Русская линия
Православный Санкт-ПетербургПротоиерей Станислав Малиновский09.03.2007 

О скромности и лукавой совести
9 марта — первое и второе чудесное обретение Главы пророка, Предтечи и Крестителя Господня Иоанна

Господь поставил Иоанна Предтечу на рубеже Ветхого и Нового Заветов, призвав его для пророческого служения и крещения Самого Сына Божиего. Исполнив свою главную миссию и продолжая проповедовать, пророк, обезпокоенный развращенными нравами, царящими в то время в обществе, смело обличал Ирода, открыто сожительствовавшего с женой своего брата, что и послужило причиной его гибели. Усеченную Главу Иоанна Предтечи погребла в глиняном сосуде на Елеонской горе Иоанна — жена царского домоправителя Хузы. Первый раз честная Глава Крестителя была обретена при строительстве церкви на земле, принадлежавшей вельможе Иннокентию, второй раз, в 452 году, пророк указал в видении архимандриту Маркеллу место её сокрытия в пещере. Эти события мы и празднуем 9 марта. О том, что значит этот праздник в жизни современного христианина, размышляет настоятель храма Усекновения Главы Иоанна Предтечи в г. Кировске протоиерей Станислав МАЛИНОВСКИЙ.

— Ирод, несмотря на то что Иоанн Предтеча обличал его пороки, не решался его убить, боясь народного гнева, — Иоанна любили и почитали как пророка и учителя. Св. Иоанн был заточён в темницу. И вдруг после танца Саломеи Ирод необдуманно даёт клятву исполнить любую её просьбу. Саломея просит голову Крестителя… Разве не мог Ирод отказать, или это была Божия воля?

— Верующие люди, сколько бы не рассуждали по этому поводу, в итоге придут к неизбежному выводу, что так было угодно Богу.

А вот какой-нибудь аналитик или специалист по криминалистике может сказать, что, мол, нужно было Крестителю поделикатнее заниматься обличением, искать компромисс. Например, надо было сначала Иродиаде мягко намекнуть, что поведение её — плохой пример для подданных и вызывает осуждение. Или построить свою обличительную речь в виде притчи, как сделал это когда-то пророк Нафан по отношению к царю-псалмопевцу Давиду. Помните, как Нафан пришёл к Давиду и рассказал, что некий богач отнял у бедняка последнюю овцу, а самого бедняка послал на войну, чтобы его там убили. Царь вознегодовал и потребовал указать этого безчестного человека. Пророк Нафан ответил: «Это ты, великий царь. Вспомни, как поступил ты с Урией…» И Давид не убил пророка, хотя тот обличил его безнравственный поступок.

Но Иоанн Предтеча не пошёл этим путём. Его тревожила не только ситуация, касающаяся лично Ирода, — Креститель хотел искоренить всякое зло и безчестие, творящееся в обществе, в котором правил Ирод. А общество — это уже серьёзно, это уже не один человек. Тут можно провести интересную параллель: когда решено было предать смерти Спасителя, как рассуждали члены Синедриона, фарисеи? — Мол, пусть лучше Он один погибнет, нежели целое общество пострадает. И Сын Божий принял крестные муки.

И Иоанн Предтеча, сознавая, что за свои обличения может поплатиться жизнью, — не отступил. Неужели он не боялся? Дело в том, что Креститель знал о нашей временной жизни на земле и о воздаянии в жизни загробной. Он не мог малодушничать, как это делаем иной раз мы, стараясь промолчать в сложной ситуации, да ещё оправдываем себя, что так, дескать, правильнее и мудрее.

— Так мудро ли, в таком случае, поступил Ирод, пообещав Саломее исполнить любое её желание, не зная, что она попросит?

— О какой мудрости может идти речь, если там был разгар пиршества, — много яств и ещё больше вина. А когда люди обильно едят и пьют, — разум улетучивается с винными парами. И не дай Бог в такой ситуации — во время оргии — пытаться решать серьёзные вопросы, тем более вопрос жизни и смерти одного из самых влиятельных в то время людей. Это не мудро и безнравственно.

Мы знаем, например, из преданий, что когда египетские жрецы собирались решать государственные дела, они молились и постились. Конечно, египетские язычники — не эталон поведения, но почему бы не перенять то, что хорошо и полезно.

— То есть не мудро решать вопросы в разгар пира и глупо давать обещания, не зная, о чём могут попросить? Но разве не мог Ирод отказаться от своего слова и сохранить жизнь Крестителя?

— В книге Экклесиаста есть на это точный ответ: «Лучше тебе не обещать, нежели обещать и не исполнить» (Екк.5.5).

Да, нужно стараться не давать обещаний загодя, быть дальновидным. Но сколько существует человечество, столько преследуют его грех и зло. Как говорит ап. Петр, зло, как лев, ходит за нами, выслеживает, «ища, кого поглотить» (1Пет.5.8). И если бы Ирод остерегался быть последователем зла, он не дал бы опрометчивого обещания, не стал бы виновником смерти Крестителя. Но выпив немалое количество алкоголя, Ирод был не в состоянии мыслить здраво. И зло уловило его в этот момент, поставив вопрос о жизни и смерти Крестителя.

— Но чтобы Ирод дал такое обещание вслепую, — танец Саломеи должен был быть необыкновенным… Есть мнение, что это был, выражаясь современным языком, стриптиз.

— Конечно, это был чувственный танец. Надо сказать, что все танцы восточных народов поставлены так, что вызывают вожделение мужчины. А возбуждение от танца плюс алкоголь… тут тяжело сохранить разум трезвым, суждения справедливыми, решения мудрыми. Поэтому ап. Павел и учит не упиваться вином, ибо в нём есть блуд. А блуд есть грех, который убивает нравственность.

— Многие не любят танцы и балет, считая аморальным это искусство, ибо из-за танца Саломеи погиб Креститель.

— Креститель погиб не из-за танца… Вообще, в мире существует немало вещей, между которыми люди на удивление легкомысленно проводят аналогию. Приведу пример: по телевизору транслируют футбол. Игрок не попадает в ворота, и болельщик восклицает: «Ну и ну… я бы и то запросто попал!» Но игрок и зритель находятся в совершенно разных ситуациях, занимаются разным делом.

Так и здесь. Театр — драматический, оперный или балетный — обязательно должен быть в жизни людей. Вот ребенок смотрит балет и не видит никакого греха — он видит красивый танец, костюмы, развитие сюжета, он сопереживает героям. А испорченный взрослый человек с лукавой совестью видит только грех, потому что его мучает вожделение, волнуют прелести танцовщиц. Такому человеку действительно не надо туда ходить, а в своих помыслах греховных каяться на исповеди… Взрослый и ребёнок видят разное, смотря на одну и ту же сцену. Недаром Господь говорит нам: «Истинно говорю вам, если не обратитесь и не будете как дети, не войдёте в Царствие Небесное» (Мф.18.3). Надо просить Бога избавить вас от лукавой совести. Ибо лукавая совесть — страшная вещь. Надо стремиться ощущать мир по-детски.

Театр учит нас прекрасному, учит сопереживать положительным героям в их горестях и бедах, вызывает желание помочь им, обогащает людей красотою мироздания Божиего, силою Божией, которую Господь открывает и в театральных постановках, если смотреть театр русский. Что плохого в пьесах Чехова, Гоголя, Островского, в операх, в балетных сказках «Лебединое озеро», «Щелкунчик»? Не нужно смешивать балет и танец Саломеи — это разные вещи, стремящиеся к разным целям. Балетные постановки — поучительные, а танец Саломеи — порочный, вызывающий вожделение.

— Можно ли сказать, что Саломея не виновна в смерти Крестителя? Ведь это Иродиада приказала ей попросить голову Крестителя, а Саломея просто послушалась мать? Сама Саломея, возможно, попросила бы иную награду за свой танец — украшения, например.

— Правильнее поставить вопрос так: в какой степени Саломея виновата в смерти Иоанна Предтечи? Ведь Саломея по тем временам была уже вполне взрослым человеком, отвечающим за свои действия. К тому же событие-то какое ужасное — приговор человека к изощрённой смерти. Крестителю отрезали голову и принесли её на блюде… Нет, Саломея осознавала, что происходит. И вина ее несомненна, хотя, конечно, меньше, чем вина Ирода и Иродиады.

— Тогда почему её смерть страшнее смерти Ирода и Иродиады? Ей отрезало льдиной голову, когда она переходила зимой реку Сикорис. Она получила ту смерть, какую требовала для Крестителя.

— Но правда ли это? Об этом событии мы знаем из благочестивых преданий, придуманных людьми. А, возможно, всё было не так…

— Быть может, Господь такой мученической смертью дал ей возможность искупить её вину в смерти Иоанна Предтечи?

— Нет там мученической смерти. А всяких благочестивых преданий столько надумано! Например, говорят, паука нельзя убивать. Потому что, якобы, когда Божия Матерь пряталась с новорождённым Богомладенцем от Ирода, приказавшего уничтожить всех первенцев, — то паук в углу укрыл их своей паутиной. И воины пробежали мимо… Также нужно относиться с благоговением к свинье. Потому что когда Матерь Божия с Богомладенцем на руках бежала через вспаханное поле, Её следы рылом заравнивала свинья, чтобы солдаты не заметили… Есть эти эпизоды в Евангелии? — Нет. Они есть только в ложно-благочестивых христианских преданиях.

— По преданию, отрезанная голова Иоанна Крестителя продолжала обличать Ирода и Иродиаду, но ни слова упрёка в адрес Саломеи…

— В этом страшном событии важны двое — Иоанн Предтеча и Ирод. Что касается других участников — они были лишь орудием в руках Ирода. И Креститель прекрасно это понимал. Он понимал, что Саломея сама по себе не имела никакого влияния, а её слово не имело веса. Ведь Ирод мог объявить сотрапезникам, что нельзя убивать пророка, что недостойно царя такое нечестное дело.

— Для современного христианина какое значение имеет это событие почти 2000-летней давности — обретение главы Иоанна Предтечи?

— Сначала скажу об усекновении честной главы пророка. Первопричина этого трагического события актуальна и сегодня, потому как безнравственность, пьянство, развращенность общества процветают и ныне. И с этим надо бороться — молитвой и покаянием.

Второй важный момент — удивительная скромность Иоанна Крестителя. Он избрал для себя архискромную жизнь — жил уединённо, питался лишь акридами и диким мёдом… И вдруг он должен крестить Агнца Божиего — Спасителя мира… Иоанн Предтеча удивлялся, потому что знал, кто такой Христос, он говорил: «Я не достоин развязать ремень у Его обуви…» (Ин.1.27). И в этом сказалась его великая скромность. Притом святой Иоанн понимал, что должен крестить Спасителя, ибо только Сын Божий может, войдя в воды Иордана, освятить тем самым все воды поднебесные.

И мне думается, что великий такт и большая скромность — это самые красивые, нужные и необходимые качества, которыми должен обладать и современный священник. В связи с этим вспоминаю одного юношу, который пел у нас на клиросе и учился в Духовной академии. Однажды я ему сказал: «Ты всему учись — и читать, и петь… потому что может так случиться, что попадёшь на сельский приход, где и помощников-то не будет, и тогда все умения и знания пригодятся…» А он мне: «Я что, заканчиваю Духовную академию, чтоб идти на сельский приход?!» Он хотел стать преподавателем Духовной семинарии или академии… А недавно я узнал, что он после рукоположения уехал служить куда-то в Сибирь. Вот как Господь управил!

А мне больше всего импонирует, когда священник, имея хорошее светское и богословское образование, тактично себя ведёт, усердно молится и готов служить не только в кафедральном соборе, но и на скромном сельском приходе, никуда себя не выдвигая и не предлагая. Это трудно. Но скромности, аскетизму и верности Христу до самого смертного конца мы должны учиться у св. Иоанна Предтечи и Крестителя Господа нашего Иисуса Христа.

Адрес: 187 342, Кировск, ул. Набережная, 6а. Тел.(813)62−28−198

Вопросы задавала Ирина РУБЦОВА

http://www.piter.orthodoxy.ru/pspb/n182/ta006.htm


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru