Русская линия
Фонд стратегической культуры Дмитрий Баклин02.03.2007 

Украина в планах строительства американской ПРО в Европе

Нет, не перевелись еще провидцы в нашем отечестве. Открываю книгу М. Е Салтыкова-Щедрина «Культурные люди», читаю: «Я сидел дома и, по обыкновению, не знал, что с собой делать. Чего-то хотелось: не то конституции, не то севрюжины с хреном, не то кого-нибудь ободрать. Ободрать бы сначала, мелькнуло у меня в голове; ободрать, да и в сторону… А потом, зарекомендовав себя благонамеренным, можно и о конституциях на досуге помечтать».

Почти полтора столетия прошло, как адресовал Михаил Евграфович эти слова политикам из племени российской либеральной интеллигенции, а вот надо же — возвращается бессмертный щедринский сюжет в политику уже в наши дни.

И разыгрывается этот сюжет примерно так: «Я сидел в Овальном кабинете и, по обыкновению, не знал, что с собой делать. Чего-то хотелось: не то ракеты с радарами в Польше и Чехии разместить, не то севрюжины с хреном, не то кого-нибудь ободрать. Ободрать бы сначала на Востоке Европы одну страну „с обширным послужным списком в области ракетной технологии“. А потом, зарекомендовав себя благонамеренным, можно и об архитектуре ПРО в глобальном масштабе помечтать».

Жаль, с каспийской севрюгой из-за ядерных амбиций Ахмадинеджада проблемы возникли…

А теперь без сарказма.

Американские военные и политики 10−12 лет назад, казалось, с неподдельной искренностью говорили о захватывающих перспективах сотрудничества России с НАТО, об отсутствии каких бы то ни было угроз для России в связи с продвижением блока на Восток. Об открытости во взаимоотношениях, учете интересов друг друга должны были свидетельствовать «Основополагающий акт о взаимных отношениях, сотрудничестве и безопасности между Россией и НАТО» от 1997 года и принятая 28 мая 2002 года Декларация «Отношения Россия — НАТО: новое качество». Новому органу Совет Россия — НАТО поручались совместное принятие и реализация решений по широкому спектру вопросов безопасности, представляющих взаимный интерес (нераспространение, контроль над вооружениями и меры укрепления доверия, противоракетная оборона и др.). Россия была представлена в Совете как равный партнер государств — членов НАТО.

В руководящих органах НАТО решения принимаются единогласно. Москва, конечно, рассчитывала, что в деятельности Совета Россия — НАТО мнение России при обсуждении вопросов, затрагивающих ее интересы, будет учитываться. Какое там…

Еще чернила не успели высохнуть после подписания Декларации «Отношения Россия — НАТО: новое качество», как Дж. Буш заявил, что США в одностороннем порядке с 13 июня 2002 года официально вышли из двухстороннего Договора об ограничении систем противоракетной обороны, заключенного 26 мая 1972 года. Буш прекрасно знал, что Москва всегда очень дорожила этим договором, считая его краеугольным камнем глобальной безопасности, основой всех договоренностей в области ограничения и сокращения стратегических наступательных вооружений, но знал он и другое: «новое качество» отношений НАТО с Россией должно развязать Америке руки в деле создания качественно новой системы ПРО. И вовсе не «Национальной противоракетной обороны (НПРО)», как утверждалось, а новой «глобальной» архитектуры ПРО.

«Культурные люди» в Вашингтоне, щадя самолюбие Москвы, настойчиво твердят сейчас о том, что новые элементы системы ПРО в Восточной Европе ориентированы, главным образом, на отражение потенциальных ракетных угроз, «исходящих с Ближнего Востока, а не угроз из России». Как заявил 22 февраля 2007 года глава американского Агентства по ПРО Генри Оберинг, угроза атак баллистических ракет на США в настоящее время потенциально исходит от Ирана и Северной Кореи.

Однако русские уже успели узнать, чего стоят подобные заявления.

