку менее равнодушен, может быть, это действительно произойдет?..

Священник Александр Ткаченко, директор Санкт-Петербургского детского хосписа:

— Насколько важны специальные программы для детей с ограниченными возможностями, и в чем особенность таких программ?

— Когда говорят, что люди в чем-то ограничены, сразу нужно понимать, что они богаты в чем-то другом. Для слепых детей их состояние естественно, и организм находит какие-то способности для компенсации своих недостатков: такие дети лучше различают звуки, они тонко чувствуют мир, у них развита интуиция. Слепые по своему внутреннему содержанию ничуть не беднее, нежели зрячие, а быть может, и богаче. Ведь чем больше мы видим, тем больше суеты у нас в душе. Поэтому в этих детях, может быть, больше гармонии и цельности. И неудивительно, когда оказывается, что они рисуют, пишут или поют более талантливо, более глубоко, чем обычные дети. Для реабилитационных программ очень важно, чтобы они не подчеркивали ущербность, а, напротив, развивали новые дарования и открывали новые возможности ребят. И таких программ сейчас в стране, к сожалению, очень мало.

— Нужно ли писать в православных журналах о делах милосердия и благотворительности, если ими занимаются люди, далекие от Церкви?

— Нужно и важно. Потому что общество должно вырасти, оно должно стать способным к благотворительности. Очень многие люди не занимаются благотворительностью, потому что считают, что это обязан делать кто-то другой, в частности, государство. На самом деле, нет. Мы должны обращать свой христианский взор на людей вокруг нас. Да, они получают от государства то, что оно может им дать. Но мы можем дать им больше, сделать их чуточку счастливее, обеспеченнее, в конце концов. И православный журнал должен говорить об этом хотя бы ради того, чтобы христиан побуждать заниматься делами милосердия. Ведь если нехристиане считают это важным, то куда более мы должны так считать.

— Как известно, различают добро ради Бога и добро ради добра. Есть ли какая-то разница в мотивации добрых дел?

— Добро ради Бога — это когда мы творим дела милосердия, чтобы хоть немножко быть похожими на милосердного Бога. Он сострадателен, и мы учимся быть сострадательными, вот смысл наших дел. А есть добро ради добра — это естественная способность души. Душа, как известно, по природе христианка, она склоняет человека к тому, чтобы любить, к тому, чтобы сострадать. И такое добро тоже приносит пользу, — как объекту благотворительности, так и самому человеку. Может, он придет к Богу через то, что будет творить Его дела, и потом увидит Его, когда Он коснется его души… Но есть и третий вариант, когда человек делает добро ради собственного тщеславия, ради пиара. Ну что ж, для души это неполезно, но людям пользу все равно приносит. Остается только надеяться, что в будущем это добро будет делаться более скромно, меньше выставляясь напоказ.

— За Татьяну, одну из героинь статьи, просили молитв, хотя выяснилось, что она не была крещеной. Можно ли сейчас молиться за нее?

— Очень часто люди отказываются креститься, говоря, что это слишком важно для них, что они не хотят это делать вдруг, с ходу, необдуманно. То, что девушка отказалась креститься в больнице, не значит, что она отвергла Христа. Она просто хотела устроить свою встречу с Ним каким-то особенным образом. Вот как хозяйка готовит свой дом, говорит: не приходите ко мне пока, я завтра все приберу и добро пожаловать ко мне на ужин. И, может быть, девушка так же относилась, она хотела хоть немножко поправиться, она не хотела, чтобы это произошло в больнице. Такие люди видят крещение как переломный, как очень важный момент их жизни, поэтому они и откладывают его на потом. Они стремятся к добру, хотя не знают его по имени, но их душа тянется к нему. За таких людей нужно молиться: они христиане по духу своему. Они изучают Христа — на своем опыте, вглядываясь в жизнь других христиан. То, что не произошло факта крещения, не значит, что они отлучены от Господа. Ведь христианин — это ученик Христов. Он, может быть, не успел еще родиться водой и духом, но он учится у Христа. Он еще не прошел экзамен, но он уже в этой школе. Таких людей можно назвать оглашенными. В древности оглашенных, которые умерли до крещения, хоронили с христианами и молились за них… Поймите, что вера дается свыше. И Господь изволил этой девушке дать ту крупицу веры, которую она смогла вместить…

Анна ЕРШОВА

http://www.foma.ru/articles/337/


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru