Русская линия
Правая.Ru Ольга Курова14.02.2007 

«Православное гетто» — где оно?

Я долго не могла этого понять: а почему, собственно, говорят, будто мы в «гетто»? Гонений на христиан при теперешней власти нет, все пути нам открыты. Ясность внесли несколько неприятных разговоров. И они свидетельствуют, что многие из нас, увы, воспринимают свое православие не как спасительную веру, соединение с Живым Господом, а как некий изъян, горб, комплекс, который мешает быть принятым в «приличном обществе»

На страницах церковных изданий, в рамках чтений и семинаров, в интернет-форумах и блогах мы снова и снова задаемся вопросом: а выходить ли нам, православным, из «гетто»?

Давайте сначала ответим на вопрос, а существует ли вообще то пресловутое гетто, из которого мы должны или не должны выходить? Мы действительно были кем-то когда-то в него собраны? Оно обнесено забором с колючей проволокой? Вроде ничего подобного пока, по милости Божией, не наблюдается, так откуда разговоры о «гетто»?

Православные неизбежно «выходят из мира»? Да, у нас есть монастыри, в России их уже около 450. Но это отнюдь не гетто, где томятся униженные и ущемленные в правах «люди второго сорта» — это передовая духовной брани, православный спецназ, в который призываются лучшие. Есть отдельная категория паломников и трудников, обитающих в монастырских гостиницах. Одних в обители приводят мысли о пути иноческом, других — мучительные скорби и душевные раны. Следовательно, для первых это тренировочный лагерь, для вторых — лазарет, но и первые, и вторые вольны уйти, значит, и околомонастырская жизнь не гетто.

Есть люди, работающие в храмах, епархиальных учреждениях, православных издательствах. Но и они бывают совершенно разными: регент, иконописец, редактор духовной литературы может как испытывать к соблазнам мира сего глубокое отвращение и вести образ жизни крайне аскетичный, так и быть просто хорошим профессионалом, но при том человеком совершенно светским. Так что и среда «профессиональных православных» — не гетто.

А еще есть огромная масса обычных православных прихожан, по численности в разы превышающая монашествующих и храмовых тружеников. В некоторых приходах они хорошо знакомы между собой и участвуют в совместных делах, а в некоторых — нет, там не принято общаться после богослужений. Мы работаем в обычных офисах и на предприятиях своих городов и сел, женимся, рожаем и воспитываем детей, выходим на пенсию, копаем огороды, ездим отдыхать на море, покупаем машины и запасаемся продуктами в супермаркетах, и, увы, болеем и умираем, как положено потомкам Адама. Мы по силам стремимся постичь православное вероучение, задаем вопросы священникам на интернет-сайтах, покупаем книги православных издательств, слушаем «Радио Радонеж» и смотрим телеканалы «Спас» и «Союз». Очевидно, что речь идет именно о пребывании в «гетто» или за его пределами этой основной массы средних обыкновенных мирян, которые в большинстве своем и составляют Тело Церкви.

Я долго не могла этого понять: а почему, собственно, говорят, будто мы в «гетто»? Гонений на христиан при теперешней власти нет, все пути нам открыты. Ясность внесли несколько неприятных разговоров.

Эпизод первый. Сижу в кафе с одним православным знакомым, и он за чашечкой кофе восторженно мне рассказывает:

— Я на днях с девушкой познакомился, такой красивой, стильной, современной.

— Девушка-то православная?

— Нет, что ты, я на этих православных давно уже смотреть не могу: все невзрачные, серые, в платки замотанные, да при такой внешности еще и липнут, замуж хотят, напасть одна, в храме от них деться некуда.

— У вас нет противоречий?

— Да, представляешь, я ей понравился, ее нисколько не смущает, что я православный! Она даже предложила еще раз встретиться, позвонить обещала.

Эпизод второй. Администратор одного православного сайта (отнюдь не домашней странички, а профессионального портала с хорошим дизайном и довольно высоким рейтингом), узнав о том, что руководитель некоей фирмы — православный, предложил разместить на своем сайте рекламу услуг этой фирмы, совершенно бесплатно, просто ради взаимной братской поддержки. В ответ было сказано: «Ой, что вы! Мы не только с православными работаем, у нас компания светская, солидная». С помощью выражения лица и интонации православному веб-разработчику ясно дано было понять, что нечего портить репутацию «солидной компании», показывая ее причастность к обществу «маргиналов из гетто».

Подобные случаи — свидетельство о том, что многие из нас, увы, воспринимают свое православие не как спасительную веру, соединение с Живым Господом, а как некий изъян, горб, комплекс, который мешает быть принятым в «приличном обществе». Забывая евангельские слова: «Кто постыдится Меня перед людьми, того и Я постыжусь перед Лицом Отца Моего Небесного». (Матф. 10,33; Лук. 9,26).

Это трудно отнести к наследию долгих лет коммунистических гонений — ведь многие из нас воцерковились в те годы, когда не то, что коммунистов, уже и Ельцина не было в помине. Возможно, это можно назвать каким-то еретическим двоеверием — человек пытается совместить веру в Царствие Небесное и некую рекламно-языческую Вальхаллу, в которую, в отличие от скандинавского царства славных мертвых воинов, еще при жизни попадают «настоящие большие люди», у которых есть деньги, власть, известность, высокое положение в обществе. Царство, иконами которого служат страницы глянцевых журналов и сияющие неоном витрины. Где, согласно легендам, в больших количествах обитают гламурные валькирии, они же гурии, они же растиражированные две Ксюши — Собчак и Робски.

Все мы слышали это неоднократно: «Мы, православные, не хуже». Но задумайтесь над постановкой вопроса: само по себе сравнение хуже-лучше уже свидетельствует о том, что мы принимаем мирскую, секулярную систему ценностей и соглашаемся со своим низким в ней положением. Отсюда и растет горб.

Психологи утверждают, что застенчивость — оборотная сторона гордости и самолюбия. Точно так же, дезертирство в психологическое гетто, показные «смирение» и «нестяжательность» являются на самом деле признаками боязни посостязаться с обычными светскими людьми на их поприще, да не преуспеть, а опозориться.

Что же делать? А именно то, что делали на протяжении веков чада истинного Бога, оказавшиеся в языческом окружении: сокрушать идолов. Поступать так, как святой Пророк Божий Илия — со жрецами Вааловыми, преп. Авраамий Ростовский — с идолом Велеса, множество римских мучеников первых веков — со своими народными капищами.

Ну и как можно сокрушить мерзкого идола в наши дни, в нашей ситуации? Опрокинуть лоток с глянцевыми журналами, обидеть торгующую ими бабушку-пенсионерку и угодить в «обезьянник»? А если серьезно?

Если серьезно — то «идол в мире ничто» (1-е Кор., 8, 4). А для того, чтобы выработать для себя правильную жизненную стратегию, очень важно отделить подлинную силу и успех от «понтовых» подделок. Подумайте, в чем соревнуются между собой глянцевые герои? Да в том, кто больше съест. То есть, кто потребит больше в общем-то ненужных вещей, и сделает это скорее и с изрядным аппетитом. Знаете, в «Книге рекордов Гиннеса» зафиксированы такие совершенно абсурдные рекорды, как-то: кто больше съест за десять минут живых тараканов?

Кстати, замечали, что в наши дни служит «мерилом успешности» человека? То, где и как он отдыхает. Какой может позволить себе клуб, ресторан, курорт. Заметьте, оценивается вовсе не то, чего он реально достиг: не воплощенные им проекты и даже не сумма на его счету в банке, а суммы денег, которые он может выкинуть просто так, ради настроения. В таких условиях и сам принцип карьеры теряет всякий смысл. Как говорил один мой знакомый: «Раньше я получал тысячу долларов, и жизнь моя была достаточно нормальной, она меня вполне устраивала. Я мог поужинать в ресторане, съездить отдохнуть в Турцию или Египет, купить хорошую бытовую технику. Теперь я начальник, и получаю три тысячи долларов. Но в моей жизни ничего качественно не изменилось. Я тоже могу поужинать в ресторане, но уже не могу пойти в тот, который любил раньше — с моим теперешним доходом это не принято, я вынужден идти в более дорогой. Я могу поехать на море, но тоже уже по статусу обязан выбирать более дорогой отель. Также мне приходится выбирать более дорогой сотовый телефон, ноутбук, автомобиль. Раньше я думал, что, получая большую зарплату, я смогу расширить свои возможности, позволить себе то, чего раньше не мог. А, выходит, я пользуюсь всем тем же самым, но больше за это плачу».

Сокрушение идола — это всегда разрушение иллюзий и возвращение смысла. А смысл в современном обществе в дефиците. На офисных мониторах пора самое время появиться сообщению: «А король-то голый!» или, иными словами, «The Matrix has you». И именно православные люди, добиваясь успеха, возвращают ему смысл. Напоминают, что успех — не ругательное слово из мира глянца, а слово, вполне способное нести и положительный нравственный смысл: «Не неради о пребывающем в тебе даровании, которое дано тебе по пророчеству с возложением рук священства. О сем заботься, в сем пребывай, дабы успех твой для всех был очевиден» (1-е Тим., 4:14−15). Один из примеров — Татьяна Боровикова и другие участники Всероссийского сообщества многодетных семей «Много деток — хорошо!» Успешные и состоятельные православные люди заявляют: «Да, у нас есть деньги, есть возможности, но мы не хотим тратить все это на игрушки, которые подсовывает нам общество потребления. Мы хотим рожать и воспитывать много детей, строить дома, помогать бедным». Призрачным «пищевым» успехам можно и необходимо противопоставить реальные дела и достижения.

Есть еще один мощный резерв, который мы, православные, к сожалению очень редко и слабо используем — это братское единство. Здесь хорошим примером нас может послужить российское дореволюционное старообрядческое купечество. Имея все преимущества закрытых общин, таких как, например, еврейская или армянская национальные диаспоры, старообрядцы в то же время не испытывали по отношению к себе неприязни, как к чужакам, ведь они были русскими. Такими же русскими как все, но еще объединенными своей сплоченной общностью, что и способствовало их успеху.

Увы, мы пока не научились объединяться. Именно поэтому у православных в России до сих пор нет, например, еженедельной аналитической газеты формата «АиФ» — о том, что такое издание необходимо, постоянно говорят уже последние лет 15. Нет иллюстрированных журналов, которые выполняли бы роль «Домостроя наших дней», пропагандируя наш стиль жизни. Зато есть десятки и сотни православных бизнесменов, инвестирующих средства в маргинальные малотиражные издания, чей формат и уровень не позволяют охватить большую аудиторию. Что бы стоило объединиться и выпустить вместе один качественный медиа-продукт? Видно, что-то мешает — возможно, приятнее ощущать себя «удельным князьком», имеющим свою карманную «православную лимонку», чем стать одним из двадцати учредителей чего-то настоящего и весомого. Или нам пора убедиться в реальности «теории заговора»: маргинальным православным изданиям антицерковные силы платят, лишь бы первые так и оставались маргинальными и проповедовали «гетто» как духовно-аскетический идеал?

«Царствие Небесное внутрь вас есть», — говорит нам Господь в святом Евангелии (Лк.17:21). Пресловутое «гетто» — тоже внутри, это модель жизни, сочиненная нами ради оправдания нашей лени и страхов. Выйти из гетто — это не переодеться из субкультурного «рубища» в цивильный костюм, это значит покаяться в собственной боязни и дезертирстве и перестать трепетать перед идолами мира сего

http://www.pravaya.ru/look/11 010


Rambler's Top100 Каталог Православное Христианство.Ру Рейтинг@Mail.ru