Для отслеживания ракетной угрозы со стороны Северной Кореи у США и сейчас достаточно сил и средств. Комплексы американских противоракет размещены на базе Форт-Грили на Аляске и на авиабазе Ванденберг в Калифорнии. Кроме того, в систему американской ПРО входят мощные радиолокационные станции (РЛС), способные обнаруживать МБР на дальности 4 тысячи километров. Сейчас на Аляске на боевое дежурство встанут еще 14 американских ракет-перехватчиков системы ПРО. «Мы хотим расширить свои возможности…, — говорит Генри Оберинг. — Мы хотим защитить не только США, но и наши войска по всему миру и наших союзников».

Человеку, в делах военных не искушенному, не совсем ясно: если вторым после Северной Кореи потенциальным очагом ракетной опасности для Америки является Иран, зачем размещать элементы американской ПРО в Польше и Чехии? Разве не проще и надежнее разместить их в Турции? И Иран рядом, и Турция как никак — старый боевой товарищ по НАТО. А с учетом космических средств слежения без ведома американцев и муха с территории Ирана не взлетит.

Наконец, почему бы не прислушаться к мнению своих же специалистов из ВМС США? В частности, один из предлагаемых ими вариантов развертывания систем ПРО предусматривает для перехвата баллистических ракет, запускаемых с Ближнего Востока, размещение противоракет «Стандарт» СМ-3 в Италии.

Почему же тогда Польша и Чехия? Американские стратеги не отвечают на подобные вопросы прямо, но мы можем ответить за них.

Американским архитекторам новой системы ПРО Польша и Чехия, безусловно, нужны. Разместив на территории этих восточноевропейских стран противоракеты и мощную РЛС, США смогут практически перекрыть воздушное пространство протяженностью в 8 тысяч километров. Ни в Северной Корее, ни даже в Иране таких пространств нет и в помине. Пуски ракет с территорий этих двух государств, а также траектория их полета станут известны американцам в считанные минуты. Другое дело Россия, раскинувшаяся с запада на восток почти на 10 тысяч километров. Здесь без второго мощного радара не обойтись.

Генри Оберинг говорит об этом прямо: «Даже если мы захотим отследить российские ракеты, то мы сможем это сделать только на очень небольшом участке». Вот в чем суть проблемы — в великом искушении отслеживать пуски ракет на всей территории России!

Глава МИД России С. Лавров, отбросив дипломатические увертки, недавно заявил по поводу размещения американской ПРО в Польше и Чехии: «…Данные объекты вполне пригодны для того, чтобы перехватывать ракеты, запущенные с территории России. Речь идет не о том, что мы собираемся эти ракеты запускать, а о том, что вся философия договора о противоракетной обороне основывалась на устранении искушения нанести первый удар… А раз будет, как, видимо, рассчитывают американские стратеги, гарантирована защита от первого удара, то возникает уже другое искушение — нанести самому этот первый удар, зная, что у тебя появился шанс остаться безнаказанным».

Не оставил без внимания проблему расширения американской системы ПРО в Европе и В. Путин. В своей Мюнхенской речи, пообещав американцам «асимметричный» ответ, он подчеркнул, что у России есть такое оружие, которое американскую систему противоракетной обороны преодолевает. Правда, и после этого обсуждать с Москвой свои планы размещения в Европе системы ПРО наземного базирования, ранее именовавшейся Национальной ПРО, американцы не спешат.

Даже приличия ради руководство США не сочло нужным поинтересоваться мнением Москвы, приступая к активной фазе размещения элементов системы ПРО в Чехии и Польше. Хотя об этом говорят уже и партнеры американцев по НАТО, например глава МИД Германии Франк-Вальтер Штайнмайер.

США, если бы хотели снять напряженность в отношениях с Россией, могли бы даже ограничиться размещением на территории Польши противоракет, принеся в жертву (временно) радиолокационный комплекс в Чехии. Ведь у американцев все равно «в колоде пять тузов». Как сообщила 24 февраля 2007 года британская газета «Guardian», Великобритания готова разместить у себя элементы американской системы ПРО. Здесь следует дать небольшое, но важное пояснение. Великобритания располагает мощной РЛС, которая с успехом может стать частью американской системы ПРО. Алгоритм действий военного руководства США понятен: чем больше элементов ПРО в Европе, тем лучше. Ведь специалисты по противоракетной обороне, как и рыбаки, любят поговорку: чаще сеть (сеть ПРО) — больше рыбы (перехваченных ракет).

Поэтому США кроме системы ПРО наземного базирования активно совершенствуют сейчас корабельную систему ПРО, чтобы РЛС боевых кораблей могли использоваться в комплексе с ракетами как корабельного, так и наземного базирования.

Вашингтон не устает твердить, что все мероприятия по созданию новой архитектуры ПРО направлены на предупреждение возможной агрессии со стороны государств «оси зла», куда помимо поверженного, но доставляющего еще немало хлопот Ирака зачисляются Иран, Северная Корея, Куба, Сирия и Ливия. Однако, анализ планов США по созданию «глобальной архитектуры» противоракетной обороны показывает: вектор американской силы направлен, прежде всего, на то, чтобы замкнуть кольцо ПРО вокруг России.

Для этого американцам не хватает страны «с обширным послужным списком в области ракетной технологии» — Украины.

Заместитель главы Агентства по ПРО бригадный генерал Патрик О’Райли в интервью от 30 января 2007 года, сообщил, что Пентагон изучает возможность сотрудничества с Украиной в рамках программы создания системы противоракетной обороны: «Мы провели с ними (представителями украинской стороны. — Д.Б.) ряд встреч, и мы изучаем сейчас, как сможем продолжать сотрудничество с этой страной».

И хотя Генри Оберинг уверяет, что США не собираются размещать противоракеты и радары системы ПРО за пределами Польши и Чехии, верится в это с трудом. А точнее — совсем не верится.

Не впечатляют и заверения прилетавшего недавно в Москву помощника президента США по национальной безопасности Стивена Хедли, который сказал, что он никогда не слышал о переговорах с Украиной по вопросам размещения на ее территории элементов ПРО. Ведь официальный представитель госдепартамента США Шон МакКормак говорит о другом: «то, что сейчас системы потенциально размещаются в Чехии и Польше, не означает, что посредством сотрудничества по другим направлениям архитектура ПРО не может измениться и со временем эволюционировать. Мы сейчас работаем над этим с рядом стран». А какие еще страны в Восточной Европе остались без присутствия НАТО? Украина и Беларусь?

Молчание первых лиц США и Украины по поводу заявления Патрика О’Райли вполне объяснимо. Ну, а мы не можем не вспомнить, что Россию связывают с Украиной не только узы национально-культурного родства, а еще и тесная научно-техническая кооперация, включая сотрудничество в сфере оборонно-промышленного комплекса (ОПК), в том числе — в ракетостроении. Американцев интересует опыт, накопленный украинскими специалистами в области ракетных технологий, и здесь Украина оказывается перед непростым выбором перспективного партнера для сотрудничества.

Что могут предложить Украине Соединенные Штаты?

Во-первых, размещение на ее территории объектов системы ПРО.

Во-вторых, форсированную реализацию мечты В. Ющенко о присоединении страны к НАТО.

В-третьих, перевод оборонно-промышленного комплекса Украины на стандарты ЕЭС и НАТО, что существенно расширит, как полагают некоторые эксперты, возможности реализации украинской военной техники и вооружений и приведет к бурному развитию украинского ОПК.

Однако полагать — еще не значит иметь.

Ныне на Украине функционирует 35 крупных научных центров и предприятий ракетно-космической отрасли, среди которых всемирно известные — Государственное конструкторское бюро «Южное» им. М.К. Янгеля, Производственное объединение «Южный машиностроительный завод» им. А.М. Макарова, Государственный Днепровский проектный институт, Государственное предприятие Завод «Арсенал», Государственное предприятие «Научный центр точного машиностроения» и другие. Однако эти сегменты украинской промышленности американцам не особо нужны.

В США немало не менее известных фирм, уже преуспевших в этой области, особенно в создании систем ПРО, — «Боинг», «Локхид-Мартин», «Орбитал Сайенс», «Рейтеон» и другие. Этим корпорациям новые равноправные партнеры не нужны. Опыт ряда стран, ранее входивших в Организацию Варшавского договора, подсказывает, что подобное «партнерство» с американцами всегда заканчивалось сворачиванием, если не полным исчезновением секторов оборонной промышленности и производства технологий двойного назначения.

Безусловно, американцев интересуют новейшие разработки, опыт, накопленный украинскими специалистами в военно-технической области и, в частности, в области ракетных технологий. Но не более того. Предприятия, на которых идеи украинских ученых и конструкторов будут воплощаться в жизнь, имеются и в США, да и подготовленного инженерно-технического персонала там достаточно…

Развивая кооперацию с Россией в области оборонно-промышленного комплекса и наукоемкой промышленности, Украина сохраняет, как минимум, несколько сотен тысяч рабочих мест для своих граждан. А в условиях значительного роста финансирования оборонного заказа в России, немалую часть средств получат в рамках научно-производственной кооперации украинские научно-исследовательские организации и промышленные предприятия. Наконец, в условиях активного процесса модернизации Вооруженных Сил России и их технического переоснащения, при условии взаимной договоренности, может быть восстановлен ряд утраченных кооперационных связей в ОПК.

Выбор за Украиной. Надо полагать, в украинском обществе не останутся не услышанными слова первого заместителя премьер-министра, министра финансов Украины Николая Азарова. «Можно говорить о КНДР, об Иране, но ракеты, размещенные рядом с нашей территорией, — это, прежде всего, объект для нападения любой из сторон, а это рядом с нами, то есть это вовлечение Украины в прямой конфликт, — заявил он 4 февраля 2007 года. — А какая бы была реакция польского руководства, если бы, например, Россия предложила, а мы бы, например, согласились на размещение на границе с Польшей систем противоракетной обороны? А какая была реакция у американцев, когда Советский Союз на Кубе разместил ракеты. Вспомните Карибский кризис 60-х годов! Какая была реакция? Вот такая реакция должна быть у нас, потому что — это угроза, прежде всего, Украине».

Советские ракеты у границ США — это наше прошлое, а американские ракеты у границ России становятся нашим настоящим. Кто может сказать, что нас ждет в будущем?

Предположим на секунду, что мы ошибаемся. Что США действительно испытывают страх перед Ираном и Северной Кореей. Что плотное кольцо радаров и ракет НАТО не окружает Россию. Что Украина не интересует американцев как военно-стратегический партнер. Предположим далее, что в Вашингтоне согласны с диагнозом, который уже поставили нам немцы: Россия унижена потерей своей роли мировой державы, а смесь чувства неполноценности и больших притязаний на власть требует более чуткого отношения.

В таком случае как характеризовать «усилия в глобальном масштабе» по созданию ПРО «благонамеренными» американскими стратегами? Ведь их «идея фикс» создать совершенную систему ПРО, защищающую Америку от ракетного нападения, основана на банальной фобии. Теоретически создать такую систему, конечно, возможно. На практике же — пока нет. Тем более, что кроме баллистических ракет есть и другие виды оружия. Достаточно вспомнить события 11 сентября 2001 года в Нью-Йорке и Вашингтоне.

Творцам «глобальной системы ПРО» есть о чем подумать, прежде чем делать последний шаг, возвращающий Америку и Россию, весь мир к временам «холодной войны». Есть о чем, да видно — некому. Такое впечатление, что «культурные люди» Салтыкова-Щедрина вытеснили сегодня из американской политики прочие человеческие типы.

http://www.fondsk.ru/article.php?id=602


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru